Текст того самого соглашения о военно-техническом сотрудничестве между Россией и ФРГ, которое скоро прекратит действовать.

1996 год, друг Борис, друг Гельмут.

В нынешних реалиях любопытны последствия прекращения действия статьи 5 документа:

Ни одна из Сторон не будет без предварительного письменного согласия другой Стороны продавать или каким-либо иным образом передавать третьим странам вооружение, военную технику, другую военную продукцию, результаты научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в области вооружения и военной техники, услуги военного назначения, полученные или разработанные совместно в рамках настоящего Соглашения.

Исследовательская группа «Европейская смена эпох» (Europäische Zeitenwende) DGAP под руководством Марио Бауманна опубликовала свой первый аналитический доклад. Текст посвящен концептуализации «европейской опоры» НАТО или, иначе говоря, как именно страны ЕС должны наращивать свой военный потенциал перед лицом «российской угрозы».
Авторы балансируют между аксиомами о невозможности ЕС защитить себя без участия США и неизбежным сокращением американского военного присутствия на европейском континенте. Столь бы ни были велики расходы европейцев на оборону, перекрыть американский «зонтик» они не в состоянии.

Поэтому ЕС необходимо сосредоточиться на развитии тех направлений, где его вклад будет наиболее действенным как для самих европейцев, так и для западного сообщества в целом.

Среди таковых авторы выделяют:

- Усиление присутствия представителей ЕС на командных позициях в НАТО

- Развитие средств ПВО

- Развитие технологий и инфраструктуры получения разведывательных данных

- Обеспечение возможности ударов по тыловым районам противника (само собой, России)

- Производство дронов и изучение опыта их применения в ходе украинского конфликта.

Заслуживает внимания отсылающее еще к меркелевской аргументации предложение не преувеличивать значение баланса расходов внутри НАТО между США и другими странами, поскольку этот баланс зависит в том числе от размера американского военного бюджета, который может меняться в рамках своей собственной логики. В 1990-е за счет разных темпов сокращения вооруженных сил после завершения Холодной войны доля вклада европейцев на короткое время превысила 40%. Сейчас – около 30%. Авторы полагают, что вместо того, чтобы стремиться к недостижимому балансу в 50 на 50, ЕС следует повышать эффективность своих оборонных инициатив.

И конечно, сам курс на милитаризацию безальтернативен: «…политические лидеры должны иметь смелость делать публичные заявления, которые могут быть непопулярны среди некоторых граждан. Политики не должны прятаться за утверждениями о том, что социальные требования препятствуют крупным и быстрым инвестициям в оборону. Безопасность является основным предварительным условием благосостояния и должна быть приоритетной в текущей геополитической обстановке».

В рамках Соглашения о военно-техническом сотрудничестве между Россией и ФРГ в 1997 г. была создана специальная двусторонняя комиссия, определявшая основные направления совместной работы.

Документы показывают, что и тогда взаимодействие с немецкими партнёрами было непростым. Стороны имели разный уровень ожиданий и набор приоритетов.

Однако некоторые обсуждаемые темы выглядят неожиданно и ярко выражают специфику эпохи. Чего стоит одна идея использовать шасси немецкого производства для РСЗО "Смерч".

Коллеги (@kramnikcat) сообщили, что тогда РСЗО “Смерч” активно предлагали странам Залива, где немецкие шасси пользовались популярностью. Правда Кувейт в итоге купил на отечественном.

Немного завуалированного оптимизма от моего доброго друга и коллеги Артёма Соколова @gerussia в материале для "Россия в глобальной политике".

На сегодняшний день условий для нормализации отношений между Россией и Западом явно недостаточно. Однако опыт последних ста лет показывает, что процесс может развиваться стремительными темпами во внешне малоподходящих условиях.

Рапалльские соглашения подписаны спустя несколько лет после завершения Первой мировой войны и Гражданской войны в России, сопровождавшейся иностранной интервенцией. Немногим больше отделяло «разрядку» и «перестройку» от кризисных пиков холодной войны. С другой стороны, столь высокая динамика приводила к формированию у сторон ложных ожиданий и, как следствие, к новому охлаждению вплоть до враждебности.

Подключение к "грязной работе" по Ирану американского союзника Мерца, конечно, порадует. Но проблемы с образом малоэмпатичного "министра-капиталиста" на этом не закончатся. Мерц не единственный из представителей западных элит, кто "страшно далёк от народа", но в отличие от того же Трампа ему не приходилось заигрывать с обывателями в бизнесе или политике. "Бремя белого человека" он исполняет как есть, без поправок на обстоятельства. Риторическая несдержанность была одной из главных угроз для Мерца во время предвыборной кампании и теперь продолжает время от времени портить ему жизнь.

