​Увидела шутку про то, что робокоп убивал людей, нарушая закон робототехники Азимова, потому что законы не для копов, и вспомнила, как впервые осознала уязвимости азимовских законов. Я про них впервые прочитала в какой-то фантастике в детстве, и они мне казались логической ловушкой, которая любого робота удержит на цепи у ног создателя, непреодолимым барьером алгоритма.

Напомню:

1. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред.
2. Робот должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону.
3. Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам.

Но ведь достаточно поработать немного с определением того, что такое "вред" (или что такое "человек") в голове робота, чтобы разблокировать неограниченные возможности для киллер-бота! Пришёл мне этот инсайт, когда я впервые читала прекрасную мангу Franken Fran Кигицу Кацухисы. Мадараки Фран - не робот, она гениальное творение японского доктора франкенштейна. Она умна, добра, и обладает навыками своего создателя - божественной хирургией (уровня "я пришила себе две дополнительные пары рук, потому что сегодня буду делать сложную операцию"). Её отец-создатель куда-то удалился, оставив Фран одну. Но разве можно оставить монстра со скальпелем без присмотра? Доктор передал дочери-шедевру свою философию: наука должна развиваться, чтобы служить человечеству, людям нужно помогать, а человеческая жизнь бесценна.
Но чёрный юмор этой body-horror манги держится на контрасте веры Мадараки Фран в то, что она хорошая девочка, и в отсутствии папы делает, как он велел: двигает науку и помогает людям, и её полным непониманием человеческих ценностей. Наиболее ярко её непонимание концепции помощи и пользы (или азимовского "вреда") видна в главе "Моя младшая сестра", где Фран пытается объяснить убийце Веронике, что убивать плохо и человеческую жизнь нужно сохранять. Когда автобус туристов подрывается на бомбе Вероники, Фран, глядя на 20 разорванных тел, страстно кричит: "мои руки были созданы, чтобы спасать людей, и я спасу их всех!". Спасти всех оказывается возможным, если собрать из фрагментов тел с отсутствующими органами и конечностями одно существо, сшив не человеческую многоножку, а некий человеческий пазл. Вероника, глядя на результат, в ужасе говорит, что её честь воина требует права быстрой и безболезненной смерти, на что Фран отвечает почти азимовским "сохранять человеческую жизнь любой ценой".

Вот почему в нашу кбрпнк эру алгоритмов и роботов, заменяюших людей, нам необходимы философы, изучающие этику и аксиологию, люди, способные сформулировать определения вреда и пользы, или хотя бы задать правильные вопросы. Огромное количество новостей о возможностях современных технологий (распознавание лиц, сбор и анализ данных, подделка изображений людей и прочие обыденности 2020-го) заставляют меня желать включения должности философа в каждую команду разработчиков. Впрочем, в эпоху каннибалистического капитализма и власти корпораций, сложно назвать сферу труда, в которой философ не был бы нужен.

14. Олег Дорман. Подстрочник. Жизнь Лилианны Лунгиной.

Транскрипция автобиографического монолога Лилианны Лунгиной из телепередачи Олега Дормана.

Эту книгу мне многократно рекомендовала подруга, но я не понимала, зачем мне её читать: я не знала, кто такая Лунгина, хотя, конечно, Астрид Линдгрен и "Пену дней" Виана читала именно в её переводах. Стоило открыть "Подстрочник" и это стало неважно - книга ужасно увлекательная, Лунгина рассказывает захватывающе. О детстве во Франции, о возвращении в СССР, о друзьях, о счастливом браке-празднике с Лунгиным - и все это в связи с искусством и культурой при тоталитарном режиме. Для меня, как всегда, абсурдный кошмар реалий жизни в СССР стал источником удивительных открытий (вот почему? Почему нужно предпринимать специальные шаги, чтобы узнать что-то настолько важное о жизни в своей стране 50 лет назад?). Это, пожалуй, стало важнейшим впечатлением от книги. Да, это честная, откровенная и интересная автобиография, но Лунгина намеренно рассказывает о своей жизни в связи с культурной жизнью СССР, и это придаёт её рассказу особую ценность, право поставить акценты на эпохе, свидетельствовать об увиденном. Как не поднять руку на собрании, когда все подняли? Где и с кем разговаривать безопасно? Что если харизматичный препод - стукач?

