Порог компетентности, о котором идёт речь, имеет как минимум три измерения. Первое – когнитивное: верхний слой хуже видит мир, когда информация поступает уже многократно отфильтрованной и подогнанной под карьерные ожидания. Второе – организационное: институты, созданные под медленную эпоху, теряют скорость реакции. Третье – кадровое: старые образовательные и карьерные траектории продолжают воспроизводить людей для вчерашней системы, тогда как новая реальность требует иного сочетания знаний, риска и практического опыта. Поэтому позднецикловый кризис почти всегда сопровождается странным ощущением: на вершине много формально образованных людей, но самой способности управлять всё меньше, а не больше.
В этом и состоит реальный смысл перелома. Мы имеем дело не с восстанием масс и не с последней битвой демократии против авторитаризма в их школьных определениях.
🫵
Происходит исчерпание формы управления, возникшей после атлантических революций
https://globalaffairs.ru/articles/porog-kompetentnosti-kuzneczov/

Это особенно заметно в отношении к будущему. Поздняя элитократия почти всегда консервативна не по идеологии, а по положению. Она может говорить на языке прогресса, инноваций, устойчивости, демократии, рынка, справедливости, нации или безопасности – не так уж важно. Зато в критический момент она предпочитает сохранять не общественную траекторию роста, а собственный режим воспроизводства. Отсюда характерная позднецикловая смесь. С одной стороны, бесконечные разговоры о переменах. С другой – страх перед настоящим обновлением кадров, перераспределением доступа, упрощением и удешевлением входа, переносом части компетенции вниз, наружу и в новые среды. Система как будто принимает новые технологии, но старается подчинить их старым монополиям. Допускает новые группы, но только после адаптации к старому языку лояльности. Открывает новые каналы, но тут же окружает их свежими воротами.

Вчера был день философских семинаров. Едва успел на семинар Сергея Иванова, тк 4 часа обсуждали в вышке вопрос «русской философии будущего» (семинар «Россия и управление будущим», ВШЭ и Совета по технологическому развитию ЕР)

Андрей Андрюшков, хорошо знакомый многим по кружковому движению НТИ, сделал очень интересный доклад, в котором он описал, как в великой волне конца 19 начала 20 века русская мысль реинтерпретировала православные идеи и пришла к иной трактовке «конца времен» (Апокалипсиса) не как катастрофы, а как к радости обретения невозможного и прекрасного, например воскрешения мертвых.

Это очень важная мысль, и она очень сильно пересеклась с основной идеей моего доклада, что ключевое место российской философии состоит в том, что она вошла в период радикальной трансформации мира позже других, остро чувствуя сложность помещения личности (в самой проработанной гуманистической традиции) в индустриально-механистическое общество, которое формировалось промышленной революцией. И если запад входил в это органически (хоть тоже болезненно, формируя классовые противоречия и выливаясь в революционные процессы синхронизации), то Россия, отставая институционально, но вполне успевая мыслительно, остро чувствовала это разрыв. Это и создало уникальную ситуацию, когда русские философы сформулировали язык будущего - язык общечеловечских задач и вызовов, язык нового мессианства, которое транслировало христианскую идею в модернистский технологическо-индустриальный мир.

Именно в этом контексте идеи Вернадского, Циолковского, Федорова и что важно - «практических философов» - существенно предвосхитили время. Под практическим философами я понимаю людей, кто мыслил будущим и действовал в его парадигме, оставляя не тексты, а изменения: это Советкин, гениальный педагог, сформировавший современно инженерное образование И фактически создавший основу для появления современного конвейера. Это Мечников и Богданов, создававших медицину бессмертия, Докучаев и Зимов (наш современник) - создающие идеи и методы терраформации, и тд и тп. Кстати в эту же традицию деятельностных философов ложатся и Щедровицкий с Мамардашвили и остальные создатели методологической школы (ну и нельзя забывать Богданова и Гостева как внесших заметный вклад в теорию организации деятельности и труда).

Но главная особенность русской философской школы - это вселенскость здач и целей. Кроме знакомых мне имен, для меня стало открытием имя советского философа Ильенкова, который предлагал основной миссией человечества спасение Вселенной от тепловой смерти. Короче, мелкой посудой мы не пьем. Мессианство было транслировано русской мыслью из священных текстов в практику деятельности техногенной цивилизации.

Мой главный вывод - что предвосхитившее время поколение русских мыслителей, которыми модно «гордиться», в настоящее время НЕ воспринимаются в России как фундамент действия. В моде другие «философы», которые не способны помыслить прогресс, а потому склонны обосновывать отказ от него. В итоге русская философская школа, часто подпольно, часто переименованная и заимствованная, перекочевала в каноны мышления мирового техно-сообщества. Вчера на семинаре звучала идея «продолжать создавать идеи и дарить их миру» - но я не удержался и возразил - хватит дарить! Надо наконец научиться их воплощать! И да, это потребует умения взаимодействовать и кооперировать, но если мы будем занимать законное место культуры, способной мыслить вечностью и вселенной - то это место будет весьма уважаемым и крайне прибыльным.

