Впрочем, в античности мы видим и более прямую аналогию коммунистическим движениям – это восстание Аристоника против римских завоевателей в Пергаме. Аристоник провозгласил своё государство Гелиополисом (Городом Солнца), царством справедливости и социального равенства. Таким образом, антиглобалистское движение, очевидно, с неизбежностью принимает коммунистические формы, независимо от исторической эпохи.
Теперь непосредственно обратимся к трактовке Арнольдом Тойнби русской истории. Россию он рассматривал как обретшее самостоятельность «заморское» продолжение Православной (Византийской) цивилизации. Одной из важнейших её миссий становится преобразование степного ландшафта, где господствовали кочевники, в ландшафт земледельческий с оседлым населением. «Казаки, одержавшие эту беспрецедентную победу, – пишет историк, – были пограничниками русского православия», являясь также «полумонашеским военным братством».
На определённом этапе, утверждает Тойнби, миссию создания «неномадического государства» на евразийских просторах могла взять на себя и другая сила: «Если бы история отвела Тимуру больший срок для осуществления его имперских планов, то, возможно, бассейн Окса – Яксарта, а не бассейн Волги стал бы ядром империи, границы которой совпадали бы с территорией нынешнего Советского Союза».
В XV-XVI вв. образуется «Московское универсальное государство», которое сразу столкнулось с форпостами Запада – объединёнными Польшей и Литвой, создавшими Речь Посполитую, и Швецией. Идеологическим основанием этого государства после падения Константинополя стало представление о Москве как «Третьем Риме».
«Русские, – пишет историк, – не были узурпаторами, бросающими вызов живым владельцам титула. Они остались единственными наследниками». Данная концепция, противопоставляющая Россию Западу, была унаследована от византийских греков, в глазах которых «западные христиане стали схизматиками», а позже проявилась как в славянофильстве XIX в., так и в русском коммунизме века XX-го.
Дальнейшие события русской истории Тойнби трактует довольно противоречиво. С одной стороны, Пётр I проводит «вестернизацию», в результате которой происходит расширение границ Западного мира «до границ Маньчжурской империи», превращая Россию «из русско-православного универсального государства, верящего в свою исключительную миссию, в динамическое локальное государство, составной элемент европейской системы». То есть Тойнби здесь фактически допускает, что деятельность одного лидера может поменять цивилизационную идентичность огромной страны, и не просто страны, а государства-цивилизации, каковым является Россия.
Однако эту же петровскую вестернизацию историк тут же называет «контрударом, искусно нанесённым западному миру Петром Великим». А в другом месте характеризует Петра как «второго основателя универсального государства» для «русской ветви православия», что явно противоречит тезису о включении России в Западный мир. В любом случае, по нашему мнению, Тойнби явно преувеличивает размах петровских реформ и недооценивает их национального характера, который под внешними западными формами сохранил и даже возродил старые принципы «служилого государства».
После успехов России в противостоянии Западу, достигнутых в начале XIX в., начинает выявляться её технологическое отставание. Это «подтверждало недостаточность петровских реформ для успешного противостояния быстро индустриализирующемуся миру. Ответом явилась русская коммунистическая революция».
«Марксизм, – полагает Тойнби, – появился как форма западной футуристической критики индустриальной западной жизни, тогда как романтизм атаковал индустриализм с архаических позиций». Немудрено, что он был воспринят Россией, как и другими странами, нуждавшимися в новой идеологической опоре для противостояния Западу: «Марксизм пришёл в Россию, обещая превратить её в развитую промышленную державу, но не капиталистическую и не западную».
Теперь непосредственно обратимся к трактовке Арнольдом Тойнби русской истории. Россию он рассматривал как обретшее самостоятельность «заморское» продолжение Православной (Византийской) цивилизации. Одной из важнейших её миссий становится преобразование степного ландшафта, где господствовали кочевники, в ландшафт земледельческий с оседлым населением. «Казаки, одержавшие эту беспрецедентную победу, – пишет историк, – были пограничниками русского православия», являясь также «полумонашеским военным братством».
На определённом этапе, утверждает Тойнби, миссию создания «неномадического государства» на евразийских просторах могла взять на себя и другая сила: «Если бы история отвела Тимуру больший срок для осуществления его имперских планов, то, возможно, бассейн Окса – Яксарта, а не бассейн Волги стал бы ядром империи, границы которой совпадали бы с территорией нынешнего Советского Союза».
В XV-XVI вв. образуется «Московское универсальное государство», которое сразу столкнулось с форпостами Запада – объединёнными Польшей и Литвой, создавшими Речь Посполитую, и Швецией. Идеологическим основанием этого государства после падения Константинополя стало представление о Москве как «Третьем Риме».
«Русские, – пишет историк, – не были узурпаторами, бросающими вызов живым владельцам титула. Они остались единственными наследниками». Данная концепция, противопоставляющая Россию Западу, была унаследована от византийских греков, в глазах которых «западные христиане стали схизматиками», а позже проявилась как в славянофильстве XIX в., так и в русском коммунизме века XX-го.
Дальнейшие события русской истории Тойнби трактует довольно противоречиво. С одной стороны, Пётр I проводит «вестернизацию», в результате которой происходит расширение границ Западного мира «до границ Маньчжурской империи», превращая Россию «из русско-православного универсального государства, верящего в свою исключительную миссию, в динамическое локальное государство, составной элемент европейской системы». То есть Тойнби здесь фактически допускает, что деятельность одного лидера может поменять цивилизационную идентичность огромной страны, и не просто страны, а государства-цивилизации, каковым является Россия.