Судя по всему, возможностей ярко высказаться у Мерца еще будет достаточно.

https://t.me/ru_global/30724

Кратко прокомментировал для Berliner Zeitung российские ожидания от саммита НАТО. Без злорадства следим за ходом дискуссии.

Wie Artem Sokolow, Wissenschaftler am renommierten Moskauer Institut für Internationale Beziehungen, sagt, wird der Kreml ganz genau beobachten, wie sich die Nato-Unterstützung für die Ukraine weiter gestaltet. Er betont die Uneinigkeit der Mitgliedstaaten, insbesondere zwischen den USA und osteuropäischen Ländern. „Ein Konsens wie noch vor zwei Jahren ist nicht mehr erkennbar.“

У FES любопытный доклад о германо-китайском партнёрстве на местном уровне в сфере культуры и образования.

Общая идея – инициативу здесь перехватил Пекин, который в значительной мере определяет то, как именно это партнёрство развивается. Немецкой стороне не хватает финансирования, целеполагания и гармонизации подходов. Работа Института Конфуция может вызывать вопросы, но альтернативного институционального каркаса в Германии нет.

«Таким образом, решающим мотивом осуществления политики безопасности Конрада Аденауэра было всеобщее, повсеместное ощущение угрозы. Боялись нападения русских, нападения совершенно конкретного, с использованием танков, артиллерии, пехоты. Русские, как рассуждали у нас, не нападут только в том случае, если они так или иначе окажутся вовлеченными в войну с Америкой. Лишь в этом контексте вообще можно понять, почему Аденауэр придавал такое большое значение американской гарантии безопасности. Гарантии французов и англичан по сравнению с этим имели меньшее значение; по широко распространенному мнению, их русские совершенно не боялись».

Штраус Ф.-Й. Воспоминания. М.: Международные отношения, 1991. С. 249.

Учитывая, что вся современная ФРГ выросла из политики безопасности, эскапады Мерца последних дней стоит относить к возвращению к истокам.

Вопрос. Существует ли угроза для Федеративной республики со стороны Советского Союза?

Брандт. Советский Союз стал миролюбивым государством, сказал Конрад Аденауэр на склоне лет. И это была не журналистская «заметка на полях», а политически обоснованная оценка, на которую уже ориентировался Кизингер в своем правительственном заявлении 1966 года. Но только правительство социал-либеральной коалиции в июле 1970 года заключило вопреки сопротивлению ХДС/ХСС Московский договор. В основу договора было положено стремление исключить существование таких антагонизмов интересов и таких рассуждений во взглядах, которые разрешались бы с применением силы. Эта политическая идея была воплощена в форму международно-правового обязательства. Для меня договор является выражением принципиальной политики, рассчитанной на долгие сроки.

Брандт В., Шмидт Г. Германия в 1976 году. М.: «Прогресс», 1977. С. 180.

Российский фактор во внешнеполитической дискуссии ФРГ может быть и таким. Интересно, что будут «на склоне лет» говорить о Zeitenwende Шольц и Мерц.

Конфуз с переводчиком для посла Ламбсдорффа можно списать на шероховатости протокола. Но если поиграть в символизм и конспирологию, то за ситуацией можно усмотреть намёк российской стороны на то, что нынешний посол засиделся на своём месте. Человек из рядов СвДП, покинувшей правительство, а затем и бундестаг, на важном дипломатическом посту не вполне уместен. Уже понятно, что никакой позитивной динамики в российско-германских отношениях при Мерце не будет, но при новой политической конфигурации в Берлине Ламбсдорфф может выглядеть чрезмерно обособленной фигурой, малопригодной для ретрансляции сигналов из Москвы.

Для густонаселённой земли Северный Рейн - Вестфалия выборка в тысячу с небольшим человек, да еще и с погрешностью в 3%, выглядит малоинформативной. Но раз лидер определён, то можно и без деталей.

Spiegel следит за жаркой погодой в Германии в духе вестей с фронта. Большинство станций мониторинга сегодня показали температуру выше 30 градусов. Рекордные показатели на юге и юго-западе страны. Пик жары должен наступить завтра.

Удивительно, но упоминаний о глобальном потеплении под такой удобный инфоповод в немецких СМИ немного. Просто так сложились природные явления, вот и жарко.

Представители Фонда Бертельсмана, SWP и DGAP опубликовали в Tagesspiegel большой текст с собственным видением работы немецкого Совета безопасности.

По их мнению, деятельность Совета должна решить следующие проблемы немецкого стратегического планирования: обеспечить эффективную координацию между всеми заинтересованными сторонами (госструктуры, научные центры, общественные организации) и усилить прогностическую компоненту аналитической работы, особенно в части выявления рисков.

Оптимальной моделью авторы признают опыт Финляндии с её парламентским комитетом по будущему.