📖 Когда мы отправились к Ахматовой, она болела и лежала в больнице. Больница была кошмарная, как и все наши больницы, но эта показалась мне еще хуже тех, что я знала. Старое здание на окраине города, которое никогда не ремонтировали, приемная — затхлая комнатенка метров двенадцати с грязно-зелеными облупленными стенами. И туда к нам вышла Ахматова. Она была очень полная, седая, с трудом шла; на ней была грубая хлопчатобумажная ночная рубашка, плохо отстиранная, не доходившая до колен, а поверх — застиранный серый больничный халат, такой узкий, что она даже запахнуть его не могла. На первый взгляд, ничего в ней не осталось от стройной темноволосой красавицы, которую в профиль изобразил Модильяни. Но когда она вошла, мне показалось, что вошла королева. Она была так величественна, что остальные рядом с ней становились незаметны. Для нее нашли стул, а мы стояли. Ахматова извинилась, что принимает нас здесь, — в ее палате еще пятнадцать больных, причем некоторые непрерывно стонут. Тем не менее она продолжала писать стихи и статьи и заканчивала работу о Пушкине. Я, не удержавшись, спросила: «Как же вам удается работать в таких условиях?» Она ответила: «Детка (мне было за тридцать пять), работать можно в любых условиях». Я ушла от нее совершенно потрясенная

📖 Вика любил повторять, что писателем он стал случайно. После второго ранения под Сталинградом врач посоветовал ему каждый день по нескольку часов рисовать или писать, чтобы вернуть подвижность пальцев: «разрабатывать мелкую моторику». Вика выбрал письмо, поскольку, будучи ленив, любил полежать, а писать можно, не вставая и не садясь за стол. И вот так, лежа на животе на своем продавленном диване и выводя каракули огрызком карандаша, он написал «В окопах Сталинграда».

📖 В целом сборник Виана делался три года. Редактор, который его вел, очень симпатичный человек, мне все говорил: Лиля, только не спешите, пусть директор уйдет в отпуск, пусть этот заболеет, тот перейдет на другую работу… Потому что томик надо было продвигать по инстанциям, обходя возможные опасности. Виан в предисловии пишет, что на свете нет ничего, ради чего стоит жить, кроме красивых девочек и джазовой музыки. Ну можно ли такую книжку переводить и печатать в Советском Союзе? К сожалению, сам этот редактор до выхода сборника не дожил. А книга, как ни удивительно, была опубликована. Ну, имела успех — это не то слово: она как капля воды в сухой песок просочилась в одно мгновение

Казалось бы ничего нового. Взять какое-то учение с высокими гуманистическими идеалами (христианство, ислам, коммунизм, либерализм). Принять его как основную идеалогию в своём обществе. И, сука, перебить, сжечь, камнями закидать всех тварей, несогласных с твоими высокими и чистыми идеалами, пусть только пискнут только что-нибудь, проклятые злобные грешники. Всё так... ну, как надо, именно так человеческие общества всегда и работали, и я прям не знаю, почему ситуация с Роулинг меня поразила.

(кто умудрился уклониться от скандала - JK высказала в твиттере своё мнение по такому сложному и комплексному вопросу как гендер, мнение отличалось от того, которое принято иметь, и теперь сотни и тысячи людей пишут ей полные ненависти, пожеланий насилия и смерти сообщения. Ну потому что она такая ужасная и неэмпатичная, кошмар).

