41. Джефф Вандермеер. Борн. 2017
Прочитала я аннотацию:
"В разрушенном войнами городе будущего мусорщица Рахиль подбирает странное существо — не то животное, не то растение, не то оружие. Борн — так девушка называет найденыша — учится говорить и понимать мир, населенный такими же, как он, неудавшимися экспериментами ученых. Задает неудобные вопросы (что такое машина? личность? ад? здравый ум?). Показывает красоту среди развалин. Заставляет вспомнить прошлое, осознать ответственность, испытать — привязанность, ощутить — опасность."
И решила я, что это что-то миленькое, что-то wholesome. Вандермеера я раньше не читала.
Это настоящая фантастика! Не реалистический мир, построенный на одном фантастическом допущении, не учёные предположения о том, как будет развиваться технологический прогресс в близком и далёком будущем, а, чёрт возьми, летающий по небу гигантский медведь, жуки-информаторы и оружие в виде живой рыбы с человеческим лицом. Потому что так в этом мире работает биоинженерия. Этикеточки “фэнтези”, “научная фантастика”, “постапокалипсис” отказываются прилипать на экзотическую шкуру романа. И он, уж конечно, не миленький. Авторский слог мне очень понравился, у текста узнаваемый стиль и характер, в сочетании с богатством мира, это даёт книгу, в которой, кажется, и сюжет не очень важен. История в “Борне” и правда мала, и уместилась бы в пару жестоких предложений.
А ещё Вандермеер классно пишет от лица женщины.
📖 Подойдя к краю двора, я наткнулась на необычную картину. Для города, впрочем, она как раз была самой обычной. Три мертвых астронавта, упавших на Землю и вкопанных в нее по грудь, словно поникшие тюльпаны, разбитые забрала были полны праха. Из шлемов расползались то ли странные лишайники, то ли плесень. А еще – кости. Мое сердце вздрогнуло, заметавшись между надеждой и отчаянием. Выходит, кто-то все-таки прибыл в город из недоступного далека, например – из космоса! Это означало, что где-то там оставались люди. Но прибывшие погибли здесь, как гибло здесь все.
📖 Барометром нашего отчаяния стала ночная стрельба. Патронов в городе было так мало, что каждый выстрел, близкий ли, далекий, казался началом последней битвы. В те ночи, когда количество выстрелов переваливало за дюжину, мы уже верили, что нас вот-вот смоет кровавый девятый вал. Ночные огни также превратились в невиданные прежде ловушки. Крошечные островки жизни, от которых уже не ждешь ничего хорошего.
📖 Вик уверяет меня, что мы живем в альтернативной реальности, на что я возражаю, что это его Компания всегда была альтернативной реальностью. А мы каждый день создаем настоящую реальность, наши реальные действия создают многочисленные реальности, пока мы живы. Я говорю ему, что Компания – это прошлое, пытавшееся жить за счет будущего. А будущее – это мы.
📖 – А еще, Рахиль, я могу поведать тебе о твоем прошлом, причем куда больше, чем известно тебе самой. Ну, все эти белые пятна, ты понимаешь, о чем я. Я знаю, что в них спрятано.
Что бы вы сделали, мои читатели, давно следящие за мной так же, как следила Морокунья, – невидимо, внимательно и не беспокоясь о последствиях?
Прочитала я аннотацию:
"В разрушенном войнами городе будущего мусорщица Рахиль подбирает странное существо — не то животное, не то растение, не то оружие. Борн — так девушка называет найденыша — учится говорить и понимать мир, населенный такими же, как он, неудавшимися экспериментами ученых. Задает неудобные вопросы (что такое машина? личность? ад? здравый ум?). Показывает красоту среди развалин. Заставляет вспомнить прошлое, осознать ответственность, испытать — привязанность, ощутить — опасность."
И решила я, что это что-то миленькое, что-то wholesome. Вандермеера я раньше не читала.
Это настоящая фантастика! Не реалистический мир, построенный на одном фантастическом допущении, не учёные предположения о том, как будет развиваться технологический прогресс в близком и далёком будущем, а, чёрт возьми, летающий по небу гигантский медведь, жуки-информаторы и оружие в виде живой рыбы с человеческим лицом. Потому что так в этом мире работает биоинженерия. Этикеточки “фэнтези”, “научная фантастика”, “постапокалипсис” отказываются прилипать на экзотическую шкуру романа. И он, уж конечно, не миленький. Авторский слог мне очень понравился, у текста узнаваемый стиль и характер, в сочетании с богатством мира, это даёт книгу, в которой, кажется, и сюжет не очень важен. История в “Борне” и правда мала, и уместилась бы в пару жестоких предложений.
А ещё Вандермеер классно пишет от лица женщины.
📖 Подойдя к краю двора, я наткнулась на необычную картину. Для города, впрочем, она как раз была самой обычной. Три мертвых астронавта, упавших на Землю и вкопанных в нее по грудь, словно поникшие тюльпаны, разбитые забрала были полны праха. Из шлемов расползались то ли странные лишайники, то ли плесень. А еще – кости. Мое сердце вздрогнуло, заметавшись между надеждой и отчаянием. Выходит, кто-то все-таки прибыл в город из недоступного далека, например – из космоса! Это означало, что где-то там оставались люди. Но прибывшие погибли здесь, как гибло здесь все.
