​Центробанк Турции на первом же после назначения председателем Хафизе Гайе Эркан заседании поднял ключевую ставку почти вдвое – с 8,5% до 15%. Однако это привело не к укреплению (по логике), а к ослаблению лиры (по факту). Почему так?

В ролике об Эрдоганомике я говорил, что по элементам аргументации и той экономической политике, которая проводится в Турции, можно говорить об Эрдогане как о неофишеристе.

Это такая гетеродоксальная теория, которая считает, что повышение ставок имеет проинфляционный эффект, а их снижение, напротив, дезиинфляционный.

Разберемся подробнее. Экономист Ирвинг Фишер вывел положительную взаимосвязь между номинальной ставкой процента и инфляцией. Его знаменитое уравнение лежит в основе политики центральных банков:

i (номинальная ставка) = r (реальная ставка) + π (инфляция)

или

r (реальная ставка) = i (номинальная ставка) - π (инфляция)

Пусть номинальная ставка составляет 10%, а инфляция 7%. Тогда реальная ставка для заемщика будет равна 3%. Аналогичная логика действует и для доходности по депозитам.

Именно реальная ставка важна для экономики. Представим, что инфляция выросла с 7% до 9%. В таких условиях разумно ожидать, что для сохранения на постоянном уровне реальной ставки процента, номинальные ставки вырастут до 12%. Выходит, что рост инфляции приводит к росту номинальных ставок.

Если предельно упрощать - ведь инфляция достаточно сложный феномен и её вполне могут подталкивать вверх немонетарные факторы - Центробанки в целом исходят из этой взаимосвязи. Если инфляция ускоряется, при текущей номинальной ставке реальная ставка снижается. В ответ ЦБ повышает номинальную ставку на величину, которая выше прироста инфляции. Это увеличивает реальную ставку.

Если же номинальная ставка вырастет не до 12%, а до 15%, реальная ставка станет уже не 3%, а 6%. Вслед за повышением ставки ЦБ через какое-то время повысят ставки и коммерческие банки. В результате занимать в реальном выражении станет дороже, а вот сберегать выгоднее. Короче, деньги дорожают, кредитование снижается, спрос падает, инфляция замедляется. Снижение номинальной ставки, напротив, стимулируют рост инфляции, что порой бывает необходимо (вспомним про Японию и Абэномику).

Так вот неофишеристы, а вместе с ними и Эрдоган иначе интерпретируют эту взаимосвязь. Они считают, дескать, не реальная ставка равна разности номинальной ставки и инфляции. А инфляция - это разница между номинальной и реальной ставкой:

π (инфляция) = i (номинальная ставка) - r (реальная ставка)

Согласно такой логике - снижение номинальной ставки снижает разницу между ней и реальной ставкой и в результате инфляция падает. Фактически здесь перепутаны причины и следствия. Но если вера противоречит фактам, тем хуже для фактов.

Но да ладно. Вроде бы текущее решение не в духе неофишеризма. Инфляция есть? Есть. 39.6%. Что делает ЦБ Турции? Повышает ставку с 8,5% до 15%. Что с реальными ставками?

До повышения: 8,5% — 39,6% = -31,1%.
После повышения: 15% — 39,6% = -24,6%

Реальная ставка процента как была, так и осталась в глубоко отрицательной зоне. Отрицательные реальные ставки — это о том, что занимать и тратить выгоднее, чем сберегать. Короче говоря, повышение ставки очень слабое. Ожидания, которые крайне важны в экономике, были явно другими. Недостаточный и слабый по меркам инфляции рост ставки, привел к тому, что лира обвалилась.

Если Хафизе Гайе Эркан хочет победить турецкую инфляцию, она должна действовать куда как более решительно.