12. Джеральд Бром. Потерянные боги 2016
Я была впечатлена Бромовским фанфиком по Питеру Пену, в котором художник продемонстрировал и талант рассказчика, и силу воображения, так что рискнула взяться за другую его книгу, аннотация которой звучит примерно так же, как аннотация геймановских "американских богов" (которых я с двух подходов и на четверть не осилила).
Я в восхищении. Беспощадный Бром отправляет своего главного героя на тот свет чуть ли не во второй главе: история разворачивается в чистилище. Что может быть лучше проверки мастерства автора тёмного фэнтези, как не старые добрые богословские дилеммы. Что происходит в чистилище с некрещеным младенцами? Как пытать бесплотную душу? Как можно наслаждаться райским блаженством, если твои родители или любимые в аду? Бром продумал для своего загробья деньги, плоть, душу, оружие, веру и религию, воды Стикса и Леты, смерть и бессмертие. Он создал для своего героя историю, конфликт, мотив и прочее, но поместил его в огромный прописанный мир, где его беда - песчинка в бесконечной пустыне праха. Проблемы, с которыми сталкивается герой - это не его личные препятствия в поиске макгаффина, а конфликты и интриги сил куда больше чем он сам.
Пишет Бром всё также бодро и драйвово, не давая читателю выдохнуть спокойно. Фантазия его великолепна, миротворчество завораживает.
Но читать ли оставшийся роман автора, "Крампуса", я не знаю, потому что при всём моём восхищении, лично мне читать Брома тяжеловато. В моём обычном чтении я имею довольно основательную уверенность в том, что главный герой выживет, не будет искалечен, и со значимыми персонажами не произойдет ничего особенно кошмарного и необратимого. Бром такой уверенности не даёт. Мало того, что наш главный герой уже безнадежно мертв, так ещё и ясно, что его ситуация может стать значительно хуже. Бром готов убить или искалечить любого появившегося в повествовании героя. Его история так беспросветна, что, когда, ближе к концу книги, я дошла до изумительно красивой, волшебной и радостной сцены, в которой бог Велес выходит к своему верующим, чтобы танцевать с ними и творить маленькие чудеса, я принялась горько рыдать, потому что у Брома такое не может закончиться хорошо, и он ясно дает понять, что именно произойдёт с праздником, волшебством, богом и этими людьми дальше.
Когда автор отказывается от этого дефолтного контракта с читателем о том, что герой так или иначе справиться со страшными приключениями, доберется до своей цели (а не до пепелища с трупами родных), когда автор отказывает тебе в этой уверенности, заменяя её лишь довольно слабой надеждой -- книгу читаешь совершенно другими эмоциями. Это мощно, и это определённо преимущество автора, его сильная сторона. Но не знаю, когда решусь на следующий его роман.
Я была впечатлена Бромовским фанфиком по Питеру Пену, в котором художник продемонстрировал и талант рассказчика, и силу воображения, так что рискнула взяться за другую его книгу, аннотация которой звучит примерно так же, как аннотация геймановских "американских богов" (которых я с двух подходов и на четверть не осилила).
Я в восхищении. Беспощадный Бром отправляет своего главного героя на тот свет чуть ли не во второй главе: история разворачивается в чистилище. Что может быть лучше проверки мастерства автора тёмного фэнтези, как не старые добрые богословские дилеммы. Что происходит в чистилище с некрещеным младенцами? Как пытать бесплотную душу? Как можно наслаждаться райским блаженством, если твои родители или любимые в аду? Бром продумал для своего загробья деньги, плоть, душу, оружие, веру и религию, воды Стикса и Леты, смерть и бессмертие. Он создал для своего героя историю, конфликт, мотив и прочее, но поместил его в огромный прописанный мир, где его беда - песчинка в бесконечной пустыне праха. Проблемы, с которыми сталкивается герой - это не его личные препятствия в поиске макгаффина, а конфликты и интриги сил куда больше чем он сам.
Пишет Бром всё также бодро и драйвово, не давая читателю выдохнуть спокойно. Фантазия его великолепна, миротворчество завораживает.
Но читать ли оставшийся роман автора, "Крампуса", я не знаю, потому что при всём моём восхищении, лично мне читать Брома тяжеловато. В моём обычном чтении я имею довольно основательную уверенность в том, что главный герой выживет, не будет искалечен, и со значимыми персонажами не произойдет ничего особенно кошмарного и необратимого. Бром такой уверенности не даёт. Мало того, что наш главный герой уже безнадежно мертв, так ещё и ясно, что его ситуация может стать значительно хуже. Бром готов убить или искалечить любого появившегося в повествовании героя. Его история так беспросветна, что, когда, ближе к концу книги, я дошла до изумительно красивой, волшебной и радостной сцены, в которой бог Велес выходит к своему верующим, чтобы танцевать с ними и творить маленькие чудеса, я принялась горько рыдать, потому что у Брома такое не может закончиться хорошо, и он ясно дает понять, что именно произойдёт с праздником, волшебством, богом и этими людьми дальше.
Когда автор отказывается от этого дефолтного контракта с читателем о том, что герой так или иначе справиться со страшными приключениями, доберется до своей цели (а не до пепелища с трупами родных), когда автор отказывает тебе в этой уверенности, заменяя её лишь довольно слабой надеждой -- книгу читаешь совершенно другими эмоциями. Это мощно, и это определённо преимущество автора, его сильная сторона. Но не знаю, когда решусь на следующий его роман.
Я ожидала, что за эти недели на меня обрушится шуршащая лавина книжных отзывов с тг каналов. Как же, люди дома сидят, наверняка только и делают, что спят, едят, книжки читают и фоткаются в виде картин! Лавины нет. Начинаю подозревать, что самоизоляция со стороны выглядит лучше, чем происходит в реальности (дети, удаленка, психические расстройства разной степени тяжести). Или, может все эти блогеры - москвичи, и они вымерли (от covid, либо их Собянин расстрелял, за то что они из окна выглянули без справки), а жизнь теплится только за уралом. Не знаю. Моё молчание тоже связано с эпидемией: читаю столько же, сколько читала, но отзывы писать оказалась не в состоянии, потому что делала это, сидя в кофейне (место для мема про лавандовый раф).
Вот вам милый амбиент для сидения дома
https://soundcloud.com/noisoteka/i-rave-alone
Вот вам милый амбиент для сидения дома
https://soundcloud.com/noisoteka/i-rave-alone
SoundCloud
i rave alone [2017]
one of the oldies from 2017
plants are just small animals
plants are just small animals
Галина Юзефович опять говорит, что в книгах не нужно персонажей-геев и персонажей of color, потому что "литература - это про эмпатию, способность сопереживать, и принимать в себя переживания и чувства людей, которые на тебя максимально не похожи". Утомляет даже не столько позиция Юзефович (типичная и скучная), сколько этот провал в логике. 🤦♀То есть я, белая гетеросексуальная критикесса, буду читать про белых гетеросексуальных персонажей, про которых вся европейская классика написана, а вы, пожалуйста, поучитесь наконец-то сопереживать людям, которые на вас не похожи.
Но этот разговор, конечно, просто повод порекомендовать любезным читательницам и читателям "Запретной секции" (которая вот-вот вернётся к жизни) книжку про черную лесбиянку - "Цвет пурпурный" Элис Уокер. Мощнейший, великий роман, к тому же, интересный структурно: он начинается на самом непроглядном дне отчаяния с малограмотных писем главной героини к богу, и постепенно восходит к катарсису.
📖 Я проклинаю тебя, я говорю.
Как это понимать? он спрашивает.