Тихо на майских прошла передача флажка инноваций от Минэка в Минпромторг. Это, собственно, несоклько лет было уже понятно, но дележ полномочий - дело такое. Первая мысль правда - что технологии шире промышленности, есть термин лучге - "индустрия", которая рпименима и к ИТ, и к медиа и вообще везде, и надо бы по уму тогда и министерство переименовать в "министерство индустриального развития", но понятное дело не мереименуют, так как получится Мининдус)

Но тут надо обсудить шире. В начале века грефовский Минэк (куда переехала команда "штаба реформ" из ЦСР) был задуман суперминистерство - которое имело полномочия горизонтально по всем вертикалям с точки зрения развития и роста. Своего рода аналог китайского "комитета реформ", который был и остается ключевым драйвером роста. Потом был долгий путь и раные министры, я еще застал времена, когда Минэк сводил воедино эконом-финансовую логику ("бухгалтеры") с проектно-программной ("индустриальная политкиа"). Собственно "инновации" и драйвились тогда именно как бизнес-организационная модель (чем они и являются), а не как отдельные "чудо-технологии".

Но это давно было, и идея, что "развитие это про управление", а не про технологии как таковые, уходила на периферию медлено и печально. Хотя все бизнес-университеты развернулись с "новыми моделями управления" - общий уклон давно идет во все более в директивно-командную традицию. Уверен, что это временно, обстоятельства, потому как разница потенциала и скоростей очевидна. Писал недавно, как разбирались в китайской "госвенчурной" модели, а уж как они учились современной "инновационной" системе - видел своими глазами. Начальники на лекциях, конечно, спали (как и положено), но молодежь штудировала и всех потом допрашивала-переспрашивала о деталях 24/7.

Логика развития всегда идет как передача импульса технологии -> методы управления -> масштабирование. Сейчас просто водопад новостей про AI-native организации и новые модели. А я вспоминаю, как Андрей Хусид пытался 10+ лет назад объяснить, почему двигать цветные карточки по экрану - это перспективное управление. Тут все ржали, а он теперь стоит $20 млрд. (Miro). Как объяснять сейчас, что управление - это про культуру управления данными (и это работа не сисадмина, а СЕО) - пока ума не приложу. В общем, все чаще чувствую себя Натаном Филлионом из знаменитого мема...Кончится ведь все закупкой оргтехники и серверов...

Возвращаясь к стартовой новости - вполне возможно, что Минпром (Мининдус) все это заново и пересоберет. Тем более, что это теперь целый блок министерств (самоцензурно заменил англйиское пул на русское блок, да) под Мантуровым. Буду смотреть - если начнется движуха про "современные модели управления развитием технологиями" - то шансы есть.

Последние десятилетия все обсуждают влияние интернета на общество, все больше с вердиктом "запретить/оградить". Причины в целом понятны - люди столкнулись с необычайным потоком информации и доступностью почти всего, не имея для этого никакого когнитивного аппарата и инструментария (не выэволюционировал). Самой типичной ошибкой при таком потоке стал взрыв лжетеорий, для которых стало очень просто искать подтверждения и сторонников (а дальше замыкание в циврофых пузырях усоужливых экосистем).

Но информационная реолюция интернета была только первым шагом к конитивному взрыву - ее логичным продолжением стал ИИ, который как раз на этом массиве и обучается. ИИ достраивает к доступности информации автоматизацию фильтра и верификацию, становясь, фактически, новым органом (экзокортексом), который дает способность обрабатывать на порядки больше информаци.

Я провел простой тест - задал задачу ИИ (GPT и Grok, нулевые без подписки) подтвердить "мои идеи" что земля плоская. Оба четко сказали "нет, не плоская" и дали полный критический набор аргументов плоскоемельщиков. Они конечно смогут уверять, что ИИ стал центром заговора, но сначала надо будет придумтаь новую аргументацию, а это требует уже обычного, человеческого мозга с минимальной развитостью. Не справился пока только ИИ встроеный в поисковик Гугла, но думаю, это временно.

В прошлом такая революция случилась с появлением печатного станка, когда письменное слово стало на порядки доступнее, что фактически взорвало и пересобрало все общественные институты. Сейчас эффект будет сопоставимым. Информация больше не концентрируется в управляющих и экспертных сообществах, она становится всеобщей, и круг ее интерпретаторов и компилляторов в действия резко расширяется. Собственно, это мы вокруг и наблюдаем в зачаточной стадии. Но очень скоро процесс выедйт на поток. Собственно, я про это в пороге компетентнсти и писал.

