Если сидеть внутри прошлой границы глобализации деградация так и выглядит.
На самом деле, при выходе в Средней Космос людей редко не хватает

Даже последний нацист хохол безумно ценен в Русском космизме

Потому что за миллиард километров в космосе который античеловечен - любой человек это радость

Русский космизм базируется на Шестом укладе.

Рим это предыдущий этап

Это как если бы вы меня спросили вы за институт или начальную школу?

Сначала мы идём в начальную школу.
Учимся , развиваемся , а потом естественно наступает институт.
Если сдашь экзамены

Русский космизм это проект будущего.
Он русский , без немецкой философии

Как в Марксизме

Я считаю , что Коммунизм могут построить только Свободные люди

А Советская Россия это Директивное планирование

И Девятов продает нам вчерашние щи

Щи суточные

Модель будущего это города полисы Древней Греции

Когда были оторванные друг от друга на сотни километров города с 10000 населения

Нефть по $53: на кого вообще работает Трамп?

Заявление Дональда Трампа о том, что США хотели бы видеть нефть около $53 за баррель, звучит как идеальная формула для внутренней политики: дешевое топливо, ниже инфляция, довольный избиратель. На практике все сложнее.

Во-первых, какая именно нефть. Добытчики в США ориентируются прежде всего на WTI и региональные дифференциалы (Midland, MEH, Cushing и т.д.), а не на Brent. Наверное, Трамп, как американец, апеллировал к WTI. Это критично: в начале 2026 года Reuters фиксирует расширение дисконта WTI к Brent – крупнейшее за месяцы, с объяснением через рост доступности сырья и потоков, в том числе в контексте венесуэльских объемов. То есть, $53 это ценовой максимум.

Тут мы подходим к вопросу безубыточности. Из публичных оценок, цитируемых EIA на основании Dallas Fed Energy Survey следует, что таковая для Permian Midland breakeven составляет $62/барр, для Permian Delaware breakeven $64/барр. Это ключевой маркер, потому что Permian – главный актив всей американской добычи. Если даже там усредненный breakeven выше «политической цели», то в остальных бассейнах ситуация, как правило, жестче. То есть, цена $53 – это банкротство для большинства нефтяных проектов при сохранении прежних вводных.

Отдельной строкой идет сланец. Сланцевая отрасль может довольно долго поддерживать добычу на уже пробуренных скважинах, но он очень чувствительна к падению цены в части будущего бурения.

В январе 2026 Reuters со ссылкой на EIA сообщал, что при снижении цен ожидается замедление бурения и завершения скважин, а добыча США в 2026 прогнозируется немного ниже рекордного уровня 2025 года. То есть, «бури, детка, бури» – не задалось. Цена в «низких-средних 50» запускает типовую цепочку: падение маржинальности на новых скважинах, урезание CAPEX, снижение количества буровых, через некоторое время – замедление роста и стагнация добычи. Важно: это происходит даже если производительность скважин растет (а она растет), потому что shale – модель «постоянного бега», где decline rates диктуют необходимость непрерывного бурения.

Если перевести на язык госуправления, то $53 – это ставка на антиинфляционный эффект (топливо – ключевой компонент ожиданий), снижение транспортных издержек по всей экономике, политически выгодные цены на бензин. Но это одновременно давление на внутреннюю добычу, охлаждение инвестиций, снижение темпа расширения нефтесервисного сектора, потенциальная зависимость от внешнего баланса.

И, конечно, выгода крупных компаний. Они могут потерпеть некоторый период времени, пока всякая пузатая мелочь будет банкротиться. Что вполне вероятно тоже цель: у нас принято считать, что Трамп ориентируется только на внешнюю политику, но это необязательно. Деньги на выборы дают внутри США, а не снаружи.

А теперь вопрос – нам-то что с того? Если Трампу действительно удастся закрепить нефть около $53 за баррель на сколько-нибудь длительный период, для РФ это будет означать не разовую катастрофу, а структурное ухудшение бюджетной устойчивости. Наш бюджет завязан не на «цену нефти вообще», а на экспортную ренту: чем ниже мировой бенчмарк, тем меньше валютная выручка и тем ниже нефтегазовые налоги и пошлины. При этом российская нефть будет торговаться ниже Brent из-за дисконта. То есть эффект для бюджета будет сильнее, чем «53».

Уже в 2025-2026 гг. Минфин заложил $59 за Urals, а при падении цен ниже расчетных возникает необходимость добирать деньги либо через внутренние заимствования, либо через проедание резервов, либо через налоговое давление на корпоративный сектор. Параллельно будет расти соблазн «срезать» именно гражданские статьи расходов. Вряд ли мы будем экономить на СВО.

