Российская обложка книги "Элена знает" такая классная. И сама по себе привлекает взгляд, и выигрывает у предыдущих изданий.
Оказывается её нарисовала художница Анна Погорелова, которая сама живёт с болезнью Паркинсона
Круто, "Дом историй" молодцы @domistorii
Оказывается её нарисовала художница Анна Погорелова, которая сама живёт с болезнью Паркинсона
Круто, "Дом историй" молодцы @domistorii
23. Ayesha Manazir Siddiqi. The Centre. 2023
📖 “These are age-old rituals, Anisa. And they can be incredibly powerful. Absolutely transformative,” Shiba added.
“But it’s disgusting,” I said. “You can’t deny that it’s disgusting.”
Хоррор, самый страшный момент в котором - когда ты понимаешь, что это постмодернизм.)
Эмигрантка из Пакистана Аниса живёт в Лондоне, работает переводчицей болливудских фильмов. Ей бы хотелось стать “настоящей” переводчицей, переводить хорошую литературу, и она считает, что у неё есть то чувство языка, которое позволяет найти точное соответствие фразы на одном языке в другом, так, чтобы не потерять ни смысла, ни тона. Однако чего-то ей не хватает для такой работы: её французский позволяет ей читать Камю, но она не fluent, её урду не такой, как у её бабушки… И вот Аниса узнает про “Центр”, невероятно престижную и окруженную тайной языковую школу, которая обещает за 20 тысяч фунтов обучить вас любому языку до уровня носителя… за 10 дней. Она бы не поверила, если бы не видела результат сама. Аниса отправляется в Центр, подписывает соглашение о неразглашении и проходит обучение, которое действительно вкладывает ей в мозг идеальное знание немецкого языка… и что-то ещё.
Это такой тихий хоррор, который не выпрыгивает на тебя из-за угла, но мурашки у меня были. Так же я не разгадала главную загадку книги, хотя автор честно предлагает подсказки, и поэтому впервые в жизни твист в книге у меня вызвал буквально shocked Pikachu face. Но другим читателям я такого эффекта не обещаю, сомневаюсь, что роман обманет кого-то ещё)
Книга замечательная. Аниса не является ни ненадежным рассказчиком, ни очевидно неприятным антигероем, следовать за ней по сюжету легко, при этом она не рупор идей автора, а живой человек, не замечающий своих спорных решений и самозащит. Иногда автор подносит к ней зеркало, чтобы мы увидели её глазами других персонажей. Стоит сказать, что “эмигрантка из Пакистана” в данном случае означает, что Аниса выросла в доме со слугами и живёт в отличной лондонской квартире, которую ей купили родители, и все свои слова про исламофобию и прочую дискриминацию она произносит, не вынимая серебряной ложки изо рта.
Темы книги: языки, национальность, класс, гендер, богатство и дружба, как самые важные отношения.
📖 Even my desires, I think, shift according to the tongue I adopt. Like, at a restaurant, I’d probably choose a different item depending on which language I place the order in.
📖 Delhi reminded me of Lahore, with its expansiveness, its parks and roundabouts, and its surprising combination of the ancient and novel. Later, I would notice a similarity in the people of these two cities as well, in the way they tried to pin you down in the social hierarchy as soon as they said hello, their treatment of you changing drastically according to where they imagined you fell within that structure.
📖 My favorite place that we would go was to the top of the Park Palace hotel, where we reclined on lounge chairs that surrounded the rooftop pool—a glowing blue oasis. Here, we usually ordered a luscious chocolate fondue that came with pieces of brownie, strawberry, pineapple, and banana. We would sit there for hours, pecking on the fondue, sometimes ordering a cocktail, soaking in the breeze and chatting. These nights out felt decadent and luxurious. I imagine, though, that it sounds like peak ignorance and privilege to be feasting poolside while children begged for money on the street just below, but sometimes it felt like this very thing—the chaos and noise, the poverty so close to our faces—that made our retreat into luxury all the more alluring. The rooftop was a haven from the blaring horns and the dying poor just steps away.
📖 “These are age-old rituals, Anisa. And they can be incredibly powerful. Absolutely transformative,” Shiba added.
“But it’s disgusting,” I said. “You can’t deny that it’s disgusting.”
Хоррор, самый страшный момент в котором - когда ты понимаешь, что это постмодернизм.)