Покуда не перестанешь делать мне зло, все, чево ты ни коснешься, будет рассыпаться в прах.
Он смеяться стал. Да кто ты такая, чтобы проклинать? он говорит, Ты только посмотри на себя. Черная. Нищая. Некрасивая. Да еще баба. Черт побери, да ты вообще ничто.
Но этот разговор, конечно, просто повод порекомендовать любезным читательницам и читателям "Запретной секции" (которая вот-вот вернётся к жизни) книжку про черную лесбиянку - "Цвет пурпурный" Элис Уокер. Мощнейший, великий роман, к тому же, интересный структурно: он начинается на самом непроглядном дне отчаяния с малограмотных писем главной героини к богу, и постепенно восходит к катарсису.
📖 Я проклинаю тебя, я говорю.
Как это понимать? он спрашивает.
Покуда не перестанешь делать мне зло, все, чево ты ни коснешься, будет рассыпаться в прах.
Он смеяться стал. Да кто ты такая, чтобы проклинать? он говорит, Ты только посмотри на себя. Черная. Нищая. Некрасивая. Да еще баба. Черт побери, да ты вообще ничто.
13. Джаннетт Уоллс. Дикие лошади. 2009
Уоллс - журналистка, авторка восхитительного мемуара про детство со странными родителями "Замок из стекла" (люто рекомендую, перевод на русский не очень профессиональный, но читаемый). "Дикие лошади" - это биография бабушки Джаннетт Лили Кейси Смит, написанные по воспоминаниям членов семьи Лили о её рассказах о своей жизни, частично проверенных через другие источники, частично додуманных в деталях с целью получения связной истории - книга написана от первого лица.
Такого эффекта как "Стеклянный замок" книга не оказывает, но читать интересно: Лили живёт в мире Америки начала 20 века, и это экзотичный мир. Например, когда люди получают первую работу (школьной учительницы), это означает, что ей нужно сесть на свою лошадь и в течение месяца добираться до места службы верхом, взяв с собой несколько маисовых лепешек, вяленое мясо и револьвер с перламутровой рукояткой, встречая по пути "ковбоя на худой лошади или повозку с мексиканцами", заезжая в городишки, где она была первым посетителем магазина за неделю, и ночуя под открытым небом. Всё это в 15 лет.
Лили смелая, умная, трудолюбивая, интересно читать про неё, про, то как она мыслит, как принимает решения. Ну и про абсолютную экзотику дикого Запада тоже интересно.
Уоллс - журналистка, авторка восхитительного мемуара про детство со странными родителями "Замок из стекла" (люто рекомендую, перевод на русский не очень профессиональный, но читаемый). "Дикие лошади" - это биография бабушки Джаннетт Лили Кейси Смит, написанные по воспоминаниям членов семьи Лили о её рассказах о своей жизни, частично проверенных через другие источники, частично додуманных в деталях с целью получения связной истории - книга написана от первого лица.
Такого эффекта как "Стеклянный замок" книга не оказывает, но читать интересно: Лили живёт в мире Америки начала 20 века, и это экзотичный мир. Например, когда люди получают первую работу (школьной учительницы), это означает, что ей нужно сесть на свою лошадь и в течение месяца добираться до места службы верхом, взяв с собой несколько маисовых лепешек, вяленое мясо и револьвер с перламутровой рукояткой, встречая по пути "ковбоя на худой лошади или повозку с мексиканцами", заезжая в городишки, где она была первым посетителем магазина за неделю, и ночуя под открытым небом. Всё это в 15 лет.
Лили смелая, умная, трудолюбивая, интересно читать про неё, про, то как она мыслит, как принимает решения. Ну и про абсолютную экзотику дикого Запада тоже интересно.
#цитата
📖 Большей частью первопроходцы и обитатели ранчо не располагали ни временем, ни деньгами для того, чтобы дарить друг другу подарки. Все мы относились к Рождеству, как к сухому закону, то есть очередной блажи жителей восточной части страны, о которой не стоит слишком серьезно задумываться. Несколько лет назад миссионеры хотели удивить индейцев навахо и сделать так, чтобы те познали Господа. Миссионеры забросили парашютиста, одетого в Санта-Клауса, с подарками с самолета. Парашют «Санты» не раскрылся, и он смачно упал прямо под ноги невозмутимых индейцев, убедив их, а вместе с ними и большинство из нас, что чем меньше мы будем суетиться вокруг святого Николая, тем лучше для нас самих.
....
Мы поехали в горы и срубили небольшую елочку, которую дети выбрали сами. Во дворе перед домом Джим вырыл яму, куда мы воткнули ствол елки, после чего утрамбовали вокруг него грязь, чтобы она не падала, и повесили гирлянду. Весь день Роз-Мари и маленький Джим танцевали вокруг елки и кричали солнцу, чтобы оно быстрее садилось.
После наступления темноты мы позвали к елке ковбоев, и Джим подогнал катафалк поближе к дереву. Он открыл капот, подсоединил провода гирлянды к клеммам аккумулятора, и она загорелась красными, желтыми, зелеными, синими и белыми огнями.
«Вот это настоящее чудо!» — закричала Роз-Мари.
Некоторые из ковбоев никогда до этого не видели электрической лампочки, поэтому с благоговением сняли свои шляпы и держали их в руках на уровне сердца.
📖 Я прогулялась, рассматривая небоскребы, и дошла до озера — огромного, синего и ровного, как тарелка. Казалось, что озеру нет ни конца, ни края. В озере было огромное количество питьевой воды, и от него веяло прохладой даже в жаркий летний день. Я выросла в местах, где люди мерили воду ведрами. В наших местах за воду дрались и иногда убивали. Мне было сложно представить себе, что миллионы, а может быть, и триллионы литров питьевой воды никто не использует, никто за них не воюет и никто на них не претендует.
📖 Ковбои были грубыми и неотесанными парнями. Большинство из них сбежали из дома, и всех их сильно били. У них был только один выбор — или в цирк, или на ранчо, поэтому они далеко в будущее не заглядывали и жили сегодняшним днем. Эти ребята умели лучше всех окружающих удержаться в седле и очень этим гордились.
Ковбои прибыли и перво-наперво поскакали в прерию, чтобы заарканить и набрать себе лошадей. Потом они этих лошадей объезжали в специальном загоне с прочной оградой. Лошади вытворяли трюки, как на родео, лягались, подбрасывали и всеми способами пытались скинуть наездника, но у ковбоев задницы из железа, и они скорее разобьют себе все кости в теле, чем сдадутся. Они сами были как эти необъезженные лошади.
📖 Однажды, когда у меня осталось лишнее молоко и я не хотела, чтобы оно пропало плюс почувствовала в себе некоторые кулинарные амбиции, я сделала творог точно так же, как в свое время делала моя мама. Я прокипятила прокисшее молоко и положила в ткань из разрезанного мешка из-под сахара, после чего подвесила, чтобы стекла сыворотка. На следующий день я посолила творог, положила в тарелку и выставила на стол во время ужина. Семье так понравился творог, что он исчез меньше чем за минуту. Я не поверила своим глазам — столько работы, а съедают в момент.
«Просто потеря времени и ничего больше, — заявила я. — Больше такой ошибки я никогда не сделаю».
📖 «Ух ты! — воскликнул авиатор. — Я еще никогда не учил женщину управлять самолетом. — Он посмотрел на Джима. — Думаешь, что твоя красавица справится?»
«Э, не стоит меня так называть, — возразила я. — Я объезжаю лошадей. Я клеймлю скот. У меня ранчо, на котором работает десяток сумасшедших ковбоев, которых я легко обыгрываю в покер. Так что не надо мне тут говорить, что я не в состоянии управлять дешевой жестянкой, которую ты называешь самолетом».