📖 Барометром нашего отчаяния стала ночная стрельба. Патронов в городе было так мало, что каждый выстрел, близкий ли, далекий, казался началом последней битвы. В те ночи, когда количество выстрелов переваливало за дюжину, мы уже верили, что нас вот-вот смоет кровавый девятый вал. Ночные огни также превратились в невиданные прежде ловушки. Крошечные островки жизни, от которых уже не ждешь ничего хорошего.
📖 Вик уверяет меня, что мы живем в альтернативной реальности, на что я возражаю, что это его Компания всегда была альтернативной реальностью. А мы каждый день создаем настоящую реальность, наши реальные действия создают многочисленные реальности, пока мы живы. Я говорю ему, что Компания – это прошлое, пытавшееся жить за счет будущего. А будущее – это мы.
📖 – А еще, Рахиль, я могу поведать тебе о твоем прошлом, причем куда больше, чем известно тебе самой. Ну, все эти белые пятна, ты понимаешь, о чем я. Я знаю, что в них спрятано.
Что бы вы сделали, мои читатели, давно следящие за мной так же, как следила Морокунья, – невидимо, внимательно и не беспокоясь о последствиях?
Товарищи, кто-нибудь хочет поучаствовать в лайвлибовской "Долгой Прогулке"? Это обязательства длинною в год, необходимо читать по книге в месяц и писать рецензии. (правила тут)
Кто отважный воин пишите капитану @hanachirusato
Кто отважный воин пишите капитану @hanachirusato
42. Ричард Шеридан. Школа злословия. 1777
Я решила выяснить, так ли жестока сатира XVIII века, как о ней говорят.
Пьеса бичует сплетников и клеветников. Я лишь пару лет назад столкнулась с этой удивительной породой людей, и с изумлением увидела, как кто-то с упоением сочиняет другим романы и беременности, с многозначительным видом делится сплетнями с окружающими (которые ни о чём не спрашивали), а в своём кругу начинают перебирать всех знакомых и незнакомых, каждому придумывая недостатки и пороки. Это шокирует, прочитала бы такое в пьесе — не поверила, что так бывает.)
Богатый сэр Оливер приезжает из Индии икогнито, чтобы испытать своих уже взрослых племянников, выросших на попечении другого джентельмена. У старшего Джозефа - безупречная репутация и благородные речи, но, притворившись бедным родственником в тяжелой ситуации, сэр Оливер обнаруживает, что за словами не следует никаких добрых дел.
📖 Сэр Оливер Сэрфес. Мне грустно это слышать: слишком у него хорошая репутация для честного человека. Все его хвалят? Это значит, что жуликам и дуракам он кланяется так же низко, как честному достоинству ума и добродетели.
Сэр Питер Тизл. Как, сэр Оливер? Вы осуждаете его за то, что он не нажил врагов?
Сэр Оливер Сэрфес. Да, осуждаю, если он достоин их иметь.
Сэр Питер Тизл. Погодите, вы сами убедитесь, когда его узнаете. Поучительно слушать, как он говорит, — он высказывает благороднейшие мысли.
Сэр Оливер Сэрфес. Черта мне, что он высказывает! Если он вздумает меня приветствовать с недожёванной моралью за щекой, меня тут же стошнит.
Младший брат Чарльз - известный гуляка, перезакладший уже всё, чтобы пить и играть.
📖 Джозеф Сэрфес. Чарлз повел себя неосторожно, сэр, конечно. Но я надеюсь, не нашлось еще праздных людей, чтобы заранее повредить ему во мнении сэра Оливера. Он может еще исправиться.
Сэр Бенджамен Бэкбайт. Разумеется, может. Что касается меня, то я никогда не верил, чтобы он был до такой степени лишен всяких принципов, как это про него говорят, и, хоть он и растерял всех своих друзей, я слышал, он пользуется исключительными симпатиями среди евреев.
Крэбтри. Верно, племянник, честное слово! Если бы еврейский квартал имел самоуправление, то Чарлз, наверное, был бы у них выборным старшиной. Там нет человека популярнее, ей-богу! Я слышал, он выплачивает не меньше процентов, чем ирландское страховое общество, а когда он болен, то о восстановлении его здоровья молятся во всех синагогах.
Ему Оливер представляется ростовщиком, и видит, что Чарлз живет именно в том чаду, как про него говорят, и рад продать портреты предков по сходной цене, но - портрет Оливера не продает, говоря что дядюшка из далекой Индии много для него сделал.
📖 Мозес. Ну что же, сэр, мне кажется, вы, как говорит сэр Питер, видели мистера Чарлза в полной славе. Жаль, что он такой ужасный мот.
Сэр Оливер Сэрфес. Да, но моего портрета он не продал.
Мозес. И такой любитель вина и женщин.
Сэр Оливер Сэрфес. Но моего портрета он не продал.
Мозес. И такой отчаянный игрок.
Сэр Оливер Сэрфес. Но моего портрета он не продал.
