В SWP решили систематизировать практики борьбы с дезинформацией, под которой понимается то, что может «ослабить демократический дискурс».

Таких практик три:

1. Проверка фактов

2. Маркировка контента

3. Удаление фейковых аккаунтов и страниц (используется специфический термин «деплатформизация» (Deplatforming))

Предлагаемые меры кажутся очевидными, но каждая из них содержит серьезные изъяны. Фактчекинг требует сил и времени, тогда как распространение дезинформации часто рассчитано на быструю реакцию, а опровержения уже мало кого интересуют. Маркировка отдельных публикаций президента США Дональда Трампа в качестве «спорных» привела к противоположному эффекту – их распространяли чаще, чем те, где маркировка отсутствовала. Удаление контента или аккаунтов в социальных сетях приводит к обвинениям в цензуре, а в условиях многообразия интернет-площадок оно обречено на локальный успех.

Очевидного решения проблемы распространения дезинформации автор доклада не предлагает. Необходимо осознать масштаб проблемы и серьезно изучить феномен дезинформации во всей полноте, включая особенности общественной реакции на те или иные виды контента. Возможным источником решения проблемы является активное использование искусственного интеллекта и раннее определение целей дезинформации (выборы, референдумы и др.) для создания единственных источников достоверных сведений об этих событиях.

Несмотря на то, что автор призывает профильные государственные службы к осторожным действиям из-за возможных обвинений в цензуре, текст фактически указывает на формирование механизмов фильтрации информационного пространства «на дальних рубежах» и в автоматическом режиме.

Spiegel, ссылаясь на публикацию Financial Times, утверждает, что при производстве ракет "Орешник" якобы использовалось оборудование с программным обеспечением от немецких компаний Siemens и Heidenhain.

Вопрос доверия к подобным сведениям от украинской разведки (на неё ссылаются издания) можно определить самостоятельно.

Любопытно то, что появление подобной информации существует в одной реальности с многочисленными санкционными ограничениями и разрушенными российско-германскими отношениями. Призрак неконфронтационного взаимодействия Москвы и Берлина продолжает бродить по Европе вопреки всему.

Время собирать статистику

Отличным завершением года стала публикация нашей со Станиславом Проценко статьи «Концепция Zeitenwende в зеркале стратегических документов правительства Олафа Шольца» в журнале «Вестник МГИМО-Университета».

В статье мы рассматриваем изменения внешнеполитических установок ФРГ в последние годы через призму немецких доктринальных документов и дискуссии вокруг них.

Пришли к выводу, что противоречий в этих документах достаточно, и они вызваны как межпартийными, так и межведомственными разногласиями. Быстрая практическая реализация положений, которые заявлены в качестве приоритетных в новых доктринальных документах, в настоящее время невозможна из-за отсутствия у Германии необходимых для этого ресурсов. Расплывчатые формулировки, как и отсутствие в опубликованных документах чётких обязательств, сроков и количественных показателей оставляют возможность в дальнейшем дополнить и уточнить подготовленные нынешним руководством положения.

Статья выполнена в рамках исследовательского проекта «Трансформация военно-политической стратегии ФРГ как угроза безопасности Российской Федерации» Российского научного фонда.

Если слушаете подкасты, подключайтесь и на нашу волну: https://vp.mave.digital/

Подкаст Института международных исследований МГИМО "Внешняя политика".

Сейчас в разгаре 4-й сезон. Вышло четыре выпуска, в том числе со мной ("От долгих восьмидесятых до Си Цзиньпина") и с Артёмом Соколовым ("Как исследовать Германию в новом мире?"). А также будущее Форума ОБСЕ по сотрудничеству в области безопасности, МАГАТЭ, китайско-европейские отношения и многое другое.

Проект насчитывает уже 51 выпуск. Слушать можно много где, в том числе в ВК, но, мне кажется, удобнее всего на платформе Mave Digital.

.

Статья Илона Маска в Welt am Sonntag: что это было

Вышедшая под занавес 2024 года статья американского миллиардера Илона Маска в газете Welt am Sonntag взорвала немецкий политический и медийный мейнстрим. Немецкие элиты возмутились не столько негативным оценкам состояния экономики ФРГ (тут спорить сложно), сколько открытыми симпатиями Маска в отношении «Альтернативы для Германии». Развернувшийся скандал примечателен во многих отношениях:

- Трансатлантические немецкие элиты по-прежнему не готовы к американскому «огню по штабам». Опыт первого президентства Трампа в Берлине предпочли забыть как страшный сон, и в 2024 г. сделали проигрышную ставку на кандидата от демократов не от силы, а от слабости. В результате, немецким политикам предстоит непростой поиск подходов к новой администрации. Опыт работы Фридриха Мерца в BlackRock пока не выглядит универсальным решением проблем в коммуникации.

