ФРС продолжает сокращать объем активов на балансе — минус $20 млрд за прошедшую неделю, а с начала года баланс снизился на $449,8 млрд. Как видно, Центральный банк по-прежнему отстает от своего графика и заложенные темпы сокращения активов за прошедшие восемь месяцев должны были бы привести к утрате $760 млрд. Однако имеем то, что имеем с учетом мини-банковского кризиса в марте—апреле и усилий ФРС по стабилизации системы.

Со своей стороны Минфин за неделю также несколько увеличил остаток средств на своем операционном счете, доведя его до $482 млрд. При этом по сравнению с данными на конец августа остаток на счете сократился на $60 млрд. Учитывая такой незначительный размер воздействия со стороны ФРС и Минфина, можно сказать, что их операции не могли оказать заметного влияния как на ликвидность системы в целом, так и на поведение участников рынка. Действительно, объем операций обратного РЕПО банков с ФРС остается с начала месяца в среднем около $1,57 трлн (а объем открытых позиций по колл-опционам на индекс S&P 500, резко упав в начале августа, также сохраняется примерно на том же уровне).

Что действительно в центре внимания, так это операции Казначейства на рынке госдолга для финансирования бюджетного дефицита, а также то, как эти операции могут повлиять на доходность облигаций вдоль кривой далее. В августе Минфин действительно заметно увеличил объем предложения бумаг на первичном рынке. Однако это в значительной степени было связано с ростом расходов на обслуживание долга до $1,98 трлн против $1,5 трлн в июле. В итоге Казначейство увеличило предложение бумаг в августе до $2,32 трлн по сравнению с $1,75 в июле. Чистый объем привлечения средств возрос до $333 млрд против $246 млрд месяцем ранее, однако не «ужас-ужас». Помимо роста выплат в рамках обслуживания долга, на позицию Минфина могут также влиять и растущие риски приостановки работы части правительственных учреждений (shutdown) с начала октября в случае, если партиям в Конгрессе не удастся договориться по бюджетным расходам (в период начинающейся предвыборной кампании).

Как это влияет на ставки? Оставаясь в мае «на сухом пайке», но получив в первых числах июня соглашение по бюджету и повышение лимита госдолга до января 2025-го, Казначейство активно заимствовало на рынке — чистый объем привлечения взлетел по итогам июня до $550 млрд, а доходность 10Y UST поднялась на 20 б.п. В июле доходность бумаг выросла еще на 12 б.п., а в августе в какой-то момент поднималась еще на 38 б.п., до 4,34%. При этом Минфин продолжает отчитываться по срокам заимствования: из отчетов видно, что приоритет по-прежнему за короткими бумагами (85,7% в августе). Даже с учетом высокого предложения со стороны эмитента, в коротком конце кривой ставки не превышают 5,5% — всё предложение выкупается. Что касается длинных ставок (наиболее важный для инвестора вопрос — где они будут), тут стоит сопоставлять влияние сразу несколько тенденций. Прежде всего, длинные ставки — это ожидания по экономике. А тут мы видим признаки замедления экономики США и еврозоны (собственно, чего добиваются регуляторы и открыто об этом говорят), да и экономика Китая не выглядит как отдельно взятая история успеха. Кроме того, если риски будут нарастать, ликвидность подсушиваться, а фондовый рынок возьмет уверенный «курс на Юг», все это отразится в доходности длинных казначейских бумаг, которая может быть заметно ниже 4,0%.

Все в мире относительно. И даже когда происходит рост доходности базовых активов - казначейских обязательств – вы себя спрашиваете: а стоит ли сейчас покупать корпоративные облигации в тех же Штатах или еврооблигации на развивающихся рынках? Вопрос совсем не простой, когда вы осознаете масштаб рисков, но рынки продолжают лезть наверх.
С начала года доходность 2Y UST выросла на 56 б.п., а 10Y - на 38. Что за это время произошло с корпоративным долгом на рынке США? Спрэды сузились:
Corporate Total: -12 б.п.
Corp MT: -7 б.п.
Corp LT: -21 б.п.
US HY: -94 б.п.
А на развивающихся рынках? Бумаги с качеством:
А: -6 б.п.
ВВВ: -14 б.п.
ВВ: -92 б.п.
В: -47 б.п.
При этом спрэды не только сужаются, они остаются ниже среднестатистических уровней за всю историю наблюдений (графики ниже).