Это располагает Оливера к нему сильнее, чем тот факт, что Чарльз немедленно посылает деньги подставному “бедному родственнику”, оказывая тому помощь, которой не дал старший брат.
📖 Чарлз Сэрфес. Ради бога, не говорите об этом! Бедному Стенли надо помочь неотложно, и если вы не поторопитесь, то явится кто-нибудь другой, у кого больше прав на эти деньги.
Мне этот жест не кажется особо благородным - ведь Чарлз отдает чужие деньги, которые он должен. Это типичное дворянское пренебрежение к обязательствам перед простолюдинами: долг перед дворянином священен, но людьми, которые тебя кормили, одевали, обслуживали - и которые живут на доход, можно пренебречь, бегать от этих кредиторов не стыдно.
В общем, мот и гуляка вознагражден деньгами и невестой, лжец теряет репутацию в комедийной сцене с женами и мужьями, прячущимися в шкафах и за ширмами. Ну ок.
Я решила выяснить, так ли жестока сатира XVIII века, как о ней говорят.
Пьеса бичует сплетников и клеветников. Я лишь пару лет назад столкнулась с этой удивительной породой людей, и с изумлением увидела, как кто-то с упоением сочиняет другим романы и беременности, с многозначительным видом делится сплетнями с окружающими (которые ни о чём не спрашивали), а в своём кругу начинают перебирать всех знакомых и незнакомых, каждому придумывая недостатки и пороки. Это шокирует, прочитала бы такое в пьесе — не поверила, что так бывает.)
Богатый сэр Оливер приезжает из Индии икогнито, чтобы испытать своих уже взрослых племянников, выросших на попечении другого джентельмена. У старшего Джозефа - безупречная репутация и благородные речи, но, притворившись бедным родственником в тяжелой ситуации, сэр Оливер обнаруживает, что за словами не следует никаких добрых дел.
📖 Сэр Оливер Сэрфес. Мне грустно это слышать: слишком у него хорошая репутация для честного человека. Все его хвалят? Это значит, что жуликам и дуракам он кланяется так же низко, как честному достоинству ума и добродетели.
Сэр Питер Тизл. Как, сэр Оливер? Вы осуждаете его за то, что он не нажил врагов?
Сэр Оливер Сэрфес. Да, осуждаю, если он достоин их иметь.
Сэр Питер Тизл. Погодите, вы сами убедитесь, когда его узнаете. Поучительно слушать, как он говорит, — он высказывает благороднейшие мысли.
Сэр Оливер Сэрфес. Черта мне, что он высказывает! Если он вздумает меня приветствовать с недожёванной моралью за щекой, меня тут же стошнит.
Младший брат Чарльз - известный гуляка, перезакладший уже всё, чтобы пить и играть.
📖 Джозеф Сэрфес. Чарлз повел себя неосторожно, сэр, конечно. Но я надеюсь, не нашлось еще праздных людей, чтобы заранее повредить ему во мнении сэра Оливера. Он может еще исправиться.
Сэр Бенджамен Бэкбайт. Разумеется, может. Что касается меня, то я никогда не верил, чтобы он был до такой степени лишен всяких принципов, как это про него говорят, и, хоть он и растерял всех своих друзей, я слышал, он пользуется исключительными симпатиями среди евреев.
Крэбтри. Верно, племянник, честное слово! Если бы еврейский квартал имел самоуправление, то Чарлз, наверное, был бы у них выборным старшиной. Там нет человека популярнее, ей-богу! Я слышал, он выплачивает не меньше процентов, чем ирландское страховое общество, а когда он болен, то о восстановлении его здоровья молятся во всех синагогах.
Ему Оливер представляется ростовщиком, и видит, что Чарлз живет именно в том чаду, как про него говорят, и рад продать портреты предков по сходной цене, но - портрет Оливера не продает, говоря что дядюшка из далекой Индии много для него сделал.
📖 Мозес. Ну что же, сэр, мне кажется, вы, как говорит сэр Питер, видели мистера Чарлза в полной славе. Жаль, что он такой ужасный мот.
Сэр Оливер Сэрфес. Да, но моего портрета он не продал.
Мозес. И такой любитель вина и женщин.
Сэр Оливер Сэрфес. Но моего портрета он не продал.
Мозес. И такой отчаянный игрок.
Сэр Оливер Сэрфес. Но моего портрета он не продал.
Это располагает Оливера к нему сильнее, чем тот факт, что Чарльз немедленно посылает деньги подставному “бедному родственнику”, оказывая тому помощь, которой не дал старший брат.
📖 Чарлз Сэрфес. Ради бога, не говорите об этом! Бедному Стенли надо помочь неотложно, и если вы не поторопитесь, то явится кто-нибудь другой, у кого больше прав на эти деньги.
Мне этот жест не кажется особо благородным - ведь Чарлз отдает чужие деньги, которые он должен. Это типичное дворянское пренебрежение к обязательствам перед простолюдинами: долг перед дворянином священен, но людьми, которые тебя кормили, одевали, обслуживали - и которые живут на доход, можно пренебречь, бегать от этих кредиторов не стыдно.
В общем, мот и гуляка вознагражден деньгами и невестой, лжец теряет репутацию в комедийной сцене с женами и мужьями, прячущимися в шкафах и за ширмами. Ну ок.