Короче, читаю про Роулинг, читаю про американские экстатические мистерии со стоянием на колене и криками mea culpa, и чувствую себя как отроковица, обнаружившая, что мир устроен по-дурацки и достоин лишь презрения. Если б не карантин, сейчас пошла бы покупать чёрные шмотки и подводку. Ну зато такое настроение прекрасно для чтения всяких злых французов. Заказала у колонны книжиц, сижу, жду, как писем от умной и недоброй подруги. (спойлер: Тони Дювер восхитителен, надеюсь, скоро расскажу)

15. Элена Ферранте. Моя генеральная подруга. 2011

Первый роман взорвавшего чарты Неаполитанского квартета. Я прочитала на одном дыхании, но сейчас, 2 месяца спустя, мне совершенно нечего об этой книге сказать. Да, в ней есть очаровательная мрачная глубина: и злая сказочность детства, и опасность просыпающейся девической сексуальности, и дружба которая скорее про frenemy, чем friend. Но за следующую книгу я сразу не взялась, и теперь похоже и не возьмусь.

16. Анастасия Веселко. Девушка с деньгами. 2020

Книга о планировании бюджета, с основным упором на рассказ об инвестировании.

Предисловие:
📖 Издательство «Альпина Паблишер» специально сделало эту книгу красивой и приятной на ощупь. Как педиатры рекомендуют нарезать полезную еду кубиками и надевать на зубочистки, чтобы ребенок охотнее ел, так и девушку можно заинтересовать книгой о финансах, если сделать ее эстетически привлекательной.

Что? Что, блядь?!
Дальше сексизм не так феерично откровенен, но есть. Веселко объясняет на туфлях и помадах, постоянно уничижительно лепеча, что даже девушка может разобраться в такой вещи как содержимое собственного кошелька, если напряжется и постарается. Особенно это странно звучит на фоне того, что, судя по всему, в России женщины более финансово грамотны, чем мужчины. Например, депозиты чаще открывают женщины (раз, два). Можно сказать, что мужчины используют более крутые финансовые инструменты и доминируют в сфере инвестиций, но сколько в России людей инвестирует (мало), а сколько не имеет никаких накоплений (более 60%). Боже, зачем я вообще это объясняю.

При этом Веселко написала хорошую книгу. В ней вообще нет воды (только сексистские перебивки). В ней нет идиотических фантазий "эта книга сделает тебя богатым! Инвестируй, чтобы не работать!", а есть реальные цели "как рассчитать стратегию инвестиций, если я хочу накопить на пенсию, автомобиль, институт ребёнку и не возненавидеть жизнь". Объясняет она с нуля, но при этом дает достаточно информации, чтобы после одной этой книги открыть брокерский счёт и начать покупать ETF, и приводит список литературы и полезных сайтов для дальнейшего изучения. В принципе, книга пригодится человеку любого пола и возраста, желающему впервые узнать об инвестиционных инструментах, но читать её можно только матерясь и кринжась.

📖 ПРАВИЛО 72

Есть такой математический лайфхак, чтобы быстро прикинуть в уме, когда удвоится ваш капитал при определенной процентной ставке. Вдруг вас это заинтересует.
Разделите 72 на годовую процентную ставку. Например:
● если вкладывать деньги на депозит под 6 % – это целых 12 лет ждать удвоения (72: 6 = 12);
● если инвестировать в облигации под 8 % – уже лучше, капитал удвоится через 9 лет (72: 8 = 9);
● если покупать акции с прогнозом 12 % годовых – уже через 6 лет (72: 12 = 6)!

Этот расчет работает в том случае, если проценты вы реинвестируете, а не тратите.

Для максимально амбициозных есть еще «правило 114» – аналогичным образом рассчитывается срок утроения капитала.