Рынки, как будто, остаются в «розовых очках», стараясь не замечать создающихся проблем или стараясь «успеть заработать» до чего-то. До чего? В 2018 году вместе с повышением ставки сокращение баланса ФРС на 400 млрд привело к серьезным изменениям на рынке. Казначейство также за 8 месяцев 2023 года заняло $13,9 трлн на рынке гособлигаций по сравнению с $7,7 трлн за тот же период 2018.

В 2023 фондовый рынок США по индексу S&P 500, снижаясь умеренно второй месяц подряд, пока еще +16% к уровням конца 2022. Избыточная ликвидность при этом на самом капиталоемком рынке США продолжает снижаться – объем операций обратного РЕПО банков с ФРС упал почти на трлн – до $1,4 трлн по сравнению с уровнями 2022 года. ФРС запаздывает с собственным планом снижения объема активов на балансе, но все же – минус $452 млрд с начала года. Объем длинных позиций по колл-опционам на индекс S&P 500 также заметно снизился за последние 1,5 месяца.

Опережающие индексы по экономике США, Еврозоны и Китая – явно не история успеха. В конце месяца (28 сентября) будут опубликованы оценки роста ВВП США во 2К2023 – в третьем окончательном чтении (ожидания опять на уровне 2,4% против предыдущего снижения до 2,1%). А 26 октября будет дана первая предварительная оценка роста экономики в 3К2023.

Вывод - спрос на риск сохраняется, но как долго еще - не известно, в то время как риски потери стабильности только увеличиваются.

Как и ожидалось, по итогам совещания вчера ФРС ставку не изменила. Также, как и должно было произойти, ФРС в лице председателя Дж Пауэлла, в очередной раз заявила о готовности действовать «если что» и даже 12 из 19 членов Комитета заявили об оправданности еще одного повышения ставки в этом году. ФРС также добавила уверенности про «высокие и долгосрочные» (как в сказке – «долго и счастливо») – медиана теперь показывает сокращение ставки на 50 б.п. в 2024 г. против 100 б.п. ранее. Но это не проблема, может быть даже наоборот – хорошая возможность заработать. Но вот, что более важно:

Характеристика темпов экономического роста была повышена с «умеренной» до «стабильной», а характеристика занятости, наоборот, снижена, отражая признание действительности, что рост рабочих мест «замедлился», но «остался сильным». Таким образом:
- темпы роста экономики в 2023 резко повышены по сравнению с июньским прогнозом до 2,1% против 1,0% (также пересмотрены на 2024 – до 1,5% против 1,1% ранее)
- безработица (рынок труда) в 2023 пересмотрена до 3,8% против 4,1% ранее и в 2024 – 4,1% против ранее ожидавшегося роста до 4,5%
- дефлятор потребительских расходов (индекс PCE), который имеет большее значение для монетарной политики ФРС по сравнению с обычным индексом потребительских цен: здесь минимальные изменения – 3,3% в 2023 против ранее ожидавшихся 3,2%, а в 2024 – все флэт, т.е. без изменений – 2,5%. Базовый же индекс PCE – ожидается его снижение до 3,7% в 2023 по сравнению с предыдущей оценкой в 3,9%.

О чем все это говорит и на что влияет?
1. Возможное еще одно повышение ставки, например, в ноябре (хотя сейчас, до открытия рынка в США индикаторы CME Group говорят о вероятности в 68,5% сохранения ставки на уровне 5,25-5,50%) могли бы улучшить нам доходность по коротким бумагам – мы бы покупали T-Bills с доходностью уже 5,75, а не 5,5% как сейчас. Но это не сильное изменение

2. Как я много уже раз писал и говорил – длинные ставки, это не привязка к ставке ЦБ, а всегда ожидания участников рынка по экономике и инфляции, рискам и множеству других факторов, в том числе технического порядка. Поэтому повышение ФРС прогноза по темпам роста экономики – это негативный сигнал. Кривая доходности должна стать «более нормальной», т.е. спрэд между короткими (ставками ЦБ) и длинными ставками (по экономике) теперь должен стать уже. Что мы и увидели вчера, когда доходность 10Y UST поднялась и сегодня еще до открытия рынка в США достигла уже 4,44%.