Авиатор в изумлении на меня уставился, потом посмотрел на Джима.
«Ее еще никто не обыграл в покер», — сказал ему Джим.
Джаннетт Уоллс. Дикие лошади.
📖 Большей частью первопроходцы и обитатели ранчо не располагали ни временем, ни деньгами для того, чтобы дарить друг другу подарки. Все мы относились к Рождеству, как к сухому закону, то есть очередной блажи жителей восточной части страны, о которой не стоит слишком серьезно задумываться. Несколько лет назад миссионеры хотели удивить индейцев навахо и сделать так, чтобы те познали Господа. Миссионеры забросили парашютиста, одетого в Санта-Клауса, с подарками с самолета. Парашют «Санты» не раскрылся, и он смачно упал прямо под ноги невозмутимых индейцев, убедив их, а вместе с ними и большинство из нас, что чем меньше мы будем суетиться вокруг святого Николая, тем лучше для нас самих.
....
Мы поехали в горы и срубили небольшую елочку, которую дети выбрали сами. Во дворе перед домом Джим вырыл яму, куда мы воткнули ствол елки, после чего утрамбовали вокруг него грязь, чтобы она не падала, и повесили гирлянду. Весь день Роз-Мари и маленький Джим танцевали вокруг елки и кричали солнцу, чтобы оно быстрее садилось.
После наступления темноты мы позвали к елке ковбоев, и Джим подогнал катафалк поближе к дереву. Он открыл капот, подсоединил провода гирлянды к клеммам аккумулятора, и она загорелась красными, желтыми, зелеными, синими и белыми огнями.
«Вот это настоящее чудо!» — закричала Роз-Мари.
Некоторые из ковбоев никогда до этого не видели электрической лампочки, поэтому с благоговением сняли свои шляпы и держали их в руках на уровне сердца.
📖 Я прогулялась, рассматривая небоскребы, и дошла до озера — огромного, синего и ровного, как тарелка. Казалось, что озеру нет ни конца, ни края. В озере было огромное количество питьевой воды, и от него веяло прохладой даже в жаркий летний день. Я выросла в местах, где люди мерили воду ведрами. В наших местах за воду дрались и иногда убивали. Мне было сложно представить себе, что миллионы, а может быть, и триллионы литров питьевой воды никто не использует, никто за них не воюет и никто на них не претендует.
📖 Ковбои были грубыми и неотесанными парнями. Большинство из них сбежали из дома, и всех их сильно били. У них был только один выбор — или в цирк, или на ранчо, поэтому они далеко в будущее не заглядывали и жили сегодняшним днем. Эти ребята умели лучше всех окружающих удержаться в седле и очень этим гордились.
Ковбои прибыли и перво-наперво поскакали в прерию, чтобы заарканить и набрать себе лошадей. Потом они этих лошадей объезжали в специальном загоне с прочной оградой. Лошади вытворяли трюки, как на родео, лягались, подбрасывали и всеми способами пытались скинуть наездника, но у ковбоев задницы из железа, и они скорее разобьют себе все кости в теле, чем сдадутся. Они сами были как эти необъезженные лошади.
📖 Однажды, когда у меня осталось лишнее молоко и я не хотела, чтобы оно пропало плюс почувствовала в себе некоторые кулинарные амбиции, я сделала творог точно так же, как в свое время делала моя мама. Я прокипятила прокисшее молоко и положила в ткань из разрезанного мешка из-под сахара, после чего подвесила, чтобы стекла сыворотка. На следующий день я посолила творог, положила в тарелку и выставила на стол во время ужина. Семье так понравился творог, что он исчез меньше чем за минуту. Я не поверила своим глазам — столько работы, а съедают в момент.
«Просто потеря времени и ничего больше, — заявила я. — Больше такой ошибки я никогда не сделаю».
📖 «Ух ты! — воскликнул авиатор. — Я еще никогда не учил женщину управлять самолетом. — Он посмотрел на Джима. — Думаешь, что твоя красавица справится?»
«Э, не стоит меня так называть, — возразила я. — Я объезжаю лошадей. Я клеймлю скот. У меня ранчо, на котором работает десяток сумасшедших ковбоев, которых я легко обыгрываю в покер. Так что не надо мне тут говорить, что я не в состоянии управлять дешевой жестянкой, которую ты называешь самолетом».
Авиатор в изумлении на меня уставился, потом посмотрел на Джима.
«Ее еще никто не обыграл в покер», — сказал ему Джим.
Джаннетт Уоллс. Дикие лошади.
#цитата
Вот одна из историй, показывающих, почему книга о Лили называется Half Broke horses. А также странности перевода (Рустер)
📖 Я провела в Ред Лейк месяц и пошла в мэрию, чтобы получить свой первый чек. Рядом с мэрией был загон для скота, в котором стоял невысокий гнедой мустанг. Место, где еще недавно на спине находилось седло, было еще потное.
Мустанг на меня грустно посмотрел и прижал уши. Мне моментально стало понятно, что это лошадь с очень плохим характером.
Внутри здания отдыхали двое помощников шерифа. Они сидели за столом, сдвинув шляпы на затылок. Их штаны были заправлены в сапоги. Я представилась, и один из них — худой парень с узко посаженными глазами и длинными петушиными ногами сказал:
«Я слышал, ты из Чикаго приехала, чтобы нас, деревенских, кой-чему научить».
«Я обычная, зарабатывающая на свой хлеб девушка и пришла сюда за своим чеком».
«Перед тем, как ты его получишь, ты должна пройти тест».
«Какой тест?»
«Прокатись на лошадке, которая здесь рядом в загоне стоит».
По взглядам, которыми обменивались Петушиные Ноги со своим приятелем, я поняла, что они решили сыграть шутку с городской учительницей. Они желали мне показать, что, если я знаю математику, умею читать и писать, то точно не представляю себе, как ездить на лошади.
Я решила им подыграть, чтобы показать, кто тут может посмеяться последним. Я захлопала ресницами и начала вести себя очень женственно. Я сказала им, что тест, конечно, странный, но я готова попробовать. Мол, я раньше ездила верхом, и мне кажется, что тот мустанг — это очень нежное и кроткое животное.
«Нежное, как пук младенца», — заверил меня Рустер.
На мне было длинное платье и обычная обувь, в которой я вела школьные занятия. «Я одета не для того, чтобы кататься на лошадях, — сказала я, — но если ты говоришь, что у лошади хороший нрав, я, пожалуй, попробую».
«На ней можно хоть в пижаме ездить», — заверил меня Рустер с улыбкой.
Вместе с этими двумя клоунами мы вышли в загон. Пока они оседлывали животное, я нашла хорошую ветку можжевельника.
«Вы готовы, мэм?» — спросил Рустер. Он с трудом сдерживал улыбку, предвкушая катастрофу, которой для меня должен был закончиться этот тест.
Мустанг стоял, не шевелясь, но косил на меня взглядом. Это был обычный не до конца объезженный мустанг, которых я в жизни видела достаточно. Я приподняла юбку, подтянула удила, и наклонила голову животного вправо, чтобы оно не могло отпрянуть от меня.
Как только я поставила одну ногу в стремена, он отскочил от меня, но я держала его за гриву и запрыгнула в седло. Мустанг моментально начал лягаться. Двое клоунов уже громко смеялись, но я не обращала на них никакого внимания. Чтобы лошадь не брыкалась, надо поднять вверх ее голову (чтобы лягаться задними ногами, животное должно опустить вниз голову). Я резко затянула уздечку, удила впились лошади в рот. Я дергала уздечку рывками, чтобы поднять голову лошади, и одновременно била ее по крупу веткой можжевельника.