- Немецкая медийная машина может переварить провокативные высказывания Трампа и политиков из его команды. Однако Илон Маск со всеми своими особенностями всё же не может быть с лёгкостью отнесен к вредоносным явлениям с «неправильной стороны истории». Слишком многое придется отменять в попытках выделить «плохих» американцев и числа «хороших». Немецкие СМИ готовы подтверждать меркелевский статус «морального лидера запада» до тех пор, пока в эту игру всерьез не включатся за океаном.

- Маск, несмотря на опубликованный текст, демонстрирует равнодушие к немецким делам и показательно ошибается даже в названии газеты (Weld вместо Welt). Вряд ли миллиардер горит желанием погрузиться в тонкости межпартийных баталий в ФРГ. Задача статьи – продемонстрировать Берлину усталость от внутренних борений европейского союзника по вопросам второстепенной важности. Обращение к АдГ в данном контексте призвано показать пример политической силы с ясной программой действий, которая сохраняет дееспособность в условиях сильного внешнего давления. «Работайте как они и не тратьте своё и наше время по пустякам».

Маск, кажется, считает, что схватил бога даже не за бороду.

https://t.me/rt_russian/226059

Сообщения о традиционном новогоднем празднике непослушания в Берлине и других немецких городах, который год от года становится всё более агрессивным, подводят к размышлениям на стыке политики и психологии.

Попытки перенести механизмы средневекового карнавала, как ограниченного по времени периода легального выплеска разновекторной общественной энергии, на современную действительность вроде бы успешны. С другой стороны - кадры боёв с фейрверками на берлинских улицах оставляют вопрос о состоянии общественного климата в стране, который нуждается в такой эмоциональной разгрузке. Даже на пике увлечения пиротехникой в Москве случаев атак на общественный транспорт ракетницами не припомню.

В иное время всё это безобразие продавалось внешнему миру как милая самобытная традиция. Сейчас это еще один пример сбоя в немецком моторе.

Провал переговоров по формированию трёхпартийной правящей коалиции в Австрии еще не означает триумфа Австрийской партии свободы, но высвечивает прорехи в стратегии выстраивания политического брандмауэра.

Игнорировать выбор избирателя немецкому, а затем и австрийскому политическому мейнстриму давалось сравнительно легко. В отсутствии законодательной нормы, при которой победившая на выборах партия обязана присутствовать в правительстве, даже 30% проголосовавших за АдГ или АПС можно трактовать как выбор меньшинства (70% же против). Высокие рейтинги внесистемных политических сил объяснялись происками внешних игроков и недостаточной информированностью электората. При такой оптике их успех выглядел относительным и кратковременным.

Второй шаг дался мейнстриму сложнее. Выстроенный брандмауэр необходимо поддерживать. И тут выяснилось, что объединенное против правых или левых популистов большинство – не совсем большинство. Если первое время коалиции из разномастных политических сил формировались по принципу «Отечество в опасности» и даже сносно работали, то со временем узкопартийные интересы стали брать верх. Где-то проблема решалась созданием коалиций без парламентского большинства, что снижало уровень обязательств между участниками (а вместе с ним и эффективность работы). В других случаях коалиции распадались, как «светофорное» правительство в ФРГ, или даже не сформировывались, как это произошло сейчас в Австрии. Брандмауэр оказался недостаточно гибкой конструкцией, неудобной и для тех, кто его выстраивает. Неслучайно, застрельщиками кризиса как в Германии, так и в Австрии, выступили малые партии, СвДП и NEOS соответственно, которые увидели в широких коалициях угрозу своему идейному своеобразию со стороны более крупных партнёров.

Возможное участие Австрийской партии свободы в формировании нового австрийского правительства придаст импульсы к активности АдГ в Германии. Между двумя партиями достаточно различий, как и между политическими системами двух немецкоязычных государств в целом. Однако успех АПС обеспечит «Альтернативе» дополнительную осмысленность в целеполагании.

Еще одно следствие трясущегося брандмауэра - труднопредсказуемый формат будущей коалиции. Противоречия между мейнстримовыми политическими силами не переходят дальше черты, за которой невозможны коалиционные переговоры. Даже открытый конфликт между СДПГ и СвДП, ставший финальным импульсом к распаду "светофора", не мешает Олафу Шольцу допускать возможность партнёрства с либералами.

