ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 3
Александра из Крыма веселила Султана и навеселила себе новое имя - Хюррем, что в вольном переводе означает Пиздохаханька.
Выйдя из императорских покоев, новоиспеченная Хюррем сразу же выебнулась новым именем, а потом получила от Султана подарки и пошла переезжать из казармы в роскошные комнаты. Радовалась так, что сразу же выдала свой психологический возраст пять лет.
Махидеврушка же выплакала все глаза и Валидол-Султан решила отставить слезы: посидеть, пожрать от души, посмеяться и просто посиять всем гаремом.
Махидеврен пошла за шехзаде к его отцу, у них сегодня был важный выход в свет. Они очень холодно пообщалась взглядом с Сулейманом, потому что он любит веселых, а не заплаканных наложниц.
Сестра Сулеймана - Хатидже ходила с ней, потому что услышала имя скрипача сублиматора Ибрагима Любимого. Ее уже спалили, она уже попалась, терять ей уже тоже, возможно, нечего, но сюжетная линия об этом пока молчит.
Затем Султан Сулейман, полный сил и вдохновения, пошел решать государственные дела и даже писать стихи, а потом за деньги подрался с местным художником, который к тому же лучше всех разрисовывает битой ебла. Навалять Султану он не посмел, либо не смог. Султан был силен и ловок как никогда, потому что за каждым великим мужчиной стоит своя рыжая Хюррем.
Тут время подошло и все гаремные подошли кутить. Махидеврулька честно старалась улыбаться, но вдруг увидела ту самую рыжую вражескую бабу. В жопе у нее засвербило. Ну-ка станцуй нам, Александра, сказала она громко и вызывающе. Пришлось Александре танцевать, потому что Валидол поддержала эту идею. И Александра начала танцевать зазря, ибо не смогла снова не выебнуться своим новым именем и закусилась на этой ноте, а на следующей ноте ее уже зашвыривали в карцер, шоб не пиздела лишнего.
Пока Султан Сулейман показывал на карте, как выебет вот этих и вот этих, Александра гладила сырые стены темницы, смотрела автобиографический триллер и читала аффирмации. Махидевран сама припиздовала к ней в карцер и сквозь решетку попросила извинений. На что рыжая непокорная сука только напомнила про ночь с четверга, если, мол, ты понимаешь, о чем это я. А Махидевран сикнула, что у ее Мустафика будет благославленный братик и приказала не давать рыжей воды.
Ночью вселенная, наконец, услышала Хюррем и вместе с грозой и ветром донесла до Султана ее молитвы о спасении. И он вдруг приказал Сюмбелю привести его любимую Хюррем. Сюмбеля, бедный тревожный евнух, аж побелел. Он уже заебался скакать меж ебанных. Но тем не менее поскакал в темницу срочно выпускать обезвоженную голодную рыжуху. Сулейман лично припиздовал своей императорской особой глянуть на свою Пиздохаханьку, чтоб все в край охуели от возможностей ее чар.
А потом снова дал пизды Ибрагиму и они договорились, что теперь Ибрагим следит за ее состоянием.
Наутро Махидевран все также сияла и радовалась, поскольку не знала, что Пиздохаханька уже лежит в своих покоях, кормится с ложечки и в очередной раз выебывается, что в карцере совсем не страшно.
Валидол все утро ждала сына, чтоб благославить его на великие свершения, пока не узнала, что место великой женщины теперь за рыжей рабыней. А Султан уже заканчивал дела, чтобы поскорее встретить натерпевшуюся любимицу и подарить ей то самое колечко, которое так ждет Махидевран.
Александра из Крыма веселила Султана и навеселила себе новое имя - Хюррем, что в вольном переводе означает Пиздохаханька.
Выйдя из императорских покоев, новоиспеченная Хюррем сразу же выебнулась новым именем, а потом получила от Султана подарки и пошла переезжать из казармы в роскошные комнаты. Радовалась так, что сразу же выдала свой психологический возраст пять лет.
Махидеврушка же выплакала все глаза и Валидол-Султан решила отставить слезы: посидеть, пожрать от души, посмеяться и просто посиять всем гаремом.
Махидеврен пошла за шехзаде к его отцу, у них сегодня был важный выход в свет. Они очень холодно пообщалась взглядом с Сулейманом, потому что он любит веселых, а не заплаканных наложниц.
Сестра Сулеймана - Хатидже ходила с ней, потому что услышала имя скрипача сублиматора Ибрагима Любимого. Ее уже спалили, она уже попалась, терять ей уже тоже, возможно, нечего, но сюжетная линия об этом пока молчит.
Затем Султан Сулейман, полный сил и вдохновения, пошел решать государственные дела и даже писать стихи, а потом за деньги подрался с местным художником, который к тому же лучше всех разрисовывает битой ебла. Навалять Султану он не посмел, либо не смог. Султан был силен и ловок как никогда, потому что за каждым великим мужчиной стоит своя рыжая Хюррем.
Тут время подошло и все гаремные подошли кутить. Махидеврулька честно старалась улыбаться, но вдруг увидела ту самую рыжую вражескую бабу. В жопе у нее засвербило. Ну-ка станцуй нам, Александра, сказала она громко и вызывающе. Пришлось Александре танцевать, потому что Валидол поддержала эту идею. И Александра начала танцевать зазря, ибо не смогла снова не выебнуться своим новым именем и закусилась на этой ноте, а на следующей ноте ее уже зашвыривали в карцер, шоб не пиздела лишнего.
Пока Султан Сулейман показывал на карте, как выебет вот этих и вот этих, Александра гладила сырые стены темницы, смотрела автобиографический триллер и читала аффирмации. Махидевран сама припиздовала к ней в карцер и сквозь решетку попросила извинений. На что рыжая непокорная сука только напомнила про ночь с четверга, если, мол, ты понимаешь, о чем это я. А Махидевран сикнула, что у ее Мустафика будет благославленный братик и приказала не давать рыжей воды.
Ночью вселенная, наконец, услышала Хюррем и вместе с грозой и ветром донесла до Султана ее молитвы о спасении. И он вдруг приказал Сюмбелю привести его любимую Хюррем. Сюмбеля, бедный тревожный евнух, аж побелел. Он уже заебался скакать меж ебанных. Но тем не менее поскакал в темницу срочно выпускать обезвоженную голодную рыжуху. Сулейман лично припиздовал своей императорской особой глянуть на свою Пиздохаханьку, чтоб все в край охуели от возможностей ее чар.
А потом снова дал пизды Ибрагиму и они договорились, что теперь Ибрагим следит за ее состоянием.
Наутро Махидевран все также сияла и радовалась, поскольку не знала, что Пиздохаханька уже лежит в своих покоях, кормится с ложечки и в очередной раз выебывается, что в карцере совсем не страшно.
Валидол все утро ждала сына, чтоб благославить его на великие свершения, пока не узнала, что место великой женщины теперь за рыжей рабыней. А Султан уже заканчивал дела, чтобы поскорее встретить натерпевшуюся любимицу и подарить ей то самое колечко, которое так ждет Махидевран.
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 4
Рыжая выеба опять все утро развлекала Султана, пока он не напихал ей в рот пахвалы. Уже раскатала губу на султаншу, а он как будто бы даже об этом подумывает.
Отлипнув наконец от Падишаха, Хюррем пошла по коридору в свои комнаты, как вдруг внезапно выбежал Мустафа. Она с ним даже посюсюкалась, пока разъяренная мать шехзаде не велела пойти прочь от этой женщины. А у этой женщины еще и ее кольцо!
-Воровка, тварь, отдай сюда, это мое!!!
-Нет, мое. Мне султан подарил. Поняла?
-Снимай!!! Мое!!!
-Мое!
-НЕТ, МОЕ!!!
-НЕТ, МОЕ!!!
Слава богу, Махидевран ебнулась в обморок, иначе это бы никогда не закончилось.
Как выяснилось позже, на подходе у нее еще один шехзаде, а это значит праздник, фейерверки, гулять будет весь гарем и вся Османия. Кроме Пиздохаханьки. Ей от этой новости совсем не до смеха. Мало того, что она пересралась почти со всеми сокамерницами, так еще и нажелала всем смертей, а потом пошла запускать голубя, чтобы тот утащил всю ее боль в море и утопил там вместе со всеми. И вообще, я славянка Александра, которая плачет только по своей семье. А Турция будет сосать!!! Я стану Госпожой и выебу вас всех!
В таком настроении она без приглашения поперлась в покои Султана, пока Сублиматор Ибрагим не отправил ее сублимировать тоже. Младшая из участковых посоветовала Хюррем вести себя адекватно и пригрозила правом Валидолши выдать ее за старика и сплавить из дворца. Но славянка Александра жаждет мести и любви, поэтому она даже сделает поклон Махидевран, но только так, чтобы обязательно было видно то самое кольцо.
Тем временем, Султан Сулейман не планировал ничего важного и еще не знал, что Венгерский монарх обезглавил его курьера. Он был рад, что на Востоке подавили мятеж, а Ибрагим предложил настроить новых кораблей, как будто чуя, что венгерский монарх тот еще долбоеб.
Потом Валиде принесла Султану радостную весть и он побежал к Махидевран, спросить, чо как и навешать ей на шею новых ожерельев. А нахуя бы ей эти ожерелья, да? Она ждала кольцо. Сулейман на ее претензию ответил коротко и ясно: такова моя воля. Потому что я Султан и даже если я поступаю, как уебан, я все равно Султан, поцелуй меня в подол.
Ибрагима уже хорошо подзаебали все эти советники в плафонах, которые не хотят принимать его статус. А тут еще и мелкий шехзаде Мустафа пизданул, мол, Ибрагим тебе, папа, не брат, он твой раб. У Мустафы стресс, что у него будет брат или сестра, он хочет быть онличайлдом, чтобы все дули только в его жопу. А у Ибрагима вечная депрессия, что он тут хуй знает кто, везде чужой, нигде свой, могу и вашим и нашим, беспринципное говно без имени и родины. А все эти пидорасы - императорские зятья и благородные чинуши, особенно с черной бородкой, калят так, что сил у него больше нет сублимировать со скрипкой. Он уже хочет поскорее прыгнуть на дочку Валиде и сестру Султана и брызнуть своим простолюдинским генофондом в благородный правящий генофонд, чтобы все эти плафоны затухли и проявили, наконец, должное увожение.
На ночь Сулейман еще раз пришел к беременной Махедеврули и та сказала, что Мустафарик не хочет делить любовь отца ни с кем больше. И вообще он весь в мать, мы с ним не умеем делиться. Сулейман немного закатил глаза, подумал да бляяяя, и пошел дальше делать дела.
Крысливая служанка Махидевран вызвалась помочь ей с кольцом, но не сама, а так, чтоб если что выебли не ее. Операция Спиздить мою прелесть легла на плечи обычной гаремной телочки. В то же время рыжая амбициозная эксАлександра как будто взялась за ум и сразу же поняла: чтобы овладеть всеми, ей надо овладеть информацией, и в этом может помочь только Сюмбюля, который весь день собирает по углам все сплетни и продает их за бакшиш. А младшая участковая хуйни не посоветует. Кажется, у нее свои счеты с крысливой служанкой.
Рыжая выеба опять все утро развлекала Султана, пока он не напихал ей в рот пахвалы. Уже раскатала губу на султаншу, а он как будто бы даже об этом подумывает.
Отлипнув наконец от Падишаха, Хюррем пошла по коридору в свои комнаты, как вдруг внезапно выбежал Мустафа. Она с ним даже посюсюкалась, пока разъяренная мать шехзаде не велела пойти прочь от этой женщины. А у этой женщины еще и ее кольцо!
-Воровка, тварь, отдай сюда, это мое!!!
-Нет, мое. Мне султан подарил. Поняла?
-Снимай!!! Мое!!!
-Мое!
-НЕТ, МОЕ!!!
-НЕТ, МОЕ!!!
Слава богу, Махидевран ебнулась в обморок, иначе это бы никогда не закончилось.
Как выяснилось позже, на подходе у нее еще один шехзаде, а это значит праздник, фейерверки, гулять будет весь гарем и вся Османия. Кроме Пиздохаханьки. Ей от этой новости совсем не до смеха. Мало того, что она пересралась почти со всеми сокамерницами, так еще и нажелала всем смертей, а потом пошла запускать голубя, чтобы тот утащил всю ее боль в море и утопил там вместе со всеми. И вообще, я славянка Александра, которая плачет только по своей семье. А Турция будет сосать!!! Я стану Госпожой и выебу вас всех!
В таком настроении она без приглашения поперлась в покои Султана, пока Сублиматор Ибрагим не отправил ее сублимировать тоже. Младшая из участковых посоветовала Хюррем вести себя адекватно и пригрозила правом Валидолши выдать ее за старика и сплавить из дворца. Но славянка Александра жаждет мести и любви, поэтому она даже сделает поклон Махидевран, но только так, чтобы обязательно было видно то самое кольцо.
Тем временем, Султан Сулейман не планировал ничего важного и еще не знал, что Венгерский монарх обезглавил его курьера. Он был рад, что на Востоке подавили мятеж, а Ибрагим предложил настроить новых кораблей, как будто чуя, что венгерский монарх тот еще долбоеб.
Потом Валиде принесла Султану радостную весть и он побежал к Махидевран, спросить, чо как и навешать ей на шею новых ожерельев. А нахуя бы ей эти ожерелья, да? Она ждала кольцо. Сулейман на ее претензию ответил коротко и ясно: такова моя воля. Потому что я Султан и даже если я поступаю, как уебан, я все равно Султан, поцелуй меня в подол.
Ибрагима уже хорошо подзаебали все эти советники в плафонах, которые не хотят принимать его статус. А тут еще и мелкий шехзаде Мустафа пизданул, мол, Ибрагим тебе, папа, не брат, он твой раб. У Мустафы стресс, что у него будет брат или сестра, он хочет быть онличайлдом, чтобы все дули только в его жопу. А у Ибрагима вечная депрессия, что он тут хуй знает кто, везде чужой, нигде свой, могу и вашим и нашим, беспринципное говно без имени и родины. А все эти пидорасы - императорские зятья и благородные чинуши, особенно с черной бородкой, калят так, что сил у него больше нет сублимировать со скрипкой. Он уже хочет поскорее прыгнуть на дочку Валиде и сестру Султана и брызнуть своим простолюдинским генофондом в благородный правящий генофонд, чтобы все эти плафоны затухли и проявили, наконец, должное увожение.
На ночь Сулейман еще раз пришел к беременной Махедеврули и та сказала, что Мустафарик не хочет делить любовь отца ни с кем больше. И вообще он весь в мать, мы с ним не умеем делиться. Сулейман немного закатил глаза, подумал да бляяяя, и пошел дальше делать дела.
Крысливая служанка Махидевран вызвалась помочь ей с кольцом, но не сама, а так, чтоб если что выебли не ее. Операция Спиздить мою прелесть легла на плечи обычной гаремной телочки. В то же время рыжая амбициозная эксАлександра как будто взялась за ум и сразу же поняла: чтобы овладеть всеми, ей надо овладеть информацией, и в этом может помочь только Сюмбюля, который весь день собирает по углам все сплетни и продает их за бакшиш. А младшая участковая хуйни не посоветует. Кажется, у нее свои счеты с крысливой служанкой.
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 5
Рыжая славянка Хюррем побежала искать Сюмбюля-ага, чтобы предложить бакшиш и заручиться его помощью.
-Стану султаншей - сделаю тебя визирем, Секюль-ага.
-Какая ты блять Султанша, имя запомнить не можешь
-У меня есть золото, я дам тебе золото.
-В жопу себе засунь свое золото, сказал будущий Великий визирь. Будешь во всем слушать меня и для начала - прими ислам, деточка.