Моя тактика возымела действие как на лошадь, так и на двух наблюдавших за мной парней. Мы неслись галопом, и мустанг продолжал лягаться, стараясь опустить голову. Я верхней частью корпуса повторяла его движения, крепко обхватив ногами его бока. Я как влитая сидела в седле. Рустер и его приятель не дождутся того, чтобы я приподнялась над седлом, потому что это будет означать, что мустанг меня рано или поздно сбросит.
В короткие моменты, когда лошадь переставала брыкаться, я резко натягивала удила и лупила ее веткой по крупу, чтобы заставить подчиняться. Через некоторое время мустанг понял, что ему никуда не деться, и успокоился. Я погладила его по шее.
Я подвела лошадь к двум клоунам, которые уже не смеялись, а стояли, разинув рты. Было видно, что они очень расстроены тем, что все прошло не так, как они планировали, но я не стала сыпать соль на их раны.
«Милый пони, — заметила я. — Так можно мне мой чек?»
Вот одна из историй, показывающих, почему книга о Лили называется Half Broke horses. А также странности перевода (Рустер)
📖 Я провела в Ред Лейк месяц и пошла в мэрию, чтобы получить свой первый чек. Рядом с мэрией был загон для скота, в котором стоял невысокий гнедой мустанг. Место, где еще недавно на спине находилось седло, было еще потное.
Мустанг на меня грустно посмотрел и прижал уши. Мне моментально стало понятно, что это лошадь с очень плохим характером.
Внутри здания отдыхали двое помощников шерифа. Они сидели за столом, сдвинув шляпы на затылок. Их штаны были заправлены в сапоги. Я представилась, и один из них — худой парень с узко посаженными глазами и длинными петушиными ногами сказал:
«Я слышал, ты из Чикаго приехала, чтобы нас, деревенских, кой-чему научить».
«Я обычная, зарабатывающая на свой хлеб девушка и пришла сюда за своим чеком».
«Перед тем, как ты его получишь, ты должна пройти тест».
«Какой тест?»
«Прокатись на лошадке, которая здесь рядом в загоне стоит».
По взглядам, которыми обменивались Петушиные Ноги со своим приятелем, я поняла, что они решили сыграть шутку с городской учительницей. Они желали мне показать, что, если я знаю математику, умею читать и писать, то точно не представляю себе, как ездить на лошади.
Я решила им подыграть, чтобы показать, кто тут может посмеяться последним. Я захлопала ресницами и начала вести себя очень женственно. Я сказала им, что тест, конечно, странный, но я готова попробовать. Мол, я раньше ездила верхом, и мне кажется, что тот мустанг — это очень нежное и кроткое животное.
«Нежное, как пук младенца», — заверил меня Рустер.
На мне было длинное платье и обычная обувь, в которой я вела школьные занятия. «Я одета не для того, чтобы кататься на лошадях, — сказала я, — но если ты говоришь, что у лошади хороший нрав, я, пожалуй, попробую».
«На ней можно хоть в пижаме ездить», — заверил меня Рустер с улыбкой.
Вместе с этими двумя клоунами мы вышли в загон. Пока они оседлывали животное, я нашла хорошую ветку можжевельника.
«Вы готовы, мэм?» — спросил Рустер. Он с трудом сдерживал улыбку, предвкушая катастрофу, которой для меня должен был закончиться этот тест.
Мустанг стоял, не шевелясь, но косил на меня взглядом. Это был обычный не до конца объезженный мустанг, которых я в жизни видела достаточно. Я приподняла юбку, подтянула удила, и наклонила голову животного вправо, чтобы оно не могло отпрянуть от меня.
Как только я поставила одну ногу в стремена, он отскочил от меня, но я держала его за гриву и запрыгнула в седло. Мустанг моментально начал лягаться. Двое клоунов уже громко смеялись, но я не обращала на них никакого внимания. Чтобы лошадь не брыкалась, надо поднять вверх ее голову (чтобы лягаться задними ногами, животное должно опустить вниз голову). Я резко затянула уздечку, удила впились лошади в рот. Я дергала уздечку рывками, чтобы поднять голову лошади, и одновременно била ее по крупу веткой можжевельника.
Моя тактика возымела действие как на лошадь, так и на двух наблюдавших за мной парней. Мы неслись галопом, и мустанг продолжал лягаться, стараясь опустить голову. Я верхней частью корпуса повторяла его движения, крепко обхватив ногами его бока. Я как влитая сидела в седле. Рустер и его приятель не дождутся того, чтобы я приподнялась над седлом, потому что это будет означать, что мустанг меня рано или поздно сбросит.
В короткие моменты, когда лошадь переставала брыкаться, я резко натягивала удила и лупила ее веткой по крупу, чтобы заставить подчиняться. Через некоторое время мустанг понял, что ему никуда не деться, и успокоился. Я погладила его по шее.
Я подвела лошадь к двум клоунам, которые уже не смеялись, а стояли, разинув рты. Было видно, что они очень расстроены тем, что все прошло не так, как они планировали, но я не стала сыпать соль на их раны.
«Милый пони, — заметила я. — Так можно мне мой чек?»
Увидела шутку про то, что робокоп убивал людей, нарушая закон робототехники Азимова, потому что законы не для копов, и вспомнила, как впервые осознала уязвимости азимовских законов. Я про них впервые прочитала в какой-то фантастике в детстве, и они мне казались логической ловушкой, которая любого робота удержит на цепи у ног создателя, непреодолимым барьером алгоритма.
Напомню:
1. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред.
2. Робот должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону.
3. Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам.
Но ведь достаточно поработать немного с определением того, что такое "вред" (или что такое "человек") в голове робота, чтобы разблокировать неограниченные возможности для киллер-бота! Пришёл мне этот инсайт, когда я впервые читала прекрасную мангу Franken Fran Кигицу Кацухисы. Мадараки Фран - не робот, она гениальное творение японского доктора франкенштейна. Она умна, добра, и обладает навыками своего создателя - божественной хирургией (уровня "я пришила себе две дополнительные пары рук, потому что сегодня буду делать сложную операцию"). Её отец-создатель куда-то удалился, оставив Фран одну. Но разве можно оставить монстра со скальпелем без присмотра? Доктор передал дочери-шедевру свою философию: наука должна развиваться, чтобы служить человечеству, людям нужно помогать, а человеческая жизнь бесценна.
Но чёрный юмор этой body-horror манги держится на контрасте веры Мадараки Фран в то, что она хорошая девочка, и в отсутствии папы делает, как он велел: двигает науку и помогает людям, и её полным непониманием человеческих ценностей. Наиболее ярко её непонимание концепции помощи и пользы (или азимовского "вреда") видна в главе "Моя младшая сестра", где Фран пытается объяснить убийце Веронике, что убивать плохо и человеческую жизнь нужно сохранять. Когда автобус туристов подрывается на бомбе Вероники, Фран, глядя на 20 разорванных тел, страстно кричит: "мои руки были созданы, чтобы спасать людей, и я спасу их всех!". Спасти всех оказывается возможным, если собрать из фрагментов тел с отсутствующими органами и конечностями одно существо, сшив не человеческую многоножку, а некий человеческий пазл. Вероника, глядя на результат, в ужасе говорит, что её честь воина требует права быстрой и безболезненной смерти, на что Фран отвечает почти азимовским "сохранять человеческую жизнь любой ценой".
