«Лето в Музее кино» продолжается!
В каждый понедельник этого месяца: 5, 12, 19 и 26 июля, вы можете посетить музей за 1 рубль 🌝
⠀
Отличный повод добраться до музея! Но обратите внимание: в течение одного сеанса (1.5 часа) в музее может находиться не более 50 посетителей. Купить билет и узнать количество оставшихся мест на подходящий вам сеанс можно по ссылке.

«Заключительная сцена, где Смерть, танцуя, уводит за собой странников, родилась в Ховсхаллар. Мы уже все упаковали, приближалась гроза. Вдруг я увидел удивительную тучу. Гуннар Фишер вскинул камеру. Многие актеры уже отправились на студию. Вместо них в пляс пустились техники и какие-то туристы, не имевшие ни малейшего представления, о чем идет речь. Столь известный потом кадр сымпровизирован за несколько минут.

Так вот порой бывало. Мы закончили фильм за 35 дней. "Седьмая печать" — одна из немногих картин, по-настоящему близких моему сердцу. Не знаю, собственно, почему. Произведение это поистине не без пятен. В нем хватает ляпов, заметна спешка. Но мне кажется, в фильме отсутствуют признаки невроза, он проникнут жизненной силой и волей. Да и тему свою разрабатывает с радостью и страстью.

Поскольку в то время я все еще барахтался в религиозной проблематике, в картине соперничали две точки зрения, каждой из которых было дозволено говорить собственным языком».

Ингмар Бергман о «Седьмой печати» (1957)

​How The Chaos of Uncut Gems Was Carefully Crafted

видео об идеально выстроенном хаосе фильма братьев Сэфди Неогранённые драгоценности: беспокойная камера, многослойные диалоги, огромное количество склеек в одной небольшой сцене ‒ и всё ровно в той мере, когда оно ещё не раздражает и не мешает, но уже заражает напряжением всей истории.


#etc

‍Сегодня в 21:30 с 35-мм пленки из архива Госфильмофонда в летнем кинотеатре Garage Screen покажут полнометражный дебют Йонаса Мекаса «Оружие из деревьев» — https://garagemca.org/ru/event/film-screening-guns-of-the-trees

Об отце американского киноавангарда пишет Алексей Артамонов — https://seance.ru/articles/jonas-mekas/

«Жить своей жизнью, достигать личного счастья — это политическая программа Мекаса».

​​Короткометражная анимация

7 июля в 18:00 в ММКЦ (Ярославское шоссе, 124) студенты и выпускники HSE ART AND DESIGN SCHOOL профиля «Анимация и иллюстрация» ВШЭ представят свои мультипликационные работы.

Мультфильмы впервые будут показаны на большом экране.

Такова судьба проигравших — уступать место другим цивилизациям

3 июля 1946 года Президиум Верховного Совета СССР принимает решение о переименовании занятого по итогам войны Кенигсберга. Город становится Калининградом. Исконные корни Кёнига уже выветрились, но остаётся старая кинохроника. Вот один из видовых фильмов довоенной поры с красотами древнего города.

К 1939 году в Кенигсберге активно действовали более десятка кинотеатров с обширным репертуаром. Давали немецкие комедии. Сатирик Аркадий Аверченко вспоминал, что видывал в Кёниге подлинно немецкое кино — водевили с пьяными драками. Народу нравилось.

Показывали и русское немое. Популярностью пользовались сентиментальные драмы с Верой Холодной. Так что для города наше кино не было в новинку.

Для любителей Джеймса Баларда у нас в Терминальной Зоне небольшая кинопремьера. Фильм про то, как однажды супружеская пара попала в автомобильную аварию, встретила странного учёного-фотографа в кожаной куртке, одержимого крушениями и актрисой Элизабет Тейлор, после чего их сексуальная жизь необратимо изменилась, а мир предстал технологическим перверзивным делирием...

Нечто очень знакомое, не так ли? Это же пресловутое "Крушение"! И это именно оно - только не знаменитая версия Дэвида Кроненберга, а фильм под названием "Ангел кошмара" (Nightmare Angel), снятый за десять лет до кроненберговского шедевра.

Мало того - это студенческая киноработа-короткометражка девушки по имени Зои Белоф (судя по всему, вообще интересного автора). Причём для дебютной работы снято это очень прилично - Зои основывалась не только на "Крушении", но и на "Выставке жестокости", и фильм выходит за рамки автомобильного фетишизма, включая и характерные для главной работы Балларда сюрреалистические тропы, вроде кинопроекций на стенах бруталистских зданий или коллажных наложений порнографии и образов индустриальной архитектуры.

Очень интересно, насколько перекликаются все четыре известных фильма на этом материале - данная короткометражка, экранизация Кроненберга, первая короткометражка Балларда и Коклисса и экспериментальная визуализация "Выставки", сделанная Джонатаном Вайссом. Авторы этих фильмов не видели работ своих коллег, а сходства местами поразительные, а уж без сцены на автомойке никто не смог обойтись.