В это время по рынку шастали Султан с Ибрагимом. Они вышли с проверкой, чо как в стране, накупили тканей, поговорили с местными торговцами, позанимались благотворительностью, посветили важными еблетами. Были переодеты и оттого неузнаваемы. Но толстый усатый повар из императорской кухни все-таки их увидел: обосрался страшно. Пришел поди поторговать казенными продуктами, а тут такие гости. Далее два царька пошли в литейную - смотреть, как делаются новые пушки и строятся легкие корабли. Зависли там на всю ночь, потому что амбиций хоть жопой жри, что у одного, что у другого.
Веницианский посол пытался уладить вопрос с налогами, но такова воля Султана. Писал потом своим письмо, что нихуя у него не получается и вообще готовьтесь огребать пиздюлей: у них тут новые пушки и непоколебимая воля Султана, а ебанутый венгерский Лаюш поджег османские пердаки.
Подорок от Лаюша доехал до Султана.
Ему внесли бочку меда с сюрпризом: с той самой головой, что слетела с плеч османского посла. Султан поклялся, что Венгрии пизда. А потом пошел по коридору и снова дал своей Пиздохаханьке платок.
У Пиздохаханьки тем временем беда: пока она мыла свои жеппы в хаммаме - сняла кольцо и оно исчезло. Операция Спиздить мою прелесть прошла успешно и Махидевор уже тайком поглаживала бриллианты.
Весь гарем подняли на уши, устроили шмон в казарме, кольца нигде нету. Но младшая участковая-то не дура, она сразу рассказала Ибрагиму о своих подозрениях. Ибрагим уже прибежал со своей свиданки и занялся расследованием: гаремная телочка-воровка оказалась его давней знакомой, поэтому она быстро всех сдала и не искушала судьбу.
Ибрагим дошел до самой Валидол и сказал ей, кто спиздил кольцо. Дальше Валидол устроила разнос крысливой служанке Махидевран от старшей участковой. Пизды в итоге получили все, кроме исполнителя операции: ее заменили на другую гаремную юную телочку и пока хуй знает, куда ее повели и почему именно ее.
Хюррем сказали, чтоб не снимала это кольцо до самой смерти. И Хюррем, довольная и счастливая, пошла к султану предавать свою веру, попутно махая крысливой служанке.
Пришла вся такая в красном и сразу с желанием:
-Мой Господин, хочу смотреть на мир твоими глазами, слышать его твоими ушами, срать в него твоей жопой, ебать его твоим хуем - начну с тех, кто в гареме!
-Да ты ж моя!!! Я раб твоего сердца, Хюррем. Повторяй за мной и будешь моей самой верной мусульманочкой, все тебе отдам.
А к Махидевор пришла Валидол-султан и сказала, что хуй я тебе больше помогу. На меня больше не рассчитывай и смотри, хорошо ешь, хорошо пей, и чтобы голова была чиста мыслями, все-таки наследника носишь.
Но у Махидевран опять прорвало плотину, а к утру выяснилось, что нового шехзаде уже не будет.
Султан приуныл от этой новости и сказал, что Аллах решил, что он слишком счастлив. Махидевран решила, что во всем виновата рыжая тварь, а рыжая тварь как раз шла по коридору навстречу: сияя от любви и исламского нимба.
Замученная несчастная неумытая Махидевран была в ночном халате и несла с собой лютый, просто лютейший пиздец.
Она наотмашь въебла так, что Александра не устояла на своих уверенных ногах.
Она даже не сразу вкурила, что происходит, но зато сразу сориентировалась.
-Вставай, паршивая славянская сука! Вставай, падла!
Но Александра покорно приняла судьбу и была жестоко отпизжена злой отчаянной крепкой рукой Махидевран. Сначала правой, а потом и левой.
Ладошки врезались в ебало, как будто сами православные апостолы апплодировали телесам рыжей предательницы.
Рыжая славянка Хюррем побежала искать Сюмбюля-ага, чтобы предложить бакшиш и заручиться его помощью.
-Стану султаншей - сделаю тебя визирем, Секюль-ага.
-Какая ты блять Султанша, имя запомнить не можешь
-У меня есть золото, я дам тебе золото.
-В жопу себе засунь свое золото, сказал будущий Великий визирь. Будешь во всем слушать меня и для начала - прими ислам, деточка.
В это время по рынку шастали Султан с Ибрагимом. Они вышли с проверкой, чо как в стране, накупили тканей, поговорили с местными торговцами, позанимались благотворительностью, посветили важными еблетами. Были переодеты и оттого неузнаваемы. Но толстый усатый повар из императорской кухни все-таки их увидел: обосрался страшно. Пришел поди поторговать казенными продуктами, а тут такие гости. Далее два царька пошли в литейную - смотреть, как делаются новые пушки и строятся легкие корабли. Зависли там на всю ночь, потому что амбиций хоть жопой жри, что у одного, что у другого.
Веницианский посол пытался уладить вопрос с налогами, но такова воля Султана. Писал потом своим письмо, что нихуя у него не получается и вообще готовьтесь огребать пиздюлей: у них тут новые пушки и непоколебимая воля Султана, а ебанутый венгерский Лаюш поджег османские пердаки.
Подорок от Лаюша доехал до Султана.
Ему внесли бочку меда с сюрпризом: с той самой головой, что слетела с плеч османского посла. Султан поклялся, что Венгрии пизда. А потом пошел по коридору и снова дал своей Пиздохаханьке платок.
У Пиздохаханьки тем временем беда: пока она мыла свои жеппы в хаммаме - сняла кольцо и оно исчезло. Операция Спиздить мою прелесть прошла успешно и Махидевор уже тайком поглаживала бриллианты.
Весь гарем подняли на уши, устроили шмон в казарме, кольца нигде нету. Но младшая участковая-то не дура, она сразу рассказала Ибрагиму о своих подозрениях. Ибрагим уже прибежал со своей свиданки и занялся расследованием: гаремная телочка-воровка оказалась его давней знакомой, поэтому она быстро всех сдала и не искушала судьбу.
Ибрагим дошел до самой Валидол и сказал ей, кто спиздил кольцо. Дальше Валидол устроила разнос крысливой служанке Махидевран от старшей участковой. Пизды в итоге получили все, кроме исполнителя операции: ее заменили на другую гаремную юную телочку и пока хуй знает, куда ее повели и почему именно ее.
Хюррем сказали, чтоб не снимала это кольцо до самой смерти. И Хюррем, довольная и счастливая, пошла к султану предавать свою веру, попутно махая крысливой служанке.
Пришла вся такая в красном и сразу с желанием:
-Мой Господин, хочу смотреть на мир твоими глазами, слышать его твоими ушами, срать в него твоей жопой, ебать его твоим хуем - начну с тех, кто в гареме!
-Да ты ж моя!!! Я раб твоего сердца, Хюррем. Повторяй за мной и будешь моей самой верной мусульманочкой, все тебе отдам.
А к Махидевор пришла Валидол-султан и сказала, что хуй я тебе больше помогу. На меня больше не рассчитывай и смотри, хорошо ешь, хорошо пей, и чтобы голова была чиста мыслями, все-таки наследника носишь.
Но у Махидевран опять прорвало плотину, а к утру выяснилось, что нового шехзаде уже не будет.
Султан приуныл от этой новости и сказал, что Аллах решил, что он слишком счастлив. Махидевран решила, что во всем виновата рыжая тварь, а рыжая тварь как раз шла по коридору навстречу: сияя от любви и исламского нимба.
Замученная несчастная неумытая Махидевран была в ночном халате и несла с собой лютый, просто лютейший пиздец.
Она наотмашь въебла так, что Александра не устояла на своих уверенных ногах.
Она даже не сразу вкурила, что происходит, но зато сразу сориентировалась.
-Вставай, паршивая славянская сука! Вставай, падла!
Но Александра покорно приняла судьбу и была жестоко отпизжена злой отчаянной крепкой рукой Махидевран. Сначала правой, а потом и левой.
Ладошки врезались в ебало, как будто сами православные апостолы апплодировали телесам рыжей предательницы.
-Это все из-за тебя! Все мое горе - из-за тебя, скотина! Чтоб ты сдохла, мразь! Кричала Махидевран, пока ей резко не поплохело.
-Блять, а если эта мразь реально сдохла...
Она отошла от рыже-синей гематомы, распластанной на полу, и посмотрела, чего она натворила.
-Блять, а если эта мразь реально сдохла...
Она отошла от рыже-синей гематомы, распластанной на полу, и посмотрела, чего она натворила.
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 6
-Да ну нахуй... Ну-ка не притворяйся, ну-ка встань, я приказываю!!! Кричала Махедеврон и поднимала рыжую гематому
-Вставай, сука!!!
Тут выбежала ее крысливая служанка и аж охуела
-Вы чего наделали? Нужно срочно бежать, пока нас не запалили!
А младшая участковая уже всех запалила и побежала к старшей на помощь.
-Беда, беда, бежим, беда!
И они прибежали: старшая, младшая и Сюмбюль.
-еп твою мать, нам пизда. Это же фаворитка Султана.
-Кто ее так отмудохал?
-Никто не должен знать. Никто!!!
Они подняли гематому и незаметно затащили еле живое тело в комнаты.
Всех выпускать, никого не запускать!
Старшая побежала к Валидол, сообщила ей все новости и приняла указания.
Валидол пришла к Махедеврон
-Ну ты совсем уже ебанулась, ты зачем это сделала, ты же мать шехзаде!!!
-Она сама начала... она мне такого наговорила, такого наговорила... что вы гнить будете в темнице.
Сулейман же проведал Махедеврон, наобещал ей еще кучу детей и пошел делать историю. Вызвал совет, пригласил даже самого мудрого и смекалистого пашу, осмотрел новую флотилию, проверил литейщиков и начал спрашивать все плафоны по очереди: ебать или не ебать? Все сказали ебать, потому что отрез головы - это акт агрессии и вообще, Сулейман, мудрость твоя выше всех, сказал самый мудрый паша.
Началась подготовка к походу. Художник, который лучше всех красит ебла, придумывал, как перекинуть коней через Дунай, потому что кроме него все совсем забыли, что нужны кони. А бородатый плафон опять подъебал Ибрагима, мол, пусть свои кораблики и ведет сам, главнокомандующий ебаный.
В общем, мужики целый день при делах, бабы можно сказать тоже, одна сестра Султана воздыхает по Ибрагиму и еще не знает, что Валидол думает найти для нее какого-нибудь благородного.
Весь день выхаживали рыжую гематому, Сюмбюль даже мясом сырым ее обложил и сказал, что все пройдет. А крысливая служанка бегала да справлялась, померла или нет...
Махидеврон Шапокляк сильно переживала, что нет. И посылала свою крыску снова и снова.
А Султан уже закончил все дела, сел за новое кольцо и нажелал Ибрагиму любви, чтоб вот прям как у меня!
-Она же даже Ислам приняла ради меня... Знаешь, что она мне сказала? Хочу, говорит, смотреть на мир твоими глазами... Хюррем...
Ибрагим немного аж прихуел и подумал, что кто-то лижет даже глубже, чем он.
А потом Султан решил провести ночь со своей фавориткой и Ибрагим пошел приказывать Сюмбюлю вести.
Сюмбюль чуть не умер. Он побежал к старшей участковой в комнату рыжей гематомы и начал кричать, что нам всем пизда.
Как мы ее поведем?
Что мы ему скажем?
В смысле мы? Уточнила старшая
Но Хюррем уже знала, что ему сказать, потому что она долго лежала и думала, что теперь с ней будет, с такой уродиной. Особенно после того, как чуть не ебнулась, увидев себя в зеркале.
В итоге сказали, что Хюррем не хочет идти. Что ей неудобно. Что она не придет.
ВЫ ТАМ ВООБЩЕ ОХУЕЛИ? спросил Ибрагим
ОНИ ТАМ ВООБЩЕ ОХУЕЛИ? Спросил Сулейман.
И пошел к ней сам. А расчет на то и был, он зашел и увидел, как Хюррем стоит посреди комнаты и прячет свою избитую морду.
-Да ну нахуй... Ну-ка не притворяйся, ну-ка встань, я приказываю!!! Кричала Махедеврон и поднимала рыжую гематому
-Вставай, сука!!!
Тут выбежала ее крысливая служанка и аж охуела
-Вы чего наделали? Нужно срочно бежать, пока нас не запалили!
А младшая участковая уже всех запалила и побежала к старшей на помощь.
-Беда, беда, бежим, беда!
И они прибежали: старшая, младшая и Сюмбюль.
-еп твою мать, нам пизда. Это же фаворитка Султана.
-Кто ее так отмудохал?
-Никто не должен знать. Никто!!!
Они подняли гематому и незаметно затащили еле живое тело в комнаты.
Всех выпускать, никого не запускать!
Старшая побежала к Валидол, сообщила ей все новости и приняла указания.
Валидол пришла к Махедеврон
-Ну ты совсем уже ебанулась, ты зачем это сделала, ты же мать шехзаде!!!
-Она сама начала... она мне такого наговорила, такого наговорила... что вы гнить будете в темнице.
Сулейман же проведал Махедеврон, наобещал ей еще кучу детей и пошел делать историю. Вызвал совет, пригласил даже самого мудрого и смекалистого пашу, осмотрел новую флотилию, проверил литейщиков и начал спрашивать все плафоны по очереди: ебать или не ебать? Все сказали ебать, потому что отрез головы - это акт агрессии и вообще, Сулейман, мудрость твоя выше всех, сказал самый мудрый паша.
Началась подготовка к походу. Художник, который лучше всех красит ебла, придумывал, как перекинуть коней через Дунай, потому что кроме него все совсем забыли, что нужны кони. А бородатый плафон опять подъебал Ибрагима, мол, пусть свои кораблики и ведет сам, главнокомандующий ебаный.
В общем, мужики целый день при делах, бабы можно сказать тоже, одна сестра Султана воздыхает по Ибрагиму и еще не знает, что Валидол думает найти для нее какого-нибудь благородного.
Весь день выхаживали рыжую гематому, Сюмбюль даже мясом сырым ее обложил и сказал, что все пройдет. А крысливая служанка бегала да справлялась, померла или нет...
Махидеврон Шапокляк сильно переживала, что нет. И посылала свою крыску снова и снова.
А Султан уже закончил все дела, сел за новое кольцо и нажелал Ибрагиму любви, чтоб вот прям как у меня!
-Она же даже Ислам приняла ради меня... Знаешь, что она мне сказала? Хочу, говорит, смотреть на мир твоими глазами... Хюррем...
Ибрагим немного аж прихуел и подумал, что кто-то лижет даже глубже, чем он.
А потом Султан решил провести ночь со своей фавориткой и Ибрагим пошел приказывать Сюмбюлю вести.
Сюмбюль чуть не умер. Он побежал к старшей участковой в комнату рыжей гематомы и начал кричать, что нам всем пизда.
Как мы ее поведем?
Что мы ему скажем?
В смысле мы? Уточнила старшая
Но Хюррем уже знала, что ему сказать, потому что она долго лежала и думала, что теперь с ней будет, с такой уродиной. Особенно после того, как чуть не ебнулась, увидев себя в зеркале.
В итоге сказали, что Хюррем не хочет идти. Что ей неудобно. Что она не придет.
ВЫ ТАМ ВООБЩЕ ОХУЕЛИ? спросил Ибрагим
ОНИ ТАМ ВООБЩЕ ОХУЕЛИ? Спросил Сулейман.
И пошел к ней сам. А расчет на то и был, он зашел и увидел, как Хюррем стоит посреди комнаты и прячет свою избитую морду.
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 7
ТЫ ПОЧЕМУ НЕ ПОДЧИНЯЕШЬСЯ? КАК ТЫ СМЕЕШЬ???
ПОДНИМИ ГОЛОВУ! С ТОБОЙ СУЛТАН РАЗГОВАРИВАЕТ
хнык хнык
Что за шайтан, подумал Сулейман, и подошел ближе
-ПОДНИМИ ГОЛОВУ!