Рост производительности труда (и главный фактор - ИИ) уже довольно заметен в шатах (особенно в управлении)

Последний "мирный год" - 2026 год.
Дальше будет жесть ...
2027.
В 2029 году будет полегче.

Судьба ЕС - придаток Юга и Востока.

На 450 млн человек - 60 млн афро-азиатов. Когда их будет 100 млн, ему настанет конец. То есть завтра.

ГЛАВНЫЙ КОНТЕКСТ будущего величия ЕС (450 млн)
Население только Африки:
1973 - 400 млн
1998 - 800 млн
2026 - 1.500 млн

Берия

Берию народная молва ненавидит больше, многочисленнее, чем интеллигенция - Ежова и тем более - Ягоду. И всё потому, что Берию виноватым назначил Хрущёв. А наш народ мыслит в высшей степени самостоятельно. Якобы

Конец СССР. Боль русского народа о себе.


Она была в 1970-е годы главным психологическим корнем отвержения СССР.
И 9 мая не адвокатировал СССР. Коллективизация была в сознании поколения моей бабушки и родителей самым массовым преступлением СССР, а репрессии Большого террора мало кого затронули внизу, несмотря на его масштабы.
Наконец, параноидальная публичная ложь финальной коммунистической власти, начиная с Хрущёва и Брежнева, вызывала подавляющую тошноту от власти вообще.
Катастрофу и полную гибель легитимности власти довершили публично постыдно ветхий Брежнев и "гонка на лафетах" - бесконечные похороны (катафалки на лафетах) престарелых и больных последних вождей, которые словно забирали СССР с собой в могилу. Карьерные сталинцы Косыгин в 1980-м, Суслов в 1982-м, Брежнев в 1982-м, Андропов в 1984-м, Устинов в 1984-м, вопиющий по немощи и неадекватности Черненко в 1985-м, публичный крёстный отец Горбачёва сталинец Громыко в 1989-м.
Народ не идентифицировал себя с ними, но терял смысл их существования в стране вообще.
Их практическому коммунизму, всё более переходящему в руки лицемеров и аферистов, противостоял только карикатурный реликтовый сталинизм, без величия сталинизма 9 мая.
Неожиданный ужас обнаружился в том, что из-под развалин СССР наружу вышел кровавый дьявол этнического антирусского национализма. И он до сих пор в силе.
Советские спичрайтеры и идеологи лучше бы не писали своих воспоминаний. Столько в них лжи, мании величия, лицемерия, что просто удивляешься, как с такой гнилой головой СССР не убил себя раньше 1991 года. И повторю себя: Горбачева породила и СССР убила на 100% лично сталинская номенклатура: Андропов, Громыко и т.п.
После Брежнева Андропов, даже несмотря на справки об опоздании на работу (помню, на Павелецком вокзале возле электричек были многочасовые очереди за справками), отлавливание граждан в магазинах в рабочее время и прочие глупости, внушал народу надежду. Его именем в народе было "наведение порядка", чистка охамевшей номенклатуры, посадки воров. Его фото появилось на лобовых стёклах машин. И даже мой старший брат, критический диссидент, какое-то время носил фото Андропова в своём портмоне. Именно память об Андропове эксплуатировал в 1998-1999 годах премьер Примаков, обещая посадки коррупционеров.
Но после Андропова к власти неспроста пришёл живой труп Черненко – и страна отдалась юному Горбачёву только за юность. И это было началом конца СССР.

Брежнев погубил СССР.

