История с возвращением Туниса к диктатуре очередной пример, того что любая республика тяготеет к диктатуре. Там где этого не происходит, существуют сильные структурированные элиты чаще всего разделенные на несколько противоборствующих лагерей, либо внешняя сила (ЕС, бывшие колониальные метрополии и тд и тп) что не дает скатиться обществу к тирании. В чистом виде республика и демократия в одном флаконе это путь к очередному Бен Али или Туркменбаши.
На контрасте с новостями из Туниса смотрится кейс с заигравшемся Борисом Джонсоном, который ушел в отставку только после вечернего разговора с британским сувереном королевой Елизаветой II.

"Между Кобленцем и Триром я повстречал прусскую армию. Двигаясь вдоль колонны и добравшись до гвардейцев, я увидел орудия и понял, что они готовы к бою. Король и герцог Брауншвейгский занимали центр каре, составленного из старых гренадеров Фридриха. Мой белый мундир привлек внимание короля; он послал за мной; сняв шляпу, король и герцог Брауншвейгский приветствовали в моем лице старую французскую армию. Они спросили мое имя, название моего полка, осведомились о месте, где я собираюсь присоединиться к армии принцев. Такой прием со стороны воителей растрогал меня; я взволнованно отвечал, что был в Америке, но, узнав о несчастье, постигшем моего короля, возвратился на родину, дабы пролить за него кровь. Офицеры и генералы, окружавшие Фридриха Вильгельма, одобрительно закивали, а прусский монарх сказал: «Сударь, я узнаю чувства французского дворянина». Он вновь снял шляпу и стоял с непокрытой головой до тех пор, пока я не скрылся за спинами гренадеров. Теперь эмигрантов бранят; их именуют тиграми, раздиравшими лоно своей матери; в эпоху, о которой я говорю, люди подражали примеру предков и дорожили честью не меньше, чем родиной. В 1792 году верность присяге еще почиталась долгом; нынче это такая редкость, что слывет добродетелью."

"Замогильные записки" - мемуары Франсуа Рене виконта де Шатобриан - бретонского аристократа, пэра Франции, ультрароялиста, политика, дипломата, и одного из первых представителей романтизма в литературе.

Два кабардинских князя в Османской империи. Слева Алхас Мисостов-Бекмурзин и справа Гази Атажукин.

Немного черного юмора вам в ленту. Упоминаемый ниже заключенный Бастилии де Уайт был сумасшедшим ирландского происхождения. И его болезнь проявлялась в том, что он мнил себя Гай Юлием Цезарем. Думаю болезнь его усугубилась после того как толпа галлов восторженно и торжественно провела его по улицам Парижа.

«Двери комнат, в которых содержались заключенные, пришлось выломать. Несчастные люди, напуганные шумом, были скорее мертвы, чем живы. Этих жертв произвола власти было ровно семь человек. Четверо были фальшивомонетчиками: Бешад, Ларош, Ла Корреж и Пужаде; эти люди подделали переводные векселя, нанеся ущерб двум парижским банкирам: пока их дело рассматривалось в обычном порядке в Шатле, они поселились в Бастилии, где каждый день встречались со своим адвокатом. Затем был молодой граф де Солаж, виновный в чудовищных преступлениях(сексуального характера), заслуживающих смерти; его держали в Бастилии из-за его семьи, которая покрывала его расходы. Наконец, было два сумасшедших, Тавернье и де Уайт. Мы знаем, какой огромный прогресс был достигнут за последнее столетие в методах лечения сумасшедших, но в те дни их запирали. Тавернье и де Уайт вскоре были переведены в Шарантон, где с ними, несомненно, обращались, не так хорошо, как в Бастилии.

Таковы были семь мучеников, которых вели торжественным шествием по улицам под крики глубоко взволнованного народа.»
«Легенды Бастилии»
Франц Функ-Брентано

Не испытывая никаких иллюзий относительно Британии и ее элиты в отношении нашего региона, особенно с учетом их попыток активизации протухшего сто лет назад прометеистского проекта, тем не менее когда начинаешь слышать потоки республиканской желчи, слюней и истерик (забавно как в этом хоре соединились активисты BLM и коммунисты с просторов восточной Европы) в адрес почившего монарха и его наследника, теперь уже короля Карла III и самого института монархии, руки сами тянуться написать пожелания долгих лет царствования королю и его новой династии.