-НЕТ, СУЛТАН! ЛИЦО МОЕ РАЗБИТО, НЕ СМОТРИ!!! Я СТРАШНАЯ!
Хнык хнык
Сулейман взял рыжую за подбородок и потянул его вверх. На него уставились два отекших глаза, один из которых вываливался из глазницы.
-ЭТО ЧТО ЗА ЕБАНУЦА? КТО ПОСМЕЛ, ХЮРРЕМ? КТО ЭТО СДЕЛАЛ, СКАЖИ??? УБЪЮ ВСЕХ!
-ма... мах.. махи...
-МАХИДЕВРАН???
-хнык хнык
*ОХУЕТЬ*
-Так, старшая участковая, собирай Хюррем в мои покои и вызовите лекаря! Ее лечением займусь лично я! У меня же больше никаких нахуй дел!
Рыжая гематома сразу воспряла духом, предвкушая неприятности для своей Махидевражины...
А Махидевражина все ходила и ходила туда сюда, руки сложила, переживала.
-Султан сам к ней прибежал в ее комнату, добавляет маслица крысливая служанка своей мерзкой интонацией
-она щас прикинется жертвой и наговорит ему всякого..., предположила Махидевран, уже веря в ту версию, что рассказала Валидол
Но Султан уже открыл двери в их комнату и вошел, Махедевран осталась с ним одна.
КТО ТЫ ТАКАЯ...?
Ее сразу же распидорасило в слюни и сопли.
-МАХЕДЕВРАН, КАКОГО ХУЯ?
Нормально же общались? Я тебя не узнаю, где моя удобная Махедевран? Ты убила все.
Затем он пошел к Валидол, а Махидевран осталась биться в истерике.
-Сыночек, лев мой, что-то случилось?
-А то ты блять не знаешь?!
-Не знаю. Расскажи мне.
-Махедевран совсем ебанулась. Давай-ка Мустафу забираем, а ее в ссылку обратно в старый дворец.
-Но как можно, она же мать шехзаде и твоя жена, ты представляешь, какой позор?!
-Дверь в мой дворец для нее закрыта. Чемодан, вокзал, нахуй.
-Щас Сулейман уйдет в поход и когда вернется - этой рыжей пизды здесь уже не будет, говорила Валидол уже потом и уже не ему.
Султан вернулся в свои покои, посмотрел на рыжую гематому и спросил:
-ну как ты, еще болит?
-рядом с тобой мне даже рожать будет не больно, как всегда напиздела рыжая.
Все это время эта Пиздохаханька поднимала Султану боевой настрой и разгребала от него подарки. Даже бывшей сокамернице Марии какое-то шмотье отдала: они признались друг другу, что нет тут больше у них подруг, поэтому когда Рыжая нагнет гарем, Мария будет старшей участковой.
И вот пока армия готовилась наступать на венгров, рыжая готовилась наступать на гарем. Заживляла свое лицо и как клещ влезала в Султана.
Доебалась до него за Ибрагима, мол, че-то дохуя времени он тут с тобой трется. Потом доебалась до самого Ибрагима, мол, много трешься возле моего султана, так не пойдет.
Потом снова доебалась до Султана, мол, нахуя ты вообще идешь с войной? Это же столько горя, столько разрушенных семей, столько новых девок в гареме... Сдохнуть ты там не боишься?
Но Султану-то че, он что ли войну придумывал? Он просто вкусненько покушол, девок хорошо почпокал и чего бы в поход не сходить, да?
Поэтому они собрались, помолились, благославились и праздничной колонной покинули дворец. Перед этим Сулейман тепло попрощался с матерью и сестрой, расцеловал шехзаде, а Махедевран больше не существует, и пусть вообще скажет спасибо, что ей во дворце место оставили.
Мать долго молилась губами за Сулеймана, Хатидже долго молилась душою за Ибрагима, Мустафа долго молился на колонну, а Махидевран сколько не молись, но фарш не провернешь обратно.
А где-то в Венгрии сидел ебанутый король Лаюш, тискал дворовую проститутку и жрал явства. Ему донесли, что османы обьявили войну и куда-то идут...
-Да пусть только сунутся, сказал Лаюш, я этого Сулеймана выебу как бесстыжую девку и похороню прямо у крепости вместе с его конем. И вообще, пиздуйте отсюда, я уже руки под платье засунул.
ТЫ ПОЧЕМУ НЕ ПОДЧИНЯЕШЬСЯ? КАК ТЫ СМЕЕШЬ???
ПОДНИМИ ГОЛОВУ! С ТОБОЙ СУЛТАН РАЗГОВАРИВАЕТ
хнык хнык
Что за шайтан, подумал Сулейман, и подошел ближе
-ПОДНИМИ ГОЛОВУ!
-НЕТ, СУЛТАН! ЛИЦО МОЕ РАЗБИТО, НЕ СМОТРИ!!! Я СТРАШНАЯ!
Хнык хнык
Сулейман взял рыжую за подбородок и потянул его вверх. На него уставились два отекших глаза, один из которых вываливался из глазницы.
-ЭТО ЧТО ЗА ЕБАНУЦА? КТО ПОСМЕЛ, ХЮРРЕМ? КТО ЭТО СДЕЛАЛ, СКАЖИ??? УБЪЮ ВСЕХ!
-ма... мах.. махи...
-МАХИДЕВРАН???
-хнык хнык
*ОХУЕТЬ*
-Так, старшая участковая, собирай Хюррем в мои покои и вызовите лекаря! Ее лечением займусь лично я! У меня же больше никаких нахуй дел!
Рыжая гематома сразу воспряла духом, предвкушая неприятности для своей Махидевражины...
А Махидевражина все ходила и ходила туда сюда, руки сложила, переживала.
-Султан сам к ней прибежал в ее комнату, добавляет маслица крысливая служанка своей мерзкой интонацией
-она щас прикинется жертвой и наговорит ему всякого..., предположила Махидевран, уже веря в ту версию, что рассказала Валидол
Но Султан уже открыл двери в их комнату и вошел, Махедевран осталась с ним одна.
КТО ТЫ ТАКАЯ...?
Ее сразу же распидорасило в слюни и сопли.
-МАХЕДЕВРАН, КАКОГО ХУЯ?
Нормально же общались? Я тебя не узнаю, где моя удобная Махедевран? Ты убила все.
Затем он пошел к Валидол, а Махидевран осталась биться в истерике.
-Сыночек, лев мой, что-то случилось?
-А то ты блять не знаешь?!
-Не знаю. Расскажи мне.
-Махедевран совсем ебанулась. Давай-ка Мустафу забираем, а ее в ссылку обратно в старый дворец.
-Но как можно, она же мать шехзаде и твоя жена, ты представляешь, какой позор?!
-Дверь в мой дворец для нее закрыта. Чемодан, вокзал, нахуй.
-Щас Сулейман уйдет в поход и когда вернется - этой рыжей пизды здесь уже не будет, говорила Валидол уже потом и уже не ему.
Султан вернулся в свои покои, посмотрел на рыжую гематому и спросил:
-ну как ты, еще болит?
-рядом с тобой мне даже рожать будет не больно, как всегда напиздела рыжая.
Все это время эта Пиздохаханька поднимала Султану боевой настрой и разгребала от него подарки. Даже бывшей сокамернице Марии какое-то шмотье отдала: они признались друг другу, что нет тут больше у них подруг, поэтому когда Рыжая нагнет гарем, Мария будет старшей участковой.
И вот пока армия готовилась наступать на венгров, рыжая готовилась наступать на гарем. Заживляла свое лицо и как клещ влезала в Султана.
Доебалась до него за Ибрагима, мол, че-то дохуя времени он тут с тобой трется. Потом доебалась до самого Ибрагима, мол, много трешься возле моего султана, так не пойдет.
Потом снова доебалась до Султана, мол, нахуя ты вообще идешь с войной? Это же столько горя, столько разрушенных семей, столько новых девок в гареме... Сдохнуть ты там не боишься?
Но Султану-то че, он что ли войну придумывал? Он просто вкусненько покушол, девок хорошо почпокал и чего бы в поход не сходить, да?
Поэтому они собрались, помолились, благославились и праздничной колонной покинули дворец. Перед этим Сулейман тепло попрощался с матерью и сестрой, расцеловал шехзаде, а Махедевран больше не существует, и пусть вообще скажет спасибо, что ей во дворце место оставили.
Мать долго молилась губами за Сулеймана, Хатидже долго молилась душою за Ибрагима, Мустафа долго молился на колонну, а Махидевран сколько не молись, но фарш не провернешь обратно.
А где-то в Венгрии сидел ебанутый король Лаюш, тискал дворовую проститутку и жрал явства. Ему донесли, что османы обьявили войну и куда-то идут...
-Да пусть только сунутся, сказал Лаюш, я этого Сулеймана выебу как бесстыжую девку и похороню прямо у крепости вместе с его конем. И вообще, пиздуйте отсюда, я уже руки под платье засунул.
1❤🔥3
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 8
Сулейман и армия все шли и шли: смешались люди, кони, пушки, а Секюль-ага смешался с Сюмбюлем-ага, потому что начал брать бакшиш от рыжей славяночки.
У Валидол же с отъездом сына развязались руки. Она сразу же пригласила к себе вызванного Султаном самого мудрого и смекалистого пашу и предложила женить его сына на одной гаремной девке - воспитанной, красивой, рыжей Хюррем.
Ну, купец пришел, товар тоже вызвали в сад сорвать розы, Хюррем даже подумалось, что у нее налаживаются отношения с будущей свекровкой, поэтому она радостно дергала цветы, а в это время ее оценивал местный мажорик. И она ему понравилась.
Ну все, сказала Валидол султан, сегодня вечером праздник и ты, рыжая, кстати, тоже приходи.
Пригласили и Махидевран. Она поинтересовалась, в честь чего опять сбор у ног Валидол, и ей рассказали самую прекрасную новость за все время, что она в новом дворце. Махидевран наконец засияла, как прежде.
Рыжая Хюррем не понимала ничего, пока старшая участковая не сказала, мол, иди собирай свое шмотье - ты выходишь замуж и переезжаешь в другой дворец.
-В смысле, блять? Спросила рыжая,
Вы охуели что ли, я вообще-то почти султанша!
-нет, ты поедешь замуж и не вздумай перечить, а то будешь гнить в темнице
Тут еще и Махедевран вышла из угла, сверкая своими счастливыми глазами:
-как ты, невестушка?
-это мой дворец, я любимица Султана, вы еще не знаете, кого вы драконите, суки
-Уведите ее, велела Махидевран, но по лицу было видно, что зря она вообще с ней заговорила: как говна поела и настроение себе испортила.
Рыжая всеми силами боролась. Видит бог и видит Аллах, она боролась как могла. Просила помощи у Сюмбюля, грозилась умереть, в конце концов, упала в ноги Валидол и умоляла оставить во дворце. Но Валидол была непреклонна. И тогда рыжая пиздаболка внезапно выложила всем свой козырь: я беременна, сказала она, и охуела сама от себя.
-врешь, падла. Кто еще об этом знает?
-никто не знает.
-вот видишь, а ты бы уже всем выебнулась, что беременна шехзадой.
-вы запрещали говорить, пока не видно живота.
-так, ладно, хуй с тобой. Уведите ее с глаз моих.
Но Валидол-то не дура. Но и от рыжей хуй знает, чего ждать.
А вдруг не врет... сука, как же перед пашой не удобно... позорище.... нахуй с ней реально связываться...
Ты что будешь делать, Хюррем??? Они же убъют тебя!!! Охала и ахала подружка Мария, когда услышала новости из первых рыжих уст.
Хюррем думала бежать.
А Валидол думала ее раскусить. Поэтому старшая участковая доебалась до Сюмбюля, мол, ты-то все у нас знаешь, тебе-то она все доверяет...
Сюмбюлю опять поплохело.
Пока рыжая отбивалась от гаремных собак, Султан все думал, откуда наступать на Лаюша. И решил сначала взять Белград.
Сулейман и армия все шли и шли: смешались люди, кони, пушки, а Секюль-ага смешался с Сюмбюлем-ага, потому что начал брать бакшиш от рыжей славяночки.
У Валидол же с отъездом сына развязались руки. Она сразу же пригласила к себе вызванного Султаном самого мудрого и смекалистого пашу и предложила женить его сына на одной гаремной девке - воспитанной, красивой, рыжей Хюррем.
Ну, купец пришел, товар тоже вызвали в сад сорвать розы, Хюррем даже подумалось, что у нее налаживаются отношения с будущей свекровкой, поэтому она радостно дергала цветы, а в это время ее оценивал местный мажорик. И она ему понравилась.
Ну все, сказала Валидол султан, сегодня вечером праздник и ты, рыжая, кстати, тоже приходи.
Пригласили и Махидевран. Она поинтересовалась, в честь чего опять сбор у ног Валидол, и ей рассказали самую прекрасную новость за все время, что она в новом дворце. Махидевран наконец засияла, как прежде.
Рыжая Хюррем не понимала ничего, пока старшая участковая не сказала, мол, иди собирай свое шмотье - ты выходишь замуж и переезжаешь в другой дворец.
-В смысле, блять? Спросила рыжая,
Вы охуели что ли, я вообще-то почти султанша!
-нет, ты поедешь замуж и не вздумай перечить, а то будешь гнить в темнице
Тут еще и Махедевран вышла из угла, сверкая своими счастливыми глазами:
-как ты, невестушка?
-это мой дворец, я любимица Султана, вы еще не знаете, кого вы драконите, суки
-Уведите ее, велела Махидевран, но по лицу было видно, что зря она вообще с ней заговорила: как говна поела и настроение себе испортила.
Рыжая всеми силами боролась. Видит бог и видит Аллах, она боролась как могла. Просила помощи у Сюмбюля, грозилась умереть, в конце концов, упала в ноги Валидол и умоляла оставить во дворце. Но Валидол была непреклонна. И тогда рыжая пиздаболка внезапно выложила всем свой козырь: я беременна, сказала она, и охуела сама от себя.
-врешь, падла. Кто еще об этом знает?
-никто не знает.
-вот видишь, а ты бы уже всем выебнулась, что беременна шехзадой.
-вы запрещали говорить, пока не видно живота.
-так, ладно, хуй с тобой. Уведите ее с глаз моих.
Но Валидол-то не дура. Но и от рыжей хуй знает, чего ждать.
А вдруг не врет... сука, как же перед пашой не удобно... позорище.... нахуй с ней реально связываться...
Ты что будешь делать, Хюррем??? Они же убъют тебя!!! Охала и ахала подружка Мария, когда услышала новости из первых рыжих уст.
Хюррем думала бежать.
А Валидол думала ее раскусить. Поэтому старшая участковая доебалась до Сюмбюля, мол, ты-то все у нас знаешь, тебе-то она все доверяет...
Сюмбюлю опять поплохело.
Пока рыжая отбивалась от гаремных собак, Султан все думал, откуда наступать на Лаюша. И решил сначала взять Белград.
1❤🔥3
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 9
Король Лаюш как раз приехал на свадьбу коменданта в сам Белград. Сел за праздничный стол, выпил, пообещал выебать османов, повесил ожерелье на шею невесты, пожрал ее глазами, снова сел за стол, снова выпил и снова про османов: Сулейман еще не знает, куда он идет, Сулейман думает, что нас легко взять, Сулейман еще далеко...
Как раз в это время лучники уже выпустили стрелы, а в пушках уже горел порох. Ебануло так, что Лаюш даже не успел доесть окорочок.
Все побежали спасаца и Лаюшу повезло больше, чем жениху и невесте.
Он съебнул в туман на лошади, а жениха зарезал лично Султан. Он даже немного проникся сценой, когда к мертвому венгру бросилась его невеста: наверно вспомнил свою рыжую и ее доебы.