Однако эту же петровскую вестернизацию историк тут же называет «контрударом, искусно нанесённым западному миру Петром Великим». А в другом месте характеризует Петра как «второго основателя универсального государства» для «русской ветви православия», что явно противоречит тезису о включении России в Западный мир. В любом случае, по нашему мнению, Тойнби явно преувеличивает размах петровских реформ и недооценивает их национального характера, который под внешними западными формами сохранил и даже возродил старые принципы «служилого государства».
После успехов России в противостоянии Западу, достигнутых в начале XIX в., начинает выявляться её технологическое отставание. Это «подтверждало недостаточность петровских реформ для успешного противостояния быстро индустриализирующемуся миру. Ответом явилась русская коммунистическая революция».
«Марксизм, – полагает Тойнби, – появился как форма западной футуристической критики индустриальной западной жизни, тогда как романтизм атаковал индустриализм с архаических позиций». Немудрено, что он был воспринят Россией, как и другими странами, нуждавшимися в новой идеологической опоре для противостояния Западу: «Марксизм пришёл в Россию, обещая превратить её в развитую промышленную державу, но не капиталистическую и не западную».
Следующий же этап – этап синтеза. Современный Китай выходит из ловушки, синтезируя коммунистическую идею с конфуцианскими принципами, чего в СССР так и не произошло по отношению к православию. Кстати, Тойнби прогнозировал, что именно Китай «может преподнести миру дар», соединив «западный динамизм с традиционной китайской стабильностью». По его словам, «не исключено, что русский залп в форме коммунизма покажется нам чем-то несущественным, когда гораздо более мощные цивилизации Индии и Китая в свою очередь ответят на наш западный Вызов».
Горизонт Событий👌
о в СССР так и не произошло по отношению к православию.
Не зря Хазин и Д. Роде заговорили про православный социализм
Автором (речь идет о Тойнби) указанного направления чуждо и примитивное разделение на «Запад» и «Восток», когда в понятии «Восток» механически смешиваются такие разные цивилизации, как китайская, индийская и исламская, между которыми не больше общего, чем у каждой из них в отдельности с той же Европой. России же при таком разделении (подобно обезьяне из известного анекдота) приходится выбирать, к кому примкнуть – к Западу или Востоку. Подчеркнём в очередной раз, что «Азия» – условное понятие, за которым не стоит ни географического, ни исторического, ни цивилизационного содержания: это всего лишь та часть континента Евразии, которая не относится к Европе.
Отрицая европоцентристскую схему, Тойнби выступает также против традиционной западной схемы всемирной истории, которая делит её на древнюю, средневековую и новую. Однако, дополняя и в чём-то исправляя концепцию Тойнби, хотелось бы предложить свою периодизацию всемирной истории, в определённом смысле «реабилитирующую» деление на древность, средние века и новое время, но не с позиций формационного подхода, а оставаясь на строгой почве подхода цивилизационного.
Прежде всего, очевидно, что ранние цивилизации, которые Тойнби относит к цивилизациям «первого поколения», резко отличаются от «классических» средневековых цивилизаций, базирующихся на мировых религиях. Древний Египет, Двуречье или античная Греция несопоставимы с последующими Западной Европой или исламским миром даже по территориальному охвату. Их, как и другие общности Древнего мира (а также доколумбовой Америки), можно обозначить термином «этнические миры», понятие же «цивилизация» оставить за теми крупными общностями, которые сформировались в Средневековье. (Хотя понятно, что и сами цивилизации в этом отношении были неоднородны: китайская и индийская цивилизации унаследовали больше признаков предшествующих им этнических миров, чем западноевропейская, православная и исламская).
Например, исламский мир (который Тойнби считал лишь новым вариантом «Сирийской цивилизации») практически в момент своего формирования в VII в. сразу охватил территории нескольких этнических миров древности – Египта, Двуречья, Ирана, Сирии и т.п.: уже этот факт указывает на несопоставимость этих типов общностей. Если этнические миры были относительно изолированы и нейтральны по отношению друг к другу, то цивилизации осознают себя именно в противостоянии и взаимодействии с другими цивилизациями, с которыми имеют чёткие границы – как географические, так и ментальные. К концу первого тысячелетия нашей эры происходит «схватывание системы» цивилизаций, они встречаются друг с другом и обретают общие границы – линии противостояния.
В этой картине эллинистически-римский мир предстаёт не как отдельная цивилизация, предшествующая Западной и Православной (по Тойнби), а как «первая глобализация», разрушающая этнические миры и расчищающая почву для формирования цивилизаций в следующий период. Но именно в этот период происходит формирование христианства, которое стало духовной основой двух цивилизаций. На стыке же эллинистического и древнеиндийского (оставшегося вне поля действия «глобализма») миров тогда же возникает буддизм махаяны, позже в модифицированном виде ставший основой преобразованной китайской цивилизации (начиная с эпохи Тан), в то время как в самой Индии буддизм постепенно вытесняется индуизмом – реформированным вариантом древнего брахманизма.
Тойнби считал религию в определённом смысле «куколкой», из которой, как имаго, рождается каждая новая цивилизация (хотя, конечно, этим его подход к проблемам религии не ограничивается: о различных функциях религии он писал много, в том числе и применительно к современному обществу). Но точнее будет сказать, что не религия создаёт цивилизацию, а зарождающаяся цивилизация выбирает для себя религию методом проб и ошибок.