Но вообще Шеридан умудрился взбесить меня ещё в предисловии-посвящении. В стихотворном послании к миссис Крю, автор описывает идеальную женщину - Аморетту, чтобы потом, конечно же сказать, что прообраз этого совершенства - сама миссис Крю. В чем совершенство Аморетты? 1) Она красива 2) она не знает, что красива 3) она умна до определенного предела. Читайте сами:
📖 При виде той, что получила в дар
Всю полноту, всю яркость женских чар,
Мы были бы должны тщеславный нрав
Отнесть к числу ее природных прав.
Но Аморетта в милой простоте
Сама своей не верит красоте
И стрелы чар, разящие кругом,
Невинно хочет оперить умом:
Всех женских знаний совмещая груз,
Воспитанница Грэвиля и Муз,
Любя учиться, помня грань пути,
Докуда можно женщине идти,
Она бы Фебу, если б встарь жила,
Не жрицей, а возлюбленной была
С застенчивою робостью очей
И кроткою покорностью речей;
Как ни разумно говорит она,
В ней словно неуверенность слышна;
И, этой женской прелестью дыша,
Как разум мил, как мудрость хороша!
По-моему, за такие комплименты нужно отказывать поэтам от своего литературного салона.
📖 При виде той, что получила в дар
Всю полноту, всю яркость женских чар,
Мы были бы должны тщеславный нрав
Отнесть к числу ее природных прав.
Но Аморетта в милой простоте
Сама своей не верит красоте
И стрелы чар, разящие кругом,
Невинно хочет оперить умом:
Всех женских знаний совмещая груз,
Воспитанница Грэвиля и Муз,
Любя учиться, помня грань пути,
Докуда можно женщине идти,
Она бы Фебу, если б встарь жила,
Не жрицей, а возлюбленной была
С застенчивою робостью очей
И кроткою покорностью речей;
Как ни разумно говорит она,
В ней словно неуверенность слышна;
И, этой женской прелестью дыша,
Как разум мил, как мудрость хороша!
По-моему, за такие комплименты нужно отказывать поэтам от своего литературного салона.
43. Кейт Битон. Чу! Бродяга. 2011
Первым комиксом, который я увидела у Кейт Битон был ее стрип про сестёр Бронте — мне его показали, когда я прочитала “Джейн Эйр” и была в очередной раз шокирована тем, что женская классика оказалась не соловьиной песней про любовь, а волчьим воем с вересковых пустошей. (Я поздно открыла женщин писательниц, и обычно, читая, обнаруживала, что все мои представления о книгах, написанных женщинами, были навязаны стереотипами, и в реальности их романы гораздо более резкие, дерзкие, сильные и неласковые, что анонимные романы младших Бронте не спроста считали образцом мужественности и чтением, не положеным женщинам). С Шарлоттой было иначе. “Джейн Эйр” действительно оказался в какой-то мере романом о любви, вот только к настолько недостойному предмету, что переварить это мне удалось только в том числе благодаря комиксу, показавшему мне, что я не одна это вижу.
Остальные комиксы оказались вовсе не про литературу, а про историю, и больше про историю Канады. Половину я просто не поняла, остальные были в разной степени смешны. Ниже запощу несколько.
Первым комиксом, который я увидела у Кейт Битон был ее стрип про сестёр Бронте — мне его показали, когда я прочитала “Джейн Эйр” и была в очередной раз шокирована тем, что женская классика оказалась не соловьиной песней про любовь, а волчьим воем с вересковых пустошей. (Я поздно открыла женщин писательниц, и обычно, читая, обнаруживала, что все мои представления о книгах, написанных женщинами, были навязаны стереотипами, и в реальности их романы гораздо более резкие, дерзкие, сильные и неласковые, что анонимные романы младших Бронте не спроста считали образцом мужественности и чтением, не положеным женщинам). С Шарлоттой было иначе. “Джейн Эйр” действительно оказался в какой-то мере романом о любви, вот только к настолько недостойному предмету, что переварить это мне удалось только в том числе благодаря комиксу, показавшему мне, что я не одна это вижу.
Остальные комиксы оказались вовсе не про литературу, а про историю, и больше про историю Канады. Половину я просто не поняла, остальные были в разной степени смешны. Ниже запощу несколько.
Любезные читатели...
1. ... я прочитала в одно время в разных местах два комментария: один от украинской девушки, отмечающей, как выглядит её лента в фейсбуке — война и смерть, смерть и война, а потом какие-нибудь российские френды на голубом глазу про кафе и книжки, психопаты, которых никакая резня не беспокоит. Второй комментарий был в российском углу интернета, где девушка с отмечала, что книжные блогеры имеют гадкую привычку периодически писать “про политику”, хотя были вроде нормальными — писали про котов и книжки, про них и пишите. Я впечатлилась и решила вернуть комментарии. Надо было назвать чат “Ад - это другие”, но я вернула прошлое название (отсылка) Надеюсь чятик нормально подключится и вам будет в нём уютно.