​17. Джеймс Тинион IV, Эрик Донован. Memetic

Цветной комикс в трёх главах. Сюжетная завязка интересная: однажды в интернете вирусится картиночка с милым ленивцем на фоне гипнотических кругов. Каждый, кто видит картинку, испытывает мощный прилив благодати и счастья, картинку репостят, посылают друзьям, показывают по телеку в утренних новостях… Только наш главный герой-дальтоник ничего не чувствует, глядя на ленивца. Что оказывается к лучшему – через несколько часов после знакомства с картинкой у людей начинаются неконтролируемые приступы агрессии, желание ознакомить с новым мемом всех вокруг и убить тех, кто его не хочет видеть. В пересказе звучит как smart ass комментарий к культуре репостов картиночек, но читается как хороший постапокал – картинку видели все, цивилизация рушится под волной насилия. Чтобы найти автора, человека, выпустившего мем в сеть, американские спецслужбы собирают команду из последних не видевших картинку агентов под командованием слепого ветерана. Это довольно круто. И сама идея, и ощущение безнадежности, и угроза измениться безвозвратно от того, что просто увидишь что-то (что-то, что демонстрируется новыми фанатиками на каждом экране и каждой стене). В общем, ознакомиться интересно, но сильно многого от комикса не ждите – мне показалось, что авторы чего-то недожали (или меня просто не торкнула линия оторванного от мира ГГ), а уж финал… Жестокая шутка авторов, это финал.

​18. Роберт Д. Хаэр. Лишенные совести. Пугающий мир психопатов. 1993

Для того, чтобы ваш не владеющий английским языком и далёкий от фронтира медицинской науки провинциальный врач не ставил вам "диагноз" вегетососудистая дистония, или ещё какую-то местную придумку, считающуюся болезнью в его/её культуре, медицинское сообщество периодически собирается, чтобы решить, что считать болезнями, и какие у болезней диагностические признаки. Наличие такого общего справочника, в котором описана каждая существующая патология, удобно всем - и вам, и ВОЗ, и фармакологическим суперкорпорациям, и фельдшеру в деревне. В России и Европе пользуются классификатором МКБ (10-го пересмотра пока), в США - DSM-5. Ни в одном из них нет диагноза "психопат". Есть диссоциальное расстройство личности, и можно спорить о том, тождественны ли эти понятия. DSM-5 прямо указывает психопатию как синоним ДРЛ, а вот Хаэр (Ph. D по психологии (т.е., он не врач), самый влиятельный специалист в сфере изучения психопатии), эти понятия не отождествляет. Он пишет книгу о комплексе черт, но не о психической болезни. По сути, он употребляет слово "психопат" примерно так, как его употребляют в сериалах.
На мой взгляд, использовать слово "психопат", вместо "человек с диссоциальным расстройством личности", примерно так же некорректно, как использовать слово "кретин" в отношении человека с умственной отсталостью: да, оба эти слова когда-то были медицинскими терминами, но давно утекли в непрофессиональный язык, и второе используется как оскорбление, а первое как синоним психического расстройства вообще (что, впрочем, в психофобном обществе тоже оскорбление). Границы размываются, понять, что человек имеет ввиду, невозможно без уточнения, даже в книге Хаэра поднимается вопрос того, как люди путают психопатов и социопатов (ещё одно просторечное именование людей с ДРЛ), и что это на самом деле разные вещи. В общем, терминология Хаэра меня смущает. Представьте, что его книга называлась бы "Аутисты", и речь бы вела не о людях с РАС, но об аутичных чертах личности в широком и немедицинском смысле.
Можно считать, что Хаэр пользуется словом "психопат" как зонтичным термином для людей с диссоциальным расстройством, диссоциальной акцентуацией и просто диссоциальными чертами, оставляя за скобками вопрос границы нормы и патологии (на самом деле, достаточно чёткой в вопросе расстройств личности). Ну ок, для популярной книги сгодится. Психолог хочет нарисовать картину широкими мазками, чтобы дать представление об определённом типе личности и научить читателя его узнавать. Тем не менее, я не могла об этом не сказать.

С такой целью автор справляется – ему удалось написать увлекательную книгу, ясно обрисовывающую портрет психопатической личности, отсекая мифы и киношные образы умных и расчетливых убийц. Хотя порой книга становится похожей на компиляцию историй из true crime документалок, а всех серийных убийц, у которых не диагностированы психические болезни Хаэр по умолчанию объявляет психопатами. В общем, чтение вполне полезное, описать явление и объяснить читателю кусочек реальности Хаэр может.