Отрицая европоцентристскую схему, Тойнби выступает также против традиционной западной схемы всемирной истории, которая делит её на древнюю, средневековую и новую. Однако, дополняя и в чём-то исправляя концепцию Тойнби, хотелось бы предложить свою периодизацию всемирной истории, в определённом смысле «реабилитирующую» деление на древность, средние века и новое время, но не с позиций формационного подхода, а оставаясь на строгой почве подхода цивилизационного.
Прежде всего, очевидно, что ранние цивилизации, которые Тойнби относит к цивилизациям «первого поколения», резко отличаются от «классических» средневековых цивилизаций, базирующихся на мировых религиях. Древний Египет, Двуречье или античная Греция несопоставимы с последующими Западной Европой или исламским миром даже по территориальному охвату. Их, как и другие общности Древнего мира (а также доколумбовой Америки), можно обозначить термином «этнические миры», понятие же «цивилизация» оставить за теми крупными общностями, которые сформировались в Средневековье. (Хотя понятно, что и сами цивилизации в этом отношении были неоднородны: китайская и индийская цивилизации унаследовали больше признаков предшествующих им этнических миров, чем западноевропейская, православная и исламская).
Например, исламский мир (который Тойнби считал лишь новым вариантом «Сирийской цивилизации») практически в момент своего формирования в VII в. сразу охватил территории нескольких этнических миров древности – Египта, Двуречья, Ирана, Сирии и т.п.: уже этот факт указывает на несопоставимость этих типов общностей. Если этнические миры были относительно изолированы и нейтральны по отношению друг к другу, то цивилизации осознают себя именно в противостоянии и взаимодействии с другими цивилизациями, с которыми имеют чёткие границы – как географические, так и ментальные. К концу первого тысячелетия нашей эры происходит «схватывание системы» цивилизаций, они встречаются друг с другом и обретают общие границы – линии противостояния.
В этой картине эллинистически-римский мир предстаёт не как отдельная цивилизация, предшествующая Западной и Православной (по Тойнби), а как «первая глобализация», разрушающая этнические миры и расчищающая почву для формирования цивилизаций в следующий период. Но именно в этот период происходит формирование христианства, которое стало духовной основой двух цивилизаций. На стыке же эллинистического и древнеиндийского (оставшегося вне поля действия «глобализма») миров тогда же возникает буддизм махаяны, позже в модифицированном виде ставший основой преобразованной китайской цивилизации (начиная с эпохи Тан), в то время как в самой Индии буддизм постепенно вытесняется индуизмом – реформированным вариантом древнего брахманизма.
Тойнби считал религию в определённом смысле «куколкой», из которой, как имаго, рождается каждая новая цивилизация (хотя, конечно, этим его подход к проблемам религии не ограничивается: о различных функциях религии он писал много, в том числе и применительно к современному обществу). Но точнее будет сказать, что не религия создаёт цивилизацию, а зарождающаяся цивилизация выбирает для себя религию методом проб и ошибок.
❤2
Война 2027
Мы из первых рядов наблюдаем как на полной скорости две стороны Европа и Россия летят навстречу друг другу, как в последний момент США пытается увернуться от удара...
Нет ни одного аналитика, астролога , политолога кто бы не говорил, что столкновение вот- вот произойдёт....
Почему это неизбежно...
Х- гм.
Предлагаем разобраться в происходящем.
Какие же цели у сторон?
Европа это глобалисты - финансисты, которые в конце 90 х захватили мир через либеральные идеи.
Вообще, любая идеология это оружие-
Конструкция мирового господства финансистов уходит в прошлое, на смену им маячат "цифровики".
Европа это старая банковская школа с времен Венеции и Швейцарии.
Даже само слово "лавка" является " банка".
Здесь в Старой Европе "окопался старый еврейский глобалистский капитал".
Для существования Европы, для существования финансового интернационала нужны ресурсы.
Но ресурсов - нет.
Америка вводит ограничения - рынок США и ограничен и снижается.
Россия являющаяся долгие годы поставщиком сырья и финансов - сейчас таковой не является.
Русское СВО это не война, это способ ведения переговоров.
О чем?
О месте русской элиты, России в современном мире.
Расчет Евроглобалистов из Фининтерна прост, они хотят поживиться на обломках Русской цивилизации, разыграв сценарий Югославии, видя в судьбе Сербии - Россию...
Сербия , как раз , была православной страной.
Расчет России, точнее элит России заключается в "принуждении" к миру Запада.
Заставить глобалистов считаться с собой: отвоевав себе право жить в Лондоне , отдыхать в Монако, Ницце.
Русские элиты хотят договориться с евроглобалистами.
Поездка Абрамовича в Киев, ровно об этом.
Что ему ответили глобалисты: отдай свои 3,5 млрд долларов замороженных в Лондоне и иди с миром.
Это не разговор на равных, это разговор "с высока"..
Но русские прекрасно знают, что возможности Европы тают, и падают рейтинги основных политических игроков.
Складывается ситуация смены режима в Европе.
Сейчас глобалистам путем тоталитаризма, диктатуры, подкупа и запугивания удается оставаться у власти при 10-15 % рейтинг, и даже крушение рейтингов, как у Стармера не ведёт к смене режима, но это и понятно, мирным путем глобалисты не уйдут - им что делать повеситься что ли?
Нет, имея деньги, законы, полицию и сюмеждунаролнве свяли и главное контроль за СМИ они будут цепляться за власть.
Но их сметут улицы - их же прикормленные бойцы -улиц мигранты.