Эмигрантка из Пакистана Аниса живёт в Лондоне, работает переводчицей болливудских фильмов. Ей бы хотелось стать “настоящей” переводчицей, переводить хорошую литературу, и она считает, что у неё есть то чувство языка, которое позволяет найти точное соответствие фразы на одном языке в другом, так, чтобы не потерять ни смысла, ни тона. Однако чего-то ей не хватает для такой работы: её французский позволяет ей читать Камю, но она не fluent, её урду не такой, как у её бабушки… И вот Аниса узнает про “Центр”, невероятно престижную и окруженную тайной языковую школу, которая обещает за 20 тысяч фунтов обучить вас любому языку до уровня носителя… за 10 дней. Она бы не поверила, если бы не видела результат сама. Аниса отправляется в Центр, подписывает соглашение о неразглашении и проходит обучение, которое действительно вкладывает ей в мозг идеальное знание немецкого языка… и что-то ещё.
Это такой тихий хоррор, который не выпрыгивает на тебя из-за угла, но мурашки у меня были. Так же я не разгадала главную загадку книги, хотя автор честно предлагает подсказки, и поэтому впервые в жизни твист в книге у меня вызвал буквально shocked Pikachu face. Но другим читателям я такого эффекта не обещаю, сомневаюсь, что роман обманет кого-то ещё)
Книга замечательная. Аниса не является ни ненадежным рассказчиком, ни очевидно неприятным антигероем, следовать за ней по сюжету легко, при этом она не рупор идей автора, а живой человек, не замечающий своих спорных решений и самозащит. Иногда автор подносит к ней зеркало, чтобы мы увидели её глазами других персонажей. Стоит сказать, что “эмигрантка из Пакистана” в данном случае означает, что Аниса выросла в доме со слугами и живёт в отличной лондонской квартире, которую ей купили родители, и все свои слова про исламофобию и прочую дискриминацию она произносит, не вынимая серебряной ложки изо рта.
Темы книги: языки, национальность, класс, гендер, богатство и дружба, как самые важные отношения.
📖 Even my desires, I think, shift according to the tongue I adopt. Like, at a restaurant, I’d probably choose a different item depending on which language I place the order in.
📖 Delhi reminded me of Lahore, with its expansiveness, its parks and roundabouts, and its surprising combination of the ancient and novel. Later, I would notice a similarity in the people of these two cities as well, in the way they tried to pin you down in the social hierarchy as soon as they said hello, their treatment of you changing drastically according to where they imagined you fell within that structure.
📖 My favorite place that we would go was to the top of the Park Palace hotel, where we reclined on lounge chairs that surrounded the rooftop pool—a glowing blue oasis. Here, we usually ordered a luscious chocolate fondue that came with pieces of brownie, strawberry, pineapple, and banana. We would sit there for hours, pecking on the fondue, sometimes ordering a cocktail, soaking in the breeze and chatting. These nights out felt decadent and luxurious. I imagine, though, that it sounds like peak ignorance and privilege to be feasting poolside while children begged for money on the street just below, but sometimes it felt like this very thing—the chaos and noise, the poverty so close to our faces—that made our retreat into luxury all the more alluring. The rooftop was a haven from the blaring horns and the dying poor just steps away.
У меня было 2 шкафа книг, 75 добавленных аудиокниг в сервисе по подписке, 5 томов просроченных в библиотеке, пол-телефона пиратских файлов и целое множество комиксов всех сортов и расцветок, а также текила, ром, ящик пива, пинта чистого эфира и амилнитрит. Не то что бы это был необходимый запас для поездки. Но если начал собирать книги, то становится трудно остановиться. Единственное что вызывало у меня опасение - это машинные переводы азиатских новелл про попаданцев и регрессоров. Нет ничего более беспомощного, безответственного и испорченного, чем читатели жалких переводов китайских и корейских ранобэ. Я знала, что рано или поздно перейду и на эту дрянь.
(Начала день с машинного перевода китайской новеллы про попаданца в китайскую омегаверс новеллу. Мне сегодня в книжный клуб идти, где надо было Достоевского прочитать. Мои вкусы слишком развиты и изысканны! Это как сыр с плесенью, как кофе из жопы экзотической зверюшки, окей?)
(Начала день с машинного перевода китайской новеллы про попаданца в китайскую омегаверс новеллу. Мне сегодня в книжный клуб идти, где надо было Достоевского прочитать. Мои вкусы слишком развиты и изысканны! Это как сыр с плесенью, как кофе из жопы экзотической зверюшки, окей?)
