На этих трех фото три поколения правящей династии народа бамангвато и де-факто республики Ботсваны, так как бамангвато составляют более 80% населения этого государства. История этой семьи это пример того как доколониальная элита смогла осознать происходящие изменения в мире, взять на себя ответственность за свой народ и провести его через колониальный период максимально минимизировав политический и социальный ущерб, а так же в дальнейшем превратить Ботсвану в стабильно развивающееся государство черной Африки.

На первом фото кгоси (король) Хама III Добрый (1837–1923) его главная заслуга заключается в том, что в момент, когда территория его страны могла стать ареной германо-британского колониального противостояния и находилась под давлением народов ндебеле (Зимбабве) и различных групп белых охотников с юга, он сам передал страну под протекторат Британии. Король смог так же купировать попытки влиятельной фракции Сесила Родса полностью аннексировать территорию своей страны, совершив специальную поездку в Британию с еще двумя королями соседних народов. Ему сопутствовал успех, так как будучи убежденным христианином, он смог опереться на различные христианские евангелистские группы и на британские сми, которые создали образ африканского христианского короля.

На втором фото кгоси Серетсе Гойтсебенг Мафири Кхама (1921 - 1980) внук кгоси Хамы III, стал королем в младенчестве после годичного правления и смерти его отца короля Хамы II. Если его дед ввел страну под британскую корону, то внук вывел страну из колониального прошлого активно участвуя в реальной политической жизни протектората. Король основал Демократическую партию Ботсваны, стал премьер-министром в 1965 году. А в 1966 году после деколонизации Ботсваны стал ее первым президентом. За время его президентства были заложены основы экономики республики, отстроена была новая столица - Габороне. На фото он со своей супругой англичанкой Рут Уильямс, брак на которой спровоцировал расистскую истерику в Южной Африке и попытки лишить его через давление на Лондон королевской власти. Однако девушку подданные встретили и признали как свою королеву.

На третьем фото кгоси Ян а Серетсе (1953) сын Серетсе Гойтсебенг Мафири Кхамы правнук Хамы III, продолжил активное влияние семьи Хамы на дела Ботсваны и дальнейшее ее социальное и экономическое развитие. Выпускник Королевской военной академии в Сандхерсте король в 1989–1998 годах возглавлял Ботсванскую армию в звании генерал-лейтенанта. Затем в 1998-2008 годах был вице-президентом, а в 2008-2018 годах президентом страны.

Всех подписчиков мусульман поздравляю с окончанием священного месяца Рамадан!
Желаю всем счастья, здоровья, принятия поста, всех молитв и дуа. И пусть небо над вами будет мирным где бы вы не находились. Альфу Амин.

В июне 1861 года на месте современного города Сочи, шапсуги, абадзехи, убыхи и часть абхазов образовали союз под главенством «Великого и Свободного меджлиса» куда вошли 15 депутатов. Меджлис организовал дипломатическую миссию главной целью, которой была встреча с королевой Викторией, для передачи ей просьбы меджлиса о помощи в борьбе с Российской империей. Главными представителями собрания были шапсугский князь Хасан Хушт и Констан Исмаил эфенди (на фото).

Делегации не удалось добиться встречи с королевой, но они были приняты премьер-министром правительства лордом Генри Палмерстоном и через форин офис передали письмо с просьбой о помощи королеве. Однако, не смотря на позитивное отношение общественности к делегации, целей она своих не достигла. Британия не стала вмешиваться в Кавказскую войну.

Интересно, что в газетах сравнивали Черкессию с Конфедератами и спрашивали у министра иностранных дел Джона Рассела, почему не открыть посольства для адыгского представительства, раз есть представительство южан.

«…Позднее, в XIII веке, авторитет французского короля возрос настолько, что многие знатные люди и семейства – сначала во Франции, а затем и по всему западно-христианскому миру – также ввели в свои гербы лазурный цвет. В это же время геральдическая лазурь – как королевская, так и феодальная – выходит за пределы собственно геральдики: помимо щитов и знамен, она используется при коронациях, посвящениях в епископский сан и других церемониях и празднествах, таких как торжественные въезды короля или принца и рыцарские турниры; она украшает парадные одежды, что в свою очередь способствует распространению моды на синие тона в XIII – ХIV веках.
К тому же прогресс в технике окраски тканей, достигнутый в начале ХIII века, отныне позволяет получить светлые и яркие оттенки синего вместо тусклых, иссиня-серых или блеклых тонов, какими приходилось довольствоваться в прошлые века…»
«Синий. История цвета». Мишель Пастуро.

Интересно, что на Северном Кавказе серо-голубой цвет традиционно использовался в одежде глав княжеских родов и избранных ими правителей ряда феодальных образований.

На фото выше коронация Людовика VIII в 1223 году.