Что может сломить тенденцию к ее росту? Риски на фондовом рынке США или отток средств с глобальных рынков (например, в результате негативных тенденций для экономик на фоне укрепления доллара и роста ставок). Или таких рисков, как приостановка деятельности правительственных учреждений в США с октября (shutdown) в результате того, что партии не договорятся по бюджетному процессу. Но тут, видимо, Казначейство уже подстелило соломку, агрессивно заимствуя на рынке последние 3 месяца.

Экономика США, ФРС, доходность 10Y UST и Bill Ackman

В прошлую среду ФРС удивила инвесторов, на протяжении многих месяцев, обсуждавших вероятность или «мягкой посадки» или рецессии в экономике. Постепенное замедление деловой активности в промсекторе и секторе услуг, снижение 16й месяц подряд индекса опережающих индикаторов LEI от US Conference Board с меньшей или большей отчетливостью формировали картину завтрашнего дня в понимании инвесторов и закладывали ожидания в отношении уровня длинных ставок.

И тут ФРС выходит и говорит, что за прошедший квартал увидела нечто новое, дающее основания резко повысить прогноз по экономике на 2023 до 2,1% (по сравнению с оценкой в 1,0% в июне) и на 2024 (также с 1,0 до 1,5%). Как итог – средне- и долгосрочные ставки поднимаются на 30-40 б.п. относительно начала месяца.

Если ФРС знает что-то больше, а Conference Board и S&P со своими индексами имели в виду что-то другое, то пересмотр темпов экономики в большую сторону означает что:

1. Фондовый рынок США должен начать срочно восстанавливаться (закрывшись в пятницу на уровне 4320 и потеряв 4% с начала месяца) – если с экономикой то, как оказывается, все в порядке.

2. Это пока ничего не говорит о возможном решении ФРС на след совещании 1 ноября - будет еще раз ставка повышена или нет. За последнюю неделю сентября и в октябре будет опубликовано множество менее и более важных отчетов по экономике, способных скорректировать ожидания по инфляции.

3. Доходность средне- и долгосрочных облигаций США может быть выше. В конце прошедшей недели доходность и 10Y UST приблизилась, а сегодня на пре-маркете торгуется вблизи 4,5%.

Кстати, в конце прошедшей недели Bill Ackman опубликовал свой взгляд в отношении бюджета, размера заимствований, уровня долга и подытожил, что доходность 30Y UST должна в этих условиях стремиться к уровню 5,5%. Уровень 30-летних ставок, конечно, более важен для рынка MBS, но как индикатив, тоже полезен, а ход мысли Акмана дает основание понимать, что 10Y UST может быть где-то 5,0%+.

Так ли это? Уже на этой неделе у нас, возможно, будет больше оснований понимать, чем продиктован оптимизм ФРС: в четверг будет опубликована окончательная оценка по ВВП США за 2К2023 (прогноз 2,2% против 2,0% пред оценки). В тот же день поздно вечером по европейскому времени выступит сам председатель Пауэлл, и возможно, раскроет секрет своих знаний.

Конец месяца и, по графику – отчет по дефлятору потребительских расходов (PCE): в августе темпы ускорились до 0,39% м/м (против 0,21% в июле, 0,17% в июне и 0,11% в мае). В годовом выражении темпы выросли до 3,48% против ожиданий на уровне 3,50% (т.е. in-line) и 3,40% месяцем ранее и 3,20% в июне. Влияние совершенно объяснимо – рост цен на энергоносители (и это-то в начале отопительного сезона!).

