«Предложения о возобновлении поставок российских энергоносителей стали звучать не только со стороны Венгрии или Словакии или оппозиционных политических сил других стран ЕС, но и от системных политиков, ранее занимавших прямо противоположную позицию.

В конечном счете, благодаря росту цен на нефть из-за событий вокруг Ирана Россия уже смогла с лихвой восполнить финансовые потери от экономических санкций в отношении своего энергетического сектора. Даже традиционные крупные импортеры российской нефти — Индия и Китай — перестали получать ее с дисконтом. А раз санкции не работают, то и европейские страны не должны оставаться их заложниками в новой геополитической ситуации».

«Экономический кризис 2008 г. наглядно продемонстрировал, что ЕС не является благотворительной организацией. <...> Греция, пострадавшая от кризиса сильнее прочих, не получила помощи и была вынуждена потуже затянуть пояса.

В начале 2000-х гг. едва вступившая в ЕС Австрия испытала на себе серьезное давление со стороны европейских институтов, которым не понравилась победа на парламентских выборах Австрийской партии свободы. Граница между внутренними делами суверенного государства и интересами союза на проверку оказалась удивительно прозрачной. <...>
Даже эти примеры не стали фундаментальным вызовом для европейской интеграции. А украинский кризис вывел проблему противоречий внутри ЕС на новый уровень».
_____

Особый путь Венгрии

Вероятно, громкие предвыборные высказывания уступят место более сбалансированным подходам. Венгерский «особый путь» внутри ЕС — это не только позиция Виктора Орбана, но и следствие общего кризиса европейских институтов. 

Петер Мадьяр может перебалансировать многовекторность Будапешта, но не отказаться от нее. Показательно, что одни из первых его заявлений после победы на выборах касались продолжения энергетического сотрудничества с Россией, пусть и без «дружбы».