2. ... у этого читательского дневника было два правила: писать про каждую книгу и делать это в порядке прочтения. В итоге часы отстали примерно на полтора месяца — здесь сейчас 1 декабря 2022 года. В практическом смысле это означает, что над вами висит туча с шестнадцатью рецензиями, которые скоро прольются.
1. ... я прочитала в одно время в разных местах два комментария: один от украинской девушки, отмечающей, как выглядит её лента в фейсбуке — война и смерть, смерть и война, а потом какие-нибудь российские френды на голубом глазу про кафе и книжки, психопаты, которых никакая резня не беспокоит. Второй комментарий был в российском углу интернета, где девушка с отмечала, что книжные блогеры имеют гадкую привычку периодически писать “про политику”, хотя были вроде нормальными — писали про котов и книжки, про них и пишите. Я впечатлилась и решила вернуть комментарии. Надо было назвать чат “Ад - это другие”, но я вернула прошлое название (отсылка) Надеюсь чятик нормально подключится и вам будет в нём уютно.
2. ... у этого читательского дневника было два правила: писать про каждую книгу и делать это в порядке прочтения. В итоге часы отстали примерно на полтора месяца — здесь сейчас 1 декабря 2022 года. В практическом смысле это означает, что над вами висит туча с шестнадцатью рецензиями, которые скоро прольются.
Telegram
Запретная секция
Вчера впервые прочитала выражение "присоединиться к книжному клубу" в качестве эвфемизма для самоубийства, ахах. Это отсылка к Doki Doki Literature Club! - визуальной новелле, имитирующей японский дейт сим, но на деле являющейся американским хоррором. Очень…
44. Эмили А. Дункан. Жестокие святые. 2019
Между двумя славянскими странами идёт война, и книга начинается с того, что солдаты вторгаются в монастырь, в котором росла главная героиня. Когда я покупала книги в январе 22-го, такая завязка казалась дерзкой и необычной.
Это первая книга янг эдалт трилогии “Something Dark and Holy”, я ожидала качеств, присущих подростковому фэнтези — пейджтернера, простой истории, не требующей мыслительной и эмоциональной работы. Это всё на месте. Так же авторке удалось создание условно-славянского сеттинга — героиня носит височные кольца, на карте есть города Волдога и Тобальск, а так же горы Байккл, тем не менее вымышленные территории не атрибутируются к конкретным странам.
В сюжетном плане ничего необычного: главная героиня избранная, война добра со злом, группа героев куда-то идёт. Мир, в котором знакомая история происходит на этот раз, достаточно интересный: страна Калязин, в которой чтут богов, сто лет воюет с еретической Транавией, в которой научились получать колдовство из крови, минуя молитвы и не ожидая божьей милости. Транавийцы считают себя прогрессивными, отказавшихся от рабского послушания богам, но свои заклинания добывают, судя по всему, из тел замученых жертв. Кроме линии Надежды Лаптевой, девушки, на молитвы которой отвечают боги, есть ещё линия наследного принца королевства врагов Серефина Мелески, которого она впервые встречает, когда он приводит отряд солдат в её монастырь и убивает кучу людей. Другим важным персонажем является Малахия - вражеский колдун-дезертир, по совместительству загадочный и прекрасный молодой человек, к которому Надежду необъяснимо тяяяяяянет. Вся эта любовная линия меня ужасно раздражала вплоть до развязки с двойным твистом.
Несмотря на все недостатки, буду читать дальше — мне правда интересна судьба Надежды, магическая система мира, развязка войны и я надеюсь, что авторка распишется в следующих книгах.
P.S. В благодарностях Дункан благодарит своего агента за то, что она показала ей Кайло Рена, потому что это ей “помогло разобраться с Малахией”
Между двумя славянскими странами идёт война, и книга начинается с того, что солдаты вторгаются в монастырь, в котором росла главная героиня. Когда я покупала книги в январе 22-го, такая завязка казалась дерзкой и необычной.
Это первая книга янг эдалт трилогии “Something Dark and Holy”, я ожидала качеств, присущих подростковому фэнтези — пейджтернера, простой истории, не требующей мыслительной и эмоциональной работы. Это всё на месте. Так же авторке удалось создание условно-славянского сеттинга — героиня носит височные кольца, на карте есть города Волдога и Тобальск, а так же горы Байккл, тем не менее вымышленные территории не атрибутируются к конкретным странам.
В сюжетном плане ничего необычного: главная героиня избранная, война добра со злом, группа героев куда-то идёт. Мир, в котором знакомая история происходит на этот раз, достаточно интересный: страна Калязин, в которой чтут богов, сто лет воюет с еретической Транавией, в которой научились получать колдовство из крови, минуя молитвы и не ожидая божьей милости. Транавийцы считают себя прогрессивными, отказавшихся от рабского послушания богам, но свои заклинания добывают, судя по всему, из тел замученых жертв. Кроме линии Надежды Лаптевой, девушки, на молитвы которой отвечают боги, есть ещё линия наследного принца королевства врагов Серефина Мелески, которого она впервые встречает, когда он приводит отряд солдат в её монастырь и убивает кучу людей. Другим важным персонажем является Малахия - вражеский колдун-дезертир, по совместительству загадочный и прекрасный молодой человек, к которому Надежду необъяснимо тяяяяяянет. Вся эта любовная линия меня ужасно раздражала вплоть до развязки с двойным твистом.