Кроме того, короткометражка Зои Белофф и своим монохромным рядом, и бесконечным бормотанием теле- и радиоэфира, и холодным электронным саундом очень напоминает не только перечисленные выше фильмы, но и прекрасный баллардианский "Radio On" Криса Пети.

Ах да, в роли "доктора Роберта Воана", которого зовут здесь иначе, чем в книгах - небезызвестный Билл Моусли.

https://vimeo.com/452038754

Год «Оскара» — «Как зелена была моя долина» (1942)

Южный Уэльс, эпоха королевы Виктории. В одном из небольших городков, вся жизнь которого крутится вокруг угольной шахты и церкви, живет уважаемая семья Морганов. Отец и сыновья, кроме младшего, работают на шахте, девушки приглядывают за бытом. Среди увлеченийместных жителей — совместные домашние сабантуи, распевание песен и сплетни про всех вокруг.

История в «Как зелена была моя долина» рассказана от лица Хью Моргана — самого младшего ребенка, несколько десятилетий спустя, когда он сам решает покинуть родную деревню. Таким образом, картина Джона Форда, как и «Гражданин Кейн», которого она обошла на Оскаре, построена на флешбеках и воспоминаниях. Но у Уэллса на них строился, в общем, детективный сюжет, Форд же возводит грандиозную сентиментальную драму о семейной фантомной памяти, которую невозможно вытравить из человека.

«Как зелена была моя долина» из-за монументальности «Гражданина Кейна» вошла в историю, в первую очередь, как фильм, который победил на Оскаре великое творение Орсона Уэллса. Многие в этом винят Уильяма Рэндольфа Херста (магната, с которого списали образ Кейна, и которому фильм настолько не понравился, что он пытался его уничтожить) и его влияние на кулуары Голливуда, другие — чрезмерным новаторством фильма Уэллса, которое оказалось не по зубам академикам, третьи — коллективной ошибкой. Все три версии умаляют достоинства картины Форда, возможно, не такой смелой и ершистой, но совершенно проникновенной. И куда более уместной в непростые военные времена начала 1940-х, чем тот же таинственный «Кейн» или мрачный «Мальтийский сокол», который тоже был в номинантах.

Фильм Джона Форда — это череда маленьких историй из жизни дружного семейства Морган. В одной из них мы наблюдаем за расколом внутри семьи из-за снижения заработной платы на шахте. Отец защищает начальство, братья — против. В другой злые языки обсуждают целомудренную симпатию дочки Морганов и местного священника, в третьей — Хью вспоминает первые, и очень непростые, дни в школе, когда ему приходилось драться с классным задирой и получать на орехи от заносчивого учителя. Но все случаи, даже самые горькие и трагические, показаны Фордом с лучиком надежды в конце, с вот этой вот непоколебимой мантрой «что раньше все равно было лучше, что бы ни случалось». И, уверен, именно поэтому «Как зелена была моя долина» вынесла всех на Оскаре-1942. В военное время народу, включая академиков, в кино нужны были уютные лакуны, в которых можно было бы спрятаться, завернуться как в теплый плед и от души порадоваться или поплакать.

Неожиданно видеть такой фильм в исполнении Джона Форда, который вошел в историю жесткими вестернами. Но история, рассказанная в одноименном романе Ричарда Луэллина, была близка режиссеру. Он тоже родился в огромной британской семье, тоже был одним из младших детей, поэтому понимал силу кровных уз, сплоченности общины. Его картина, впрочем, не только об этом, но и о движении вперед, самосовершенствовании, от которого почему-то открещиваются многие, трусливо оставаясь верными своему привычному образу жизни. А еще чуть-чуть — об оборотной стороне капитализма, на которой нет места личным судьбам, и еще — о коллективном разуме, который, если им не управлять, а запустить, может превратиться в губительного для всего вокруг монстра. Самая же горькая пилюля фильма спрятана в его финале: по Форду — многие семьи распадаются, уничтожаются, но ни одна из них не умирает в наших мыслях и воспоминаниях.

Сильной чертой Форда всегда был трезвый взгляд на сценарии и прекрасное понимание темы и пространства. В «Как зелена была моя долина» практически нет высокопарной чепухи, лишних слов и действий, а маленький уэльский городок при помощи (порой — причудливой, привет тому же «Кейну») правильной камеры показан, как маленький мир. «Как зелена была моя долина» — это безусловный памятник, пусть и несколько забытый сегодня, большого Голливуда, который я очень люблю.

https://youtu.be/Aq7yCJG7Dew

#Оскар1664

Владимир Меньшов. Фигура.

С его смертью обрывается ещё одна ниточка, связующая русское кино с советским. Автор, похоже, самых любимых народом фильмов, был живым доказательством существования запроса на простые и красивые ленты о нас самих.

«Розыгрыш», «Любовь и голуби», «Москва слезам не верит» — это лукошко «загадочной русской души». Меньшов после них ещё много лет будет оставаться защитником народного кино. Он откажется пропускать на Оскар фильм Никиты Михалкова «Цитадель» и также у всех на глазах выступит против некогда скандальной драмы «Сволочи».

Мы все сейчас после новости о Владимире Меньшове https://youtu.be/D7-43lggHIk