На фото король Шотландии Яков IV Стюарт. Популярный шотландский король, из династии Стюартов погибший 9 сентября 1513 года в битве при Флоддене в войне против Англии, которую в то время возглавлял небезызвестный король Генрих VIII.

Битва закончилась для шотландцев ужасным поражением от англичан, около 10 тысяч было убито в том числе и Яков IV.

Во время битвы король, спешившись, лично вел войска против англичан, которых возглавлял его старый приятель граф Суррей, восстановивший после своей победы над шотландцами семейный титул герцога Норфолка.

Помимо короля шотландцы потеряли весь цвет своей аристократии, в числе которых: архиепископ Сент-Эндрюс, внебрачный сын короля Александр Стюарт, епископы Кейтнесса и Островов, великий приор ордена рыцарей Святого Иоанна, аббат Инчаффрея, декан Глазго, 9 графов (Аргайл, Ботвелл, Кейтнесс, Кассилис, Кроуфорд, Эррол, Леннокс, Монтроуз и Ротс), 10 лордов, 113 рыцарей и большое количество глав семей и вождей кланов.

Король с трудом был опознан Томасом Файнсом 8-м бароном Дакр и личным слугой шотландского короля рыцарем сэром Уильямом Скоттом. Раны короля представляли собой глубокую рану на шее, его левая рука была почти оторвана, и он был пронзен несколькими стрелами.

Да это вам не с кожаного кресла в дорогом костюме в тепле и уюте управлять армиями.

Республика, что бы вам ни казалось, на самом деле стоит на столпах пропаганды, обезличенной бюрократии и аппарата насилия. И в какой-то момент мы видим, как власть говорит людям, - Извините, но общее дело (Res publica) на самом деле наше дело (Cosa Nostra). Поэтому народы всегда восставали против республики и приводили к власти тиранов, что бы они очистили государство. Устанавливалась имитация легальной власти, которая заканчивалась либо восстановлением легальной власти существовавшей до республики либо падением государства через череду тираний и анархий.

На фото Гай Юлий Цезарь Октавиан Август принцепс сената Рима, великий понтифик, отец отечества. Покончил с республикой и основал династию Юлиев-Клавдиев.

В этой песне мы в очередной раз видим, что героика северо-кавказской аристократии не знает национальных границ и рассчитана на формирование определенного типа личности, единого по своим понятиям во всем регионе и противоположного современному плебейско-мещанскому.

https://telegra.ph/Balkarskaya-pesn-o-kabardinskom-knyaze-ZHambolate-Atazhukine-Hadauzhuk-ulu-ZHambolat-10-09

Единство природной аристократии Северного Кавказа и религии абсолютно естественное состояние.

Без религии аристократия саморазрушаеться в безвекторном урагане страстей и энергии. Либо медленно тонет в мещанском болоте до полного исчезновения.

Религия же без аристократии становиться жертвой плебейских вождей, которые пытаються использовать ее для легитимации своей тирании.

"Убежденность в величии, древности, благородстве и достоинстве своего рода сообщала Людовику XVIII истинное могущество. Трудно было отрицать его главенство: даже генералы Бонапарта признавались, что этот немощный старец внушал им большую робость, чем страшный владыка, предводительствовавший в сотне сражений. Когда в Париже Людовик XVIII удостаивал монархов-победителей чести отобедать за его столом, ему и в голову не приходило пропустить вперед себя королей, чьи солдаты разбили лагерь во дворе Лувра; он обращался с ними как с вассалами, которые просто-напросто выполнили свой долг, предоставив своему сюзерену людей под ружьем. В Европе есть только одна королевская династия — французская, судьба всех остальных неразрывно связана с ее судьбой. Все монархии — однодневки по сравнению с родом Гуго Капета, почти все — его младшие ветви."

Франсуа Рене виконт де Шатобриан. "Замогильные записки"

"Ничего случайного в том, что торжества по случаю двухсотлетия Французской Революции в 1989-м почти полностью профинансировали Банки; миллионные суммы спустили на то, чтобы отпраздновать «их» Революцию.