С другой стороны, темпы роста базового индекса PCE – т.е. без учета цен на продовольствие и энергоносители – выросли на 0,14% м/м, а в годовом выражении замедлились до 3,88% по сравнению с 4,29% месяцем ранее (самые высокие темпы в этом году – 4,9% в январе). Т.е. объективно – неплохие данные, осталось только урезонить как то цены на нефть, которые превысили $90 барр.

Что этот отчет меняет? Да пока почти ничего. Это лишь один из тех важных отчетов в череде других, которые будут приняты во внимание ФРС на следующем совещании, до которого еще целый месяц. Поэтому, просто принимаем к сведению и держим в голове, но с положительным знаком

🇺🇸Согласно отчету, потребительские цены в США выросли в сентябре на 0,40% м/м по сравнению с 0,63% месяцем ранее. В годовом выражении темпы ускорились до 3,70% против 3,67% месяцем ранее. Как уже отмечалось, рост цен на энергоносители в сентябре должен был объективно повлиять на инфляцию, и мы видим это – дефляционные процессы середины года сошли полностью на нет.

Однако, что более важно, базовый индекс цен (т.е. без учета цен на энергоносители и продукты питания) вырос на 0,32% м/м по сравнению с ростом на 0,28% в августе – формально, ускорение. Однако, в годовом выражении рост замедлился – 4,15% г/г против 4,35% месяцем ранее и темпы продолжают снижаться относительно уровней 2022 и начала года.

Вышедший отчет нельзя назвать однозначно «плохим» или «хорошим». Для ФРС, плановое совещание которой пройдет 1 ноября, более важным будет отчет 27 октября по дефлятору потребительских цен (PCE) – по нему пока ожидания нейтральные (+0,4% м/м и 3,5% г/г против 0,39% м/м и 3,48% г/г в августе). Рынок (CME Group) оценивает вероятность сохранения ФРС ставки на уровне 5,5% сегодня после отчетов выше 87% (вчера 91%).

Отчет SWIFT по доле валют в международных расчетах

Отчеты SWIFT по динамике долей валют в международных расчетах вызывали всегда большой интерес, что естественным образом связано с развитием экономик стран, «бросающих вызов» прежним лидерам. Так, с появлением и активным расширением Европейского валютного союза в конце 90х – начале нулевых было крайне интересно следить за тем, как в международных расчетах растет доля Евро и, соответственно, диверсифицируются риски участников международных отношений по резервным валютам.

От быстрого роста экономики Китая (1,7% мирового ВВП в начале 80х, в начале 2000х – 3,6%, в 2011 уже 10% и по итогам 2022 – 18%), которая стала уже второй по размеру экономикой мира (США 25%, ВВП Еврозоны 14%), все ожидали такого же быстрого роста доли юаня в международных расчетах. Однако, Китай по-прежнему не стремится интернационализировать свою валюту, выставляя огромное количество жестких условий как в экспортно-импортных сделках, так и по использованию юаня в кредитных операциях. Руководство страны по-прежнему придерживается политики управляемого плавающего обменного курса, и валюта до сих пор не является свободно плавающей.

Согласно последнему отчету SWIFT, в сентябре доля юаня выросла до 3.7% по сравнению с 2.8% в конце 2К2023 (2.3% в конце 1К2023 и 2.1% в конце 4К2022). В конце 2021 года доля юаня оценивалась SWIFT на уровне 2.7% – т.е. реальное ускорение произошло только сейчас. Вполне возможно, что это связано с ростом использования юаня в торговом финансировании – по данным SWIFT она достигла в сентябре 5.8% по сравнению с 1,9% в начале 2022. Таким образом понятно, что рост произошел ввиду резкого перехода России на юань в практике торгового финансирования.

Доходность казначейских облигаций и, в частности, долгосрочных, остается в центре внимания. В начале этой недели доходность 10Y UST поднялась до 5,0187% впервые с середины 2007, а 30Y UST – до 5,176%. Это рост ставок на 22-31 б.п. за неделю с 16 октября и на 33-48 б.п. с начала месяца.