На фото склеп князя Камгута Крымшамхалова (сына Бекмурзы) в покинутом карачаевцами ауле Эль-Джурт, расположенном в верховьях Баксанского ущелья. Склеп построен в в XVII веке. Камгут, его родной брат Каншаубий и княжна Гошаях Бибертова главные действующие лица поэмы «Каншаубий и княжна Гошаях».

По доисламским легендам в минуты опасности карачаевцы приходили к могиле прославленного князя поздней ночью и обращались к нему со словами – «Вставай, Камгут, пора тебе проснуться, ущелье Баксана наполнилось вражеским войском!». Услышав это князь восставал из могилы в полной боевом облачении садился на своего коня и обращал врагов в бегство, а затем исчезал.

Вообще образ истинного благородного правителя прочно вшит в сознание карачаево-балкарцев и если вы не соответствуете ему ваша власть в народном сознании никогда не будет иметь легитимной основы.

После казни короля Англии, Шотландии и Ирландии Карла I Стюарта по стране ходили истории о чудесах, которые происходили от прикосновения к его платку пропитанному кровью короля. Во время Французской революции, при осквернении усыпальницы королей Франции в аббатстве Сен-Дени один из революционеров вскрыл могилу короля Генриха IV (тело его сохранилось лучшей других королей), затем отрезал его бороду и носил с собой как талисман способный помочь одержать победу над англичанами. Так же некоторое время после смерти королевы Франции Клод (супруги короля Франциска I и дочери французского короля Людовика XII) рассказывали истории о чудесах, которые происходили над ее могилой.

Все эти и многие другие истории элементы так называемой «королевской религии», идеи о сакральности королевской крови. Сакральность власти это ядро власти монарха. Этой священной власти лишена республика, которая пытается представить народ коллективным королем, но народ никогда не воспринимает себя субъектом сакрального. Республиканские элиты, так же не способны иметь эту власть, так как власть священная это власть одного единственного и власть публичная, и появление такого лидера способного принять на себя эту власть уничтожает республику.

Просмотрел недавно целый ряд интервью представителей аристократических семей Франции, живущих спокойной жизнью в своих загородных имениях, а часто и родовых замках. Заметил два интересных момента, большинство предпочитают большие семьи, детей даже у молодых больше двух. И часто проскакивало, что глава того или иного дома стал во главе (и наследовал главные объекты недвижимости) по обоюдному решению всех членов семьи, так как у нас же сейчас не феодализм (майорат) и тд и тп. Однако в большинстве своем наследование в этих родах до сих пор «по стечению обстоятельств» идет по мужской прямой линии старшему в семье. Вообще сложилось впечатление, что они живут в какой-то параллельной Франции.

Вообще само это продолжительное на Западе рыцарско-жреческое противостояние не типичное явление. Чаще всего все заканчивается победой «гвельфов» и образованием жреческого государства, со всеми вытекающими последствиями. То, что это не получилось в Европе, это следствие как мне кажется ряда последовательных явлений.

Во-первых, это появление христианства и интеграция в момент падения римского мира римской философско-языческой жреческой элиты с новой религией до лучших времен. В итоге старая элита была ограничена хоть и мягкими, но рамками христианства и этот синтез породил наличие двух ветвей внутри «гвельфской корпорации», ослабив ее давление на новую европейскую аристократию, а в дальнейшем и разорвав корпорацию.

Во вторых это конечно появление ислама. Волны наступления ислама вынуждали «гвельфов» прибегать к «гибеллинам», как для защиты своей корпорации, так и для расширения своего влияния на север и на северо-восток, компенсируя потерю в средиземноморском бассейне.

"Человеку, обладающему качествами галантной мужественности, не следует быть замеченным кроме как в двух местах (ибо никакое иное не будет для него подобающим): либо в обществе князей, которые облагораживают его статус, либо в компании ревностностных служителей Бога, вовлечённым вместе с ними в чистую преданность Аллаху, не будучи поглощённым миром. Он должен быть подобен благородному слону, чьё великолепие и превосходство заключается в том, чтобы быть либо свободным в открытых пространствах, будучи неукрощённым, либо носить короля". 


Из "Макалят аль-Удаба" Абдуррахмана аль-Фазари аль-Гарнати (Андалус, 8 век хиджры).

Современная модерновая девиация после точки наивысшего расцвета в 1968-1975 годах движется рывками локального подъема к своему финалу. Раньше и быстрее процесс отката будет происходить на периферии современной системы, и там же будут раньше происходить процессы отмирания и секуляризма и национализма и различных левых движений, в том числе и красно-зеленых и лево-либералов. Поэтому да, надо резервировать площадки для музеев этого и других явлений пока еще современного мира.

https://t.me/tradimodo/570

"...Узкая тропинка вела наверх между гигантскими хвойными деревьями и замшелыми валунами. Ручеек бежал по ней из-под намерзшего пузырьком ледяного колокольчика. Справа, между отвалами бледной гальки, — словно разделенная на множество сосудов Теберда, а потом Аманаус, питающийся водой из ледников. Веселое журчание, своего рода голос вершин.