24. Агата Кристи. Автобиография. 1965
Самыми интересными частями автобиографии Кристи оказались не про путешествия, не про сёрфинг на доске, не про две мировые войны, не про археологию и детективы, не про храм Изиды и советский Баку, а про счастливое детство.
Кристи родилась ещё при жизни королевы Виктории, потом видела появление автомобилей и аэропланов, смену мод, смену нравов. Она росла и менялась с эпохой, но её взгляд остался взглядом англичанки определённого класса (мы жили небогато — у нас было всего двое слуг. Тогда у всех были слуги!). Это не плохо, это интересно, я отметила себе чуть ли не сотню цитат. Всем рекомендую.
P.S. Забавно, что только дочитав до глав, где Кристи путешествуют через “Россию” (советские Баку и Батуми) и рассказывает про обмен денег и документов, я поняла что предыдущее кругосветное путешествие она совершила не покидая Великобритании.
📖 Первое воспоминание, которое возникает у меня в памяти, — отчетливая картина: я иду с мамой по улицам Динара на базар. Мальчишка с тяжеленной корзиной пирожков на полном ходу пулей врезается в меня, расцарапывает мне руку и чуть не опрокидывает на землю. Больно. Я заливаюсь слезами. Мне, наверное, лет семь.
Мама, превыше всего ставящая стоицизм поведения в общественных местах, тихо увещевает.
— Подумай, — шепчет она, — о наших храбрых солдатах в Южной Африке.
В ответ я реву еще громче.
— Не хочу быть храбрым солдатом, я хочу быть трусихой.
📖 Здоровье Монти улучшилось, вследствие чего он становился все менее управляемым.
Ему было скучно, и для развлечения он стрелял из револьвера в окно. Лавочники и мамины гости жаловались. Монти не испытывал никакого раскаяния. «Какая-то глупая старая дева, вихляясь, шла по дороге. Я не мог удержаться и выстрелил сначала справа, потом слева от нее. Видели бы вы, как она дала деру!»
Однажды он обстрелял даже Мэдж, шедшую по дороге. Та пришла в ужас.
— Не понимаю почему, — удивлялся Монти. — Я бы ее никогда не задел. Неужели она думает, что я не умею метко стрелять?
📖 В 1912 году это слово — «романтизм» — еще имело под собой почву. Люди называли себя «бесчувственными», но и представления не имели о том, что это обозначает в действительности. Девушки были полны романтизма в отношениях с молодыми людьми, а молодые люди имели самые идеалистические представления о юных особах. Однако и мы уже проделали большой путь по сравнению со взглядами Бабушки.
— Знаешь, я в восторге от Эмброуза, — сказала мне Бабушка об одном из ухажеров Мэдж. — На днях я видела, как Мэдж вышла прогуляться, а Эмброуз вскочил и побежал за ней вслед, — он набрал целую пригоршню камней, по которым ступали ее ноги, и положил их к себе в карман. Это очень трогательно, очень. Так поступали молодые люди во времена моей молодости.
Бедная дорогая Бабушка. Мы вынуждены были разочаровать ее. Эмброуз увлекался геологией, и с этой точки зрения гравий представлял для него определенный и немалый интерес.
📖 Когда в далекой Сербии убили эрцгерцога, событие это показалось всем таким далеким, совершенно не касавшимся нас. В конце концов, на Балканах люди постоянно убивали друг друга. То, что на этот раз убийство эрцгерцога может хоть в какой-то степени коснуться Англии, казалось совершенно невероятным — не только я, все кругом думали точно так же. И вдруг после этого убийства штормовые тучи начали застилать горизонт. Поползли немыслимые слухи, было произнесено слово — ВОЙНА! Конечно же очередная газетная стряпня. Ни один цивилизованный народ не мог вступить в войну. Уже давным-давно не было никаких войн; не может быть — с войнами покончено навсегда.
Самыми интересными частями автобиографии Кристи оказались не про путешествия, не про сёрфинг на доске, не про две мировые войны, не про археологию и детективы, не про храм Изиды и советский Баку, а про счастливое детство.
Кристи родилась ещё при жизни королевы Виктории, потом видела появление автомобилей и аэропланов, смену мод, смену нравов. Она росла и менялась с эпохой, но её взгляд остался взглядом англичанки определённого класса (мы жили небогато — у нас было всего двое слуг. Тогда у всех были слуги!). Это не плохо, это интересно, я отметила себе чуть ли не сотню цитат. Всем рекомендую.
