Конечно, японское искусство — это просто отлет всего. Хочу съездить в Чикаго только чтобы в тамошнем музее взглянуть на эту огромную (144 × 286 cm) расписную ширму конца XVII века.

У японских аристократов был изящный обычай вспоминать классическую поэзию, любуясь весенним и осенним листопадом. На этих изящных ширмах придворный художник Тоса Мицуоки размышлял о неизбежности ухода красоты, изображая меланхоличные часы после отъезда веселящихся придворных. На правой ширме (вверху) расцветает сакура, а на соседней - клены с блестящей красно-золотой листвой осенью. С цветущих ветвей свисают стихотворные строки, называемые "танзаку", - следы присутствия человека. Придворные (имена которых зафиксированы в документе XVII века) помогали Мицуоки, надписывая узкие полоски цитатами из соответствующих сезонных стихотворений из антологий XII-XIII веков.

Эх, ну что за щеглы! Смотреть на листопад и вспоминать классическую поэзию!

Но все остальные транзи оставляет далеко позади надгробная статуя, изображающая Рене де Шалона, князя Оранжского, в виде сгнившего трупа с вытянутой вверх левой рукой.

Помимо крутой позы и отличного выполнения, статуя примечательно тем, что ее вытянутая рука держала золотую шкатулку в форме сердца, в коей хранилось, натурально, настоящее забальзамированное сердце этого самого Рене де Шалона.

Как вам вообще такой поворот?

Сердце, увы, было потеряно во время Французской Революции, сама статуя сейчас в церкви св. Стефана в городе Бар-ле-Дюке на северо-востоке Франции.

И не забываем о связи малых событий с большими: подобные "приколы" были не последними в списке вопросиков, который предъявляли к католической церкви на излете Средневековья.

Все это вылилось сначала в Реформацию (со стороны тех, кто предъявлял список), а затем и в Контрреформацию (уже со стороны католической церкви). В результате последней веселый средневековый угар даже в католических странах постепенно сошел на нет, и уже к XVII веку с транзи, макабром, всякими чудищами на манускриптах и скульптурах становится весьма и весьма туго.

Вот и год прошел с тех пор, как я первый раз писал про битву при Каннах.

Какая же это все-таки невероятная история! После вторжения Ганнибала в Италию, римляне потерпели катастрофическое поражение при Треббии (примерно 20 000 только убитых), очень испугались, собрались с силами, но все равно были прямо ужасающе разгромлены в битве при Тразименском озере (примерно 15 000 погибших).

После этого римляне уже впали в ужас. Для понимания, в исключительнейших случаях римляне вели войну четырьмя легионами. В этот раз они снарядили восемь, причем вели их, небывалое дело, сразу оба консула.

И все это огромное войско было просто уничтожено Ганнибалом при Каннах – то ли 50, то ли 70 тысяч погибших и десятки тысяч пленных. Это была катастрофа.

Удивительно, но после первоначального ужаса, Римская Республика собралась по-настоящему. Были сформированы новые легионы, в солдаты набирались, невиданное дело, рабы. Предложения мира было отвергнуто, и само слово “мир” было запрещено.

В итоге война продлилась еще 15 лет и завершилась полным поражением Карфагена.

Не понимаю, где Голливудские блокбастеры на эту тему.

Хочу напомнить, что войны и до XX века были делом крааааайне опустощающим.

Тридцатилетняя война в первой половине XVII века началась из-за религиозных противоречий, а вылилась в глобальный конфликт (чтобы прочесть список участников, на вики надо проскролить несколько экранов) за гегемонию а Европе.

При этом почти все боевые действия проходили на территории Священной Римской империи (читай: Германии), по которой туда-сюда ходили армии ее бесконечных князей, а также армии Гамбургов, Бурбонов, королей Дании и Швеции и бог знает кого ещё.

Сопутствующие убийства, голод и болезни привели к фантастически огромным жертвам среди мирного населения — более 1/3 (рыжая зона), более 2/3 (красная зона), а в отдельных районах, как я слышал, и более 9/10 (на карте не отмечено). Многие районы после этой войны восстановливались около сотни лет.