Потенциально, укрепление доллара и более высокая доходность казначейских облигаций – как базовый уровень ставок вдоль кривой – делает заимствования и рефинансирование существенно более дорогим. А для кого-то, особенно на развивающихся рынках или компаний с невысокой капитализацией и невысокими рейтингами по определению, практически, совершенно невозможным. Это тормозит экономический рост и увеличивает нагрузку на всю финансовую систему (в том числе для госбюджета). Ранее этот факт уже отмечали представители ФРС и даже заявляли, что столь быстрый рост рыночных ставок делает ненужным дальнейшие шаги центрального банка по ужесточению процентной политики, так как уже охлаждают экономику (теоретически, это должно способствовать снижению инфляции).

Проблема, правда, как я уже много раз говорил – не в «перегретой экономике», а в бюджетной политике, прежде всего, и в том, что ФРС, как и многие центральные банки других стран, существенно запаздывают в периоды, когда надо быстро включиться, так и тогда, когда уже полезно остановиться с поддержкой экономики.

Интересно также и то, что доходность даже коротких казначейских облигаций, например, 6-месячных, превысила дивидендную доходность по фондовому индексу S&P 500. Поэтому совершенно не удивительно, что, поднявшись почти до 5,02% по доходности, 10-летние облигации стали крайне привлекательны для инвесторов и в тот же день (23/10) к концу дня опустилась до 4,84%.

Одновременно с этим выступил и Bill Ackman, основатель и глава фонда Pershing Square Capital Management который в сентябре всех удивил, заявив, что видит реалистичным уровень в 5,5% по 30-летним облигациям. Его предположения тогда были основаны на убеждении, что растущий дефицит, рост инфляции и эскалация геополитической напряженности приведут к увеличению доходности. Больший фурор, конечно, произвел глава JPMorgan Chase & Co Jamie Dimon, дважды повторивший за пару недель, что инвесторы должны «быть готовы к ставкам в 7%».

Сегодня же Акман резко поменял свое мнение, объявив о том, что закрывает все короткие позиции по облигациям и считает, что «экономика замедляется быстрее, чем предполагают последние данные». Он также вспомнил, что «в мире слишком много рисков, чтобы сохранять короткие позиции по облигациям на таких уровнях». Интересно. Видимо, он знает гораздо больше, чем члены Комитета ФРС и, возмоно, его стоит номинировать на пост главы ФРС США после того, как полномочия Дж. Пауэлла истекут скоро.

Тем не менее, месяц назад 5,5% по 30Y UST вполне укладывалась в справедливое восприятие мира Билла Акмана. Не важно. Вопрос в другом, что многие инвесторы, не верившие в то, что доходность длинных бумаг вообще может с 4,2% пойти к 5% и выше, активно покупали 10Y UST и такие популярные ETF как TLT (прокси на долгосрочные казначейские облигации). В начале недели они обливались кровавыми слезами, а сегодня, когда доходность опустилась ниже 5%, они готовы увеличивать позиции, «усредняясь».

Правы они или нет, куда пойдет рынок? Предугадать невозможно – это как вопросы «Где, ты думаешь, будет евро в конце года? А в конце 2024?». Продолжение ⤵️

Ответ на вопрос о доходности лежит в области не предсказательного, а вполне фундаментального порядка:
1) Завтра будут опубликованы первые предварительные оценки по ВВП США в 3-квартале. За последние несколько недель ожидания выросли с 4,1% до 4,3, а теперь уже до 4,5% (я даже видел оценки в 4,7%). Соответственно, «+» или «-» относительно этого серьезно повлияет на длинные ставки. Возможно также, что если данные выйдут сильными, то сразу после этого отчета доходность пойдет вниз – чисто технический эффект («покупай на слухах, фиксируй на факте»).
2) И крайне важный момент – Казначейство не просто продолжает заимствовать на рынке, но и наращивает объем. С начала октября эмитент занял уже $1,7 трлн, а в оставшиеся два дня недели доведет объем до $2,05 трлн, «перекрыв» планку сентября.

Поэтому я бы не сильно надеялся – на мой взгляд, вероятность роста доходности до 5%+ выше, чем снижения обратно к 4%. Я бы ожидал, что на некоторое время она закрепится около 5%, превышая это значение в «спокойных условиях» и опускаясь ниже в «критических».

