"Advaita of the Perpetual World"
Agar man zandik ne xwanend
Awešän čigön ahlaw sahend?
Jagan mithyā ahameva satyam
Saltate mihi ad verum tam

«Недвойственность вечного мира»
Если не называют меня еретиком
Тогда что же они считают истинным?
Мир — иллюзия, лишь Я есть истина
Пляшите передо мной, дабы явилась истина

В первую ночь он стоял, заложив руки за спину, в берёзовой роще, продуваемой ледяным ветром. Снег, налипший на стёкла очков, причинял больше неудобств, чем снег, попавший на лицо, так что он снял очки и убрал в карман пальто.
Вопреки всему, что о нём думали, Зандик прекрасно разбирался в людях.
Во-первых, здоровый человек состоит из двухсот шести костей, в большинстве случаев думает головой и как правило испытывает страх, когда напуган или ему угрожают.
Во‑вторых, стремясь к большей точности, он специально вставил в описание такие слова, как «здоровый», «в большинстве случаев» и «как правило», чтобы предотвратить возможные контраргументы, опирающиеся на частные случаи.
В итоге можно сказать, что его глубочайшее понимание человека заключалось в осознании безграничных возможностей, которыми располагает человек.

Вторую ночь он провёл у затухающего костра, разделяя трапезу с несколькими крестьянами - месиво из растений и мясных обрезков. Черноволосая женщина с морщинистым лицом ворошила поленья, пытаясь раздуть огонь. Зандик полагал, что она наверняка не знает, почему именно это действие заставляет пламя вдруг взметнуться вверх - просто люди до неё всегда так делали и получали желаемый результат, и это неписаное правило передавалось из поколения в поколение.
Зандик также полагал, что её настоящий возраст наверняка меньше, чем можно было бы судить по внешности, - как и у остальных, ведь тяжёлая жизнь всегда старит людей раньше времени и наполняет их сердца злобой. На этот раз объектами их ненависти были холод, голод, альвы, альвы выше ни по иерархии, а также падшие люди, покорившиеся власти альвов. Зандика заранее предупредили, что представления этого места о мире крайне архаичны, так что удивляться ему не пришлось.
Любопытно, что болезни и смерть не входили в число объектов ненависти жителей деревни. Вероятно, пока человек жив, он инстинктивно борется за жизнь, а умерев, только избавляет всех от лишних хлопот. Обычно в подобных обстоятельствах появление из ниоткуда ещё одного живого человека воспринимается как угроза и неизменно вызывает страх у местных. К счастью, Зандик, который прекрасно разбирался в человеческой натуре, подготовился заранее: упомянутые ранее обрезки мяса бросил в общий котёл именно он.
Идеальное место. Лёд и метели отрезали его от внешнего мира, эта земля напоминает мир в скорлупе внутри другого мира, тоже заключённого в скорлупу. Здесь царят первобытные нравы, а история застыла на месте.
Этому месту суждено было породить множество возможностей; но когда Зандик говорил о возможностях человека, это далеко не всегда звучало как похвала.

Если абстрагироваться от внешнего оборудования, то человеческий мозг, погружённый в резервуар с жидкостью, функционально неотличим от мозга, находящегося в черепной полости. При условии корректной симуляции входящих сигналов он способен воспроизводить предустановленные ответные действия.
Когда Дотторе заливал экспериментальные материалы в чан с водой, неподалёку раздался детский голос. Мальчик спросил: «А что у тебя тут нарисовано на колбе? Бабочка?»
Должно быть, это очень любопытный ребёнок, раз в такую морозную ночь и прибежал поглазеть на его эксперимент. Если бы он был ещё чуть любопытнее, если бы побежал чуть дальше, через ту берёзовую рощу, возможно, его жизнь сложилась бы куда интереснее.
В награду за его любопытство Дотторе бросил ему опустевшую бутылку и сказал, что это не бабочка, а четырёхглазый монстр! Мальчик в испуге отступил на шаг, и ярко-красная колба тихо упала в снег. Поскольку мальчик продемонстрировал испуг, как от него и ожидалось, Дотторе мгновенно потерял к нему интерес и вернулся к своим делам.

На десятую ночь количество еды и воды в его сумке значительно сократилось, а на их месте появились подробные записи об экспериментах с психотропными препаратами. Результаты оправдали его ожидания: медикаментозный контроль над сознанием может быть двунаправленным. Возбуждение и седация имеют свои области применения, каждое из этих состояний находит своё применение, будь то допрос заключённого или психотерапевтическая практика. И то и другое должно приносить неплохую прибыль.
Результаты эксперимента были обнадёживающими, но это также означало, что личное время Зандика истекает. Теперь ему пришла пора вернуться в замок дурака, снова стать Дотторе и заняться делами более... человечными.
Как же далеко, с сожалением подумал он, глядя в сторону Снежнограда.
Вот бы сделать операцию на собственном мозге, чтобы спокойно ездить в поезде, как все нормальные люди.