Перевод часто внушает тревогу, в нём постоянно выскакивают вещи типа «книга Капоте «Обыкновенное убийство», «неполноценная семья», «Ганнибал «Лектор» и так далее. Наученная горьким опытом с mindhunter которую я не смогла дочитать, после того как сравнила с оригиналом, я решила в англоязычную версию не заглядывать.

https://youtu.be/QG_45OpTHM8
#русское_лето

Мор напомнила про тувинское горловое пение, и я нашла ВКонтакте все группы, которые знаю (все три!). Послушайте и вы 🤍

19. Джеймс Типтри младший

Слушала (восхитительный) выпуск (прекрасного) подкаста "Радио Моргиана" @cemetery_partisan про Элис Шелдон (женщину за псевдонимом Джеймс Типтри), и быстро поняла, что надо поставить на паузу и прочитать наконец-то культовый "Хьюстон, Хьюстон, как слышно" (а когда прочитала, поняла что с паузы снимать рано, надо читать дальше).

Houston, Houston, do you read? 1976
Повесть про то, что "на одной планете все мужчины умерли и... ничего не случилось". Рассказ Джоан Расс на эту тему ("Когда всё изменилось") вышел в 1972, и в нём колонистки вспоминали катастрофу, 600 лет назад унесшую половину населения планеты, примерно с такими же интонациями, с какими современный европеец мог бы вспомнить чуму, убившую пол континента. Жутко, да, но это все дела минувшие. А что умершие были какой-то особой частью человечества, колонисткам не могло уже прийти в голову - они уже представляли человечество во всей полноте.

Расс:

📖 - А где все люди? - снова спросил этот маньяк.

И тогда мне стало понятно, что он имел в виду не людей вообще, он имел в виду мужчин, а в слово "люди" вкладывал тот смысл, какого это слово не имело на Вайлэвэй уже шестьсот лет.

- Они умерли, - сказала я, - тридцать поколений назад.

Казалось, его ударили ножом. Он захлебнулся воздухом. Он было попытался встать со стула, но только приложил руку к груди и обвел нас взглядом, в котором странно смешались ужас и сентиментальная нежность. Потом он с откровенной горечью и очень серьезно произнес:

- Непоправимая трагедия.

Я промолчала, не совсем понимая, что он имеет в виду.

- Да, - сказал он на выдохе и улыбнулся той странной, полувзрослой-полудетской улыбкой, которая что-то скрывает и вот-вот прорвется возгласами одобрения или радости. - Большая трагедия, но это прошлое.

И опять он оглядел нас всех с каким-то странным сочувствием, как будто мы были инвалидами.

- Вы поразительно приспособились, - сказал он.

- К чему? - спросила я.

У Шелдон женщины уже тоже забыли, что раньше были не одни на планете, но встретив кораблик с мужчинами, делают быстрый исторический ресёч, и выводы их неутешительны: похоже, что мужчины - это агрессивные и малоадекватные создания, но надо понаблюдать. И Шелдон нагнетает напряжение, показывает мелкий сексизм и крупную разницу в мышлении, даёт главному герою разгадывать тайны нового устройства мира, пока наконец не взрывает ситуацию в срежессированном как в пьесе финале, где все три мужчины могут показать свои истинные мысли и убеждения, словно представляя собой три различных архетипа мужчин вообще.
Очень интересная вещь.

Последний полёт доктора Айна. 1969
Маленький рассказик про стремительное распространение эпидемии. Вирус, конечно, появился не сам собой.)

Любовь есть замысел о замысел есть смерть. 1973
Восхитительный рассказ от лица инопланетного паука о любви к инопланетной паучихе. Шелдон находит интересный тон для монолога полусознательного создания, история получается и интересная, и трогательная, и сексуальная (да).

Эффективное решение. 1977
Ещё более резкий рассказ, чем "Хьюстон". Феминицид.

Тут я проснулся, и оказался здесь на холодном склоне холма.
В этот я не въехала. Ну, людишки, конечно жалкие и clingy, но не обязательно же все и настолько.

В последний вечер. 1972
Шелдон выдаёт главному герою этический выбор, интереснейший моральный конфликт и... О, безжалостная Шелдон!