P.S. Забавно, что только дочитав до глав, где Кристи путешествуют через “Россию” (советские Баку и Батуми) и рассказывает про обмен денег и документов, я поняла что предыдущее кругосветное путешествие она совершила не покидая Великобритании.
📖 Первое воспоминание, которое возникает у меня в памяти, — отчетливая картина: я иду с мамой по улицам Динара на базар. Мальчишка с тяжеленной корзиной пирожков на полном ходу пулей врезается в меня, расцарапывает мне руку и чуть не опрокидывает на землю. Больно. Я заливаюсь слезами. Мне, наверное, лет семь.
Мама, превыше всего ставящая стоицизм поведения в общественных местах, тихо увещевает.
— Подумай, — шепчет она, — о наших храбрых солдатах в Южной Африке.
В ответ я реву еще громче.
— Не хочу быть храбрым солдатом, я хочу быть трусихой.
📖 Здоровье Монти улучшилось, вследствие чего он становился все менее управляемым.
Ему было скучно, и для развлечения он стрелял из револьвера в окно. Лавочники и мамины гости жаловались. Монти не испытывал никакого раскаяния. «Какая-то глупая старая дева, вихляясь, шла по дороге. Я не мог удержаться и выстрелил сначала справа, потом слева от нее. Видели бы вы, как она дала деру!»
Однажды он обстрелял даже Мэдж, шедшую по дороге. Та пришла в ужас.
— Не понимаю почему, — удивлялся Монти. — Я бы ее никогда не задел. Неужели она думает, что я не умею метко стрелять?
📖 В 1912 году это слово — «романтизм» — еще имело под собой почву. Люди называли себя «бесчувственными», но и представления не имели о том, что это обозначает в действительности. Девушки были полны романтизма в отношениях с молодыми людьми, а молодые люди имели самые идеалистические представления о юных особах. Однако и мы уже проделали большой путь по сравнению со взглядами Бабушки.
— Знаешь, я в восторге от Эмброуза, — сказала мне Бабушка об одном из ухажеров Мэдж. — На днях я видела, как Мэдж вышла прогуляться, а Эмброуз вскочил и побежал за ней вслед, — он набрал целую пригоршню камней, по которым ступали ее ноги, и положил их к себе в карман. Это очень трогательно, очень. Так поступали молодые люди во времена моей молодости.
Бедная дорогая Бабушка. Мы вынуждены были разочаровать ее. Эмброуз увлекался геологией, и с этой точки зрения гравий представлял для него определенный и немалый интерес.
📖 Когда в далекой Сербии убили эрцгерцога, событие это показалось всем таким далеким, совершенно не касавшимся нас. В конце концов, на Балканах люди постоянно убивали друг друга. То, что на этот раз убийство эрцгерцога может хоть в какой-то степени коснуться Англии, казалось совершенно невероятным — не только я, все кругом думали точно так же. И вдруг после этого убийства штормовые тучи начали застилать горизонт. Поползли немыслимые слухи, было произнесено слово — ВОЙНА! Конечно же очередная газетная стряпня. Ни один цивилизованный народ не мог вступить в войну. Уже давным-давно не было никаких войн; не может быть — с войнами покончено навсегда.
📖 У неё блестящие глаза, ласковый взгляд, приятный и весёлый вид. Она пьёт кровь своей жертвы, вскрывает ей череп и выедает мозг.
Рысь по описанию графа де Бюффона.
Зырьте, у Истари, которым сейчас фанаты в вк трогательно рекомендуют открыть стримы или подписки, чтобы донатить любимому маленькому издательству, прибыль за прошлый год 76 миллионов рублей после вычета налогов
25. Jen Campbell. Weird things customers say in bookshops. 2012
Коллекция странных вещей, которые покупатели говорили в разных независимых британских книжных. Истории вызывают больше гнев, чем смех, и кажется, книготорговцы написали эту книгу в качестве психотерапевтического приёма для избавления от травмы из-за работы с людьми.
📖 CUSTOMER: Have you read every single book in here?
BOOKSELLER: No, I can’t say I have.
CUSTOMER: Well you’re not very good at your job, are you?
📖 CUSTOMER: Who do I speak to about me selling you some books?
BOOKSELLER: That would be me.