А рыжая все думала, что ей делать. Валидол тоже думала, что ей делать, потому что купец уже ждал, а товар за это время чуть не самоубилась осколком вазы.
Велено было привести лекаря и осмотреть рыжую.
Хюррем все скулила, что ей страшно.
Ма... Мах... Махи... Махидевран... Она точно меня убъет, жаловалась она участковым.И смотреть меня нельзя: ребеночку плохо будет.
Но участковые исполняли волю Валидол. Поэтому повели рыжую пиздаболку к лекарю.
И вот лежит Хюррем Блиновская на кушетке, думает, что ей пизда, а тут, оказывается, она и вправду в положении. Обрадовалась, шо пиздец.
А старшая участковая пошла к Валидол сообщать новость. Махидевран сидела у нее, она не могла такого пропустить.
-Это правда. Хюррем хатун беременна.
Валидол побелела, а Махидевран аж ебанулась на пол обмороком.
Ну а Хюррем следующим же утром вышла в казарму сразу с новым выебоном.
-В моем чреве Шехзаде, я теперь Хюррем султан, вот животик мой
Подружка Мария пошла к Сюмбюлю, чтобы тоже принять Ислам: ей захотелось стать такой же везучей.
Все ели щербет в честь нового шехзаде, а Сулейман брал крепость и шел дальше в бой.
Махидевражина на всякий случай припрятала бутылек с каплями, от которых разрывается сердце. Потому что всякое может произойти.
Король Лаюш как раз приехал на свадьбу коменданта в сам Белград. Сел за праздничный стол, выпил, пообещал выебать османов, повесил ожерелье на шею невесты, пожрал ее глазами, снова сел за стол, снова выпил и снова про османов: Сулейман еще не знает, куда он идет, Сулейман думает, что нас легко взять, Сулейман еще далеко...
Как раз в это время лучники уже выпустили стрелы, а в пушках уже горел порох. Ебануло так, что Лаюш даже не успел доесть окорочок.
Все побежали спасаца и Лаюшу повезло больше, чем жениху и невесте.
Он съебнул в туман на лошади, а жениха зарезал лично Султан. Он даже немного проникся сценой, когда к мертвому венгру бросилась его невеста: наверно вспомнил свою рыжую и ее доебы.
А рыжая все думала, что ей делать. Валидол тоже думала, что ей делать, потому что купец уже ждал, а товар за это время чуть не самоубилась осколком вазы.
Велено было привести лекаря и осмотреть рыжую.
Хюррем все скулила, что ей страшно.
Ма... Мах... Махи... Махидевран... Она точно меня убъет, жаловалась она участковым.И смотреть меня нельзя: ребеночку плохо будет.
Но участковые исполняли волю Валидол. Поэтому повели рыжую пиздаболку к лекарю.
И вот лежит Хюррем Блиновская на кушетке, думает, что ей пизда, а тут, оказывается, она и вправду в положении. Обрадовалась, шо пиздец.
А старшая участковая пошла к Валидол сообщать новость. Махидевран сидела у нее, она не могла такого пропустить.
-Это правда. Хюррем хатун беременна.
Валидол побелела, а Махидевран аж ебанулась на пол обмороком.
Ну а Хюррем следующим же утром вышла в казарму сразу с новым выебоном.
-В моем чреве Шехзаде, я теперь Хюррем султан, вот животик мой
Подружка Мария пошла к Сюмбюлю, чтобы тоже принять Ислам: ей захотелось стать такой же везучей.
Все ели щербет в честь нового шехзаде, а Сулейман брал крепость и шел дальше в бой.
Махидевражина на всякий случай припрятала бутылек с каплями, от которых разрывается сердце. Потому что всякое может произойти.
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 10
Султан взял Белград и стал наводить свои порядки еще и там. Было решено провести зиму с теплой жопой в дворцах, а по весне идти в новый поход.
Сулейману уже передали, что Хюррем ждет его не одна. За это время ей перешивали наряды, чтобы она могла в них влезть. Ткани она выбирала с такими выебонами, что Махидевражина от всего сердца пожелала ей помереть в родах.
Через два месяца Султан и его рыжая зазноба наконец-то встретились, живот у рыжей был уже размером с шапку Муфтия. А Махидевран опять осталась без внимания своего Сулеймана и психанула так, что руки сами полезли за тем самым бутыльком.
Пока Хюррем щеголяла перед Султаном своими новыми знаниями, а хранитель дворца бегал по своим тайным свиданкам, крысливая служанка с ужасом смотрела сквозь злочастную жидкость.
-Бля, я же не смогу, я не могу заходить в столовую.
-Придумай! Ради меня! Потом проси все, что захочешь!
Пиздеееец, подумала крысливая, и пошла искать исполнителя новой подляны.
Очередная гаремная телочка, таскающая разносы, была жестоко обманута:
-Да ты вылей флакон на десерт и все. Рыжая просто обосреца и убежит от Султана.
-Точно?
-Точно, точно. Озолочу. Иди.
Пока гаремная телочка несла по пустым коридорам разнос с десертом и исподтишка расплескивала по хюрремским лакомствам жидкость для разрыва сердца, в саду гуляла Валидол с самым мудрым и смекалистым пашой. Ну он и спросил аккуратненько, что там с нашей невестой? Поправилась?
-Ох, ей хуже. Боюсь, что она уже не поправится, ответила Валидол
-Как жаль, такая юная...
А слуга уже ставил на султанский стол разнос с десертом.
-Ура, мои сладенькие булбочки, кричала радостная рыжая и потирала ладошки.
И как давай наебывать отраву...
Султан взял Белград и стал наводить свои порядки еще и там. Было решено провести зиму с теплой жопой в дворцах, а по весне идти в новый поход.
Сулейману уже передали, что Хюррем ждет его не одна. За это время ей перешивали наряды, чтобы она могла в них влезть. Ткани она выбирала с такими выебонами, что Махидевражина от всего сердца пожелала ей помереть в родах.
Через два месяца Султан и его рыжая зазноба наконец-то встретились, живот у рыжей был уже размером с шапку Муфтия. А Махидевран опять осталась без внимания своего Сулеймана и психанула так, что руки сами полезли за тем самым бутыльком.
Пока Хюррем щеголяла перед Султаном своими новыми знаниями, а хранитель дворца бегал по своим тайным свиданкам, крысливая служанка с ужасом смотрела сквозь злочастную жидкость.
-Бля, я же не смогу, я не могу заходить в столовую.
-Придумай! Ради меня! Потом проси все, что захочешь!
Пиздеееец, подумала крысливая, и пошла искать исполнителя новой подляны.
Очередная гаремная телочка, таскающая разносы, была жестоко обманута:
-Да ты вылей флакон на десерт и все. Рыжая просто обосреца и убежит от Султана.
-Точно?
-Точно, точно. Озолочу. Иди.
Пока гаремная телочка несла по пустым коридорам разнос с десертом и исподтишка расплескивала по хюрремским лакомствам жидкость для разрыва сердца, в саду гуляла Валидол с самым мудрым и смекалистым пашой. Ну он и спросил аккуратненько, что там с нашей невестой? Поправилась?
-Ох, ей хуже. Боюсь, что она уже не поправится, ответила Валидол
-Как жаль, такая юная...
А слуга уже ставил на султанский стол разнос с десертом.
-Ура, мои сладенькие булбочки, кричала радостная рыжая и потирала ладошки.
И как давай наебывать отраву...
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 11
Рыжая сладкоежка точила свои десертики, пока ей не стало хухо. Она вдруг заорала, в глазах у нее помутнело, и глядя на свою султанскую любовь - она ебнулась без сознания.
-Хюррем, Хюррем, господи, она не дышит!
Ибрагим! Стража! Лекаря!!!
Прибежала лекарь, попросила таз и вызвала у Хюррем рвоту
-Пахнет какой-то гнилью, сказал Султан
-Она отравилась, сказала лекарь
-Мама, папа...Сулейман... сказала рыжая
Потом рыжая так и лежала в горячке, а Султан так и звал Ибрагима.
Тот был в саду и ссал в уши его сестре: твой взгляд освещал мне Дунай, солдаты поджигали о него стрелы и стреляли в сердце Белграда
Но он быстро узнал, что пердак султана тоже подожгли и пошел получать пиздюлей и искать преступников
-ИБРАГИМ, ОНИ МОГЛИ ОТРАВИТЬ МЕНЯ! ГДЕ ТЫ ШАРОЕБИШЬСЯ ВСЕ ВРЕМЯ? ИДИ И НАЙДИ МНЕ ВСЕХ, КТО ЛИШИТСЯ ГОЛОВЫ!
Первая под горячую руку попала младшая участковая, потому что она - его глаза и уши в гареме. По глазам и ушам она и получила, еще и затылком об стену уебалась.
Следущие были столовские. Всех в темницу. Повара на кухню - ему еще завтраки готовить.
Так вышли на гаремную телочку.
Но крысливая служанка вышла на нее раньше. Она пошла спросить, весь ли яд был вылит на поднос, но та уже билась в истерике и все причитала:
-нихуя себе просто понос!!! наебали меня!!! твари!!! всех вас сдам!!! собаки!!!
Крысливая тварь и собака взяла подушку и задушила неверную. А потом подняла ее 45 килограмм и подвесила их на простыне, как будто это суецыд.
Сюмбюль-ага и старшая участковая внезапно встретили крысливую в коридорах, а она вся такая потная, взволнованная и тревожная, лекарство от головы госпоже ищет.
Евнух сразу же рассказал об этом Ибрагиму.
Рыжая все страдала и бредила:
-Мама... папа...заберите меня, сказала она
А Султан такой: нет, останься! Хюррем султан!!!
Валидол со своей Хатидже аж прихуели - они тоже прибежали, как узнали об очередной хуйне во дворце
Хатидже пошла к Махидевран, а тут ее крыса забегает, вся на панике, почти в слезах
Вот сукооо... Считай спалились...
Но кто понял, тот понял.
Хатидже ушла и госпожа Махидевран сразу обьяснила своей крыске, чья жопа будет крайней.
А тут еще и Ибрагим ее позвал: пришла вся в слезах, получила с лету по ебалу и выложила свою госпожу.
Но Ибрагим ей опять объяснил, что жопа Махедевран крайней быть не может. Иди и рот закрой.
Ну она и пошла, как будто теплая и блаженная - Султан это увидел и раскрыл преступницу сам.
Пошел к ней, а она Мустафу успокаивает: ему сон приснился страшный. Льет ему песню о семье их дружной, о любви крепкой, о папке золотом.
Жаловался потом Султан Ибрагиму, что не шмог ничего сделать и велел Валидол приструнить дурную.
А дурная наутро проснулась счастливая, уверенная, что дальше жизнь станет гораздо лучше.
За ней пришел Сюмбюль, просил явиться к Ибрагиму и срочно. По дороге она решила узнать о состоянии Хюррем и поняла, что эту рыжую суку так просто не убить...
Еще и Ибрагим сказал ее не трогать, потому что его уже заебали из кустов выдергивать.
А из комнаты Султана так и слышно:
Ахахахаха
Ихихихихи
Потом бессмертная Пиздохаханька спрашивает, а чо это, пес твой, где был?
-Да ну не, он надежный, сказал Султан
А сам чет задумался и пошел к псу. Ты, говорит, пес, Махидевран не выгораживай. И что у нас сегодня по планам?
А по планам ждали послы. Сулейман оделся в свои шелковые одежды и пошел. А рыжая Ибрагиму говорит, ну чо, пидор, опять со своей Махидевражиной убивать меня будете?
А Валидол приказала приготовить для рыжей новую отдельную комнату и выдать ей служанок.
Рыжая сладкоежка точила свои десертики, пока ей не стало хухо. Она вдруг заорала, в глазах у нее помутнело, и глядя на свою султанскую любовь - она ебнулась без сознания.
-Хюррем, Хюррем, господи, она не дышит!
Ибрагим! Стража! Лекаря!!!
Прибежала лекарь, попросила таз и вызвала у Хюррем рвоту
-Пахнет какой-то гнилью, сказал Султан
-Она отравилась, сказала лекарь
-Мама, папа...Сулейман... сказала рыжая
Потом рыжая так и лежала в горячке, а Султан так и звал Ибрагима.
Тот был в саду и ссал в уши его сестре: твой взгляд освещал мне Дунай, солдаты поджигали о него стрелы и стреляли в сердце Белграда
Но он быстро узнал, что пердак султана тоже подожгли и пошел получать пиздюлей и искать преступников
-ИБРАГИМ, ОНИ МОГЛИ ОТРАВИТЬ МЕНЯ! ГДЕ ТЫ ШАРОЕБИШЬСЯ ВСЕ ВРЕМЯ? ИДИ И НАЙДИ МНЕ ВСЕХ, КТО ЛИШИТСЯ ГОЛОВЫ!
Первая под горячую руку попала младшая участковая, потому что она - его глаза и уши в гареме. По глазам и ушам она и получила, еще и затылком об стену уебалась.
Следущие были столовские. Всех в темницу. Повара на кухню - ему еще завтраки готовить.
Так вышли на гаремную телочку.
Но крысливая служанка вышла на нее раньше. Она пошла спросить, весь ли яд был вылит на поднос, но та уже билась в истерике и все причитала:
-нихуя себе просто понос!!! наебали меня!!! твари!!! всех вас сдам!!! собаки!!!
Крысливая тварь и собака взяла подушку и задушила неверную. А потом подняла ее 45 килограмм и подвесила их на простыне, как будто это суецыд.
Сюмбюль-ага и старшая участковая внезапно встретили крысливую в коридорах, а она вся такая потная, взволнованная и тревожная, лекарство от головы госпоже ищет.
Евнух сразу же рассказал об этом Ибрагиму.
Рыжая все страдала и бредила:
-Мама... папа...заберите меня, сказала она
А Султан такой: нет, останься! Хюррем султан!!!
Валидол со своей Хатидже аж прихуели - они тоже прибежали, как узнали об очередной хуйне во дворце
Хатидже пошла к Махидевран, а тут ее крыса забегает, вся на панике, почти в слезах
Вот сукооо... Считай спалились...
Но кто понял, тот понял.
Хатидже ушла и госпожа Махидевран сразу обьяснила своей крыске, чья жопа будет крайней.
А тут еще и Ибрагим ее позвал: пришла вся в слезах, получила с лету по ебалу и выложила свою госпожу.
Но Ибрагим ей опять объяснил, что жопа Махедевран крайней быть не может. Иди и рот закрой.
Ну она и пошла, как будто теплая и блаженная - Султан это увидел и раскрыл преступницу сам.
Пошел к ней, а она Мустафу успокаивает: ему сон приснился страшный. Льет ему песню о семье их дружной, о любви крепкой, о папке золотом.
Жаловался потом Султан Ибрагиму, что не шмог ничего сделать и велел Валидол приструнить дурную.
А дурная наутро проснулась счастливая, уверенная, что дальше жизнь станет гораздо лучше.
За ней пришел Сюмбюль, просил явиться к Ибрагиму и срочно. По дороге она решила узнать о состоянии Хюррем и поняла, что эту рыжую суку так просто не убить...
Еще и Ибрагим сказал ее не трогать, потому что его уже заебали из кустов выдергивать.
А из комнаты Султана так и слышно:
Ахахахаха
Ихихихихи
Потом бессмертная Пиздохаханька спрашивает, а чо это, пес твой, где был?
-Да ну не, он надежный, сказал Султан
А сам чет задумался и пошел к псу. Ты, говорит, пес, Махидевран не выгораживай. И что у нас сегодня по планам?
А по планам ждали послы. Сулейман оделся в свои шелковые одежды и пошел. А рыжая Ибрагиму говорит, ну чо, пидор, опять со своей Махидевражиной убивать меня будете?
А Валидол приказала приготовить для рыжей новую отдельную комнату и выдать ей служанок.
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 12
Рыжая пошла в свою комнату, а оттуда уносят ее вещи.
