Россия больше не может использовать энергетику как инструмент шантажа. Это победа свободы и европейского единства.

Леви: Давайте поговорим о заложниках. Сделало ли израильское правительство всё возможное, чтобы их вернуть?

Галант: Я так не думаю. Мы могли бы вернуть больше заложников, раньше и гораздо меньшей ценой.

Леви: Соглашение, которое осуществляется в эти дни, в целом, по мнению американцев, по мнению секретаря кабинета министров [высокопоставленного чиновника в канцелярии Нетаньяху] — это, по сути, та же самая сделка, которая лежала на столе ещё в мае, и которую вы поддержали.

Галант: Предложение, на которое ХАМАС согласился в начале июля, такое же, как и нынешнее, только в некоторых аспектах менее выгодное. К сожалению, сейчас живых заложников стало меньше, прошло больше времени, и мы платим более высокую цену. В ходе этого процесса будут освобождены по меньшей мере ещё 110 убийц [палестинских заключённых, которые содержатся в израильских тюрьмах и которых обменивают на израильских заложников и военнопленных], и израильскому народу нанесён серьёзный ущерб.

Леви: Так чья же вина, что этого [заключения сделки] не произошло тогда?

Галант: Давайте возьмём апрельское мероприятие, оно всё объясняет. Военный кабинет единогласно принимает решение пойти на сделку, что подразумевает уход из коридора Нецарим, и есть разные механизмы для освобождения [израильских] заложников в обмен на [палестинских] заключённых. Это решение было принято рано днём. Но вечером во время обсуждения в правительстве пришёл министр финансов Смотрич, который не знал или не должен был знать о плане, и сказал: "Есть план по возвращению 18 заложников в обмен на выход из Нецарима. Мы против. Мы уйдём из правительства, если это случится”.

Леви: Кто ему сказал?

Галант: Я не знаю. Я ему не говорил. Мы сообщили системе безопасности: “Вам нужно доставить 33 заключённых, а минимальное количество — 18". Несколькими часами позже СМИ написали о восемнадцати. Спустя пару дней ХАМАС понял, о чём идёт речь, из израильских СМИ и сказал: "Мы выходим из сделки". И сделка была сорвана. Фактически этот вопрос всплывёт заново только в конце мая, после речи президента [Ицхака Герцога].

Леви: Неужели кто-то из правительства слил информацию Смотричу, чтобы сорвать сделку?

Галант: Я не знаю, кто и кому слил информацию. Но когда это попадает в СМИ, вы понимаете это лучше, чем я. А когда происходит утечка информации, вы понимаете больше, чем я.

Леви: Нетаньяху скажет: “Если бы я остановился на том этапе, на котором хотел Йоав Галант, тогда не было бы Рафаха, Синвар не был бы ликвидирован, Насралла не был бы ликвидирован, всего этого не произошло бы”.

Галант: Единственным, кто настаивал на ликвидации "Хезболлы" и продолжении боевых действий в то время, был я.