Улицы надо кормить, каждый день...
У глобалистов не остается выбора - разгромить Россию, уничтожить политический режим в России и за счет России решить свои проблемы с 15% рейтинга.
Интерес элиты в России - договориться.
Но раз диалог с глобалистами - друзьями Эпштейна не получился, надо сменить друзей, может быть с другими получше получится
Отсюда визит Шредера.
Концептуальную схему: Берлин- Москва - Пекин никто не отменял.
Поражение режима социалистов в Европе и замена не на "зеленых", а на националистов.
Цивилизация, по Тойнби, формируется под воздействием вызовов времени.
Текущие вызовы ведут к тому, что договориться не удастся...
Вспомним Батыя, который когда подошел к Рязани и когда князь прибыл на переговоры, то Бытый потребовал взамен на мир: " дай испробовать красоты жены твоей Ирины".
Режим, русские олигархи либо поймут, что договориться не удастся и пора переходить к тотальной войне, как с Наполеоном, либо Русская Цивилизация сменит режим, на более адекватный вызовам времени..
@HarryTime
https://s-darkin.livejournal.com
Мы из первых рядов наблюдаем как на полной скорости две стороны Европа и Россия летят навстречу друг другу, как в последний момент США пытается увернуться от удара...
Нет ни одного аналитика, астролога , политолога кто бы не говорил, что столкновение вот- вот произойдёт....
Почему это неизбежно...
Х- гм.
Предлагаем разобраться в происходящем.
Какие же цели у сторон?
Европа это глобалисты - финансисты, которые в конце 90 х захватили мир через либеральные идеи.
Вообще, любая идеология это оружие-
Конструкция мирового господства финансистов уходит в прошлое, на смену им маячат "цифровики".
Европа это старая банковская школа с времен Венеции и Швейцарии.
Даже само слово "лавка" является " банка".
Здесь в Старой Европе "окопался старый еврейский глобалистский капитал".
Для существования Европы, для существования финансового интернационала нужны ресурсы.
Но ресурсов - нет.
Америка вводит ограничения - рынок США и ограничен и снижается.
Россия являющаяся долгие годы поставщиком сырья и финансов - сейчас таковой не является.
Русское СВО это не война, это способ ведения переговоров.
О чем?
О месте русской элиты, России в современном мире.
Расчет Евроглобалистов из Фининтерна прост, они хотят поживиться на обломках Русской цивилизации, разыграв сценарий Югославии, видя в судьбе Сербии - Россию...
Сербия , как раз , была православной страной.
Расчет России, точнее элит России заключается в "принуждении" к миру Запада.
Заставить глобалистов считаться с собой: отвоевав себе право жить в Лондоне , отдыхать в Монако, Ницце.
Русские элиты хотят договориться с евроглобалистами.
Поездка Абрамовича в Киев, ровно об этом.
Что ему ответили глобалисты: отдай свои 3,5 млрд долларов замороженных в Лондоне и иди с миром.
Это не разговор на равных, это разговор "с высока"..
Но русские прекрасно знают, что возможности Европы тают, и падают рейтинги основных политических игроков.
Складывается ситуация смены режима в Европе.
Сейчас глобалистам путем тоталитаризма, диктатуры, подкупа и запугивания удается оставаться у власти при 10-15 % рейтинг, и даже крушение рейтингов, как у Стармера не ведёт к смене режима, но это и понятно, мирным путем глобалисты не уйдут - им что делать повеситься что ли?
Нет, имея деньги, законы, полицию и сюмеждунаролнве свяли и главное контроль за СМИ они будут цепляться за власть.
Но их сметут улицы - их же прикормленные бойцы -улиц мигранты.
Улицы надо кормить, каждый день...
У глобалистов не остается выбора - разгромить Россию, уничтожить политический режим в России и за счет России решить свои проблемы с 15% рейтинга.
Интерес элиты в России - договориться.
Но раз диалог с глобалистами - друзьями Эпштейна не получился, надо сменить друзей, может быть с другими получше получится
Отсюда визит Шредера.
Концептуальную схему: Берлин- Москва - Пекин никто не отменял.
Поражение режима социалистов в Европе и замена не на "зеленых", а на националистов.
Цивилизация, по Тойнби, формируется под воздействием вызовов времени.
Текущие вызовы ведут к тому, что договориться не удастся...
Вспомним Батыя, который когда подошел к Рязани и когда князь прибыл на переговоры, то Бытый потребовал взамен на мир: " дай испробовать красоты жены твоей Ирины".
Режим, русские олигархи либо поймут, что договориться не удастся и пора переходить к тотальной войне, как с Наполеоном, либо Русская Цивилизация сменит режим, на более адекватный вызовам времени..
@HarryTime
https://s-darkin.livejournal.com
❤3🤡2🥱1🥴1💯1
Forwarded from Donald Trump на русском
США сообщили Израилю, что нанесут удар по Ирану в ближайшие часы, — израильские СМИ.
Donald Trump на русском
Donald Trump на русском
🦄1
Forwarded from Donald Trump на русском
Вертолёт Apache, потерпевший крушение у побережья Омана, был сбит иранским дроном «Шахед», — CNN со ссылкой на источники.
Информацию о том, что вертолёт был сбит иранским беспилотником, телеканалу подтвердили также два американских чиновника, однако они не уточнили модель дрона.
Donald Trump на русском
Информацию о том, что вертолёт был сбит иранским беспилотником, телеканалу подтвердили также два американских чиновника, однако они не уточнили модель дрона.