Высоко наверху, в котловине Аманауса, стоят деревянные здания школы альпинистов и санатория. Шмидт принял меня на своем командном пункте, над которым высились ледяные великаны: слева массив Домбай-Ёльген, затем острый Карачаевский пик, восточная и западная Белая Кайя, а между ними своеобразный рог горы Суфрудшу. На мощном леднике Аманаус с его полями зеленоватого льда, глубокими ущельями и сверкающими гранями находятся посты, обеспечивающие перевалы. Им надо еще преодолеть семичасовой путь до своих хижин из льда и снега. Дорога ведет их между валунами, лавинами, страшными обрывами. Как рассказал мне Шмидт, опасности восхождения превращаются здесь в опасности войны; на трудных подъемах помнят прежде всего о враге. Только что он получил сообщение: русские Дозорные группы окопались наверху в снежных землянках; бой в разгаре. Эти снежные норы выстланы газетами, и свеча служит источником тепла. Вот и весь комфорт.

Я намеревался как можно дольше оставаться здесь наверху, поднимаясь время от времени в этот ледниковый мир. Мне было хорошо здесь; я чувствовал, в этих массивах кроются гигантские источники жизни, что остро ощущал еще Толстой. Но пока я обсуждал со Шмидтом подробности моего пребывания, из Теберды пришел радиошифр, незамедлительно требовавший моего возвращения. Это означало, по-видимому, что положение под Сталинградом ухудшилось. К тому же погода, бывшая до сих пор ясной, внезапно испортилась: над перевалами курились потоки теплого воздуха с Черного моря, вихри и полотнища тумана цеплялись за острия скал. Снова и снова оглядывался я из котловины на этих великанов — на их острые края, зубцы и пропасти. Захватывающе смелые мысли соединялись с темным страхом перед этой мощью. Замысел мира запечатлен в этих местах..."

Теберда, 4 января 1943

"Излучения", Эрнст Юнгер.

Иллюзий у меня нет, но на все всегда воля Всевышнего и поэтому могу пожелать, что бы после Айя Софии, не чужой для нас Османский дом поступательно усилил свое влияние в стране, и добился реставрации своего дома.
На фото шехзаде Abdülhamit Kayıhan Osmanoğlu

Изгнание мавров и евреев Испании было крайне не выгодно испанской знати. Да и с точки зрения феодальной логики, выселять своих подданных, которые приносят существенный доход все равно, что стрелять в свою ногу. Естественно все это не волновало РКЦ, которая и продавила, сначала преследование, а затем и депортацию, для решения своих корпоративных целей в ущерб Испании.

«В 1393 году Жоан I Охотник (король Арагона, Валенсии, Сардинии и Корсики) отправляясь в Сардинию и опасаясь, что прокатившаяся недавно по всему королевству волна погромов, направленная против иудеев, легко может достичь теперь и морерии (мавританские кварталы) в Уэске, постарался принять превентивные меры, отписав хустисьи (судье), приору, присяжным и лучшим людям города: «… мы боимся, как бы, пока мы будем отсутствовать в наших королевствах и землях… альхама сарацин Уэски, наша сокровищница и особый патримоний, не подверглись необратимым опасностям, … повелеваем вам и просим вас, чтобы альхаму сарацин и каждого ее, которых вам особо вверяем и под вашу протекцию и защиту полагаем, позаботились и старались защитить».

Не прошло и пяти лет как в связи с началом крестового похода и сбора крестоносцев в Валенсии ситуация накалилась.
…19 апреля 1398 года из канцелярии Мартина I(король Арагона, Валенсии, Сардинии и Корсики (брат Жоана I)), было отправлено сразу несколько писем - король был весьма обеспокоен новостями, приходившими из королевства Валенсия. «Мы узнали, что некоторые разнузданные, не боясь страха Божьего и нашей кары,… стараются… причинить вред и ущерб маврам нашей сеньории».

Письма с предупреждениями об опасности и о необходимости защищать морерии были отправлены в Ориолу, Хативу, Кастелло, Альзиру, Лирию, Вилареал, Алкой, Биар, Онду, Косетайну и др. Кроме того король отписал викарию епископства Валенсия о том что если после проповеди крестового похода в церквях и площадях прокатится волна погромов мавров он лично приедет в Валенсию в течение нескольких дней и «…совершит правосудие быстро и полно» и наказаны будут не только злодеи, но и проповедники.»

Аллея Победы на Парк авеню у Центрального вокзала в Нью-Йорке. Фото 1918 года.
На аллее расположились пирамиды из немецких касок на вершинах которых красуются статуи греческой богини Ники. А вдоль аллеи стоят колонны с орлами.
В общем пример римского религиозно-культурного синкретизма перекочевавшего в римский косплей под названием США.