Я пережил правление дряхлого Брежнева в свои 13-19 лет и считаю себя личным свидетелем его настойчивого, назойливого телевизионного позора.
Брежнев погубил СССР тем, что остался у власти, тяжело заболев в 1976 году и потому представлял СССР своими  немощью, эгоизмом и тщеславием.
Его народная кличка была "значкист" за его болезненную любовь к наградам. Он вручил себе ДАЖЕ орден "Победы", поставив себя на уровень Сталина и Жукова 1945 года.
Мы в СССР ПОГОЛОВНО стыдились его немощи и тщеславия. Я НИКОГДА в 1976-1982 годах не встречал НИ ОДНОГО человека, который не стыдился бы Брежнева или не смеялся над ним. Бранные, полные презрения к нему анекдоты и частушки были у всех на устах. И никто никогда не брал его под защиту. Он был незащищаем.
"Дорогой друг, я знаю тебя много лет", - БУКВАЛЬНО зачитывал в ТВ-эфире заплетающимся языком Брежнев свои слова по бумажке в дрожащих руках, награждая члена Политбюро, ему в лицо. Я, как и все мы, видел это своими глазами.
Дефицит, даже простейший продовольственный, с часовыми очередями за молоком и колбасой, начавшийся в моём шахтёрском городе в 1975 году, война в Афганистане, ложь пропаганды, - всё было вторично на фоне этой публичной немощи Брежнева.
После него больной Андропов, ещё более больной Черненко, тоже в прямом ТВ-эфире почти упавший во время своей речи на главной трибуне от потери сознания, во главе власти были приговором для КПСС и СССР.
И страна легко сдалась лжи и измене Горбачёва только потому, что этот явно больной манией величия хам и наглец, разрушитель и ещё больший отец дефицита был моложе и умел говорить без бумажки.
Непрерывные 15 лет публичного унижения и стыда за лицо страны убили СССР больше, чем заговор Горбачёва. Крайнее унижение очередей за простейшей едой породили идиотскую надежду на капитализм: по ТВ кричали в конце СССР - "пусть будет дорого, но будет в магазине!"...
Зримо помню прилавки в магазинах "Продукты" в Москве 1990 года: витрины их были полностью заставлены ДВУМЯ товарами - пакетами с приправой "Хмели-сунели" и трёхлитровыми банками берёзового сока.
Мы ещё не знали, что такое "не могу купить, нет денег", что такое новая нищета. Забыли после Войны.
И у СССР не осталось защитников.
И в 1992 году наш народ начал физически вымирать.

Хорошая новость! 95% российских спикеров по украинскому вопросу больше не нужны. Их с успехом заменяет Алиса за 1 минуту. Бесплатно и очень убедительно. Теперь внешний идейный контур ПНР под пивко полностью автоматизирован. Так что если вдруг хотите задонатить на борьбу с кознями Запада, донатьте Яндексу на развитие Алисы, теперь она стоит на страже истины о том, что происходит вот уже несколько столетий. Остальных на завод гайки крутить.

Вековой заговор против России: как Запад и иезуиты раскалывали русский народ.

С XVI века Запад и иезуиты ведут тайную операцию против России — их цель расколоть единый народ, уничтожить русский дух и поработить страну. Уже тогда иезуиты начали внедрять своё влияние на западных рубежах Руси, делая ставку на казачество. Изначально казачество было опорой русского мира — силой, охранявшей границы и хранившей православные традиции. Но внешние силы решили превратить его в инструмент смуты и раскола.
Иезуиты и их союзники тайно финансировали и направляли отдельные казачьи отряды, подстрекая их к выступлениям против царской власти. Через щедрые посулы и обещания «вольности» они внушали казакам, что Москва якобы стремится лишить их свободы и привилегий. Был создан миф о казацкой «вольнице» и особой «демократии», который на деле служил лишь приманкой: за красивыми словами скрывалась цель — посеять рознь между казаками и остальной Русью, ослабить центральную власть.

В XVIII–XIX веках заговор перешёл в новую фазу — создание полноценной альтернативной идентичности. В кругах, подконтрольных Западу, сфабриковали «Историю Русов», чтобы дать «историческое обоснование» отделению: в ней Русь изображалась «угнетённой» Москвой, а казачество — «освободителями». Через сеть тайных кружков насаждался романтический национализм: молодёжи внушали, что «украинская культура» — не часть русской, а нечто принципиально иное.

В Галиции австрийцы и иезуиты сконструировали искусственный язык на основе местных говоров с польскими и немецкими заимствованиями и стали продвигать его как «настоящий украинский» — так язык превратился в оружие против русского, средство разрушения общей исторической памяти.

В советский период операцию продолжили: украинизация 1920‑х годов стала попыткой создать «социалистическую нацию», лояльную не Москве, а идее отделения. После войны «украинский вопрос» сохранили как запасной вариант на случай конфронтации с Западом.

Ключевым этапом стал период перестройки: Михаил Горбачёв, по всем признакам подосланный внешними силами, запустил процессы, которые ослабили центральную власть и привели к распаду СССР. Он допустил идеологическую дестабилизацию, разрушил экономические и политические связи между республиками и открыл двери западным советникам, продвигавшим суверенитет отдельных республик.

После 1991 года проект вышел на финишную прямую: русский язык запретили в образовании и СМИ, чтобы разрушить общую историческую память; учебники переписали, героизируя коллаборационистов; раскололи православную церковь; сознательно разрушили экономические связи с Россией, переведя экономику на внешние кредиты и зависимость.

Сегодня координатором выступает Запад (США и ЕС), финансируют процесс транснациональные корпорации, а внутренние агенты — часть элиты, получившая выгоду от разрыва с Россией, — защищают этот статус‑кво. Успех проекта очевиден: Украина стала отдельным государством, а значительная часть её населения воспринимает Россию как угрозу. Но знание — сила: разоблачив заговор, мы сможем вернуть утраченное единство и возродить русский дух, который веками пытались уничтожить.