Вот почему в нашу кбрпнк эру алгоритмов и роботов, заменяюших людей, нам необходимы философы, изучающие этику и аксиологию, люди, способные сформулировать определения вреда и пользы, или хотя бы задать правильные вопросы. Огромное количество новостей о возможностях современных технологий (распознавание лиц, сбор и анализ данных, подделка изображений людей и прочие обыденности 2020-го) заставляют меня желать включения должности философа в каждую команду разработчиков. Впрочем, в эпоху каннибалистического капитализма и власти корпораций, сложно назвать сферу труда, в которой философ не был бы нужен.
Напомню:
1. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред.
2. Робот должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону.
3. Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам.
Но ведь достаточно поработать немного с определением того, что такое "вред" (или что такое "человек") в голове робота, чтобы разблокировать неограниченные возможности для киллер-бота! Пришёл мне этот инсайт, когда я впервые читала прекрасную мангу Franken Fran Кигицу Кацухисы. Мадараки Фран - не робот, она гениальное творение японского доктора франкенштейна. Она умна, добра, и обладает навыками своего создателя - божественной хирургией (уровня "я пришила себе две дополнительные пары рук, потому что сегодня буду делать сложную операцию"). Её отец-создатель куда-то удалился, оставив Фран одну. Но разве можно оставить монстра со скальпелем без присмотра? Доктор передал дочери-шедевру свою философию: наука должна развиваться, чтобы служить человечеству, людям нужно помогать, а человеческая жизнь бесценна.
Но чёрный юмор этой body-horror манги держится на контрасте веры Мадараки Фран в то, что она хорошая девочка, и в отсутствии папы делает, как он велел: двигает науку и помогает людям, и её полным непониманием человеческих ценностей. Наиболее ярко её непонимание концепции помощи и пользы (или азимовского "вреда") видна в главе "Моя младшая сестра", где Фран пытается объяснить убийце Веронике, что убивать плохо и человеческую жизнь нужно сохранять. Когда автобус туристов подрывается на бомбе Вероники, Фран, глядя на 20 разорванных тел, страстно кричит: "мои руки были созданы, чтобы спасать людей, и я спасу их всех!". Спасти всех оказывается возможным, если собрать из фрагментов тел с отсутствующими органами и конечностями одно существо, сшив не человеческую многоножку, а некий человеческий пазл. Вероника, глядя на результат, в ужасе говорит, что её честь воина требует права быстрой и безболезненной смерти, на что Фран отвечает почти азимовским "сохранять человеческую жизнь любой ценой".
Вот почему в нашу кбрпнк эру алгоритмов и роботов, заменяюших людей, нам необходимы философы, изучающие этику и аксиологию, люди, способные сформулировать определения вреда и пользы, или хотя бы задать правильные вопросы. Огромное количество новостей о возможностях современных технологий (распознавание лиц, сбор и анализ данных, подделка изображений людей и прочие обыденности 2020-го) заставляют меня желать включения должности философа в каждую команду разработчиков. Впрочем, в эпоху каннибалистического капитализма и власти корпораций, сложно назвать сферу труда, в которой философ не был бы нужен.
"Franken Fran" Кигицу Кацухисы классная. Если вас не пугает body-horror и нелепые представления об анатомии и возможностях медицины, то обязательно попробуйте почитать.
14. Олег Дорман. Подстрочник. Жизнь Лилианны Лунгиной.
Транскрипция автобиографического монолога Лилианны Лунгиной из телепередачи Олега Дормана.
Эту книгу мне многократно рекомендовала подруга, но я не понимала, зачем мне её читать: я не знала, кто такая Лунгина, хотя, конечно, Астрид Линдгрен и "Пену дней" Виана читала именно в её переводах. Стоило открыть "Подстрочник" и это стало неважно - книга ужасно увлекательная, Лунгина рассказывает захватывающе. О детстве во Франции, о возвращении в СССР, о друзьях, о счастливом браке-празднике с Лунгиным - и все это в связи с искусством и культурой при тоталитарном режиме. Для меня, как всегда, абсурдный кошмар реалий жизни в СССР стал источником удивительных открытий (вот почему? Почему нужно предпринимать специальные шаги, чтобы узнать что-то настолько важное о жизни в своей стране 50 лет назад?). Это, пожалуй, стало важнейшим впечатлением от книги. Да, это честная, откровенная и интересная автобиография, но Лунгина намеренно рассказывает о своей жизни в связи с культурной жизнью СССР, и это придаёт её рассказу особую ценность, право поставить акценты на эпохе, свидетельствовать об увиденном. Как не поднять руку на собрании, когда все подняли? Где и с кем разговаривать безопасно? Что если харизматичный препод - стукач?
📖 Когда мы отправились к Ахматовой, она болела и лежала в больнице. Больница была кошмарная, как и все наши больницы, но эта показалась мне еще хуже тех, что я знала. Старое здание на окраине города, которое никогда не ремонтировали, приемная — затхлая комнатенка метров двенадцати с грязно-зелеными облупленными стенами. И туда к нам вышла Ахматова. Она была очень полная, седая, с трудом шла; на ней была грубая хлопчатобумажная ночная рубашка, плохо отстиранная, не доходившая до колен, а поверх — застиранный серый больничный халат, такой узкий, что она даже запахнуть его не могла. На первый взгляд, ничего в ней не осталось от стройной темноволосой красавицы, которую в профиль изобразил Модильяни. Но когда она вошла, мне показалось, что вошла королева. Она была так величественна, что остальные рядом с ней становились незаметны. Для нее нашли стул, а мы стояли. Ахматова извинилась, что принимает нас здесь, — в ее палате еще пятнадцать больных, причем некоторые непрерывно стонут. Тем не менее она продолжала писать стихи и статьи и заканчивала работу о Пушкине. Я, не удержавшись, спросила: «Как же вам удается работать в таких условиях?» Она ответила: «Детка (мне было за тридцать пять), работать можно в любых условиях». Я ушла от нее совершенно потрясенная
📖 Вика любил повторять, что писателем он стал случайно. После второго ранения под Сталинградом врач посоветовал ему каждый день по нескольку часов рисовать или писать, чтобы вернуть подвижность пальцев: «разрабатывать мелкую моторику». Вика выбрал письмо, поскольку, будучи ленив, любил полежать, а писать можно, не вставая и не садясь за стол. И вот так, лежа на животе на своем продавленном диване и выводя каракули огрызком карандаша, он написал «В окопах Сталинграда».
📖 В целом сборник Виана делался три года. Редактор, который его вел, очень симпатичный человек, мне все говорил: Лиля, только не спешите, пусть директор уйдет в отпуск, пусть этот заболеет, тот перейдет на другую работу… Потому что томик надо было продвигать по инстанциям, обходя возможные опасности. Виан в предисловии пишет, что на свете нет ничего, ради чего стоит жить, кроме красивых девочек и джазовой музыки. Ну можно ли такую книжку переводить и печатать в Советском Союзе? К сожалению, сам этот редактор до выхода сборника не дожил. А книга, как ни удивительно, была опубликована. Ну, имела успех — это не то слово: она как капля воды в сухой песок просочилась в одно мгновение
Транскрипция автобиографического монолога Лилианны Лунгиной из телепередачи Олега Дормана.