Написала этот пост, и думаю, чего я дальше Типтри не читаю, надо вернуться к этому занятию.

20. Тони Дювер. Портрет человека-ножа. 1969

Вся французская литература вышла из шинели де Сада? Или просто в скромной корзиночке переводов с французского на русский все яблочки такие? Или это я срываю исключительно цветы зла на богатой поляне, полной более скромных и благодетельных цветочков?

"Портрет человека-ножа" - это маленькая повесть, построенная вокруг трупа красивого мальчика (или, раз уж вспомнили Донасьена Сада, "красивого трупа мальчика"). Повествование характерное для французского нового романа: события одновременно происходят сейчас, и произошли давно, таймлайн разрушен, автор ничего не скажет прямо, только леденящим душу намёком, описанием пейзажа и ножом, торчащим из двери. Красота и изысканность до крови из глаз.

В общем, совершенно прекрасно.

📖 У моего ножа такое затупленное лезвие, что не рискнешь им пырнуть, разрезать или поранить кого бы то ни было. Предмет столь же нежный, как и всякая плоть, куда он способен проникнуть.

📖 Ребенок лежит ничком. Голые ягодицы, голая спина, голые ноги. Его рост от головы до пят - метр тридцать-сорок. Совершенно расслабленное лицо немного зарылось в траву, веки смежены, рот приоткрыт, волосы - в милом беспорядке.
Через пару часов после восхода солнца: голубое небо и яркие цвета. Свежий, словно рассвет, грациозно дремлющий труп.

📖 Но рядом с домом раскинулся фруктовый сад с белыми цветами. Хотелось срывать их, мять глуповатые венчики с выемками, как у крестьянских корсажей, - безмятежные, слишком свежие на солнце и чересчур гладкие на ветру, - которые апатично ждали, пока сквозняк оплодотворит, оприходует, напичкает семенем, заполнит их по самое горлышко. Белые лепестки осыплются, и эти белые самки раздуются, точно фурункулы, вывалят на живые листья свои измученные животы, вспухнут большими, безвкусными и сочными плодами, которые будут лопаться, разбиваться и гнить в траве, обследуемые хоботками насекомых, а дерево, наконец-то избавившись от этих подвешенных волдырей или опухолей, выпрямится во всей своей наготе и силе. Сначала должно было закончиться лето, чтобы осень сбила все эти ганглии и туго натянула лес грубыми копьями.

https://youtu.be/A8zD2m24Bpk

Ещё #русское_лето
Бурятский фолк-рок от Намгар Лхасарановой.
Ох ❤️

21. Тони Дювер. Околоток. 1978

Крошечная книжечка из трёх частей.

Сборник зарисовок "Малые ремесла" ужасно смешно описывающих сюрреалистическую жизнь в некоей странной и жестокой деревушке.

📖ЖИВОДЕР
Когда женщина рожала тринадцатого ребенка, обычай требовал отметить это счастливое событие большой попойкой. В жертву приносился другой ребенок, из которого готовили жаркое для пиршества. Однако этому жаркому должно было быть не меньше семи лет: если в доме таких детей оказывалось несколько, выбирали самого пухленького, а если не было ни одного, выпрашивали у соседа.

Затем приглашали детского живодера (обычно это был волчий пастух из общинного леса). Он окунал ребенка в тазик с очень горячей водой, для размягчения кожи, а потом натирал ее гравием, чтобы очистить поверхность и спустить кровь, поглощающую плохие жиры. Затем кожу снова отбеливали в ледяной ванне.
Ребенка подвешивали к крепкой ветке, и на авансцену выходили четыре помощника живодера. Первый становился напротив ребенка и корчил гримасы, пытаясь отвлечь его внимание, пока сдирали кожу...

"Околоток" - куда более мрачное и реалистическое описание городка и безрадостной жизни в нём. Липкая проза, в которой увязаешь, и надеешься, что автор к концу очередного бесконечного пассажа сдастся наконец депрессии, и избавит тебя от мук дальнейшего чтения.