Donald Trump на русском
Forwarded from ЧАДАЕВ
Посмотрел Дугина у Собчак.
Испытал, конечно, зависть: всё-таки когда я делал свой подкаст с Рыбкой, у меня и близко не вышло вот так врубить тролля с брейнротом, тёмным просвещением и Хэлфордом Макиндером. Анастасия Ивановна, хоть и тоже в своём роде великий специалист по философии (почти как Дерипаска), всё-таки попроще будет, чем Ксения Анатольевна.
У Собчак понятно какой план был на интервью: напугать свою ЦА (а это плюс-минус вся шестая колонна) страшным фриком Дугиным, который, если ему дать волю, всех оденет в косоворотки, отправит в деревню сажать брюкву, интернет по талонам, молиться-поститься-слушать радио Радонеж. Вот, бойтесь-бойтесь, мы (и лично я, Кровавая Барыня) – последний, так сказать, оплот цивилизации (вовсе не в дугинском смысле этого слова, а в «общечеловеческом»).
АГ ей блестяще подыграл, объявив идею запретить серфингистов, изложив крестьянскую анархоутопию Чаянова в качестве идеала России будущего и набухтев на Чебурашку с Лабубу. Это было достаточно весело и задорно. В конце он даже обнажил приём – типа, если б я говорил только конвенциональные вещи, меня бы вообще никто не услышал; философ просто вынужден чудить и камлать, резать дискурс парадоксами, быть почти юродивым – это единственный способ хоть как-то привлечь внимание к содержанию (достаточно сложному и трудноусваиваемому).
Но весело и задорно было ровно до момента, пока не началась тема про Дашу. Вот тут, собственно, веселье и кончилось. И дальше надо было видеть, как Собчак со своим фальшивым сопереживанием-на-камеру пыталась исподволь подвести аудиторию к мысли, что, мол, он ведь дочь-то потерял именно потому, что доигрался со своими фриковскими теориями. Мягко, разумеется, не в лоб, но суть была именно эта, подлая довольно-таки. А Дугин, что очень понятно, поскольку оно же действительно болит каждый день и будет болеть до конца дней, пытался объяснять про Антигону и про христианское «смерти нет»; но это было как со стенкой разговаривать.
Короче, противоречивые у меня ощущения от увиденного. «Ничья», в некотором смысле. Решил для себя отдельно разобрать феномен Собчак в одном из будущих выпусков ЧП, он, как ни странно, сложнее, чем кажется, там много слоёв дна, и на каждом снизу постучали.
Испытал, конечно, зависть: всё-таки когда я делал свой подкаст с Рыбкой, у меня и близко не вышло вот так врубить тролля с брейнротом, тёмным просвещением и Хэлфордом Макиндером. Анастасия Ивановна, хоть и тоже в своём роде великий специалист по философии (почти как Дерипаска), всё-таки попроще будет, чем Ксения Анатольевна.
У Собчак понятно какой план был на интервью: напугать свою ЦА (а это плюс-минус вся шестая колонна) страшным фриком Дугиным, который, если ему дать волю, всех оденет в косоворотки, отправит в деревню сажать брюкву, интернет по талонам, молиться-поститься-слушать радио Радонеж. Вот, бойтесь-бойтесь, мы (и лично я, Кровавая Барыня) – последний, так сказать, оплот цивилизации (вовсе не в дугинском смысле этого слова, а в «общечеловеческом»).
АГ ей блестяще подыграл, объявив идею запретить серфингистов, изложив крестьянскую анархоутопию Чаянова в качестве идеала России будущего и набухтев на Чебурашку с Лабубу. Это было достаточно весело и задорно. В конце он даже обнажил приём – типа, если б я говорил только конвенциональные вещи, меня бы вообще никто не услышал; философ просто вынужден чудить и камлать, резать дискурс парадоксами, быть почти юродивым – это единственный способ хоть как-то привлечь внимание к содержанию (достаточно сложному и трудноусваиваемому).
Но весело и задорно было ровно до момента, пока не началась тема про Дашу. Вот тут, собственно, веселье и кончилось. И дальше надо было видеть, как Собчак со своим фальшивым сопереживанием-на-камеру пыталась исподволь подвести аудиторию к мысли, что, мол, он ведь дочь-то потерял именно потому, что доигрался со своими фриковскими теориями. Мягко, разумеется, не в лоб, но суть была именно эта, подлая довольно-таки. А Дугин, что очень понятно, поскольку оно же действительно болит каждый день и будет болеть до конца дней, пытался объяснять про Антигону и про христианское «смерти нет»; но это было как со стенкой разговаривать.
Короче, противоречивые у меня ощущения от увиденного. «Ничья», в некотором смысле. Решил для себя отдельно разобрать феномен Собчак в одном из будущих выпусков ЧП, он, как ни странно, сложнее, чем кажется, там много слоёв дна, и на каждом снизу постучали.
🤡1🥱1
Forwarded from ЧАДАЕВ
Кстати, про Антигону. Подумал, что тут Собчак пропустила мощную возможность. Но это надо мифологию знать. Антигону, как мы помним, приговорили к казни ровно за то, что она пошла против властей, похоронив тело брата-изменника Родины. А её была позиция, что семья и близкие важнее государства и его законов. И вот тут надо было спрашивать Дугина: значит ли это, что те, у кого родня на Украине, имеют моральное право послать лесом всю эту вашу СВО? Не знаю, что бы он ответил. Но она не спросила. Кстати, я думаю, сама Собчак тоже ведь в некотором смысле такая Антигона.