Несмотря на все недостатки, буду читать дальше — мне правда интересна судьба Надежды, магическая система мира, развязка войны и я надеюсь, что авторка распишется в следующих книгах.
P.S. В благодарностях Дункан благодарит своего агента за то, что она показала ей Кайло Рена, потому что это ей “помогло разобраться с Малахией”
45-48. Линор Горалик. Венисана.
Холодная вода Венисаны. 2018
Двойные мосты Венисаны. 2021
Тайные ходы Венисаны. 2021
Чёрный огонь Венисаны. 2022
Не читала у Горалик ничего, кроме комиксов про зайца ПЦ. Венесиана мне попала в руки случайно, и я решила, что это детское фэнтези, но вместо сказки про волшебную Венецию, меня подстерегала жуткая история о войне (в волшебной Венеции).
Это книжечки детского размера про девочку Агату, однако я не знаю насколько такое чтение подходит для детей. Прекрасное фэнтези с продуманным миром, но мир этот весьма жесток. Во вселенной Венесианы существует лишь один многоэтажный город, обнесенный стеной, а ещё - отражение этого города в воде. В наземном мире живут люди, в подводном — унды и ундины, а за стену выгоняют преступников. Мир необычен и оригинален, и Линор не занимается проговариванием экспозиции, читатель узнаёт его вместе с юной Агатой, для которой с одной стороны особенности жизни в Венесиане привычны, очевидны и не нуждаются в проговаривании, а с другой — открывается тёмная сторона, о которой она не подозревала.
Первые две книжки обрываются резко, и последующие их не подхватывают, а начинаются в очень отличающихся условиях. Для Агаты времени проходит не много, но её мир от книги к книге кардинально меняется. Мы узнаём всё больше, но всё равно остаёмся с 12-летней девочкой, которая знает не многим больше того, что ей посчитали нужным рассказать взрослые.
Это безумно интересные и захватывающие книги. Почитайте, если нуждаетесь в действительно оригинальном фэнтези и готовы к мрачному миру.
Холодная вода Венисаны. 2018
Двойные мосты Венисаны. 2021
Тайные ходы Венисаны. 2021
Чёрный огонь Венисаны. 2022
Не читала у Горалик ничего, кроме комиксов про зайца ПЦ. Венесиана мне попала в руки случайно, и я решила, что это детское фэнтези, но вместо сказки про волшебную Венецию, меня подстерегала жуткая история о войне (в волшебной Венеции).
Это книжечки детского размера про девочку Агату, однако я не знаю насколько такое чтение подходит для детей. Прекрасное фэнтези с продуманным миром, но мир этот весьма жесток. Во вселенной Венесианы существует лишь один многоэтажный город, обнесенный стеной, а ещё - отражение этого города в воде. В наземном мире живут люди, в подводном — унды и ундины, а за стену выгоняют преступников. Мир необычен и оригинален, и Линор не занимается проговариванием экспозиции, читатель узнаёт его вместе с юной Агатой, для которой с одной стороны особенности жизни в Венесиане привычны, очевидны и не нуждаются в проговаривании, а с другой — открывается тёмная сторона, о которой она не подозревала.
Первые две книжки обрываются резко, и последующие их не подхватывают, а начинаются в очень отличающихся условиях. Для Агаты времени проходит не много, но её мир от книги к книге кардинально меняется. Мы узнаём всё больше, но всё равно остаёмся с 12-летней девочкой, которая знает не многим больше того, что ей посчитали нужным рассказать взрослые.
Это безумно интересные и захватывающие книги. Почитайте, если нуждаетесь в действительно оригинальном фэнтези и готовы к мрачному миру.
49. Янь Гэ. Странные звери Китая. 2006
Да! Я почуяла запах литературы за сладенько-красивенькой обложкой, за очередным фэнтези в азиатском сеттинге (на этот раз не от американской авторки), и не прогадала. Я чувствую себя как лиса, воткнувшая морду в холодный снег и сомкнувшая зубы на горячем кролике. “Странные звери Китая” - отличная добыча.
Янь Гэ - прекрасная писательница. Какую наглость надо иметь, чтобы начать роман фразой:
📖 Печальные звери живут в северо-восточной части города Юнъань. Река Цзиньсю, которая течет на восток и проходит через центр, в районе Лодин разделяется на два рукава, образуя реки Фужун и Кунцюэ. На южном берегу Кунцюэ, в небольшом квартале, и живут печальные звери.
Главная героиня, авторский голос — молодая и знаменитая писательница. Когда-то она училась на зоолога, и была лучшей студенткой, пока не бросила институт из-за своей нелепой сентиментальности и жалостливости: никак не могла игнорировать тот факт, что у зверей на препарационном столе лица, как у людей. Да и тела, в общем, как у людей. И разговаривали они по-человечьи. Теперь героиня живёт, бухая в баре и выпуская популярные сентиментальные истории про зверей в местной газете, пока её личные истории от встреч со зверями куда менее тривиальны.