Между тем, АдГ по некоторым опросам опять набирает более 20%.

Spiegel идет в атаку

Скандал вокруг заявлений Илона Маска о немецкой политике продолжается. В этот раз ход делает Spiegel, опубликовавший колонку с критикой руководства издательства Axel Springer.

В первую очередь под удар попал гендиректор компании Матиас Дёпфнер, которого Spiegel обвиняет в амбициях глобального масштаба и желании укрепить свое влияние на американском медиа-рынке.

Этого, по мнению газеты, Дёпфнер хочет достичь благодаря близкому общению с Маском, публикацию авторской колонки которого он якобы протолкнул несмотря на недовольство среди работников Die Welt.

Spiegel утверждает, что редакционная комиссия, действующая в Die Welt с 2023 года с целью укрепления независимости редакционной политики, рекомендовала не печатать колонку Маска, а провести с ним интервью, что якобы позволило бы журналистам представить взгляды миллиардера в критическом свете.

Не меньшую улыбку на лице вызывает аргумент о том, что публиковать текст Маска не стоит, поскольку он и так владеет собственной платформой, где может транслировать личные взгляды.

Показательный конфликт в немецком медиа-сообществе.

Журнал Katapult, известный своими инфографиками, обрушился с критикой на Spiegel из-за некорректной публикации об открытии книжного магазина в Хемнице основателем Katapult Бенджамином Фридрихом.

В декабре 2024 года в Spiegel вышла статья за авторством Вики Баргель, формально посвященная открытию книжного магазина от Katapult в бывшем Карл-Маркс-Штадте. Однако фактически текст представлял собой «накат» на Фридриха, который выглядел в статье как обаятельный аферист с большими идеями, но скверными организационными навыками. Баргель старательно перечислила все трудности издания за последние два года. Отдельно был упомянут проект по привлечению в Katapult в 2022 году двадцати украинских журналистов за счет сокращения зарплат действующих сотрудников, в итоге провалившийся с неясными финансовыми последствиями. Открытие же книжного магазина было представлено как сомнительное предприятие, организуемое увлеченными харизмой Фридриха добровольцами.

В Katapult на публикацию сильно обиделись. Герои репортажа насобирали в нём неточностей и сознательных искажений на отдельный текст. Припомнили проделки журналиста Spiegel Клааса Релоциуса, придумывавшего свои репортажи на потребу читателям. Особенно броскими вышли обвинения в женоневистничестве – из статьи выходит, что Фридрих эксплуатирует наивных барышень, готовя магазин к открытию, а они в ответ утверждают, что работали и работают за зарплату с искренним, но осознанным энтузиазмом. Много примеров искаженных и вырванных из контекста цитат, фактологических ошибок, непрофессиональной работы Баргель на месте.

Любопытно, что Spiegel и Katapult в целом находятся на одной интонационной волне в немецком медиаполе. Провокационная статья выглядит как конфликт внутри одного блиндажа информационного фронта или атака на зарвавшегося новичка со стороны признанного гранда, защищающего свои тиражи и просмотры. В любом случае, если Katapult пойдет до конца, его «ответка» Spiegel может быть интересной.

Закрывая (на время) сюжет о разнообразных процессах на немецком медиа-рынке, стоит упомянуть, что публикация журнала Correctiv о встрече политиков правого толка в Ванзее, ставшая поводом для организации политическим мейнстримом массовых демонстраций против АдГ, была фактически признана фальшивкой. Расследование Zeit, основанное на опросе участников встречи и беседах с журналистами, показало, что никакого плана по массовой депортации из Германии мигрантов в пригороде Берлина не обсуждалось. Происходящее тянуло в лучшем/худшем случае на общие рассуждения о проблемах миграции, что в нынешних условиях трудно признать материалом для сенсации.

Как и в конфликте между Spiegel и Katapult или в ситуации со статьей Илона Маска, скандал в немецкой медиасфере раскручивается силами крупных игроков рынка. Ожесточённая конкуренция соседствует со стремлением удовлетворить в инициативном порядке запрос читателей на вскрытие изъянов внутренней кухни на примере коллеги по цеху. Ругать мейнстримовую прессу за тенденциозность постепенно становится хорошим тоном. Вариант ухода от критики - присоединиться к ней.

Позиция Шольца по торможению дополнительной военной помощи Киеву возвращает внутринемецкую дискуссию по украинскому конфликту к состоянию первой половины 2022 г. Уже не 5000 касок, еще не "Леопарды". Объяснить избирателю (если такая задача в принципе стоит), как миллиардная помощь украинскому руководству изменит жизнь к лучшему, значительно труднее, чем три года назад.