-Вы что делаете? Меня что выселяют из дворца? Кто приказал? Султан? Султан не мог. Я никуда не поеду. Не трогайте мои вещи, суки!!!!!!!!!
-Хюрреееееем, да как ты заебала... сказала младшая участковая, что ты вечно пиздишь, не разобравшись?
Тебе выделили отдельную комнату, будешь жить там и служанки у тебя будут.
-Вау. Моя подружка Мария будет и ты будешь. Ты будешь моей служанкой.
-Я не буду.
-Пожалуйста. Меня здесь убивают, меня надо спасать - помоги мне.
-Хюррем!!! Поздравляю!!! Кричала Мария
- Мария, я тебя тоже! Ты будешь моей служанкой!
- Хюррем, я теперь не Мария. Я приняла мусульманство. Я теперь пятьдесят пятый оттенок Гули.
-Чего блять? Ты охуела? Зачем тебе это? Кто тебя нарек? Султан? Ты с ним была, сука? Я думала, ты подруга, а ты хуйню делаешь вон какую!!!!!!!!!!!
-Успокойся, Хюррем, меня нарек Сюмбюль, я захотела этого сама.
Рыжая смотрела на нее очень подозрительно, очень недоверчиво, ждала от нее подляны.
А когда на ужин им принесли рыбу, она запихала кусок в рот Гуле, чтобы та проверила на яд.
-Хюррем, ты реально самая ебанутая баба за всю историю гарема, сказала ей младшая участковая.
Рыжая выеба сидела теперь как госпожа и принимала гостей.
Сначала к ней зашла сама Валидол, Хюррем выразила ей свое рыжее спасибо и завела речь об отравлении.
Но Валидол на это ответила только тем, что сливки были не свежие, а ты жрешь дохуя много.
Потом пришла тихая добрая еще не разозленная Хатикодже. Подарила рыжей оберег, чтобы охранял ее от Махидевражины и других дворцовых пидорасов. Когда речь случайно зашла за Ибрагима, она так забылась, так распизделась, что Хюррем поняла все и сразу. Хатикодже тоже поняла, что напиздела лишнего и сдала сама себя.
После переезда Хюррем стала чаще ходить по господским коридорам.
Она все ходила и улыбалась найденному на Ибрагима компромату, и случайно запалила их влюбленные взгляды на повороте, а потом с нескрываемым восторгом сразу же рассказала Ибрагиму об этом.
Ибрагим вошел в свои комнаты и мысленно поддержал Махидевран: рыжую пизду надо прикончить, иначе она прикончит нас.
Султан в это время провел встречу с послами. Итальянцы поздравили его с победой и согласились на все, потому что ну его нахуй. Потом Султан начал диктовать письмо для Лаюша, чтобы посол передал накал страстей по всей Европе: я тебя все равно найду и разъебу, трусливый тупой пес, ты не представляешь, какой пиздец я для тебя готовлю.
Плафоны обсудили, как обкакался веницианский посол.
А затем русский посол тоже передал письмо. Наши тоже поздравляли с победой и интересовались за Крым.
Султан чувствовал себя пиздецки важной особой.
Потом Султан начал придумывать коварный план нападения на Родос и писать туда.
К вечеру он устал, особенно от того, что узнал про мамкины интриги.
Пришел к Валидол с новым разъебом, мол, какого хуя ты мою рыжую чуть замуж не отдала? Она моя любимица! Моя жена!
-Блять, может ты еще на весь мир распиздишь, что ты ее любишь?
-Надо будет - распизжу.
Ибрагим пожалел своего Султана и уже придумал новую подляну для рыжей бесявой пизды.
-Мой господин, вам бы отдохнуть... давайте Сюмбюль за телочкой сбегает?
-Какой отдых, Ибрагим? Дел по гланды.
-Там есть один ангел... Не понравится - уведем.
-Ангел, говоришь? Ну если только ангел...
Султан обернулся и перед ним стояла пятьдесят пятый оттенок Гули. Переживала Гуля очень, но улыбалась тоже много... Рыжую беременную хозяйку пришлось на время покинуть. Но она уже шла по коридорам и неистово звала свою Гулю. Пока у нее не отошли воды. Затем она стала орать еще громче и разбудила почти всех.
Махедевран вышла из своих покоев и спросила, что за крики?
-Хюррем хатун рожает, ответили ей.
Ее крысливая служанка еще поутру съебалась обратно в старый дворец:
-эх, мы надеялись, что рыжая сдохнет, а ей выделили новые комнаты, сказала она и взяла свой узелок с вещами.
Но впереди была уже ночь: тяжелая, длинная, оральная...
Рыжая пошла в свою комнату, а оттуда уносят ее вещи.
-Вы что делаете? Меня что выселяют из дворца? Кто приказал? Султан? Султан не мог. Я никуда не поеду. Не трогайте мои вещи, суки!!!!!!!!!
-Хюрреееееем, да как ты заебала... сказала младшая участковая, что ты вечно пиздишь, не разобравшись?
Тебе выделили отдельную комнату, будешь жить там и служанки у тебя будут.
-Вау. Моя подружка Мария будет и ты будешь. Ты будешь моей служанкой.
-Я не буду.
-Пожалуйста. Меня здесь убивают, меня надо спасать - помоги мне.
-Хюррем!!! Поздравляю!!! Кричала Мария
- Мария, я тебя тоже! Ты будешь моей служанкой!
- Хюррем, я теперь не Мария. Я приняла мусульманство. Я теперь пятьдесят пятый оттенок Гули.
-Чего блять? Ты охуела? Зачем тебе это? Кто тебя нарек? Султан? Ты с ним была, сука? Я думала, ты подруга, а ты хуйню делаешь вон какую!!!!!!!!!!!
-Успокойся, Хюррем, меня нарек Сюмбюль, я захотела этого сама.
Рыжая смотрела на нее очень подозрительно, очень недоверчиво, ждала от нее подляны.
А когда на ужин им принесли рыбу, она запихала кусок в рот Гуле, чтобы та проверила на яд.
-Хюррем, ты реально самая ебанутая баба за всю историю гарема, сказала ей младшая участковая.
Рыжая выеба сидела теперь как госпожа и принимала гостей.
Сначала к ней зашла сама Валидол, Хюррем выразила ей свое рыжее спасибо и завела речь об отравлении.
Но Валидол на это ответила только тем, что сливки были не свежие, а ты жрешь дохуя много.
Потом пришла тихая добрая еще не разозленная Хатикодже. Подарила рыжей оберег, чтобы охранял ее от Махидевражины и других дворцовых пидорасов. Когда речь случайно зашла за Ибрагима, она так забылась, так распизделась, что Хюррем поняла все и сразу. Хатикодже тоже поняла, что напиздела лишнего и сдала сама себя.
После переезда Хюррем стала чаще ходить по господским коридорам.
Она все ходила и улыбалась найденному на Ибрагима компромату, и случайно запалила их влюбленные взгляды на повороте, а потом с нескрываемым восторгом сразу же рассказала Ибрагиму об этом.
Ибрагим вошел в свои комнаты и мысленно поддержал Махидевран: рыжую пизду надо прикончить, иначе она прикончит нас.
Султан в это время провел встречу с послами. Итальянцы поздравили его с победой и согласились на все, потому что ну его нахуй. Потом Султан начал диктовать письмо для Лаюша, чтобы посол передал накал страстей по всей Европе: я тебя все равно найду и разъебу, трусливый тупой пес, ты не представляешь, какой пиздец я для тебя готовлю.
Плафоны обсудили, как обкакался веницианский посол.
А затем русский посол тоже передал письмо. Наши тоже поздравляли с победой и интересовались за Крым.
Султан чувствовал себя пиздецки важной особой.
Потом Султан начал придумывать коварный план нападения на Родос и писать туда.
К вечеру он устал, особенно от того, что узнал про мамкины интриги.
Пришел к Валидол с новым разъебом, мол, какого хуя ты мою рыжую чуть замуж не отдала? Она моя любимица! Моя жена!
-Блять, может ты еще на весь мир распиздишь, что ты ее любишь?
-Надо будет - распизжу.
Ибрагим пожалел своего Султана и уже придумал новую подляну для рыжей бесявой пизды.
-Мой господин, вам бы отдохнуть... давайте Сюмбюль за телочкой сбегает?
-Какой отдых, Ибрагим? Дел по гланды.
-Там есть один ангел... Не понравится - уведем.
-Ангел, говоришь? Ну если только ангел...
Султан обернулся и перед ним стояла пятьдесят пятый оттенок Гули. Переживала Гуля очень, но улыбалась тоже много... Рыжую беременную хозяйку пришлось на время покинуть. Но она уже шла по коридорам и неистово звала свою Гулю. Пока у нее не отошли воды. Затем она стала орать еще громче и разбудила почти всех.
Махедевран вышла из своих покоев и спросила, что за крики?
-Хюррем хатун рожает, ответили ей.
Ее крысливая служанка еще поутру съебалась обратно в старый дворец:
-эх, мы надеялись, что рыжая сдохнет, а ей выделили новые комнаты, сказала она и взяла свой узелок с вещами.
Но впереди была уже ночь: тяжелая, длинная, оральная...
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 13
Хюррем нашли в коридоре и ближе к утру она уже разродилась! Ребенок не кричал, лекарь сказала про обвитие пуповиной, но новоиспеченная рыжая мамаша уточняла пол своего малыша.
Родился шехзаде. Прибежали все семейные женщины, утром устроили молебен по-мусульмански: Султан держал малыша на руках и читал молитвы, нарек его именем - Мехмед. За здоровье и благополучие шехзаде молилась вся семья, даже Махидевран. Она все-таки припиздила в покои рыжей, а о чем она молилась - вот это хуй знает, конечно.
Валидол велела раздать золото, лить щербет по всей Османской Империи и кидать монеты в честь нового шехзаде. Шехзаде она распорядилась забрать подальше от его непутевой мамаши, но та нажаловалась Султану и ей сразу же вернули ребенка. Потом рыжая доебалась до Султана, мол, где ты был ночью? Император, владыка и повелитель почувствовал себя нашкодившим котом, который нассал ей прямо в шкаф, как только увидел свою недавнюю наложницу в служанках у фаворитки. Поэтому за рождение сына надарил дохуя новой одежды.
Валидол жаловалась старшей участковой на рыжую ебанашку, мол, орала, что все ее бросили. У нее же есть своя служанка... Но тут они спустились в новый коридор, а из покоев Султана как раз ведут эту служанку.
-Ебать мужики пидорасы, подумали они дружно, и выяснили, что эту наложницу выбрал для Султана лично Ибрагим.
-Какой хитровыебанный этот Ебрагим... сказала Валидол и очень глубоко задумалась.
Все поздравляли Султана с рождением сына. Плафоны пришли с письмом от великого магистра из Родоса: он писал, что ты Сулейманчик еще ебучий бакалавр или даже абитуриент, так что хуем не размахивай так уверенно. Сулейман на письмо ответил, что все силы бросят на Родос и тогда пизда всем этим ученым разбойникам толченым. После этого он показал плафонам карту острова. Художника Матракчи - это который лучше всех красит ебла, отправили туда агентом, чтобы он нарисовал вообще все.
В конце все жахнули за здоровье шехзаде Мехмеда, сына султана Сулеймана и Хюррем-хатун. От имени матери самому мудрому и смекалистому плафону стало хуево - он даже забыл выпить.
Хюррем-хатун? Спросил он себе под нос.
Вот это нихуя себе нас с сыной поимели, подумал паша, а Султан все это видел и велел страже вернуть его, когда все ушли.
Воля Султана и мудрость была в том, чтобы уволить его нахуй и даже не пытаться объяснить всю поебень, которая творится в его гареме. Да и за такое можно херни наделать всякой: предать, подставить, распиздеть про его ебанутую семейку, а Султану такого не надо.
Паша может и не из таких, но кого ебет чужое горе? Мудрый смекалистый старик охуел вообще в край, но такова его участь.
Мустафа ходил смотреть малыша и все переживал, что папка не будет его больше любить. Его все успокаивали, а Ибрагим пообещал Махидевран, что наследником престола будет ее сын шехзаде Мустафа, потому иначе им обоим точно пизда.
Хатикодже уделяла много внимания новому шехзаде и рыжей первородке и в итоге Хюррем сказала, что может порешать ее вопросик насчет Ибрагима. Но сама она сразу смекнула, что после брака с Хатикодже, бородатый еблан получит еще больше власти.
Гуле сказали завалить свой ангельский еблетик и ни за что не говорить своей рыжей подружке, что она была с Султаном. Потому что все понимали, что Хюррем не будет церемониться и просто захуярит бедного ангелочка. А бедный ангелочек то думала признаться, то представляла себя на месте рыжей.
Султан все переживал, что Ибрагим строит козни против Хюррем и делал ему намеки, чтобы он не занимался такой хуйней. Но у Ибрагима был свой интерес, поэтому он отправил какую-то гаремную телочку, чтобы она накинула на вентилятор как можно больше гавны:
-Хюррем, этой ночью такое было! Такое было! Сулейман с кем-то чпокался, пока ты рожала!!!
-С кем блять? Спросила рыжая и выпала в осадок. Начала сразу со всех спрашивать. Сначала пригрозила младшей участковой сломать ей руку, а затем схватила Гулю и начала ее душить, чтоб показать, что она сделает с этой пиздой.
Хюррем нашли в коридоре и ближе к утру она уже разродилась! Ребенок не кричал, лекарь сказала про обвитие пуповиной, но новоиспеченная рыжая мамаша уточняла пол своего малыша.
Родился шехзаде. Прибежали все семейные женщины, утром устроили молебен по-мусульмански: Султан держал малыша на руках и читал молитвы, нарек его именем - Мехмед. За здоровье и благополучие шехзаде молилась вся семья, даже Махидевран. Она все-таки припиздила в покои рыжей, а о чем она молилась - вот это хуй знает, конечно.
Валидол велела раздать золото, лить щербет по всей Османской Империи и кидать монеты в честь нового шехзаде. Шехзаде она распорядилась забрать подальше от его непутевой мамаши, но та нажаловалась Султану и ей сразу же вернули ребенка. Потом рыжая доебалась до Султана, мол, где ты был ночью? Император, владыка и повелитель почувствовал себя нашкодившим котом, который нассал ей прямо в шкаф, как только увидел свою недавнюю наложницу в служанках у фаворитки. Поэтому за рождение сына надарил дохуя новой одежды.
Валидол жаловалась старшей участковой на рыжую ебанашку, мол, орала, что все ее бросили. У нее же есть своя служанка... Но тут они спустились в новый коридор, а из покоев Султана как раз ведут эту служанку.
-Ебать мужики пидорасы, подумали они дружно, и выяснили, что эту наложницу выбрал для Султана лично Ибрагим.
-Какой хитровыебанный этот Ебрагим... сказала Валидол и очень глубоко задумалась.
Все поздравляли Султана с рождением сына. Плафоны пришли с письмом от великого магистра из Родоса: он писал, что ты Сулейманчик еще ебучий бакалавр или даже абитуриент, так что хуем не размахивай так уверенно. Сулейман на письмо ответил, что все силы бросят на Родос и тогда пизда всем этим ученым разбойникам толченым. После этого он показал плафонам карту острова. Художника Матракчи - это который лучше всех красит ебла, отправили туда агентом, чтобы он нарисовал вообще все.
В конце все жахнули за здоровье шехзаде Мехмеда, сына султана Сулеймана и Хюррем-хатун. От имени матери самому мудрому и смекалистому плафону стало хуево - он даже забыл выпить.
Хюррем-хатун? Спросил он себе под нос.
Вот это нихуя себе нас с сыной поимели, подумал паша, а Султан все это видел и велел страже вернуть его, когда все ушли.
Воля Султана и мудрость была в том, чтобы уволить его нахуй и даже не пытаться объяснить всю поебень, которая творится в его гареме. Да и за такое можно херни наделать всякой: предать, подставить, распиздеть про его ебанутую семейку, а Султану такого не надо.