Книга состоит из рассказов, каждый про определённую породу зверей, и это именно полноценные рассказы, с присущими жанру мистицизмом и совпадениями, с интригой, вначале устанавливающей одни ожидания, и меняющей всё к развязке. Истории зверей жестокие, потому что жизнь жестока, а не потому что это метафорический комментарий к какому-то очередному социальному злу — здесь нет поучительности и морали, только неизбежность и судьба.
Перевод с английского Ольги Полей. Невозможно не задуматься о глухом телефоне, накоплении шумов и ошибок (оригинал-то на китайском). Но перевод просто чудесный, у книги свой явственный стиль, голос, а уж “побеги бамбука” как хороши.
Да! Я почуяла запах литературы за сладенько-красивенькой обложкой, за очередным фэнтези в азиатском сеттинге (на этот раз не от американской авторки), и не прогадала. Я чувствую себя как лиса, воткнувшая морду в холодный снег и сомкнувшая зубы на горячем кролике. “Странные звери Китая” - отличная добыча.
Янь Гэ - прекрасная писательница. Какую наглость надо иметь, чтобы начать роман фразой:
📖 Печальные звери живут в северо-восточной части города Юнъань. Река Цзиньсю, которая течет на восток и проходит через центр, в районе Лодин разделяется на два рукава, образуя реки Фужун и Кунцюэ. На южном берегу Кунцюэ, в небольшом квартале, и живут печальные звери.
Главная героиня, авторский голос — молодая и знаменитая писательница. Когда-то она училась на зоолога, и была лучшей студенткой, пока не бросила институт из-за своей нелепой сентиментальности и жалостливости: никак не могла игнорировать тот факт, что у зверей на препарационном столе лица, как у людей. Да и тела, в общем, как у людей. И разговаривали они по-человечьи. Теперь героиня живёт, бухая в баре и выпуская популярные сентиментальные истории про зверей в местной газете, пока её личные истории от встреч со зверями куда менее тривиальны.
Книга состоит из рассказов, каждый про определённую породу зверей, и это именно полноценные рассказы, с присущими жанру мистицизмом и совпадениями, с интригой, вначале устанавливающей одни ожидания, и меняющей всё к развязке. Истории зверей жестокие, потому что жизнь жестока, а не потому что это метафорический комментарий к какому-то очередному социальному злу — здесь нет поучительности и морали, только неизбежность и судьба.
Перевод с английского Ольги Полей. Невозможно не задуматься о глухом телефоне, накоплении шумов и ошибок (оригинал-то на китайском). Но перевод просто чудесный, у книги свой явственный стиль, голос, а уж “побеги бамбука” как хороши.
50. Али Хейзелвуд. Гипотеза любви. 2021
Так вооот каким должен быть ромком! Фильмы этого жанра мне всегда казались невыносимым зрелищем, но, оказывается, если любовная история и юмор в ней сочинены не токсичными стариками сценаристами и режиссерами, то и эффект другой. Я натурально лыбилась полкниги.
Итак:
"Пытаясь убедить друзей, что с личной жизнью у нее все в порядке, Оливия целует первого попавшегося мужчину. Кто же знал, что это окажется доктор Карлсен — надменный, заносчивый тип, гроза всего факультета?"
Да, они договариваются притвориться парой, и каким бы нереалистичным тропом любовных романов это ни было, Али прописывает им обоим очень адекватные мотивации. А дальше - всё как положено, она энергичная и остроумная, он мрачный и сексуальный (но не такой мудак, как говорили люди), все считают их парой и “оооой, Оливия, там твой бойфренд гоняет мячик без футболки, намажь его санскрином!”. Все очень смешно и очень мило.
📖 — Все думают, что я могу сбежать.
— Сбежать? — Боже, он был освобожден условно-досрочно. Присяжные, набранные из сотрудников факультета, признали его виновным в преступлении против аспирантов. Он наверняка ударил кого-нибудь микроскопом по голове за неправильную маркировку пептидов. — То есть это все-таки криминал.
— Что? Нет. Факультет подозревает, что я планирую покинуть Стэнфорд и перебраться в другой университет. Обычно такое меня не беспокоит, но Стэнфорд решил заморозить мои исследовательские фонды.
Сеттинг романа - аспирантура, и я неудивилась, когда узнала, что авторка романа PhD по нейробиологии. Чувствуется знание фактуры. Не просто антураж белых халатиков и волос в пучке, а вся бооооль бездушной американской академии и драк за гранты.
📖 Оливия была уверена, что этот парень — аспирант. Надменный снисходительный тон выдавал его с головой. Все аспиранты были такими. Они считали себя лучше окружающих лишь потому, что их наделили сомнительным преимуществом: убивать во имя науки плодовых мушек и получать за это девяносто центов в час. В мрачном, темном аду научного мира аспиранты занимали низшую ступень иерархии, и потому им приходилось убеждать себя, будто они — лучшие. Оливия не была клиническим психологом, но, по ее мнению, такое поведение выглядело как хрестоматийная защитная реакция.