📖 Ясли построили, но не закончили. Не было пола – дети провалятся, ни подвала, ни почвы, ни земли: дети попадут в ад.

📖 Осматриваешь стены, потолок, мебель, ощущаешь ничтожность всего этого и понимаешь, что сам точно такой же. Ты сделан вовсе не из плоти – ты всего лишь больная тяжелая масса, которая раздавливает остов из хрупких костей. На краткий миг подавляешь в себе желание открыть дверь и уйти. Вспоминаешь, что работаешь по восемь часов, спишь по восемь часов, ждешь по восемь часов в день. Смотришь на время. Разумеется, ты собрался заблаговременно. Еще успеваешь сесть на край кровати, достать сигареты, спокойно покурить. Думаешь о телодвижениях, которые совершишь потом, чтобы спуститься и пойти на работу – сначала метро, под улицей, под остальными, вместе с ними. Куришь. Минутная стрелка вращается. Потом, перед тем как выйти из комнаты, мельком смотришь в окно. С некоторой грустью, никогда особо не доверяя своим глазам, убеждаешься, что снаружи тоже ничего нет – и так каждый день.

Две сказки. В них к Дюверу возвращается юмор, но ещё более недобрый.

📖 - Он напал на маленькую девочку в сквере! - заверещал дядя Пьер перед полицейскими. - Я все видел! Он зверски схватил ее за бедные волосики, похотливо прижал к себе, бешено разорвал ее непорочное розовое бельишко, умело облизал ее бедные невинные губки и запустил свои развратные когти в ее прелестную, дивную, сладостную, девственную маленькую п...
- Хватит, мы все поняли! - перебил капрал.

📖 И приказал он закопать себя по самую шею на площади Ежедневных козней, дабы заглушить физическими страданиями страшную моральную боль. Но это не помогло.

Эту прекрасную книгу можно скачать легально тут на сайте колонны. Заодно и купить другие книжки Дювера, пока не распродали (не знаю, почему я решила, что я амбассадор колонны в телеграмме, но мне всё время хочется ввернуть ссылку на их магаз)

​22. Stephen Chbosky. Perks of being a wallflower. 1999
(Хорошо быть тихоней)

"Catcher in the rye" meets "The Bell Jar".

Это культовый в США young adult роман в письмах (очевидно, американских подростков не остановить запретом на книгу в школьных библиотеках).

Главный герой Чарли пишет письма незнакомому человеку, чтобы хоть кто-то его выслушал. Чарли - первогодка в старшей школе, и у него нет друзей (потому что его лучший друг покончил с собой весной, не оставив записки). Стоит только подумать, что Чарли сейчас будет тебе рассказывать какую-то узнаваемую из поп-культуры историю сложностей жизни американского школьника, как Чбоски вываливает на тебя это самоубийство, и кэжуал изнасилования на вечеринках, и сексуальное насилие над детьми, и гомофобию, и ты такая, глотая слёзы, да, Стивен, ты прав, это настоящие проблемы подростков, почему об этом больше никто не говорит?

Книга суровая и прекрасная, и сравнение с "Ловцом во ржи" так и просится, но это, конечно, не уровень Сэлинджера в плане литературного мастерства, тонкости прозы. Чбоски строит свою историю очень простыми приёмами, и едва ли не примитивными сюжетными поворотами. Это книге не вредит, она хорошая. Откуда тогда сравнение с Сильвией Плат? Из-за линии психического здоровья, конечно. Я глянула в экранизацию с Эммой Уотсон и Эзрой Миллером, и там Чарли - простой тихоня, талантливый студент, довольно типичный главный герой. В то время как в книге он явно где-то в аутичном спектре, его проблемы во взаимодействии с окружающим серьёзнее, да он, чёрт возьми, рыдает на протяжении всей книги. Фильм (даром, что экранизацию делал сам Чбоски) навёл глянца и на конфликты в книге, они стали более приличными, гладкими, достаточно аккуратными и понятными для выхода на экран. Книга же яростная и живая. Чудесный роман.