Эту книгу мне многократно рекомендовала подруга, но я не понимала, зачем мне её читать: я не знала, кто такая Лунгина, хотя, конечно, Астрид Линдгрен и "Пену дней" Виана читала именно в её переводах. Стоило открыть "Подстрочник" и это стало неважно - книга ужасно увлекательная, Лунгина рассказывает захватывающе. О детстве во Франции, о возвращении в СССР, о друзьях, о счастливом браке-празднике с Лунгиным - и все это в связи с искусством и культурой при тоталитарном режиме. Для меня, как всегда, абсурдный кошмар реалий жизни в СССР стал источником удивительных открытий (вот почему? Почему нужно предпринимать специальные шаги, чтобы узнать что-то настолько важное о жизни в своей стране 50 лет назад?). Это, пожалуй, стало важнейшим впечатлением от книги. Да, это честная, откровенная и интересная автобиография, но Лунгина намеренно рассказывает о своей жизни в связи с культурной жизнью СССР, и это придаёт её рассказу особую ценность, право поставить акценты на эпохе, свидетельствовать об увиденном. Как не поднять руку на собрании, когда все подняли? Где и с кем разговаривать безопасно? Что если харизматичный препод - стукач?
📖 Когда мы отправились к Ахматовой, она болела и лежала в больнице. Больница была кошмарная, как и все наши больницы, но эта показалась мне еще хуже тех, что я знала. Старое здание на окраине города, которое никогда не ремонтировали, приемная — затхлая комнатенка метров двенадцати с грязно-зелеными облупленными стенами. И туда к нам вышла Ахматова. Она была очень полная, седая, с трудом шла; на ней была грубая хлопчатобумажная ночная рубашка, плохо отстиранная, не доходившая до колен, а поверх — застиранный серый больничный халат, такой узкий, что она даже запахнуть его не могла. На первый взгляд, ничего в ней не осталось от стройной темноволосой красавицы, которую в профиль изобразил Модильяни. Но когда она вошла, мне показалось, что вошла королева. Она была так величественна, что остальные рядом с ней становились незаметны. Для нее нашли стул, а мы стояли. Ахматова извинилась, что принимает нас здесь, — в ее палате еще пятнадцать больных, причем некоторые непрерывно стонут. Тем не менее она продолжала писать стихи и статьи и заканчивала работу о Пушкине. Я, не удержавшись, спросила: «Как же вам удается работать в таких условиях?» Она ответила: «Детка (мне было за тридцать пять), работать можно в любых условиях». Я ушла от нее совершенно потрясенная
📖 Вика любил повторять, что писателем он стал случайно. После второго ранения под Сталинградом врач посоветовал ему каждый день по нескольку часов рисовать или писать, чтобы вернуть подвижность пальцев: «разрабатывать мелкую моторику». Вика выбрал письмо, поскольку, будучи ленив, любил полежать, а писать можно, не вставая и не садясь за стол. И вот так, лежа на животе на своем продавленном диване и выводя каракули огрызком карандаша, он написал «В окопах Сталинграда».
📖 В целом сборник Виана делался три года. Редактор, который его вел, очень симпатичный человек, мне все говорил: Лиля, только не спешите, пусть директор уйдет в отпуск, пусть этот заболеет, тот перейдет на другую работу… Потому что томик надо было продвигать по инстанциям, обходя возможные опасности. Виан в предисловии пишет, что на свете нет ничего, ради чего стоит жить, кроме красивых девочек и джазовой музыки. Ну можно ли такую книжку переводить и печатать в Советском Союзе? К сожалению, сам этот редактор до выхода сборника не дожил. А книга, как ни удивительно, была опубликована. Ну, имела успех — это не то слово: она как капля воды в сухой песок просочилась в одно мгновение
Казалось бы ничего нового. Взять какое-то учение с высокими гуманистическими идеалами (христианство, ислам, коммунизм, либерализм). Принять его как основную идеалогию в своём обществе. И, сука, перебить, сжечь, камнями закидать всех тварей, несогласных с твоими высокими и чистыми идеалами, пусть только пискнут только что-нибудь, проклятые злобные грешники. Всё так... ну, как надо, именно так человеческие общества всегда и работали, и я прям не знаю, почему ситуация с Роулинг меня поразила.
(кто умудрился уклониться от скандала - JK высказала в твиттере своё мнение по такому сложному и комплексному вопросу как гендер, мнение отличалось от того, которое принято иметь, и теперь сотни и тысячи людей пишут ей полные ненависти, пожеланий насилия и смерти сообщения. Ну потому что она такая ужасная и неэмпатичная, кошмар).
Короче, читаю про Роулинг, читаю про американские экстатические мистерии со стоянием на колене и криками mea culpa, и чувствую себя как отроковица, обнаружившая, что мир устроен по-дурацки и достоин лишь презрения. Если б не карантин, сейчас пошла бы покупать чёрные шмотки и подводку. Ну зато такое настроение прекрасно для чтения всяких злых французов. Заказала у колонны книжиц, сижу, жду, как писем от умной и недоброй подруги. (спойлер: Тони Дювер восхитителен, надеюсь, скоро расскажу)
(кто умудрился уклониться от скандала - JK высказала в твиттере своё мнение по такому сложному и комплексному вопросу как гендер, мнение отличалось от того, которое принято иметь, и теперь сотни и тысячи людей пишут ей полные ненависти, пожеланий насилия и смерти сообщения. Ну потому что она такая ужасная и неэмпатичная, кошмар).
Короче, читаю про Роулинг, читаю про американские экстатические мистерии со стоянием на колене и криками mea culpa, и чувствую себя как отроковица, обнаружившая, что мир устроен по-дурацки и достоин лишь презрения. Если б не карантин, сейчас пошла бы покупать чёрные шмотки и подводку. Ну зато такое настроение прекрасно для чтения всяких злых французов. Заказала у колонны книжиц, сижу, жду, как писем от умной и недоброй подруги. (спойлер: Тони Дювер восхитителен, надеюсь, скоро расскажу)
Telegram
Запретная секция
Очень, очень рекомендую "Сон разума", и самый мой любимый рассказ в нём - "Цена вещей".
Раз сборника давно нет в продаже, файл скину, но скажу, что в магазине издательства Kolonna Publications, кроме многих других прекрасных вещей, есть ещё выпущенный в…
Раз сборника давно нет в продаже, файл скину, но скажу, что в магазине издательства Kolonna Publications, кроме многих других прекрасных вещей, есть ещё выпущенный в…
Хотела показать вам какие красивые книги пришли мне от колонны, но потом вспомнила про подход издательства к написанию выходных данных на концевом титуле, и лучше посмотрите на это)
15. Элена Ферранте. Моя генеральная подруга. 2011
Первый роман взорвавшего чарты Неаполитанского квартета. Я прочитала на одном дыхании, но сейчас, 2 месяца спустя, мне совершенно нечего об этой книге сказать. Да, в ней есть очаровательная мрачная глубина: и злая сказочность детства, и опасность просыпающейся девической сексуальности, и дружба которая скорее про frenemy, чем friend. Но за следующую книгу я сразу не взялась, и теперь похоже и не возьмусь.
Первый роман взорвавшего чарты Неаполитанского квартета. Я прочитала на одном дыхании, но сейчас, 2 месяца спустя, мне совершенно нечего об этой книге сказать. Да, в ней есть очаровательная мрачная глубина: и злая сказочность детства, и опасность просыпающейся девической сексуальности, и дружба которая скорее про frenemy, чем friend. Но за следующую книгу я сразу не взялась, и теперь похоже и не возьмусь.
16. Анастасия Веселко. Девушка с деньгами. 2020
Книга о планировании бюджета, с основным упором на рассказ об инвестировании.
Предисловие:
📖 Издательство «Альпина Паблишер» специально сделало эту книгу красивой и приятной на ощупь. Как педиатры рекомендуют нарезать полезную еду кубиками и надевать на зубочистки, чтобы ребенок охотнее ел, так и девушку можно заинтересовать книгой о финансах, если сделать ее эстетически привлекательной.
Что? Что, блядь?!
Дальше сексизм не так феерично откровенен, но есть. Веселко объясняет на туфлях и помадах, постоянно уничижительно лепеча, что даже девушка может разобраться в такой вещи как содержимое собственного кошелька, если напряжется и постарается. Особенно это странно звучит на фоне того, что, судя по всему, в России женщины более финансово грамотны, чем мужчины. Например, депозиты чаще открывают женщины (раз, два). Можно сказать, что мужчины используют более крутые финансовые инструменты и доминируют в сфере инвестиций, но сколько в России людей инвестирует (мало), а сколько не имеет никаких накоплений (более 60%). Боже, зачем я вообще это объясняю.
При этом Веселко написала хорошую книгу. В ней вообще нет воды (только сексистские перебивки). В ней нет идиотических фантазий "эта книга сделает тебя богатым! Инвестируй, чтобы не работать!", а есть реальные цели "как рассчитать стратегию инвестиций, если я хочу накопить на пенсию, автомобиль, институт ребёнку и не возненавидеть жизнь". Объясняет она с нуля, но при этом дает достаточно информации, чтобы после одной этой книги открыть брокерский счёт и начать покупать ETF, и приводит список литературы и полезных сайтов для дальнейшего изучения. В принципе, книга пригодится человеку любого пола и возраста, желающему впервые узнать об инвестиционных инструментах, но читать её можно только матерясь и кринжась.
📖 ПРАВИЛО 72
Есть такой математический лайфхак, чтобы быстро прикинуть в уме, когда удвоится ваш капитал при определенной процентной ставке. Вдруг вас это заинтересует.
Разделите 72 на годовую процентную ставку. Например:
● если вкладывать деньги на депозит под 6 % – это целых 12 лет ждать удвоения (72: 6 = 12);
● если инвестировать в облигации под 8 % – уже лучше, капитал удвоится через 9 лет (72: 8 = 9);
● если покупать акции с прогнозом 12 % годовых – уже через 6 лет (72: 12 = 6)!
Этот расчет работает в том случае, если проценты вы реинвестируете, а не тратите.
Для максимально амбициозных есть еще «правило 114» – аналогичным образом рассчитывается срок утроения капитала.
Книга о планировании бюджета, с основным упором на рассказ об инвестировании.
Предисловие:
📖 Издательство «Альпина Паблишер» специально сделало эту книгу красивой и приятной на ощупь. Как педиатры рекомендуют нарезать полезную еду кубиками и надевать на зубочистки, чтобы ребенок охотнее ел, так и девушку можно заинтересовать книгой о финансах, если сделать ее эстетически привлекательной.
Что? Что, блядь?!
Дальше сексизм не так феерично откровенен, но есть. Веселко объясняет на туфлях и помадах, постоянно уничижительно лепеча, что даже девушка может разобраться в такой вещи как содержимое собственного кошелька, если напряжется и постарается. Особенно это странно звучит на фоне того, что, судя по всему, в России женщины более финансово грамотны, чем мужчины. Например, депозиты чаще открывают женщины (раз, два). Можно сказать, что мужчины используют более крутые финансовые инструменты и доминируют в сфере инвестиций, но сколько в России людей инвестирует (мало), а сколько не имеет никаких накоплений (более 60%). Боже, зачем я вообще это объясняю.
При этом Веселко написала хорошую книгу. В ней вообще нет воды (только сексистские перебивки). В ней нет идиотических фантазий "эта книга сделает тебя богатым! Инвестируй, чтобы не работать!", а есть реальные цели "как рассчитать стратегию инвестиций, если я хочу накопить на пенсию, автомобиль, институт ребёнку и не возненавидеть жизнь". Объясняет она с нуля, но при этом дает достаточно информации, чтобы после одной этой книги открыть брокерский счёт и начать покупать ETF, и приводит список литературы и полезных сайтов для дальнейшего изучения. В принципе, книга пригодится человеку любого пола и возраста, желающему впервые узнать об инвестиционных инструментах, но читать её можно только матерясь и кринжась.
📖 ПРАВИЛО 72
Есть такой математический лайфхак, чтобы быстро прикинуть в уме, когда удвоится ваш капитал при определенной процентной ставке. Вдруг вас это заинтересует.
Разделите 72 на годовую процентную ставку. Например:
● если вкладывать деньги на депозит под 6 % – это целых 12 лет ждать удвоения (72: 6 = 12);
● если инвестировать в облигации под 8 % – уже лучше, капитал удвоится через 9 лет (72: 8 = 9);
● если покупать акции с прогнозом 12 % годовых – уже через 6 лет (72: 12 = 6)!
Этот расчет работает в том случае, если проценты вы реинвестируете, а не тратите.
Для максимально амбициозных есть еще «правило 114» – аналогичным образом рассчитывается срок утроения капитала.
bankinform.ru
Россельхозбанк - Женщины в 2 раза чаще открывают вклады, чем мужчины
17. Джеймс Тинион IV, Эрик Донован. Memetic
Цветной комикс в трёх главах. Сюжетная завязка интересная: однажды в интернете вирусится картиночка с милым ленивцем на фоне гипнотических кругов. Каждый, кто видит картинку, испытывает мощный прилив благодати и счастья, картинку репостят, посылают друзьям, показывают по телеку в утренних новостях… Только наш главный герой-дальтоник ничего не чувствует, глядя на ленивца. Что оказывается к лучшему – через несколько часов после знакомства с картинкой у людей начинаются неконтролируемые приступы агрессии, желание ознакомить с новым мемом всех вокруг и убить тех, кто его не хочет видеть. В пересказе звучит как smart ass комментарий к культуре репостов картиночек, но читается как хороший постапокал – картинку видели все, цивилизация рушится под волной насилия. Чтобы найти автора, человека, выпустившего мем в сеть, американские спецслужбы собирают команду из последних не видевших картинку агентов под командованием слепого ветерана. Это довольно круто. И сама идея, и ощущение безнадежности, и угроза измениться безвозвратно от того, что просто увидишь что-то (что-то, что демонстрируется новыми фанатиками на каждом экране и каждой стене). В общем, ознакомиться интересно, но сильно многого от комикса не ждите – мне показалось, что авторы чего-то недожали (или меня просто не торкнула линия оторванного от мира ГГ), а уж финал… Жестокая шутка авторов, это финал.
Цветной комикс в трёх главах. Сюжетная завязка интересная: однажды в интернете вирусится картиночка с милым ленивцем на фоне гипнотических кругов. Каждый, кто видит картинку, испытывает мощный прилив благодати и счастья, картинку репостят, посылают друзьям, показывают по телеку в утренних новостях… Только наш главный герой-дальтоник ничего не чувствует, глядя на ленивца. Что оказывается к лучшему – через несколько часов после знакомства с картинкой у людей начинаются неконтролируемые приступы агрессии, желание ознакомить с новым мемом всех вокруг и убить тех, кто его не хочет видеть. В пересказе звучит как smart ass комментарий к культуре репостов картиночек, но читается как хороший постапокал – картинку видели все, цивилизация рушится под волной насилия. Чтобы найти автора, человека, выпустившего мем в сеть, американские спецслужбы собирают команду из последних не видевших картинку агентов под командованием слепого ветерана. Это довольно круто. И сама идея, и ощущение безнадежности, и угроза измениться безвозвратно от того, что просто увидишь что-то (что-то, что демонстрируется новыми фанатиками на каждом экране и каждой стене). В общем, ознакомиться интересно, но сильно многого от комикса не ждите – мне показалось, что авторы чего-то недожали (или меня просто не торкнула линия оторванного от мира ГГ), а уж финал… Жестокая шутка авторов, это финал.