CUSTOMER: Where’s your boss? Is he not here?
BOOKSELLER: The owner of the shop isn’t here, she’s at home.
CUSTOMER: And who’s her boss? What’s his name?
BOOKSELLER: She is the boss.
CUSTOMER: Oh. Well you’re all modern, aren’t you?
📖 CUSTOMER(pointing back and forth from the bookseller to a full-size cut out of Legolas): Is that you?
BOOKSELLER: No. That’s Orlando Bloom.
Коллекция странных вещей, которые покупатели говорили в разных независимых британских книжных. Истории вызывают больше гнев, чем смех, и кажется, книготорговцы написали эту книгу в качестве психотерапевтического приёма для избавления от травмы из-за работы с людьми.
📖 CUSTOMER: Have you read every single book in here?
BOOKSELLER: No, I can’t say I have.
CUSTOMER: Well you’re not very good at your job, are you?
📖 CUSTOMER: Who do I speak to about me selling you some books?
BOOKSELLER: That would be me.
CUSTOMER: Where’s your boss? Is he not here?
BOOKSELLER: The owner of the shop isn’t here, she’s at home.
CUSTOMER: And who’s her boss? What’s his name?
BOOKSELLER: She is the boss.
CUSTOMER: Oh. Well you’re all modern, aren’t you?
📖 CUSTOMER(pointing back and forth from the bookseller to a full-size cut out of Legolas): Is that you?
BOOKSELLER: No. That’s Orlando Bloom.
26. Nghi Vo. Mammoths at the Gates. 2023
Singing Hills #4 (вот первая, вторая и третья книги серии)
Тии возвращается домой в обитель Поющие Холмы и видит мамонтов у ворот. “Восемь королевских мамонтов сравняли крепость Хао Би с землёй за время, за которое можно досчитать до шестидесяти” — любезно сообщают Тии владелицы мамонтов.
В четвёртой повести Тии горюет об умершем наставнике, глядит как друг детства вырос в начальника, как горюют другие, и, конечно, слушает истории. А ещё у Почти-Блистательной родился птенчик!
Singing Hills #4 (вот первая, вторая и третья книги серии)
Тии возвращается домой в обитель Поющие Холмы и видит мамонтов у ворот. “Восемь королевских мамонтов сравняли крепость Хао Би с землёй за время, за которое можно досчитать до шестидесяти” — любезно сообщают Тии владелицы мамонтов.
В четвёртой повести Тии горюет об умершем наставнике, глядит как друг детства вырос в начальника, как горюют другие, и, конечно, слушает истории. А ещё у Почти-Блистательной родился птенчик!
27. Hiroko Oyamada. Weasels in the Attic. 2022
Небольшая повесть от авторки “Норы” Перевод на английский David Boyd.
Сюжет: старые друзья трижды встречаются за обедом (на протяжении нескольких лет). Темы повести: женитьба и рождение детей, и главный герой женат, но вот забеременеть у жены не выходит.
Здесь опять тихое, вкрадчивое повествование, которое должно задавать тревожный фон для раскрытия героя и тем. Но на этот раз вышло настолько тихо и загадочно, что я вообще не поняла что к чему. Пара шокирующих эпизодов: богатенький приятель, рассказывающий как в его магазине экзотических рыбок завелась нищая девочка-подросток, и он подкармливал её, выдавая мешки… рыбьего корма (”да это же просто сушеные креветки! она была благодарна!”) и история жены героя о том, как избавиться от weasels in the attic. Но зачем эти истории здесь? какая между ними связь? Я не поняла.
Небольшая повесть от авторки “Норы” Перевод на английский David Boyd.
Сюжет: старые друзья трижды встречаются за обедом (на протяжении нескольких лет). Темы повести: женитьба и рождение детей, и главный герой женат, но вот забеременеть у жены не выходит.
Здесь опять тихое, вкрадчивое повествование, которое должно задавать тревожный фон для раскрытия героя и тем. Но на этот раз вышло настолько тихо и загадочно, что я вообще не поняла что к чему. Пара шокирующих эпизодов: богатенький приятель, рассказывающий как в его магазине экзотических рыбок завелась нищая девочка-подросток, и он подкармливал её, выдавая мешки… рыбьего корма (”да это же просто сушеные креветки! она была благодарна!”) и история жены героя о том, как избавиться от weasels in the attic. Но зачем эти истории здесь? какая между ними связь? Я не поняла.