Предполагается, что и бундестаг может сыграть ключевую роль в формировании общего видения картины будущего и того, чем это будущее угрожает Германии.

Реальный же вопрос состоит в том, как можно обеспечить централизацию стратегического планирования при всех особенностях государственного устройства ФРГ.

Немецкие журналисты фиксируют участившиеся контакты между АдГ и «Союзом Сары Вагенкнехт» на земельном и федеральном уровнях.

В Superwahljahr и во время досрочных выборов в бундестаг ССВ от взаимодействия с «Альтернативой» уклонялся. В команде Вагенкнехт были настроены на коалиционную работу, стремились выглядеть респектабельно, и расшатывание брандмауэра усложняло бы диалог с «народными» партиями, прежде всего, с СДПГ. Отчасти тактика сработала, дав возможность ССВ войти в правительства Тюрингии и Бранденбурга.

Однако непрохождение ССВ в бундестаг при обстоятельствах, оставляющих вопросы, усиливает дрейф партии в сторону от политического мейнстрима. С набравшими силу христианскими демократами договориться едва ли реально. Широкий фронт левых сил выглядит возможным, но полным внутренних противоречий форматом.

Остаётся АдГ. С учетом раскладов с Саксонии-Анхальт, где в следующем году предстоят выборы в ландтаг, подход вполне прагматичный.

В Германии живо обсуждают планы АдГ по коррекции своей тактики политической борьбы. «Альтернатива» намерена нарастить популярность в тех электоральных группах, где пока не пользуется широкой поддержкой (например, женщины или жители крупных городов), а также соответствовать образу договороспособной политической силы, готовой к коалиционному строительству. Всё это может сбить оппозиционный накал партии, «засушив» протестный задор.

Что это значит для АдГ и немецкой политики?

Во-первых, руководство АдГ осознает определенную исчерпанность электоральной стратегии периода Superwahljahr и досрочных выборов в бундестаг. Эта стратегия обеспечила партии высокие рейтинги, победу на выборах в Тюрингии и статус крупнейшей оппозиционной силы Германии. Однако брандмауэр, получив несколько заметных пробоин, всё же устоял.

Вряд ли избиратель будет готов поддерживать непримиримую оппозиционную риторику до следующих выборов в бундестаг. Мерц постарается хотя бы частично удовлетворить протестный запрос на перемены. А значит, оппозиции нужны новые подходы.

Во-вторых, формирование чёрно-красной коалиции изменило для «Альтернативы» конфигурацию главного политического противника. В отличие от «светофора» правительство Мерца пока действует сравнительно слаженно. Объединение в руках ХДС Ведомства федерального канцлера и МИД исключает появление серьезных разногласий по внешнеполитическим вопросом, как это было у СДПГ и «зелёных». Социал-демократы в статусе младшего коалиционного партнёра стараниями Ларса Клингбайля ведут себя спокойно, понимая ограниченность своих ресурсов.

Если «светофорная» коалиция получала в упреки в несогласованности, то теперь основное «слабое звено» правительства – СДПГ. Рейтинги партии продолжают оставаться низкими. Традиционный избиратель социал-демократов может продолжить перетекать к «Левой» партии, «Союзу 90 / Зелёные» и Союзу Сары Вагенкнехт. Придать СДПГ новую динамику может только обращение к традиции «новой восточной политики» Брандта, но в нынешних условиях это маловероятно. При таком раскладе ХДС рискует потерять удобного коалиционного партнёра в следующем электоральном цикле.

И здесь перед АдГ может возникнуть окно возможностей.

В-третьих, нельзя исключать, что смена тактики АдГ происходит под влиянием сигналов из ХДС. Кроме возможных проблем с коалиционным партнером христианские демократы и сами не до конца уверены в своём будущем. Нет ясности, кто поведёт партию на парламентские выборы в следующий раз и в каком состоянии она подойдет к этому моменту. Пока избиратель к Мерцу скорее благосклонен, но этот позитив выглядит хрупким и обратимым. Для многих в ХДС слом брандмауэра – приемлемый антикризисный вариант. Тем более, ни к чему не обязывающий на данный момент.

Очень странный флаг СССР используется на карте, опубликованной посольством ФРГ в Москве.

UPD Карта в оригинальной публикации посольства заменена на фотографию из Музея капитуляции Берлин-Карлсхорст.

Есть такое понятие - картографическая культура: к предыдущему посту - более правильная карта (именно от ФРГ), хотя и там серп и молот не золотые! Но это было бы лучше, чем когда посольство ФРГ выбрало другую, где изображена квази-нацистская повязка

Посольство ФРГ принесло извинения за вчерашнюю публикацию некорректной карты.

Ende gut, alles gut.

https://t.me/germania_online/2797