🤡1
Forwarded from ЧАДАЕВ
Сейчас будет достаточно опасная цепочка рассуждений.
В сетевой аналитике одной из причин нашей нынешней непобеды часто называют медлительность промышленности с разработкой и внедрением новых технологий, в увязке с монополизмом крупных компаний "старого" ВПК.
Но если представить ветку альтернативной истории, в которой наш "народный ВПК" набрал столько административно-политического веса, что смог подвинуть или даже вовсе отодвинуть этих лоббистов, выясняется следующее.
Во-первых, не факт, что этот самый народный ВПК окажется в итоге эффективнее по соотношению затраты/результат; особенно если речь не о разработке, а о масштабировании/тиражировании/удешевлении производства. В нём много конструкторов-разработчиков, но крайне мало опытных производственников, способных справляться с большим серийным производством. Это вообще очень редкая компетенция в нашей стране. Единственная сфера, где она присутствует в достаточном количестве — это тоже производство, но только гражданское; и не у маленьких стартапов, а у достаточно крупных компаний, умеющих делать сложные технические изделия быстро/много/дёшево/качественно. И если их не мобилизовать в некотором смысле на войну, а просто отдать деньги "народникам", результат будет "два сломал — один потерял", как в анекдоте. Ну и через какое-то время многие сядут — даже не потому, что украли, а потому, что сожгли деньги, не дав результата, как случилось с ТБ в Самаре.
Во-вторых... и это уже политика. Наши гадатели на кофейной гуще и расстановке фигур на Мавзолее обычно трактуют все эти темы в категориях борьбы башен за влияние на Верховного, называя фамилии и кланы. Но давайте посмотрим на это под другим углом. Тот же Ростех — это ведь порядка 800 предприятий по стране, несколько десятков моногородов, в том числе крупных, как Тагил. Это под полтора миллиона человек. Представьте, если они вдруг останутся без заказов, работы, будущего. Да, то, что они делают, далеко не всегда представляет из себя оружие победы, и ещё меньше соответствует современным требованиям к соотношению цена/результат. Но это если про войну. А если про мир, то это, например, ещё и гарантированный резерв голосов за ЕР, плюс страховка в сложных внутриполитических случаях — кто-нибудь помнит фамилию Холманских и зиму 2012 года?
Был такой австрийский теоретик инновационной экономики, по фамилии Шумпетер. Он описал модель внедрения новых технологий так: главным препятствием этого внедрения являются производства предыдущего инвестиционного цикла. "Первого изобретателя бетона замуровали заживо в этом самом бетоне единодушным решением гильдии каменщиков" — легенда, конечно, но убедительная. В нашем случае никакой новомодный дронопром не вырастет — ему просто негде вырасти, место занято.
У небратьев вышло иначе. У них и ВПК был поменьше изначально, да и тот, который не был распилен на металлолом в предыдущую эпоху дерибана, в основном погиб под Геранями и Искандерами. Тем самым, парадоксальным образом, расчистив поляну для гаражников. Последствия пожинаем прямо сейчас на фронте и в тылу.
Вывод: одна из неочевидных, но очень серьёзных причин нашего отставания — это, как ни странно, относительно бОльшая "сохранность" того самого старого уклада, в том числе конкретно в производстве оружия. То же, кстати, и у американцев, только что переживших (и примерно по тем же причинам) обидную непобеду в Заливе. Дальше вопрос, какие выводы из этого сделают они, и какие мы.
В сетевой аналитике одной из причин нашей нынешней непобеды часто называют медлительность промышленности с разработкой и внедрением новых технологий, в увязке с монополизмом крупных компаний "старого" ВПК.
Но если представить ветку альтернативной истории, в которой наш "народный ВПК" набрал столько административно-политического веса, что смог подвинуть или даже вовсе отодвинуть этих лоббистов, выясняется следующее.
Во-первых, не факт, что этот самый народный ВПК окажется в итоге эффективнее по соотношению затраты/результат; особенно если речь не о разработке, а о масштабировании/тиражировании/удешевлении производства. В нём много конструкторов-разработчиков, но крайне мало опытных производственников, способных справляться с большим серийным производством. Это вообще очень редкая компетенция в нашей стране. Единственная сфера, где она присутствует в достаточном количестве — это тоже производство, но только гражданское; и не у маленьких стартапов, а у достаточно крупных компаний, умеющих делать сложные технические изделия быстро/много/дёшево/качественно. И если их не мобилизовать в некотором смысле на войну, а просто отдать деньги "народникам", результат будет "два сломал — один потерял", как в анекдоте. Ну и через какое-то время многие сядут — даже не потому, что украли, а потому, что сожгли деньги, не дав результата, как случилось с ТБ в Самаре.
Во-вторых... и это уже политика. Наши гадатели на кофейной гуще и расстановке фигур на Мавзолее обычно трактуют все эти темы в категориях борьбы башен за влияние на Верховного, называя фамилии и кланы. Но давайте посмотрим на это под другим углом. Тот же Ростех — это ведь порядка 800 предприятий по стране, несколько десятков моногородов, в том числе крупных, как Тагил. Это под полтора миллиона человек. Представьте, если они вдруг останутся без заказов, работы, будущего. Да, то, что они делают, далеко не всегда представляет из себя оружие победы, и ещё меньше соответствует современным требованиям к соотношению цена/результат. Но это если про войну. А если про мир, то это, например, ещё и гарантированный резерв голосов за ЕР, плюс страховка в сложных внутриполитических случаях — кто-нибудь помнит фамилию Холманских и зиму 2012 года?