Паша может и не из таких, но кого ебет чужое горе? Мудрый смекалистый старик охуел вообще в край, но такова его участь.
Мустафа ходил смотреть малыша и все переживал, что папка не будет его больше любить. Его все успокаивали, а Ибрагим пообещал Махидевран, что наследником престола будет ее сын шехзаде Мустафа, потому иначе им обоим точно пизда.
Хатикодже уделяла много внимания новому шехзаде и рыжей первородке и в итоге Хюррем сказала, что может порешать ее вопросик насчет Ибрагима. Но сама она сразу смекнула, что после брака с Хатикодже, бородатый еблан получит еще больше власти.
Гуле сказали завалить свой ангельский еблетик и ни за что не говорить своей рыжей подружке, что она была с Султаном. Потому что все понимали, что Хюррем не будет церемониться и просто захуярит бедного ангелочка. А бедный ангелочек то думала признаться, то представляла себя на месте рыжей.
Султан все переживал, что Ибрагим строит козни против Хюррем и делал ему намеки, чтобы он не занимался такой хуйней. Но у Ибрагима был свой интерес, поэтому он отправил какую-то гаремную телочку, чтобы она накинула на вентилятор как можно больше гавны:
-Хюррем, этой ночью такое было! Такое было! Сулейман с кем-то чпокался, пока ты рожала!!!
-С кем блять? Спросила рыжая и выпала в осадок. Начала сразу со всех спрашивать. Сначала пригрозила младшей участковой сломать ей руку, а затем схватила Гулю и начала ее душить, чтоб показать, что она сделает с этой пиздой.
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИЯ 14
Рыжая ревнивая мать новорожденного шехзаде все душила Гулю, но не добилась от нее ни слова. Дала ей потом воды и сказала, что вышвырнет ее из дворца, если она не найдет эту тварь, которая ходит к Султану.
Хатикодже все также ходила к Хюррем и тоже хихикала над ее придурковатостью, но не так сильно, как ее влюбленный брат.
Обсуждали хитровыебанных Махидевран и Ибрагима.
Первая на утреннем сборе у Валидол сказала, мол, ребенок не должен так кричать, заберите его у этой тупой и рукожопой рыжей. А второй - это вечная пластинка Хатикодже. А рыжей главное, чтоб они улетели на крыльях любви подальше от дворца.
Этот бородатый хуеплет насочинял своей тайной садовой возлюбленной новую записку и купил на рынке брошь в виде бабочки: красивая, вся переливается, блестит и привлекает внимание.
Мое сердце трепещет, как крылья бабочки, писал он, носите ее на своей красивой груди.
Поэтому все оставшиеся серии возле груди Хатикодже скорее всего будет эта насекомая. Валидол спросила, откуда эта бабочка, и Хатикодже аж подрастерялась, но рыжая встряла и сказала: это я ей подарила. Потом Валидол отчитывала дочь, чтобы впредь ничего не брала у рыжей и вообще меньше при ней пиздела. Хатикодже даже психанула немного, потому что замуж она тоже не хочет за абы кого.
У рыжей тем временем уже чесалось под платьем и она все просилась к Сулейману. Но ей сказали выдержать 40 дней и не позорить мать шехзаде.
Гуля все время была тревожной, говорила участкой и Сюмбюлю, что Хюррем ее прикончит. Даже пыталась ей признаться, но боженька ее отваживал.
Поэтому Султан снова вызвал своего ангела. А напоследок подарил ей меха, чтоб она укрыла грудь и плечи от падающего снега.
Сссука, сказала Гуля, я не должна туда ходить...
А чем ты хуже Хюррем? Спросил Сюмбюль-ага. Может быть тоже родишь шехзаде.
И все, загулял Сулейман с улыбчивой Гулей, но скучно ему было - никто не смешил своими тупыми выебонами.
Тем временем, Хюррем обнаружила, что ее верная подруга ночью куда-то опять упиздела... и сложила пазл. Поэтому когда Гуля тихонько шла в свою постель, рыжая вылезла из своего крепкого сна как из преисподней и начала бесоебить. Отпиздела бедную Гулю и приготовилась ее убивать. Второй служанке сказала съебаца подальше, чтобы и ей не прилетело. Но та побежала за участковыми. А там и сразу Валидол подошла, да не одна, а с хорошей такой оплеухой, которая сразу прилетела по рыжей морде, как только она сказала, что это они специально отправили к Султану ее подругу, пидорасы!!!!!
У нее хотели отобрать шехзаде, но она опять пала на колени и выпросила для себя последнее предупреждение. А Валидол сказала, что расскажет все Султану.
Потом эта рыжая бесстыжая очень расскаивалась перед Хатикодже, мол, стыдно-то как, не знаю, что на меня нашло, как же мне за себя стыдно...
Султан успевал не только порочить ангела, но еще решал вопросики, мечтал о Родосе и много думал.
А рыцарь родоса, вот этот великий магистр, уже стоял перед красными гномиками в Ватикане и просил гарантий от христианского мира, если Сулейман пойдет на Родос с войной.
Красные гномики дали понять, что в случае войны они обязательно выразят серьезную обеспокоенность. Магистр приехуел, конечно, от таких заявлений, но хули-с с папой сделаешь, поэтому пошел точить мечи и ждать, как ему сказали, молодого, мудрого, справедливо охуевшего Султана.
А рыжая пиздося уже взяла свою Хатикодже за ручку и забрела к дворцовому ювелиру купить зеркало для своего Сулеймана. Хатикодже купила там шкатулку для сублиматора. Потом подарила ее и сказала, чтоб больше скрипку свою не мудохал, потому что ее решили выдать за молодого учителя Мустафы.
А рыжая коварная Хюррем в отличие от Махидевран умеет помнить о мести без квасни на ебале, а смеясь и улыбаясь, и делая дела. Там она взяла не только зеркало, но еще и пузырек с выжигающими кожу каплями.
Пока Гуля плакала и боялась выйти из комнаты, Хюррем думала, как провернуть свою задумку и наказать предательницу...
Рыжая ревнивая мать новорожденного шехзаде все душила Гулю, но не добилась от нее ни слова. Дала ей потом воды и сказала, что вышвырнет ее из дворца, если она не найдет эту тварь, которая ходит к Султану.
Хатикодже все также ходила к Хюррем и тоже хихикала над ее придурковатостью, но не так сильно, как ее влюбленный брат.
Обсуждали хитровыебанных Махидевран и Ибрагима.
Первая на утреннем сборе у Валидол сказала, мол, ребенок не должен так кричать, заберите его у этой тупой и рукожопой рыжей. А второй - это вечная пластинка Хатикодже. А рыжей главное, чтоб они улетели на крыльях любви подальше от дворца.
Этот бородатый хуеплет насочинял своей тайной садовой возлюбленной новую записку и купил на рынке брошь в виде бабочки: красивая, вся переливается, блестит и привлекает внимание.
Мое сердце трепещет, как крылья бабочки, писал он, носите ее на своей красивой груди.
Поэтому все оставшиеся серии возле груди Хатикодже скорее всего будет эта насекомая. Валидол спросила, откуда эта бабочка, и Хатикодже аж подрастерялась, но рыжая встряла и сказала: это я ей подарила. Потом Валидол отчитывала дочь, чтобы впредь ничего не брала у рыжей и вообще меньше при ней пиздела. Хатикодже даже психанула немного, потому что замуж она тоже не хочет за абы кого.
У рыжей тем временем уже чесалось под платьем и она все просилась к Сулейману. Но ей сказали выдержать 40 дней и не позорить мать шехзаде.
Гуля все время была тревожной, говорила участкой и Сюмбюлю, что Хюррем ее прикончит. Даже пыталась ей признаться, но боженька ее отваживал.
Поэтому Султан снова вызвал своего ангела. А напоследок подарил ей меха, чтоб она укрыла грудь и плечи от падающего снега.
Сссука, сказала Гуля, я не должна туда ходить...
А чем ты хуже Хюррем? Спросил Сюмбюль-ага. Может быть тоже родишь шехзаде.
И все, загулял Сулейман с улыбчивой Гулей, но скучно ему было - никто не смешил своими тупыми выебонами.
Тем временем, Хюррем обнаружила, что ее верная подруга ночью куда-то опять упиздела... и сложила пазл. Поэтому когда Гуля тихонько шла в свою постель, рыжая вылезла из своего крепкого сна как из преисподней и начала бесоебить. Отпиздела бедную Гулю и приготовилась ее убивать. Второй служанке сказала съебаца подальше, чтобы и ей не прилетело. Но та побежала за участковыми. А там и сразу Валидол подошла, да не одна, а с хорошей такой оплеухой, которая сразу прилетела по рыжей морде, как только она сказала, что это они специально отправили к Султану ее подругу, пидорасы!!!!!
У нее хотели отобрать шехзаде, но она опять пала на колени и выпросила для себя последнее предупреждение. А Валидол сказала, что расскажет все Султану.
Потом эта рыжая бесстыжая очень расскаивалась перед Хатикодже, мол, стыдно-то как, не знаю, что на меня нашло, как же мне за себя стыдно...
Султан успевал не только порочить ангела, но еще решал вопросики, мечтал о Родосе и много думал.
А рыцарь родоса, вот этот великий магистр, уже стоял перед красными гномиками в Ватикане и просил гарантий от христианского мира, если Сулейман пойдет на Родос с войной.
Красные гномики дали понять, что в случае войны они обязательно выразят серьезную обеспокоенность. Магистр приехуел, конечно, от таких заявлений, но хули-с с папой сделаешь, поэтому пошел точить мечи и ждать, как ему сказали, молодого, мудрого, справедливо охуевшего Султана.
А рыжая пиздося уже взяла свою Хатикодже за ручку и забрела к дворцовому ювелиру купить зеркало для своего Сулеймана. Хатикодже купила там шкатулку для сублиматора. Потом подарила ее и сказала, чтоб больше скрипку свою не мудохал, потому что ее решили выдать за молодого учителя Мустафы.
А рыжая коварная Хюррем в отличие от Махидевран умеет помнить о мести без квасни на ебале, а смеясь и улыбаясь, и делая дела. Там она взяла не только зеркало, но еще и пузырек с выжигающими кожу каплями.
Пока Гуля плакала и боялась выйти из комнаты, Хюррем думала, как провернуть свою задумку и наказать предательницу...
1
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК
СЕРИИ 15-16
Рыжая пропитала Гулькину меховушку химической хуйбалой, а потом передала ее с младшей участковой. -Вот, она забыла, передай ей и скажи, что я ее простила
Гуля так обрадовалась этой меховушке от Султана, что прямо в ней и уснула. Среди ночи всех разбудили вопли: потому что одна сторона Гулиной шеи и нижней части лица была выжжена, как душа рыжей тварюшки.
У этой рыжей в покоях уже был Султан, она пела ему о любви, потом еще о любви и еще о любви, потом положила их плод любви на кровать посередине и влюбленная легла спать.
Ей приснилась ее мать, они сначала обнялись, потом мать долго молчала и наконец сказала: Ты должна была бороться со злом, а не трахаться с ним и тем более рожать от него детей!!! Ты какого хуя творишь тут, Александра? Я тебя не узнаю.
Прям как Султан не узнавал свою Махидевран, так мать Александры не узнавала свою дочь.
Все поняли, что Гулю так жестко наказала ее лучшая подружка. Рыжая же пизда никак не признавалась и вообще говорила, что это сплетни, козни и вообще весь дворец против нее.
Извинялась даже приходила и вспоминала, как Мария все время ее защищала... а потом говорила, что с таким лицом к султану ты больше не пойдешь...
Валидол отдала мелкого внука кормилице и сказала, что у славянки молоко отравленное. Плакала славянка сильно, но сделать ничего не смогла. Смогла ходить к нему, когда захочет и забирать к себе. Ей все также похуй на все и всех.
Хатикодже страдала. Так страдала, что заболела. В горячке говорила об Ибрагиме, поэтому Махидевран тоже стала в курсе их муток. И даже устроила им свидание, где Ибрагим обещал порешать их будущее сразу после похода на Родос.
Художник Матракчи краситель ебл приехал с Родоса с ценной информацией на своих рисунках. Шла подготовка к походу. Потом ему под ноги упал Виктор - педиковатый типок, очень странный. Слава богу выяснилось, что это Виктория, но никто еще не понял, что она - та самая невеста, мужа которой лично зарезал Султан. Так она уже оказалась в гареме и мылась в бане. Приехала, очевидно, показать супер-класс мести для Хюррем хатун.
А та помешалась на своем султанстве, случайно вышла на цыганку турчанку эзотеричку, что делает амулеты с молитвами. Ее привела младшая участковая.
Гуля уже была с ней, но сказала рыжей много неприятных слов, но той хоть ссы в глаза - все божья роса.
-Может вашей подруге нужен амулет для заживления шрамов, спросила эта непринужденная женщина
- Нет, ей ничего не нужно, ответила рыжая сука. Нужно мне, чтобы султан любил только меня и смотрел только на меня.
Но младшая участковая все-таки принесла для Гули этот амулет.
СЕРИИ 15-16
Рыжая пропитала Гулькину меховушку химической хуйбалой, а потом передала ее с младшей участковой. -Вот, она забыла, передай ей и скажи, что я ее простила
Гуля так обрадовалась этой меховушке от Султана, что прямо в ней и уснула. Среди ночи всех разбудили вопли: потому что одна сторона Гулиной шеи и нижней части лица была выжжена, как душа рыжей тварюшки.
У этой рыжей в покоях уже был Султан, она пела ему о любви, потом еще о любви и еще о любви, потом положила их плод любви на кровать посередине и влюбленная легла спать.
Ей приснилась ее мать, они сначала обнялись, потом мать долго молчала и наконец сказала: Ты должна была бороться со злом, а не трахаться с ним и тем более рожать от него детей!!! Ты какого хуя творишь тут, Александра? Я тебя не узнаю.
Прям как Султан не узнавал свою Махидевран, так мать Александры не узнавала свою дочь.
Все поняли, что Гулю так жестко наказала ее лучшая подружка. Рыжая же пизда никак не признавалась и вообще говорила, что это сплетни, козни и вообще весь дворец против нее.
Извинялась даже приходила и вспоминала, как Мария все время ее защищала... а потом говорила, что с таким лицом к султану ты больше не пойдешь...
Валидол отдала мелкого внука кормилице и сказала, что у славянки молоко отравленное. Плакала славянка сильно, но сделать ничего не смогла. Смогла ходить к нему, когда захочет и забирать к себе. Ей все также похуй на все и всех.
Хатикодже страдала. Так страдала, что заболела. В горячке говорила об Ибрагиме, поэтому Махидевран тоже стала в курсе их муток. И даже устроила им свидание, где Ибрагим обещал порешать их будущее сразу после похода на Родос.
Художник Матракчи краситель ебл приехал с Родоса с ценной информацией на своих рисунках. Шла подготовка к походу. Потом ему под ноги упал Виктор - педиковатый типок, очень странный. Слава богу выяснилось, что это Виктория, но никто еще не понял, что она - та самая невеста, мужа которой лично зарезал Султан. Так она уже оказалась в гареме и мылась в бане. Приехала, очевидно, показать супер-класс мести для Хюррем хатун.
А та помешалась на своем султанстве, случайно вышла на цыганку турчанку эзотеричку, что делает амулеты с молитвами. Ее привела младшая участковая.
Гуля уже была с ней, но сказала рыжей много неприятных слов, но той хоть ссы в глаза - все божья роса.
-Может вашей подруге нужен амулет для заживления шрамов, спросила эта непринужденная женщина
- Нет, ей ничего не нужно, ответила рыжая сука. Нужно мне, чтобы султан любил только меня и смотрел только на меня.
Но младшая участковая все-таки принесла для Гули этот амулет.