Наряду с предвыборными маневрами, играет свою роль и трансатлантическая синхронизация. Миротворческий задор Трампа может обернуться по-разному, но ставить себя в глупое положение в Берлине не хотят. "Пацифизм" Ведомства федерального канцлера можно считать результатом негласных договоренностей между СДПГ и ХДС, которым, вероятно, еще предстоит стоять плечом к плечу в непростом диалоге с трамповской командой.

Смазанное интервью Алис Вайдель миллиардеру Илону Маску несмотря на все огрехи оценивается немецкими СМИ как успех для АдГ. Возможно, Вайдель не самый выдающийся оратор Германии (что было понятно уже на дебатах с Сарой Вагенкнехт), но сам факт спокойного уважительного разговора сопредседательницы «Альтернативы» с влиятельнейшим представителем заокеанского партнёра перевешивает издержки конкретной персоны. Никогда прежде партия не получала столь высокую дружелюбную трибуну.

Может ли АдГ пробить брандмауэр извне, если это не получается сделать изнутри? Если внешние контакты с идейно близкими силами от французского Национального объединения до Австрийской партии свободы (тем более - взаимодействие с российскими представителями) скорее укрепляли нерукопожатость партии для немецкого мейнстрима, то в случае с Маском и будущей администрацией Трампа всё сложнее. Аналогия с метаниями ГДР в годы советской "перестройки" более чем уместна. Удивительно, как легенда о Kanzlerakte (кандидатура канцлера ФРГ утверждается в США) начинает обсуждаться с неожиданной стороны.

🌍 Эксперты МГИМО подводят итоги 2024 года
🇩🇪 Канд. ист. наук, научный сотрудник Института международных исследований А.П.Соколов подвел итоги прошедшего года для ФРГ.

АдГ не может игнорировать мнение восточных немцев, имеющих отличные от официальной точки зрения Берлина взгляды на эскалацию украинского кризиса, так как в Восточной Германии позиции партии традиционно сильны, говорит научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Артем Соколов. Если бы сейчас, перед выборами в бундестаг, партия сдала назад и отметилась антироссийской риторикой, это грозило бы значительными проблемами, ведь именно за счет критики позиции правительства Олафа Шольца АдГ набрала себе электорат. Политическое будущее АдГ сейчас неоднозначно: с одной стороны, продолжается бойкотирование партии другими политическими силами Германии и даже рост популярности АдГ до 23–24% не сделает ее «рукопожатной». Но при этом АдГ пользуется открытой поддержкой со стороны команды избранного президента США Дональда Трампа, о чем свидетельствует интервью Вайдель у Маска. Это породило разговоры о том, что партия располагает влиятельными покровителями за океаном, и пока германские элиты не понимают, как себя вести в этой связи. Что же касается предвыборных заявлений самой Вайдель, то здесь она предстала «механическим антагонистом» к текущему правительству, при этом застолбив крайнюю позицию в отношении поставок газа из России. Ввиду того что попытки перехода на возобновляемые источники энергии и диверсификации поставок энергоносителей оказались дорогостоящими, вопрос об оздоровлении германской экономики нельзя обсуждать без решения проблемы с газом, резюмирует эксперт.

https://www.vedomosti.ru/politics/articles/2025/01/13/1085765-alternativa-dlya-germanii-otkazalas-osuzhdat-rossiyu-v-svoei-programme

Интересно наблюдать, как в немецком экспертном сообществе идеи, которые в той или иной форме соотносятся с российскими внешнеполитическими нарративами, сознательно обставляются как антироссийские.

Например, в статье на сайте Гессенского фонда исследований проблем мира и конфликтов за авторством М.Дембински и Д. Петерса обосновывается вполне себе многополярная архитектура международных отношений с взаимным признанием интересов безопасности и невмешательством во внутренние дела, а также с установлением правил ненасильственного взаимодействия друг с другом. Авторы даже признают, что странам Запада будет трудно принять идею невмешательства (впрочем, и другим тоже).

Нюанс в том, что обращение к этой идеальной конструкции должно происходить как реакция на провал интеграции России в международные институты Западом после 1989 г. Изменение через сближение не состоялось. Следствие этого провала – рост вооруженных конфликтов с 2010-х гг., ответственность за которые несёт исключительно Москва. Афганские и иракские кампании США упоминаются в этой связи как периферийные региональные конфликты (это другое), Югославия и вовсе остаётся за кадром.

Но в целом такая идея многополярности по-немецки показательна как по форме подачи, так и по существу.