Был такой австрийский теоретик инновационной экономики, по фамилии Шумпетер. Он описал модель внедрения новых технологий так: главным препятствием этого внедрения являются производства предыдущего инвестиционного цикла. "Первого изобретателя бетона замуровали заживо в этом самом бетоне единодушным решением гильдии каменщиков" — легенда, конечно, но убедительная. В нашем случае никакой новомодный дронопром не вырастет — ему просто негде вырасти, место занято.
У небратьев вышло иначе. У них и ВПК был поменьше изначально, да и тот, который не был распилен на металлолом в предыдущую эпоху дерибана, в основном погиб под Геранями и Искандерами. Тем самым, парадоксальным образом, расчистив поляну для гаражников. Последствия пожинаем прямо сейчас на фронте и в тылу.
Вывод: одна из неочевидных, но очень серьёзных причин нашего отставания — это, как ни странно, относительно бОльшая "сохранность" того самого старого уклада, в том числе конкретно в производстве оружия. То же, кстати, и у американцев, только что переживших (и примерно по тем же причинам) обидную непобеду в Заливе. Дальше вопрос, какие выводы из этого сделают они, и какие мы.
🥱1
Forwarded from ЧАДАЕВ
Всегда приятно, когда КВНом по Леопарду. Уже давно не пощу видео КВН в основной канал, но тут не удержался прямо.
🤡1
Forwarded from Поддубный |Z|О|V| edition
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Кадры уничтожения немецкого Leopard 1A5 ВСУ показали наши товарищи. Один за другим дроны атаковали вражеский танк, при попытке его прорыва в Константиновку.
Сейчас в черте города, на южных и юго-западных окраинах, идут ожесточенные бои. С воздуха нашу пехоту активно поддерживают ВКС. В "малом небе" активна беспилотная авиация. Плотно работают и наши артиллеристы. В стане противника жалуются, что для ВСУ "в обороне Константиновки началась самая тяжелая фаза".
Подпишись ТГ / Подпишись МАХ
Сейчас в черте города, на южных и юго-западных окраинах, идут ожесточенные бои. С воздуха нашу пехоту активно поддерживают ВКС. В "малом небе" активна беспилотная авиация. Плотно работают и наши артиллеристы. В стане противника жалуются, что для ВСУ "в обороне Константиновки началась самая тяжелая фаза".
Подпишись ТГ / Подпишись МАХ
Forwarded from ЧАДАЕВ
Начинаем уже через 10 минут. Трансляция будет здесь на канале, а также:
YouTube
RUTUBE
ВК
Выбирайте, где удобнее, и встречаемся в 21:00 по Мск
YouTube
RUTUBE
ВК
Выбирайте, где удобнее, и встречаемся в 21:00 по Мск
YouTube
Чистота понимания LIVE // Чем и как отвечать на письма и дроны?
«Чистота понимания» – LIVE
Тема: Чем и как отвечать на письма и дроны?
Участники: Алексей Чадаев, Семён Уралов, Иван Князев
00:00:00 Введение
00:00:38 Начало
00:01:37 Письмо Зеленского и реакция Кремля
00:02:36 Реакция на письмо
00:03:35 Анализ письма…
Тема: Чем и как отвечать на письма и дроны?
Участники: Алексей Чадаев, Семён Уралов, Иван Князев
00:00:00 Введение
00:00:38 Начало
00:01:37 Письмо Зеленского и реакция Кремля
00:02:36 Реакция на письмо
00:03:35 Анализ письма…
🤡1
Forwarded from Proeconomics
Тем временем инфляция в Еврозоне в мае поднялась до 3,2%, превышая целевой показатель Европейского центрального банка в 2,0%. Цены на энергоносители выросли на 10,9%, что является самым резким ростом с февраля 2023 года, чему способствовали ограничения поставок, связанные с конфликтом на Ближнем Востоке. Среди крупнейших экономик еврозоны инфляция ускорилась в Испании (3,6% против 3,5% месяцем ранее), Нидерландах (3,4% против 2,5%), Италии (3,3% против 2,8%) и Франции (2,8% против 2,5%), но замедлилась в Германии (2,7% против 2,9%).
И если конфликт в Персидском заливе не будет урегулирован до осени, то к этому времени, как прогнозируют уже ряд аналитиков, инфляция в Еврозоне может разогнаться до 5%, что заставит ЕЦБ сильно увеличивать ключевую ставку со всеми вытекающими последствиями (дорогим кредитом).
И если конфликт в Персидском заливе не будет урегулирован до осени, то к этому времени, как прогнозируют уже ряд аналитиков, инфляция в Еврозоне может разогнаться до 5%, что заставит ЕЦБ сильно увеличивать ключевую ставку со всеми вытекающими последствиями (дорогим кредитом).
Forwarded from Трезвый взгляд из США
После «выборов» в Армении богатства Центральной Азии становятся новым фронтом борьбы великих держав
Встреча, которая пройдет в Астане 11-12 июня, официально представляется как инвестиционная конференция в сфере горнодобывающей промышленности и металлургии. Однако в действительности она отражает более масштабный процесс: усиливающуюся борьбу крупнейших держав за контроль над ресурсами, которые будут определять промышленное развитие XXI века.