1
Писать дальше я не буду, потому что пересказывать этот блядский цирк сил моих больше нет. У меня вообще так много вопросов...
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИИ 17-19 и даже немножко 20
Валидол и Султан так хотели счастья для своей дочери и сестры, что договорились выдать ее замуж за сына Великого визиря и учителя Мустафы - скромного, умного, очень подозрительно кашляющего...
-У тебя туберкулез или сифилис? Спросил у него Ибрагим
-нет, нет, просто простудился немного, ответил молодой и скромный
Все готовились к помоловке. Выбирали ткани на платья, но Хатикодже было абсолютно поебать, а бедная Валидол все не могла понять, что все дело в хитровыебанном Ибрагиме.
Хюррем рыжая хатун все ждала свои амулеты и наконец-то к ней пришла эзотеричка и вывалила шильдики, чтоб та пришила их к одеждам.
-И еще дай мне воды, вот эту хуйню я там помешаю, помолюсь и ты выпьешь
Рыжая смотрела с предвкушением и уже с предвыпиванием, но та резко крикнула:
-НЕ ПЕЙ!!! БЕДА БУДЕТ!
-Да ты заебала, то пей, то не пей, чо делать-то?
-Ты беременна. Нельзя.
-Вот это нихуя себе!!! Второй шехзаде!!!
Срочно лекаря мне позовите.
Хатикодже тоже нужен был лекарь - она с горя напилась всяких ядов и лежала умирала, но никак не умерла.
-Блять, придется опять замуж за нелюбимого выходить... зачем вы меня спасли...
Рыжую тоже посмотрели и подтвердили, что она очень плодовитая баба.
Она сразу пошла к Султану, опять без приглашения и опять закусилась с Ибрагимом. В итоге все-таки вошла и сообщила ему о своей беременности.
Думала, что Султан на радостях поест с ней щербет и будет щебетать счастливый, а он ее обнял, ответил, что очень рад и намекнул, чтоб она отъебалась: у него много работы.
Пиздец, подумала рыжая, и пошла наводить суету во дворце своим новым шехзадой.
-Валидол, девочки, я беременна! Будет новый шехзаде. Это она сказала ртом, а взглядом она сказала только Махидевран: видала чо могу))))
-Я ношу еще одного шехзаде, а вы - неудачницы! Сказала она потом в казармах.
-А если будет девочка, Хюррем, спрашивали ее
-Будет мальчик. Будет шехзаде, отвечала она на уверенном
В казарме ели щербет, когда вдруг крысливая служанка вернулась из ссылки:
-ага, лакомства в честь помоловки
-нет, Хюррем хатун ждет второго.
Ебать, подумала крысливая, вот это работы у меня тут дохуя...
Настал день помоловки. Мужчины были у Султана, женщины - у Валидол.
Хатикодже надарили всяких украшений и барахла, чтобы разбавить ее грустное ебало хотя бы красивым нарядом. Все бы было заебись, но Виктория приехала мстить. Поэтому для начала ей захотелось втереться в доверие султанской семьи и она придумала поджечь детскую комнату прямо во время праздника.
Две какие-то пришлые девочки и двое шехзаде Мустафа и Мехмед смотрели кукольный театр и хихикали. Мустафа и Мехмед ржали в обнимку, как будто их мамки никогда не хотели друг друга угандошить.
Во дворце началась паника, у Махидевран инфаркт, у Хюррем инфаркт, у Валидол инфаркт, у Хатикодже двойной инфаркт, все остальные в ужасе и ахуе.
А тут она - Виктория из хуй знает какой деревни, с очень заторможенной речью и татушкой в виде бабочки на шее. Выносит из огня двух шехзаде и падает от бессилья и ожогов второй степени на ладонях.
Она теперь герой и наутро Валидол ждет ее у себя.
Отчего произошел пожар - никто не знал. Кроме Хюррем. Она знала, что это сын Махидевран Мустафа хотел убить ее маленького шехзаде Мехмеда, но никак не могла это доказать, и начала орать про все сразу:
- И меня ты избила, травила, убить нас хочете твари!!!!!!!!
-ХЮРРЕМ!!!!! НУ-КА РОТ ЗАКРЫЛА И ПОШЛА В СВОИ ПОКОИ!
Охуели все, особенно Хюррем. Потому что это сказал Султан.
Махидеврен чуть не сикнула от счастья. Валидол возгордилась своим львом: мол, султан-то мой не какой-то там лох педальный. Хатикодже было абсолютно поебать. Остальные исподтишка хехекали закрытыми ебальниками, чтобы никого не разозлить.
Всю ночь Хюррем не спала. Плакала возле сына и переживала, что папка его разлюбит мамку его и все вернется им Махидеврангом. Потом настрочила Султану маленькое письмо о своей большой любви и передала с Сюмбюлем. Султан няньчился с Мустафой. Но письмо прочитал и отправил Сюмбюля еще и за Мехмедом, чтобы отняньчиться с обоими сразу.
Валидол и Султан так хотели счастья для своей дочери и сестры, что договорились выдать ее замуж за сына Великого визиря и учителя Мустафы - скромного, умного, очень подозрительно кашляющего...
-У тебя туберкулез или сифилис? Спросил у него Ибрагим
-нет, нет, просто простудился немного, ответил молодой и скромный
Все готовились к помоловке. Выбирали ткани на платья, но Хатикодже было абсолютно поебать, а бедная Валидол все не могла понять, что все дело в хитровыебанном Ибрагиме.
Хюррем рыжая хатун все ждала свои амулеты и наконец-то к ней пришла эзотеричка и вывалила шильдики, чтоб та пришила их к одеждам.
-И еще дай мне воды, вот эту хуйню я там помешаю, помолюсь и ты выпьешь
Рыжая смотрела с предвкушением и уже с предвыпиванием, но та резко крикнула:
-НЕ ПЕЙ!!! БЕДА БУДЕТ!
-Да ты заебала, то пей, то не пей, чо делать-то?
-Ты беременна. Нельзя.
-Вот это нихуя себе!!! Второй шехзаде!!!
Срочно лекаря мне позовите.
Хатикодже тоже нужен был лекарь - она с горя напилась всяких ядов и лежала умирала, но никак не умерла.
-Блять, придется опять замуж за нелюбимого выходить... зачем вы меня спасли...
Рыжую тоже посмотрели и подтвердили, что она очень плодовитая баба.
Она сразу пошла к Султану, опять без приглашения и опять закусилась с Ибрагимом. В итоге все-таки вошла и сообщила ему о своей беременности.
Думала, что Султан на радостях поест с ней щербет и будет щебетать счастливый, а он ее обнял, ответил, что очень рад и намекнул, чтоб она отъебалась: у него много работы.
Пиздец, подумала рыжая, и пошла наводить суету во дворце своим новым шехзадой.
-Валидол, девочки, я беременна! Будет новый шехзаде. Это она сказала ртом, а взглядом она сказала только Махидевран: видала чо могу))))
-Я ношу еще одного шехзаде, а вы - неудачницы! Сказала она потом в казармах.
-А если будет девочка, Хюррем, спрашивали ее
-Будет мальчик. Будет шехзаде, отвечала она на уверенном
В казарме ели щербет, когда вдруг крысливая служанка вернулась из ссылки:
-ага, лакомства в честь помоловки
-нет, Хюррем хатун ждет второго.
Ебать, подумала крысливая, вот это работы у меня тут дохуя...
Настал день помоловки. Мужчины были у Султана, женщины - у Валидол.
Хатикодже надарили всяких украшений и барахла, чтобы разбавить ее грустное ебало хотя бы красивым нарядом. Все бы было заебись, но Виктория приехала мстить. Поэтому для начала ей захотелось втереться в доверие султанской семьи и она придумала поджечь детскую комнату прямо во время праздника.
Две какие-то пришлые девочки и двое шехзаде Мустафа и Мехмед смотрели кукольный театр и хихикали. Мустафа и Мехмед ржали в обнимку, как будто их мамки никогда не хотели друг друга угандошить.
Во дворце началась паника, у Махидевран инфаркт, у Хюррем инфаркт, у Валидол инфаркт, у Хатикодже двойной инфаркт, все остальные в ужасе и ахуе.
А тут она - Виктория из хуй знает какой деревни, с очень заторможенной речью и татушкой в виде бабочки на шее. Выносит из огня двух шехзаде и падает от бессилья и ожогов второй степени на ладонях.
Она теперь герой и наутро Валидол ждет ее у себя.
Отчего произошел пожар - никто не знал. Кроме Хюррем. Она знала, что это сын Махидевран Мустафа хотел убить ее маленького шехзаде Мехмеда, но никак не могла это доказать, и начала орать про все сразу:
- И меня ты избила, травила, убить нас хочете твари!!!!!!!!
-ХЮРРЕМ!!!!! НУ-КА РОТ ЗАКРЫЛА И ПОШЛА В СВОИ ПОКОИ!
Охуели все, особенно Хюррем. Потому что это сказал Султан.
Махидеврен чуть не сикнула от счастья. Валидол возгордилась своим львом: мол, султан-то мой не какой-то там лох педальный. Хатикодже было абсолютно поебать. Остальные исподтишка хехекали закрытыми ебальниками, чтобы никого не разозлить.
Всю ночь Хюррем не спала. Плакала возле сына и переживала, что папка его разлюбит мамку его и все вернется им Махидеврангом. Потом настрочила Султану маленькое письмо о своей большой любви и передала с Сюмбюлем. Султан няньчился с Мустафой. Но письмо прочитал и отправил Сюмбюля еще и за Мехмедом, чтобы отняньчиться с обоими сразу.
Сюмбюль пришел, а рыжая такая:
-Ну что, прочитал? Значит я пошла ублажать?
-Нет, ты никуда не пошла. Пойдет Гуля с Мехмедом, а тебя никто не звал. Эзотерическая собака, кстати, зализала Гуле практически все шрамы.
А рыжей оставалось надуть свои губы и сесть думать план захвата абсолютной власти.
А императорские планы по захвату Родоса уже перешли в реальную подготовку: строились новые корабли, думы думались многочисленные, планы обсуждались и передумывались. В итоге решили, что уже готовы и опять Султан пошел прощаться со своими: поцеловал Валидол, дал руку сестре и наконец-то Махидевранше, а рыжую прокатил. Она почти разревелась, а ее Махидевражина питалась этой энергией и как Феникс расправляла крылья, даже хохотнула вслух, но только как чаечка.
Но слезами горю не поможешь - рыжую этому уже научили, поэтому как только Султан сел на своего коня, она уже диктовала младшей участковой письмо о своей большой любви. Потом еще одно, и еще одно. А Султан уже был на корабле и подплывал к Крепости. Но Великий магистр - это не подлый трус и долбоеб Лаюш, он разъебал османов еще на подходе. Даже корабль Султана с ним и с Ибрагимом пошел на дно собирать русалочек в гарем. Во дворец так и передали: наших разъебли, корабль Султана разъебли, Султана походу тоже разъебли...
Валидол пошла искать волидол и просила у пашей конкретных новостей.
А Хатикодже чувствовала - ей даже дыхание перехватывало. Рыжая тоже проснулась в кошмарах, аж Мехмед изрыдался. Наутро разрыдался уже весь гарем.
Пиздохаханьки хватило ненадолго, она рождена мстить османам, а не плакать по ним. Пришла такая к девкам, а они все ревут: Махидевран, Хатикодже и пятьдесят первый оттенок Гули, верная подруга Хатикодже, которая все время стоит на шухере в саду и коридорах дворца, бывшая наложница Султана, вечно сидящая у ног Валидол и смотрящая на все блядство со стороны.
И рыжая им говорит: быстро же вы Султана похоронилили, сидите тут, ебла расквасили. Хватит ныть - я уверена, он жив! сказала она и пизданулась на пол без сознания. Еще и закровила...
Все, кроме Махедевран и крысливой служанки, запереживали, что с ребеночком беда, но беда у рыжей только с головой.
Султан в это время уже был в своем шатре и хуярил по шапке всем, кто придумал так наступать. Потому что обосрались они хорошо.
Первый по жопе получил великий визирь - отец туберкулезника. Он даже собрался отдать печать, но Султан дал понять, что в походе такой хуйней заниматься не благородно.
Придумали идти через подкоп, копали до усрачки денно и нощно. С обратной стороны им уже стучали. Тогда они напихали туда гусиных перьев и подожгли, чтоб с той стороны все задохнулись.
А наступать мы будем иначе...! Задумчиво говорил Сулейман и довольно улыбался.
Скоро придут чудо-лестницы передвижные водонепроницаемые - мы на них перелезем через стены и на них будут воины, которым не страшны стрелы, мечи и раскаленный жир.
Ибрагим подумал, что они все будут рыжими и их всех будут звать Хюрремами.
В итоге крепость пала. Великому магистру и всем остальным дали время, чтобы съебаться со своими шмотками и вообще османы были милосердны, никого не грабили и не насиловали.
На этом Родосе жили родственники Султана. Его дядя был в плену и он думал, что потомки этого дяди сидят там в темницах и умирают от мук. А его потомки жили там заебись как хорошо: уже верили в другого боженьку и не хотели ничего общего с мусульманскими османами. Они уже планировали побег, но только после того, как кинжал пронзит Сердце поганного Сулеймана. Они все организовали, но у них нихуя не получилось. Потому что у Сулеймана есть Ибрагим - верный надежный глазастый внимательный пес, это во-первых, а, во-вторых, Ибрагим жопу себе наизнанку вывернет, чтобы выслужиться и получить билетик в императорскую семью.
Поэтому кинжал был в нем.
Орал он так, что Хатикодже снихуя разрыдалась на общей молитве за благополучные роды Хюррем. Хюррем в это время тоже орала и никак не могла выдавить из себя шехзаде.
А в замке у красных гномов ебнулась люстра - так они поняли, что Родос был взят османами.
-Ну что, прочитал? Значит я пошла ублажать?
-Нет, ты никуда не пошла. Пойдет Гуля с Мехмедом, а тебя никто не звал. Эзотерическая собака, кстати, зализала Гуле практически все шрамы.
А рыжей оставалось надуть свои губы и сесть думать план захвата абсолютной власти.
А императорские планы по захвату Родоса уже перешли в реальную подготовку: строились новые корабли, думы думались многочисленные, планы обсуждались и передумывались. В итоге решили, что уже готовы и опять Султан пошел прощаться со своими: поцеловал Валидол, дал руку сестре и наконец-то Махидевранше, а рыжую прокатил. Она почти разревелась, а ее Махидевражина питалась этой энергией и как Феникс расправляла крылья, даже хохотнула вслух, но только как чаечка.
Но слезами горю не поможешь - рыжую этому уже научили, поэтому как только Султан сел на своего коня, она уже диктовала младшей участковой письмо о своей большой любви. Потом еще одно, и еще одно. А Султан уже был на корабле и подплывал к Крепости. Но Великий магистр - это не подлый трус и долбоеб Лаюш, он разъебал османов еще на подходе. Даже корабль Султана с ним и с Ибрагимом пошел на дно собирать русалочек в гарем. Во дворец так и передали: наших разъебли, корабль Султана разъебли, Султана походу тоже разъебли...
Валидол пошла искать волидол и просила у пашей конкретных новостей.
А Хатикодже чувствовала - ей даже дыхание перехватывало. Рыжая тоже проснулась в кошмарах, аж Мехмед изрыдался. Наутро разрыдался уже весь гарем.
Пиздохаханьки хватило ненадолго, она рождена мстить османам, а не плакать по ним. Пришла такая к девкам, а они все ревут: Махидевран, Хатикодже и пятьдесят первый оттенок Гули, верная подруга Хатикодже, которая все время стоит на шухере в саду и коридорах дворца, бывшая наложница Султана, вечно сидящая у ног Валидол и смотрящая на все блядство со стороны.
И рыжая им говорит: быстро же вы Султана похоронилили, сидите тут, ебла расквасили. Хватит ныть - я уверена, он жив! сказала она и пизданулась на пол без сознания. Еще и закровила...
Все, кроме Махедевран и крысливой служанки, запереживали, что с ребеночком беда, но беда у рыжей только с головой.
Султан в это время уже был в своем шатре и хуярил по шапке всем, кто придумал так наступать. Потому что обосрались они хорошо.
Первый по жопе получил великий визирь - отец туберкулезника. Он даже собрался отдать печать, но Султан дал понять, что в походе такой хуйней заниматься не благородно.
Придумали идти через подкоп, копали до усрачки денно и нощно. С обратной стороны им уже стучали. Тогда они напихали туда гусиных перьев и подожгли, чтоб с той стороны все задохнулись.
А наступать мы будем иначе...! Задумчиво говорил Сулейман и довольно улыбался.
Скоро придут чудо-лестницы передвижные водонепроницаемые - мы на них перелезем через стены и на них будут воины, которым не страшны стрелы, мечи и раскаленный жир.
Ибрагим подумал, что они все будут рыжими и их всех будут звать Хюрремами.
В итоге крепость пала. Великому магистру и всем остальным дали время, чтобы съебаться со своими шмотками и вообще османы были милосердны, никого не грабили и не насиловали.
На этом Родосе жили родственники Султана. Его дядя был в плену и он думал, что потомки этого дяди сидят там в темницах и умирают от мук. А его потомки жили там заебись как хорошо: уже верили в другого боженьку и не хотели ничего общего с мусульманскими османами. Они уже планировали побег, но только после того, как кинжал пронзит Сердце поганного Сулеймана. Они все организовали, но у них нихуя не получилось. Потому что у Сулеймана есть Ибрагим - верный надежный глазастый внимательный пес, это во-первых, а, во-вторых, Ибрагим жопу себе наизнанку вывернет, чтобы выслужиться и получить билетик в императорскую семью.
Поэтому кинжал был в нем.
Орал он так, что Хатикодже снихуя разрыдалась на общей молитве за благополучные роды Хюррем. Хюррем в это время тоже орала и никак не могла выдавить из себя шехзаде.
А в замке у красных гномов ебнулась люстра - так они поняли, что Родос был взят османами.
ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ВЕК СЕРИИ 20-23
Роженица Хюррем все кричала и кричала, а шехзаде все не выходил и не выходил. Она еще раз поднатужилась и откинулась без сил и без сознания. А шехзаде так и не вышел. Вышла славяно-турчанская красавица, похожая то ли на луну, то ли на солнце. Валидол ее так и назвала Михримах, что переводится как Солнце и Луна, и сказала Хюррем, что она очень красивая и мне вообще похуй, девочек вы тут рожаете или мальчиков.
А Хюррем как очнулась, так давай мозги всем опять ебсти: вы мне подсунули, это не мое, где мой шехзаде, отдайте моего шехзаде!!!!! Бедную девчулю даже на руки не взяла сначала и велела отнести ее кормилице.
Султан в это время выхаживал своего верного пса Ибрагима, который через два часа после тяжелого ранения уже скакал конем и искал, где выслужиться еще.
В султанский шатер вызывали Великого магистра и Сулейман сказал ему, что будет рад видеть у себя такого великого воина. Но великий магистр и великий воин на то и великий, что своих не бросает, а бежит с ними на Мальту. Оба друг на друга смотрели с большим увожением, оба ласкали друг друга взглядом, оба вели себя достойно.
Махидевран проставилась в казармах за девочку Хюррем: лила щербет и звенела золотыми, а потом стебала рыжую мамашу, мол, такой интересный шехзаде у тебя получился. На что рыжая мамаша сказала, что нарожает еще сотню шехзаде, а вот ты...даже один как бэ под вопросом...
Рыжая уже смирилась со своим обсером и любила дочь как могла. Готовила ее к тяжелой борьбе уже с пеленок, потому что во дворце тут одни змеи и если ты не мальчик - то тоби пизда. Рыжая еще не знала всех нюансов и думала, чем улучшить свое положение.
Младшая участковая ей так и сказала: варежку свою вовремя закрывай и делай подарки девкам из казарм, как Махидевран, и все у тебя заебись будет.
Со вторым Хюррем справилась на раз два: принесла в казарму свой сундук на распаковку, а вечером вообще устроила праздник в честь возвращения Султана. Махидевран пошла туда повеселица, но увидела, что это все дело рук ее рыжей вражины.
-кто разрешил? Что вы тут устроили?
-я разрешила
-ты тут нахуй кто такая
-а ты тут нахуй кто такая
-ты нахуй кто такая я спрашиваю
-это я тебя спрашиваю, кто ты нахуй тут такая
Хатун! Султан! Султан! Хатун! нахуй! кто! прекратить танцевать!!!! танцевать!!! Прекратить!!! Охуела!!! Ты охуела!!!...
Тут их услышала растроенная и злая как собака Хатикодже... Как ввалила им обеим пиздюлей - охуела даже Валидол, стоящая на балконе. Загордилась своей собальвицей.
Собальвица Хатикодже была вся в расстойствах и бежала со своих садовых свиданий: Ибрагима насильно увела стража и они сикнули, что Султан узнал про их блядки. А тут еще выяснилось, что у учителя Мустафы все-таки туберкулез, а свадьбу все никак не отменяют.
Долбоеб Ибрагим крутил любимую шарманку про свое чистилище и про то, как он заебался там жить... решил немного написать об этом, а потом резко подорвался и пошел в сад, откуда его и увели.
Прихуел он сильно. Но Султан уже поговорил с Великим Визирем и спросил у него, какой должности достоин человек, который так глубоко лизнул ему в походе на Родос. Поэтому Ибрагиму он предложил должность Великого Визиря и дал ему печать. А весь этот спектакль со стражей был затем, чтобы Ебрагим всегда держал очко в тонусе, ну и про письмецо объяснился.
Тут у Мустафы поднялся жар. Пока его мамаша радовалась приезду Султана, сралась с рыжей, поздравляла Ибрагима, пощупать лоб времени не было. Маленький шехзаде жаловался, что болит голова, но ему сказали не выдумывать и идти учиться. Ибрагим потрогал лоб, сказал ох, так у тебя жар, принял поздравления от его мамашки ну и как бы все, хуй с ним с жаром. А потом Мустафа начал кашлять и тогда обосрались все. Слава Аллаху, пронесло, и это была просто простуда. Сулейман Султан даже ночевал в обнимку с сыном, но рыжая думала, что обнимался он с Махидевражиной.
Роженица Хюррем все кричала и кричала, а шехзаде все не выходил и не выходил. Она еще раз поднатужилась и откинулась без сил и без сознания. А шехзаде так и не вышел. Вышла славяно-турчанская красавица, похожая то ли на луну, то ли на солнце. Валидол ее так и назвала Михримах, что переводится как Солнце и Луна, и сказала Хюррем, что она очень красивая и мне вообще похуй, девочек вы тут рожаете или мальчиков.
А Хюррем как очнулась, так давай мозги всем опять ебсти: вы мне подсунули, это не мое, где мой шехзаде, отдайте моего шехзаде!!!!! Бедную девчулю даже на руки не взяла сначала и велела отнести ее кормилице.
Султан в это время выхаживал своего верного пса Ибрагима, который через два часа после тяжелого ранения уже скакал конем и искал, где выслужиться еще.
В султанский шатер вызывали Великого магистра и Сулейман сказал ему, что будет рад видеть у себя такого великого воина. Но великий магистр и великий воин на то и великий, что своих не бросает, а бежит с ними на Мальту. Оба друг на друга смотрели с большим увожением, оба ласкали друг друга взглядом, оба вели себя достойно.
Махидевран проставилась в казармах за девочку Хюррем: лила щербет и звенела золотыми, а потом стебала рыжую мамашу, мол, такой интересный шехзаде у тебя получился. На что рыжая мамаша сказала, что нарожает еще сотню шехзаде, а вот ты...даже один как бэ под вопросом...
Рыжая уже смирилась со своим обсером и любила дочь как могла. Готовила ее к тяжелой борьбе уже с пеленок, потому что во дворце тут одни змеи и если ты не мальчик - то тоби пизда. Рыжая еще не знала всех нюансов и думала, чем улучшить свое положение.
Младшая участковая ей так и сказала: варежку свою вовремя закрывай и делай подарки девкам из казарм, как Махидевран, и все у тебя заебись будет.
Со вторым Хюррем справилась на раз два: принесла в казарму свой сундук на распаковку, а вечером вообще устроила праздник в честь возвращения Султана. Махидевран пошла туда повеселица, но увидела, что это все дело рук ее рыжей вражины.
-кто разрешил? Что вы тут устроили?
-я разрешила
-ты тут нахуй кто такая
-а ты тут нахуй кто такая
-ты нахуй кто такая я спрашиваю
-это я тебя спрашиваю, кто ты нахуй тут такая
Хатун! Султан! Султан! Хатун! нахуй! кто! прекратить танцевать!!!! танцевать!!! Прекратить!!! Охуела!!! Ты охуела!!!...
Тут их услышала растроенная и злая как собака Хатикодже... Как ввалила им обеим пиздюлей - охуела даже Валидол, стоящая на балконе. Загордилась своей собальвицей.
Собальвица Хатикодже была вся в расстойствах и бежала со своих садовых свиданий: Ибрагима насильно увела стража и они сикнули, что Султан узнал про их блядки. А тут еще выяснилось, что у учителя Мустафы все-таки туберкулез, а свадьбу все никак не отменяют.
Долбоеб Ибрагим крутил любимую шарманку про свое чистилище и про то, как он заебался там жить... решил немного написать об этом, а потом резко подорвался и пошел в сад, откуда его и увели.
Прихуел он сильно. Но Султан уже поговорил с Великим Визирем и спросил у него, какой должности достоин человек, который так глубоко лизнул ему в походе на Родос. Поэтому Ибрагиму он предложил должность Великого Визиря и дал ему печать. А весь этот спектакль со стражей был затем, чтобы Ебрагим всегда держал очко в тонусе, ну и про письмецо объяснился.
Тут у Мустафы поднялся жар. Пока его мамаша радовалась приезду Султана, сралась с рыжей, поздравляла Ибрагима, пощупать лоб времени не было. Маленький шехзаде жаловался, что болит голова, но ему сказали не выдумывать и идти учиться. Ибрагим потрогал лоб, сказал ох, так у тебя жар, принял поздравления от его мамашки ну и как бы все, хуй с ним с жаром. А потом Мустафа начал кашлять и тогда обосрались все. Слава Аллаху, пронесло, и это была просто простуда. Сулейман Султан даже ночевал в обнимку с сыном, но рыжая думала, что обнимался он с Махидевражиной.
❤🔥2
Когда Султан вошел в покои Хюррем, он тоже сказал рыжей, что ему похуй, девочка или мальчик, свое гавно люблю и так, тем более дочь мне родила любимая женщина и смотри как она на тебя похожа.
Рыжая не теряла надежды и вкидывала дрова, чтобы растопить наконец сердце Султана и идти к нему в покои:
Я так тебя любила, пока тебя не было
Я чуть не умерла от тоски в этой разлуке
Жизнь без тебя не жизнь
Ну что, ночевать у нас будешь?
Может, хотя бы поужинаешь у нас? а я в баню схожу на всякий))
Но Валидол уже поклевала султанский мозг и напомнила, что сегодня четверг - чпокать полагается законную жену Махедевран. И он вызвал ее. Они мылись обе в хаммаме и каждая думала о своем, но об одном...
Тем временем Виктория, которая уже Садыка, стала прислуживать самой Валидол. Ходила то к ней в комнату, то к себе. Таскала нож то туда, то сюда. Палится страшно, но все еще держится. Уже почти решилась воткнуть Султану нож в шею, но замахивается ножом она еще медленнее, чем разговаривает...
Плафон с бородкой, который второй визирь после великого, думал, что его ждет блестящий карьерный рост. Опиздюлился он хорошо. Чуть зубы не обломал, когда султан попросил принести плафон для Ибрагима. Ибрагиму он так и сказал: ты сучий слуга, я под тобой работать не буду, я готов целовать только жопу и подол султана.
А ты сам разве не сучий слуга Султана? Спросил его Ибрагим, у которого немножко развязался язык.
Потом Ибрагим засобирался ехать в свои родные пенаты, откуда его забрали десяти лет отроду, обратили в Ислам, в 17 дали должность Сокольничего, в 25 - хранителя дворца, а в 28 - он уже ебать великий визирь. Очень хотелось показать свой павлиний хвост, или правда скучал, или хотел порешать так вопросик с Хатикодже...
Это твое первое дело в новой должности? Уехать? Странный ты конечно долбоеб... сказал Матракчи краситель ёбл.
Ибрагим оставил записку в шкатулке у Султана, предварительно отпросившись. Вместо себя хранителем покоев назначил Сюмбюля, а тут как раз рыжая не смогла больше ждать Султана и пошла к нему сама...
-у него Махидерван султан, ночь с четверга на пятницу... как мелочь из кошелька вывалил ей Секюль ага. На том и закончилось: рыжая стояла в ахуе, а Секюль ага тревожно ждал, во что все это выльется...
Рыжая не теряла надежды и вкидывала дрова, чтобы растопить наконец сердце Султана и идти к нему в покои:
Я так тебя любила, пока тебя не было
Я чуть не умерла от тоски в этой разлуке
Жизнь без тебя не жизнь
Ну что, ночевать у нас будешь?
Может, хотя бы поужинаешь у нас? а я в баню схожу на всякий))
Но Валидол уже поклевала султанский мозг и напомнила, что сегодня четверг - чпокать полагается законную жену Махедевран. И он вызвал ее. Они мылись обе в хаммаме и каждая думала о своем, но об одном...
Тем временем Виктория, которая уже Садыка, стала прислуживать самой Валидол. Ходила то к ней в комнату, то к себе. Таскала нож то туда, то сюда. Палится страшно, но все еще держится. Уже почти решилась воткнуть Султану нож в шею, но замахивается ножом она еще медленнее, чем разговаривает...
Плафон с бородкой, который второй визирь после великого, думал, что его ждет блестящий карьерный рост. Опиздюлился он хорошо. Чуть зубы не обломал, когда султан попросил принести плафон для Ибрагима. Ибрагиму он так и сказал: ты сучий слуга, я под тобой работать не буду, я готов целовать только жопу и подол султана.
А ты сам разве не сучий слуга Султана? Спросил его Ибрагим, у которого немножко развязался язык.
Потом Ибрагим засобирался ехать в свои родные пенаты, откуда его забрали десяти лет отроду, обратили в Ислам, в 17 дали должность Сокольничего, в 25 - хранителя дворца, а в 28 - он уже ебать великий визирь. Очень хотелось показать свой павлиний хвост, или правда скучал, или хотел порешать так вопросик с Хатикодже...
Это твое первое дело в новой должности? Уехать? Странный ты конечно долбоеб... сказал Матракчи краситель ёбл.
Ибрагим оставил записку в шкатулке у Султана, предварительно отпросившись. Вместо себя хранителем покоев назначил Сюмбюля, а тут как раз рыжая не смогла больше ждать Султана и пошла к нему сама...
-у него Махидерван султан, ночь с четверга на пятницу... как мелочь из кошелька вывалил ей Секюль ага. На том и закончилось: рыжая стояла в ахуе, а Секюль ага тревожно ждал, во что все это выльется...
❤🔥1
Сегодня я увидела сумку из ЦУМА и теперь я считаю, что в кожгалантерейной промышленности ничего лучше уже не сделают.
Поэтому я пошла на алик искать такую же за пятьсот рублей. А там... Вот и как не материться в этой жизни, если там реально - хуй!
Поэтому я пошла на алик искать такую же за пятьсот рублей. А там... Вот и как не материться в этой жизни, если там реально - хуй!
1