Дальше источник веселья не для всех) Когда я поняла, что главного героя зовут Адам, и Али в пятый раз написала какой он огромный высоченный большой черноволосый мрачный тип, я подумала, что буду представлять Адама Драйвера на месте протагониста (Оливию я представляла как девушку с обложки). Меня это очень развеселило, но ещё веселее мне стало в главе 4:
📖 Адам Карлен, с его крупным носом и волнистыми волосами, с полными губами и угловатым лицом — что не должно было смотреться гармонично, но почему-то смотрелось — был очень, очень, очень красив.
Я сначала посмеялась от души на тему того, что Али тоже представляла Адама Драйвера на месте протагониста, а потом в озарении снова глянула на обложку - девочки, это ж рейло фанфик.) Окончательно моя теория подтвердилась, когда я дочитала до “благодарностей”, она благодарит Риан Джонсон и фандом! А никого с угловатым, но красивым лицом ты поблагодарить за вдохновение не хочешь? XD Это значит, вторая книга за этот месяц, образ любовного интереса в которой вдохновлен Кайло Реном.
📖 —… надо же, Адам Карлсен! Кто может влюбиться в Адама Карлсена?
Малькольм фыркнул.
— Кто угодно, Ол. Он высокий, задумчивый, угрюмый красавец с огромным ай-кью. Все любят высоких, задумчивых, угрюмых красавцев с огромным ай-кью
Книжка - кайф. Любопытно, что мне попали в ютюбе два отзыва на неё, оба резко отрицательные. Вот так и верь эти книжным блогерам!
Так вооот каким должен быть ромком! Фильмы этого жанра мне всегда казались невыносимым зрелищем, но, оказывается, если любовная история и юмор в ней сочинены не токсичными стариками сценаристами и режиссерами, то и эффект другой. Я натурально лыбилась полкниги.
Итак:
"Пытаясь убедить друзей, что с личной жизнью у нее все в порядке, Оливия целует первого попавшегося мужчину. Кто же знал, что это окажется доктор Карлсен — надменный, заносчивый тип, гроза всего факультета?"
Да, они договариваются притвориться парой, и каким бы нереалистичным тропом любовных романов это ни было, Али прописывает им обоим очень адекватные мотивации. А дальше - всё как положено, она энергичная и остроумная, он мрачный и сексуальный (но не такой мудак, как говорили люди), все считают их парой и “оооой, Оливия, там твой бойфренд гоняет мячик без футболки, намажь его санскрином!”. Все очень смешно и очень мило.
📖 — Все думают, что я могу сбежать.
— Сбежать? — Боже, он был освобожден условно-досрочно. Присяжные, набранные из сотрудников факультета, признали его виновным в преступлении против аспирантов. Он наверняка ударил кого-нибудь микроскопом по голове за неправильную маркировку пептидов. — То есть это все-таки криминал.
— Что? Нет. Факультет подозревает, что я планирую покинуть Стэнфорд и перебраться в другой университет. Обычно такое меня не беспокоит, но Стэнфорд решил заморозить мои исследовательские фонды.
Сеттинг романа - аспирантура, и я неудивилась, когда узнала, что авторка романа PhD по нейробиологии. Чувствуется знание фактуры. Не просто антураж белых халатиков и волос в пучке, а вся бооооль бездушной американской академии и драк за гранты.
📖 Оливия была уверена, что этот парень — аспирант. Надменный снисходительный тон выдавал его с головой. Все аспиранты были такими. Они считали себя лучше окружающих лишь потому, что их наделили сомнительным преимуществом: убивать во имя науки плодовых мушек и получать за это девяносто центов в час. В мрачном, темном аду научного мира аспиранты занимали низшую ступень иерархии, и потому им приходилось убеждать себя, будто они — лучшие. Оливия не была клиническим психологом, но, по ее мнению, такое поведение выглядело как хрестоматийная защитная реакция.
Дальше источник веселья не для всех) Когда я поняла, что главного героя зовут Адам, и Али в пятый раз написала какой он огромный высоченный большой черноволосый мрачный тип, я подумала, что буду представлять Адама Драйвера на месте протагониста (Оливию я представляла как девушку с обложки). Меня это очень развеселило, но ещё веселее мне стало в главе 4:
📖 Адам Карлен, с его крупным носом и волнистыми волосами, с полными губами и угловатым лицом — что не должно было смотреться гармонично, но почему-то смотрелось — был очень, очень, очень красив.
Я сначала посмеялась от души на тему того, что Али тоже представляла Адама Драйвера на месте протагониста, а потом в озарении снова глянула на обложку - девочки, это ж рейло фанфик.) Окончательно моя теория подтвердилась, когда я дочитала до “благодарностей”, она благодарит Риан Джонсон и фандом! А никого с угловатым, но красивым лицом ты поблагодарить за вдохновение не хочешь? XD Это значит, вторая книга за этот месяц, образ любовного интереса в которой вдохновлен Кайло Реном.
📖 —… надо же, Адам Карлсен! Кто может влюбиться в Адама Карлсена?
Малькольм фыркнул.
— Кто угодно, Ол. Он высокий, задумчивый, угрюмый красавец с огромным ай-кью. Все любят высоких, задумчивых, угрюмых красавцев с огромным ай-кью
Книжка - кайф. Любопытно, что мне попали в ютюбе два отзыва на неё, оба резко отрицательные. Вот так и верь эти книжным блогерам!