На протяжении многих лет западные правительства говорили о глобализации и свободной торговле. Сегодня критически важные минералы все чаще рассматриваются как вопрос национальной безопасности. Редкоземельные элементы, вольфрам, литий, медь и другие стратегические ресурсы необходимы для военной промышленности, полупроводников, энергетики и искусственного интеллекта. Контроль над их поставками означает не только экономическое, но и политическое влияние.
Китай осознал значение этих ресурсов десятилетия назад и сумел занять доминирующие позиции на многих рынках. Теперь США и их союзники пытаются сократить зависимость от китайских поставок, создавая альтернативные цепочки снабжения. Центральная Азия с ее значительными запасами полезных ископаемых становится важной частью этой стратегии.
Поэтому встреча в Астане посвящена не столько добыче сырья, сколько геополитике.
Участие руководителей Экспортно-импортного банка США и Международной финансовой корпорации развития показывает, что Вашингтон использует государственные финансовые инструменты для продвижения американских интересов в регионе. Речь идет не просто об инвестициях, а о включении центральноазиатских ресурсов в формирующиеся западные цепочки поставок.
Казахстан стремится воспользоваться ситуацией. На фоне растущего спроса на не-китайские источники сырья Астана предлагает иностранным инвесторам привлекательные условия. Недавний проект по разработке вольфрамовых месторождений, в котором американский консорциум получил 70 процентов участия, демонстрирует готовность властей идти на серьезные уступки ради привлечения капитала и технологий.
При этом в регионе появляется и другой важный вопрос. Если еще десять лет назад главным внешним игроком в Центральной Азии считалась Россия, то сегодня ей приходится конкурировать одновременно с Китаем и Западом. Москва сохраняет значительное влияние в сфере безопасности, торговли и миграции, однако все чаще оказывается наблюдателем в новых инвестиционных инициативах, где главными источниками капитала выступают Китай, США и международные финансовые структуры.
Показательно, что сами казахстанские власти открыто говорят о растущем западном геополитическом спросе на не-китайские источники критически важных минералов. Это фактически признание того, что речь идет не просто о коммерческих проектах, а о более широком геополитическом перераспределении влияния.
По мере усиления соперничества между США и Китаем борьба за критически важные минералы становится одним из ключевых направлений глобальной конкуренции. Центральная Азия все больше превращается из транзитного региона в один из стратегических центров этой борьбы.
Останется ли регион выгодоприобретателем соперничества великих держав или превратится лишь в поставщика сырья для внешних центров силы, остается открытым вопросом. Однако уже очевидно, что в XXI веке борьба за полезные ископаемые все чаще становится борьбой за геополитическое влияние.
Подписывайся на Взгляд🌎
Встреча, которая пройдет в Астане 11-12 июня, официально представляется как инвестиционная конференция в сфере горнодобывающей промышленности и металлургии. Однако в действительности она отражает более масштабный процесс: усиливающуюся борьбу крупнейших держав за контроль над ресурсами, которые будут определять промышленное развитие XXI века.
На протяжении многих лет западные правительства говорили о глобализации и свободной торговле. Сегодня критически важные минералы все чаще рассматриваются как вопрос национальной безопасности. Редкоземельные элементы, вольфрам, литий, медь и другие стратегические ресурсы необходимы для военной промышленности, полупроводников, энергетики и искусственного интеллекта. Контроль над их поставками означает не только экономическое, но и политическое влияние.
Китай осознал значение этих ресурсов десятилетия назад и сумел занять доминирующие позиции на многих рынках. Теперь США и их союзники пытаются сократить зависимость от китайских поставок, создавая альтернативные цепочки снабжения. Центральная Азия с ее значительными запасами полезных ископаемых становится важной частью этой стратегии.
Поэтому встреча в Астане посвящена не столько добыче сырья, сколько геополитике.
Участие руководителей Экспортно-импортного банка США и Международной финансовой корпорации развития показывает, что Вашингтон использует государственные финансовые инструменты для продвижения американских интересов в регионе. Речь идет не просто об инвестициях, а о включении центральноазиатских ресурсов в формирующиеся западные цепочки поставок.
Казахстан стремится воспользоваться ситуацией. На фоне растущего спроса на не-китайские источники сырья Астана предлагает иностранным инвесторам привлекательные условия. Недавний проект по разработке вольфрамовых месторождений, в котором американский консорциум получил 70 процентов участия, демонстрирует готовность властей идти на серьезные уступки ради привлечения капитала и технологий.
При этом в регионе появляется и другой важный вопрос. Если еще десять лет назад главным внешним игроком в Центральной Азии считалась Россия, то сегодня ей приходится конкурировать одновременно с Китаем и Западом. Москва сохраняет значительное влияние в сфере безопасности, торговли и миграции, однако все чаще оказывается наблюдателем в новых инвестиционных инициативах, где главными источниками капитала выступают Китай, США и международные финансовые структуры.
Показательно, что сами казахстанские власти открыто говорят о растущем западном геополитическом спросе на не-китайские источники критически важных минералов. Это фактически признание того, что речь идет не просто о коммерческих проектах, а о более широком геополитическом перераспределении влияния.
По мере усиления соперничества между США и Китаем борьба за критически важные минералы становится одним из ключевых направлений глобальной конкуренции. Центральная Азия все больше превращается из транзитного региона в один из стратегических центров этой борьбы.
Останется ли регион выгодоприобретателем соперничества великих держав или превратится лишь в поставщика сырья для внешних центров силы, остается открытым вопросом. Однако уже очевидно, что в XXI веке борьба за полезные ископаемые все чаще становится борьбой за геополитическое влияние.
Подписывайся на Взгляд
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍2