Я купила себе механическую клавиатуру без русской раскладки и решила, что это повод научить себя печатать слепым десятипальцевым методом. Знайте, что теперь все мои посты сопровождаются изумительным асмр стучанием и страданием. Эти строки я набирала минут пять.

Но печатать на тренажёрах скучновато, так что вероятно буду писать сюда больше постов.

​33. Глория Му. Игра в Джарт. 2023

📖 Девица, прищурившись, посмотрела на него — так глядит тощая бейрутская кошка на слишком большую для нее крысу, размышляя, сразу ли придавить ее или сперва немного позабавиться?

Наш мир, XII век, время чудес. В Багдаде живут гирафы — диковинные звери, будто верблюды с окраской леопарда, огромные, — да, выше любого дерева — но и такие нежные, с долгой шеей и маленькой изящной головой, с нежными бархатными ноздрями, с бездонными нежными глазами в густых ресницах. А ифрикийские единороги совсем не такие как сказывают: пение девственницы не усмиряет их, а, напротив, приводит в ярость, и видом они больше напоминают слона, чем лошадь. Говорящая птица Хан-Хароди, являющаяся из пламени, тоже отличается от легенд о ней, и не может отнести героя по небу в Поднебесную страну, ибо мала размером, а может лишь сидеть на плече, читать сны и мысли, да подсказывать советом. Впрочем, вероятно просто шаман, призвавший её, был слишком стар.

📖 Я смеялся над историей о рыцаре-оборотне, который, по просьбе дивной мадонны Лепестка, настиг и укусил волка, чтобы проверить, перекинется ли тот человеком при полной луне.

Абсолютно восхитительная книга. Три фантастические повести о любви с первого взгляда, связанные одним временем, местом и миром. Необыкновенные мужчины влюбляются в чудесных женщин, но жизнь жестока, смерть всегда рядом, а справедливости не существует. Волшебное средневековье, здесь Тесей вывел Минотавра из лабиринта, дети-полководцы вырезают города, благочестивые лисицы-оборотни совершенствуются в виноградарстве, а шаман может обернуться ветром, быком, конем, пятнадцатилетним отроком, золотой подковой или вороном.

Книга умная, остроумная, красивая, я испытала настоящую радость чтения. Авторка заслуживает всей славы мирской, я хочу кричать про этот сборник с колоколен. Одна из лучших книг года для меня, это точно.

📖 Эрик однажды в походе пересказывал повесть из французской книги — о том, что в давние времена у короля этих земель как раз и был в советниках друид по прозвищу Сокол (то бишь, Мерлин — маленький сокол-голубятник). Лекарь, прорицатель и маг, он умел оборачиваться ветром, конем, оленем, пятнадцатилетним отроком, нищим старцем, карликом, золотой подковой, вороном (но чаще всего, надо думать, этим соколом, дербником).

Мерлин являлся разным людям в разном обличии, и они не могли узнать его, потому-то рыцари того короля, наткнувшись в лесу на говорящего ворона или слишком уж нахального юнца, указывающего им, что делать, ничуть не удивлялись, а говорили: о, так ты Мерлин, тогда мы охотно поступим по твоему совету (и, верно, шутили между собой, что, мол, встретив карлика на осле, никогда не знаешь, кто из них Мерлин).

📖 Он навесил девице щит на шею и приказал:

— Держись ко мне поближе, да будь начеку, — но заглянув в багрово-алые, как драгоценный кварц, глаза, неожиданно сбился и закончил так, как напутствовал обычно своих солдат, — Возможно, этот день — наш последний.

Девица улыбнулась, не размыкая губ — ужасной, тихой, ледяной улыбкой — но у него вдруг потеплело на душе. Он всегда был один, словно стоял на высоком холме в снежную бурю, а теперь нашел кого-то, кто превосходил его во всем — и в жестокости (а, вернее, в абсолютном и ясном отсутствии всякой жалости) и в непреклонном бесстрашии. Кого-то, кто внушал больший страх, чем даже он сам. Он понял, почему только чудовище может пленить каменное сердце Лузиньяна — ведь девица его не была ни ведьмой, ни ангелом, она была одним из тех невероятных, восхитительных созданий, что являются, как говорил сенешаль, ради славы господней и гнева господня — его собственная кровь подсказывала это. Его кровь заходила и заговорила в нем, его кровь оказалась сильнее и судьбы, и клятв.

📖 Фейсал и Нюсха Муу подружились. А почему бы и нет? Люди называют друзьями прекрасных боевых коней и рыжих собак, пасущих скот, ласкают ягнят, которых потом забивают и едят. Почему же сыну шейха не назвать другом мальчика-раба?

Ноушен уходит из России, доступ к российским аккаунтам будет заблокирован 9 сентября. Сообщаю это вам, потому что если бы мне это не сказали лично, я бы не узнала: не знаю мониторит ли кто-то специально новости ноушен, но сама платформа никакого емейла не черкнула (не сравнить с настойчивой рассылкой, которой они продвигали свой ai).
Я завела ноушен в 2022 году как приложение для текстов, и в результате перенесла в него все свои заметки о книгах с 2010 года. Никогда я не забывала, что храню свои данные на чужих серверах, и всё равно, гляньте, чуть не пропустила потерю доступа к ним. Ноушен позволяет скачать свои заметки на компьютер (но они превратятся в тысячу файлов с бессмысленными названиями).
Я буду переходить на обсидиан и радоваться, что меня не увлекло планирование в ноушене, и доступ к красивым тетрадям в точку ещё не отменили.

У ноушена всегда были очень очень вовлеченные пользователи. Есть сабреддит про ноушен, есть каналы на ютюбе про ноушен, есть люди, которые пишут "ноушен - это моя религия". Теперь им всем предлагают обсидиан как альтернативу. У обсидиана, конечно, тоже очень сильная идентичность, культура и вайб. Но описать пропасть между ними я могу только картинками:

А это обсидиан

​С приходом осени опускаюсь в депрессию, как ртуть опускается в градуснике - быстро, естественно, неизбежно.

Мне нравится, что вся эта сложная химия и электрика мозга, тонкие взаимосвязи рецепторов, медиаторов, изящное устройство сложного организма в ощущениях сводится к "похолодало, мысли замёрзли как рыбы в пруду".

art - zzzi_gn

​34. Джаннет Инг. Под маятником солнца. 2017

Джаннет Инг написала книгу одновременно неовикторианскую и готическую.

Времена королевы Виктории, англичане создают империю, над которой не заходит солнце, меняют мир под себя и направляют во все концы света своих миссионеров. Среди “открытых” земель — Аркадия, страна фэйри, прибыть в порт которой можно, если потеряться в море.

Неовикторианский дух поддерживается вставками в начале каждой главы — эпиграфами в страницу длиной, представляющими документы эпохи (воспоминания, новостные заметки, эссе) о вопросе фэйри. Часть этих вставок сочинены Инг, а часть реальные, иногда с заменой пары слов. Пытаться угадать какие из них реальны, а какие нет - самое изумительное в чтении "маятника".

Готическая часть - в структуре и сюжете. Герои не исследуют Аркадию, а томятся в мрачном замке, окруженном ещё более мрачным лесом. Страхи, галлюцинации, падение с лошади, запертая на чердаке женщина, изучение рукописей, борьба с греховными соблазнами, прогулка по трупу волшебного кита -- вот занятия героев. Фэйри, колдовские и карнавальные, скрашивают повествование лишь пару раз.

Книга увлекательная, стильная, но открытия, совершаемые героями, почти никогда не впечатляют - слишком книга готовит к ним читателя.