Дальше – вполне возможно, что октябрьские данные по рынку труда будут уже не такими сильными, как в предыдущих периодах, а жесткие условия уже начнут оказывать негативное влияние на экономику и ее оценки будут становиться «более мягкими», понижая длинные ставки на кривой. Может быть я и не прав, посмотрим - каждый день вносит коррективы, но долгосрочные тенденции сохраняются 😎

Доходность UST падает! А что, что случилось?!

Публикация неожиданно сильных данных по экономике США за 3К2023 превзошла даже самые сильные ожидания – 4,9% против ожиданий 4,7% среди оптимистов. В этой связи некоторые ветераны долгового рынка тут же припомнили, что подавляющее число эпизодов bear-steepening (поясню – увеличение угла наклона кривой за счет роста доходности длинных бондов) происходит как раз после завершения рецессии в экономике (или заметных кризисов). Собственно, это обычно сопровождается ростом индекса ISM, публикации которого мы как раз и ждали, видя «четкий» тренд в числе новых заказов, производстве продукции, найме, росте запасов и поставках (график ниже).

Опубликованные сегодня данные по всем этим показателям, как и по самому индексу ISM США за октябрь оказали не только неожиданными, но и выбивающимися из «тренда». Возможно, конечно, что это аберрация и первый месяц 4-квартала не показателен. Отчеты по опережающим показателям теперь будут «на вес золота», но сомнения в отношении супер-успешного 3-квартала (4,9%) уже заронены и ожидания в отношении темпов роста в 4К23 будут уже формироваться более слабыми.

Соответственно, на стороне тех, кто ждет, что доходность длинных UST будет ниже 5% неожиданно уже два из трех ключевых фактора – геополитические риски и «замедление экономики». «За» рост ставок остается пока один фактор – технический, в виде предложения со стороны Казначейства, которое вчера опубликовало свой план на 4К23 и 1К24.

Эйфория? Эйфория, ура! Э, вы уверены?

Как же хорошо – в среду ФРС сохранила ставку и может даже ее уже не будет повышать, а Казначейство снизило план заимствований на 4К23 до 776 млрд, т.е. на 76 млрд долларов относительно пиковых заимствований в 3К23 (852 млрд). Это ли не прекрасно!? И вот, мы видим, как за 1,5 дня торгов доходность 5-30Y облигаций улетает вниз на 20-30 б.п., а 10Y облигации, доходность которых еще буквально 23 октября уходила в небеса и достигала 5,0187%, падает в четверг до 4,624%. Люди воодушевлены и поздравляя друг друга, открывают длинные позиции в таких ETF как TLF и TMF.

Хм. Как известно, «дьявол кроется в деталях»: опубликовав свой «сокращенный» план заимствований, Казначейство заявило, что намерено постепенно увеличивать объем предложения купонных средне- и долгосрочных облигаций и FRN – предыдущие кварталы эмитент заимствовал преимущественно за счет краткосрочного долга с погашением до года (в сентябре доля этих займов достигла 90%).

Согласно плану, который, конечно же будет учитывать все формирующиеся условия, эмитент намерен увеличить объем предложения: на 3 млрд в месяц для 2Y и 5Y облигациям, на 2 млрд в месяц для 3Y бумаг и на 1 млрд в месяц для 7Y облигаций. Казначейство планирует также увеличить объем в обращении нового выпуска 10Y облигаций и размер доразмещения текущих 10Y бумаг на 2 млрд долларов (также для 30Y – на 1 млрд). Объемы выпуска 20Y облигаций пока сохранятся. Казначейство также намерено увеличить объем доразмещения по 2Y FRN в ноябре и декабре, а также размер эмиссии нового выпуска в январе на 2 млрд.
Уже на следующей неделе Казначейство предложит 3Y, 10Y и 30Y облигации на сумму 112 млрд суммарно (48, 40 и 24 млрд, соответственно) для покрытия расходов в размере 102.2 млрд на обслуживание долга. Таблица Казначейства с плановыми объемами размещения ниже (млрд долларов).

Таким образом, вот некоторые выводы по трем ключевым для доходности облигаций факторам:
1) Рецессии не будет, но и предварительные оценки за 3К23, видимо, будут пересматриваться и ожидания на 4К23 (учитывая последний отчет по ISM) будут, мягко говоря, более объективными,

2) Наклон кривой казначейских облигаций будет неуклонно «нормализовываться», а высокие потребности бюджета будут заставлять Казначейство (по возможности) выжимать все соки из рынка,

3) Уровень рисков на глобальных рынках еще не достиг уровня «боли», поэтому геополитика, но без увечий кредитного порядка (в виде чувствительных для всех развивающихся рынков бюджетных кризисов отдельных стран), пока не способны привести к массовому оттоку капиталов в «надежную гавань».

PS
Возможно, что опять неожиданно сильные отчеты по рынку труда в США сегодня отразятся в моменте на рынке, но главный тренд понятен и краткосрочные отклонения от него возможны… ненадолго.

Выступая на панельной дискуссии МВФ, глава ФРС Дж Пауэлл заявил, что инфляция замедляется, но он «не уверен», что ставка повышена достаточно, чтобы снизить инфляцию до целевых 2% в ближайшие два или три года, поэтому ФРС без колебаний пойдет на ужесточение, если потребуется. Заметное изменение в риторике! Но ФРС периодически напоминает, что ЦБ не дремлет. И к этому привыкли.

Но важно то, что Пауэлл вчера попытался сказать, что ФРС, мол, не ориентируется сейчас на рост доходности долгосрочных облигаций. Ага, конечно! По итогам прошедшего совещания 1 ноября Пауэлл и его коллеги как раз говорили о том, что «значительное ужесточение финансовых условий» (т.е. рост доходности облигаций) может оказать дополнительное давление на экономику и заменит собой необходимость ФРС повышать ставку еще.

Тогда, большинство участников рынка (услышав только про ставку), восприняли заявления ФРС как сдвиг в область более мягкой монетарной политики. А заброшенная в массы известными инвесторами мысль о том, что ставки в 5% и выше «не отвечают современному уровню рисков», быстро увлекла длинные ставки вниз: достигнув почти 5,02%, доходность 10Y UST падала в какой-то момент до 4,49%. И тут, очевидно, забеспокоилась уже ФРС, и мы вновь услышали почти металлические нотки в словах Пауэлла.

А между тем, октябрьский отчет Казначейства по заимствованиям говорит, что чистый объем привлечения средств в бюджет снизился до $241 млрд по сравнению с $550 в июне или $333 и 272 млрд в августе-сентябре, соответственно. Однако, в номинальном выражении в октябре было размещено бумаг на $2,53 трлн ($1,76 трлн в сентябре) – это максимальный за всю историю объем. При этом доля краткосрочных T-Bills снизилась до 82%, а среднесрочных купонных облигаций возросла до 16%.

Объявленные ранее Казначейством планы по увеличению объема заимствований с использованием средне- и долгосрочных облигаций, а также слабые итоги прошедших на этой неделе аукционов по размещению 10Y и 30Y все больше подтверждают, что 4,5 или 4,6% – не соответствующий реалиям низкий уровень доходности для 10Y UST (учитывая также падение рисков развития полномасштабной войны на Ближнем Востоке на данный момент).

🇺🇸 Агентство Moody's в пятницу изменило прогноз рейтинга США со «Стабильного» на «Негативный», обосновав свое решение растущими негативными рисками бюджетной политики высоким бюджетным дефицитом и снижением доступности долга.

В своем заявлении агентство отметило, что «в контексте более высоких процентных ставок без эффективных мер налогово-бюджетной политики, которые могут привести к сокращению государственных расходов или увеличению доходов, Moody's ожидает, что бюджетный дефицит США останется очень большим, что значительно ослабит доступность долга. Продолжающаяся политическая поляризация внутри Конгресса США повышает риск того, что сменяющие друг друга силы не смогут достичь консенсуса по бюджетному плану, чтобы продемонстрировать снижение доступности долга».