Есть верный способ – курс рубля. Для бюджета это тактический выход, но экономическая цена понятна: инфляция, удорожание импорта, сжатие реальных доходов населения. Возникает фактор времени, каждый квартал низких цен усиливает необходимость ужесточать и идти на компромиссы в расходах и налогах.

Нефть по $53 для России не про «обвал завтра», а про ускорение перехода к модели экономики военного времени.

Русский и Российский / Советский.

В 1922-1923 гг. Политбюро большевиков официально решило заменить слово "русский", до того доминировавшее в официальной риторике (особенно внешнеполитической) как обозначение гражданства, власти, страны, на слово "советский" и др.
Национальность же как этнос, как это хорошо видно из текстов Ленина, включая его публичное завещание от 30-31 декабря 1922 года, Ленин называл "великороссы". То есть расчленял даже в языке. То есть ФУНДАМЕНТАЛЬНО.
Зачем заменили слово? Продолжали готовить Мировую революцию и считали себя частью её, уничтожая Россию как субъект даже в имени, КОНСТИТУЦИОННО объявляя СССР частью Мировой ССР.
А пропаганда национал-большевизма ("Смена Вех", 1921), начатая тоже по решению Политбюро, была ложью - для раскола эмиграции и приведения интеллигенции в РСФСР/СССР к лояльности.
"Смена Вех": https://ostkraft.ru/ru/books/120

❗️ВМС США перебрасывают авианосную ударную группу во главе с авианосцем «Авраам Линкольн» из Южно-Китайского моря в зону ответственности Центрального командования на фоне напряженности на Ближнем Востоке.

@WarPeaceAndYou

Политолог Юрий Баранчик о реакции монархий Залива на возможный удар США по Ирану:

Сообщение The Wall Street Journal о том, что Саудовская Аравия, Оман и Катар предостерегают Вашингтон от удара по Ирану, на первый взгляд выглядит как дипломатический парадокс. Десятилетиями эти страны воспринимали Исламскую Республику как главного регионального конкурента — и вдруг просят США не вмешиваться, потому что это «может потрясти нефтяные рынки и ударить по мировой экономике».

Логика тут простая, самый опасный Иран — не сильный, а распадающийся. С аятоллами у монархий отношения сложные, но это понятные отношения. В случае крупного конфликта и тем более распада Ирана, распадутся и все выстроенные, говоря модным языком, скрепы.

Уже сейчас видны такие линии разлома, как курдский пояс на северо-западе (уйдет, скорее всего, под США), крупный тюркоязычный азербайджанский компонент (мгновенно метнется под Турцию), арабские районы Хузестана, белуджский юго-восток — там вообще непонятно кто.

Есть и отдельная угроза: различные парамилитарные формирования, а доступность БПЛА, дешёвых ракетных решений и контрабандных каналов делает хаос экспортируемым. Кто будет контролировать внушительный ракетный арсенал Ирана?

Ключевая проблема Ближнего Востока: даже если США ударят «точечно», отвечать может не только Иран-государство, но и Иран-фрагменты — автономные группы, полевые командиры и силовые анклавы. Даже после того, как Ирана-государства может не стать. А их цели будут максимально рациональны с точки зрения медийного эффекта: нефтяные и газовые объекты Залива.

Тут же вылезут проблемы со страховкой танкеров, превосходящие те, что есть у российского экспорта. Ормузский пролив для монархий важен критически, иначе вывозить нефть и газ просто нечем. Парадоксально, но монархии Залива могут даже помочь Ирану тушить конфликт. Вместе с Китаем и Азией в целом. Потому что 84% нефти/конденсата и 83% LNG, прошедших через Ормуз, направлялись на азиатские рынки.

Отсюда возникает понимание, кому выгодно. От эскалации вокруг Ирана выигрывают США, которым удаётся без полномасштабной войны нанести финансовый урон Китаю, а заодно поставить в подчиненное положение Персидский залив. Конечно, не всё гладко, цены на нефть начнет лихорадить, цены на бензин в США подрастут. Не лучший вариант перед промежуточными выборами в Конгресс, но Трамп явно готов идти на риск.

А вот заплатят за эту историю монархии Залива — потому что они становятся не зрителями, а полем боя. Азия как промышленный кластер — потому что Ормузский риск ударит прежде всего по ней. Европа — вторично, через цену энергии и страховую премию, но она не первая в очереди.

Россия краткосрочно может заработать на росте цен, но стратегически рискует оказаться ещё более зависимой от китайского рынка и китайского диктата скидок. Единый рынок мирового страхования, скорее всего, развалится. Точнее, переконфигурируется в форму, где способность убить нарушителя и обеспечить судам конвой будет основным мерилом стоимости страховки, выданной таким судам.

@ejdailyru

😂Британия направила одного военного а Гренландию из-за притязаний Трампа на остров, — The Independent