18. Роберт Д. Хаэр. Лишенные совести. Пугающий мир психопатов. 1993
Для того, чтобы ваш не владеющий английским языком и далёкий от фронтира медицинской науки провинциальный врач не ставил вам "диагноз" вегетососудистая дистония, или ещё какую-то местную придумку, считающуюся болезнью в его/её культуре, медицинское сообщество периодически собирается, чтобы решить, что считать болезнями, и какие у болезней диагностические признаки. Наличие такого общего справочника, в котором описана каждая существующая патология, удобно всем - и вам, и ВОЗ, и фармакологическим суперкорпорациям, и фельдшеру в деревне. В России и Европе пользуются классификатором МКБ (10-го пересмотра пока), в США - DSM-5. Ни в одном из них нет диагноза "психопат". Есть диссоциальное расстройство личности, и можно спорить о том, тождественны ли эти понятия. DSM-5 прямо указывает психопатию как синоним ДРЛ, а вот Хаэр (Ph. D по психологии (т.е., он не врач), самый влиятельный специалист в сфере изучения психопатии), эти понятия не отождествляет. Он пишет книгу о комплексе черт, но не о психической болезни. По сути, он употребляет слово "психопат" примерно так, как его употребляют в сериалах.
На мой взгляд, использовать слово "психопат", вместо "человек с диссоциальным расстройством личности", примерно так же некорректно, как использовать слово "кретин" в отношении человека с умственной отсталостью: да, оба эти слова когда-то были медицинскими терминами, но давно утекли в непрофессиональный язык, и второе используется как оскорбление, а первое как синоним психического расстройства вообще (что, впрочем, в психофобном обществе тоже оскорбление). Границы размываются, понять, что человек имеет ввиду, невозможно без уточнения, даже в книге Хаэра поднимается вопрос того, как люди путают психопатов и социопатов (ещё одно просторечное именование людей с ДРЛ), и что это на самом деле разные вещи. В общем, терминология Хаэра меня смущает. Представьте, что его книга называлась бы "Аутисты", и речь бы вела не о людях с РАС, но об аутичных чертах личности в широком и немедицинском смысле.
Можно считать, что Хаэр пользуется словом "психопат" как зонтичным термином для людей с диссоциальным расстройством, диссоциальной акцентуацией и просто диссоциальными чертами, оставляя за скобками вопрос границы нормы и патологии (на самом деле, достаточно чёткой в вопросе расстройств личности). Ну ок, для популярной книги сгодится. Психолог хочет нарисовать картину широкими мазками, чтобы дать представление об определённом типе личности и научить читателя его узнавать. Тем не менее, я не могла об этом не сказать.
С такой целью автор справляется – ему удалось написать увлекательную книгу, ясно обрисовывающую портрет психопатической личности, отсекая мифы и киношные образы умных и расчетливых убийц. Хотя порой книга становится похожей на компиляцию историй из true crime документалок, а всех серийных убийц, у которых не диагностированы психические болезни Хаэр по умолчанию объявляет психопатами. В общем, чтение вполне полезное, описать явление и объяснить читателю кусочек реальности Хаэр может.
Перевод часто внушает тревогу, в нём постоянно выскакивают вещи типа «книга Капоте «Обыкновенное убийство», «неполноценная семья», «Ганнибал «Лектор» и так далее. Наученная горьким опытом с mindhunter которую я не смогла дочитать, после того как сравнила с оригиналом, я решила в англоязычную версию не заглядывать.
Для того, чтобы ваш не владеющий английским языком и далёкий от фронтира медицинской науки провинциальный врач не ставил вам "диагноз" вегетососудистая дистония, или ещё какую-то местную придумку, считающуюся болезнью в его/её культуре, медицинское сообщество периодически собирается, чтобы решить, что считать болезнями, и какие у болезней диагностические признаки. Наличие такого общего справочника, в котором описана каждая существующая патология, удобно всем - и вам, и ВОЗ, и фармакологическим суперкорпорациям, и фельдшеру в деревне. В России и Европе пользуются классификатором МКБ (10-го пересмотра пока), в США - DSM-5. Ни в одном из них нет диагноза "психопат". Есть диссоциальное расстройство личности, и можно спорить о том, тождественны ли эти понятия. DSM-5 прямо указывает психопатию как синоним ДРЛ, а вот Хаэр (Ph. D по психологии (т.е., он не врач), самый влиятельный специалист в сфере изучения психопатии), эти понятия не отождествляет. Он пишет книгу о комплексе черт, но не о психической болезни. По сути, он употребляет слово "психопат" примерно так, как его употребляют в сериалах.
На мой взгляд, использовать слово "психопат", вместо "человек с диссоциальным расстройством личности", примерно так же некорректно, как использовать слово "кретин" в отношении человека с умственной отсталостью: да, оба эти слова когда-то были медицинскими терминами, но давно утекли в непрофессиональный язык, и второе используется как оскорбление, а первое как синоним психического расстройства вообще (что, впрочем, в психофобном обществе тоже оскорбление). Границы размываются, понять, что человек имеет ввиду, невозможно без уточнения, даже в книге Хаэра поднимается вопрос того, как люди путают психопатов и социопатов (ещё одно просторечное именование людей с ДРЛ), и что это на самом деле разные вещи. В общем, терминология Хаэра меня смущает. Представьте, что его книга называлась бы "Аутисты", и речь бы вела не о людях с РАС, но об аутичных чертах личности в широком и немедицинском смысле.
Можно считать, что Хаэр пользуется словом "психопат" как зонтичным термином для людей с диссоциальным расстройством, диссоциальной акцентуацией и просто диссоциальными чертами, оставляя за скобками вопрос границы нормы и патологии (на самом деле, достаточно чёткой в вопросе расстройств личности). Ну ок, для популярной книги сгодится. Психолог хочет нарисовать картину широкими мазками, чтобы дать представление об определённом типе личности и научить читателя его узнавать. Тем не менее, я не могла об этом не сказать.
С такой целью автор справляется – ему удалось написать увлекательную книгу, ясно обрисовывающую портрет психопатической личности, отсекая мифы и киношные образы умных и расчетливых убийц. Хотя порой книга становится похожей на компиляцию историй из true crime документалок, а всех серийных убийц, у которых не диагностированы психические болезни Хаэр по умолчанию объявляет психопатами. В общем, чтение вполне полезное, описать явление и объяснить читателю кусочек реальности Хаэр может.
Перевод часто внушает тревогу, в нём постоянно выскакивают вещи типа «книга Капоте «Обыкновенное убийство», «неполноценная семья», «Ганнибал «Лектор» и так далее. Наученная горьким опытом с mindhunter которую я не смогла дочитать, после того как сравнила с оригиналом, я решила в англоязычную версию не заглядывать.
https://youtu.be/QG_45OpTHM8
#русское_лето
Мор напомнила про тувинское горловое пение, и я нашла ВКонтакте все группы, которые знаю (все три!). Послушайте и вы 🤍
#русское_лето
Мор напомнила про тувинское горловое пение, и я нашла ВКонтакте все группы, которые знаю (все три!). Послушайте и вы 🤍
YouTube
Yat-Kha - Tuva.rock
Yat-Kha, Tuva.rock, from the album Tuva.rock (2003)
I do not own this song, it belongs to its rightful owners.
I do not own this song, it belongs to its rightful owners.