Террор – фаза Революции, направленная против личного права, обеспеченных реальной ценностью монет, землевладения, предметов потребления и богатства, дарованного людям Правителем, который непосредственно выступает против вечно-колеблющейся власти денег.

Наполеон говорил: «Единственный институт, когда-либо изобретенный человеком для управления Властью Денег в государстве – это Монархия»."

http://saqvision.site/pereosmyslite/

На видео по ссылке представлена прекрасная историческая реконструкция одежды черкесской аристократии, проведенная Государственным академическим ансамблем народного танца Адыгеи "Нальмэс".

Представлены три чередующиеся эпохи в развитии одежды высших слоев общества Черкесии и Великого княжества Кабардинского, что в очередной раз показывает, что традиция и культура тогда жива, когда она постоянно развивается, а не представляет собой статичный засушенный гербарий. Сейчас она именно в таком положении, так как носители высокой культуры центральной и западной части Северного Кавказа были разгромлены и подверглись политическому и часто и физическому уничтожению.

Без восстановления этого класса-носителя все разговоры о культуре и традициях, языках региона или о чем-то подобном и более сложном просто националистическая модерново-девиативная болтовня.

https://www.youtube.com/watch?v=1-KMHrEZjFA

Типичный пример российской ориенталистской клюквы на тему Кавказа.
Во-первых, Байчоровы не князья и ими не были никогда, в Карачае всего три княжеские фамилии и около 6-7 аристократических, к которым они тоже не имеют отношения. Его фамилия относиться к верхушке среднего слоя общества, сам он был очень богатым скотопромышленником. Одним из главных рынков сбыта для его продукции был Кисловодск и регион Кавминвод, где его видимо и заприметили.
Во-вторых вся история дурно пахнущая провокация в стиле оскорбленной невинности и почти мафиозный наезд на Байчорова. Не удивлюсь если и полицейские были в деле. История эта пример того как немцы отжимали у местных жителей разнообразные ресурсы в своей полуколонии. А так да родина кефира это Карачай.

На фото плантационное поместье Бландфилд (Blandfield) расположенное у реки Раппаханнок в Карете, графство Эссекс, штат Вирджиния, США. Поместье было построено в георгианском стиле около 1716–1720 годов для законодателя и одного из крупнейших плантаторов штата Вирджинии - Уильяма Беверли (1696–1756). Уильям был сыном первого историка штата Вирджиния Роберта Беверли-младшего (ок. 1667–1722) и его жены Урсулы Берд Беверли (1681–1698) дочери известного и богатейшего землевладельца в штате Вирджиния Уильяма Берда I (ее родной брат Уильям Берд II является основателем города Ричмонда - нынешней столицы штата Вирджиния).
Удивительно, но на протяжении девяти поколений дом принадлежал семье Беверли пока в 1983 году он не был продан семье Джеймса Уита (James C. Wheat) внука основателя инвестбанка JC Wheat & Co расположенного в Ричмонде. Сейчас поместьем и охотничьими угодьями вокруг него владеет его сын Джеймc Уит III.

Неумирающая американская земельная аристократия Юга.

Считается что супруга султана Сулеймана Великолепного, мать шехзаде Мустафы - Махидевран Султан дочь кабардинского князя Идара, правнука легендарно предка всех князей и правителей Кабарды - Инала и родная сестра великого князя Кабарды - Темрюка Идаровича. Одна из дочерей князя Темрюка - Гуашаней (Мария) вышла замуж за царя Ивана IV Грозного. Другая дочь Темрюка - Алтынчач вышла замуж за Астраханского хана Бекбулата внука Ахмата хана правителя Большой Орды. Третья дочь Малхуруб вышла замуж за князя (правителя) Ногайской орды Дин-Ахмата.

Интересно, что если бы не убийства и шехзаде и Марии Темрюковны, то дети Ивана Васильевича, а скорее всего и будущие цари всея Руси могли бы быть двоюродными племянниками османов и двоюродными братьями чингизидов и иналидов.
Кто знает, куда бы завела московскую ветвь рюриковичей подобная интеграция в высшую элиту исламского пространства Северной Евразии. Можно даже построить конспирологическую версию о взаимосвязи дворцовых интриг и убийств в Стамбуле и Москве.