Бросаю Yellowface на 70%, больше не могу.
Не то чтобы книга плохая, в ней нормальные темы “этично ли выспрашивать реальный травмирующий опыт людей, а потом писать свой фикшен?”, “можно ли писать про историю других народов белым американцам, или можно только этнически соответствующим американцам?” и “красть чужой труд не хорошо”. Отлично, но эта книга могла быть постом (или скорее тредом в твиттере). После бесконечных меня раскрыли/о не раскрыли, надо писать/не могу писать, моим единственным источником забавы стало на рандомном месте открывать русский перевод и смеяться.

​7. Шаньмянь Чакэ. Ярость Шэнь Мяо

📖 Шень Мяо посмотрела на неё с улыбкой, которая вовсе и не была таковой.

Ещё одна китайская новеллы от издательства Freedom — увлекательная история, напоминающая исторические дорамы, с интригами, нарядами, фэнтезийными боевыми искусствами и невероятно, оскорбительно убогим переводом на русский язык.

В общем, прочитала 700 страниц за два вечера и сразу продала, заодно вспомнив - с “перерождением госпожи” от того же издательства freedom та же проблема, а вот в “бегущей воде” от Аст я не помню режущего глаз языка (о, что за образ). Поняв это, отменила покупку серии Восхождение фениксов, которую собралась взять три книжки разом. Накладываю бан на ранобэ от freedom.

В числе персонажей Йеллоуфейса есть неприятная ютюб-блогерка Кимберли Дэн (справедливости ради, там все персонажи неприятные), и, прочитав про неё, я сразу подумала, что это ж withcindy. Открыла ютюб, а там withcindy в видео про йеллоуфейс говорит, о, у меня ж тут камео, я явно Кимберли.)

Я вообще-то не подписана на неё, но после чтения того, как американка китайского происхождения Куанг пишет от лица белой женщины Джунипер, которая продает книгу, притворяясь американкой китайского происхождения… захотелось ещё больше меты. Так что посмотрела как реальная блогерка Синди критикует реальную Куанг, как её книжный аналог Дэн критиковала книжную Афину Лю, при этом говоря, мол, Куанг вкладывает в рот плохой расистской белой женщине Джунипер ту критику прекрасной писательницы Лю, которую сама получала в своей жизни, и давайте обсудим это… Боже.

Возможно, это не так забавно, если перед этим не помирал от скуки, читая саму книгу, но блогерка в видео переводит разговор с расы на класс, и это свежо.

Kimberly Deng, the YouTuber at UCLA, posts an hour-long video dissecting “problematic” lines in each one of Athena’s books. (Athena once wrote about a love interest’s “almond-shaped eyes,” which buys into Western standards of beauty and the objectification of Asian women.)

https://youtu.be/JUdFkRdgPDU?si=BE7RpTC5dGfCySxO

​8. Якуб Малецкий. Дрожь. 2015

Написано не бесталанно, и с узнаваемым стилем, и остроумно, но мне было невыносимо уныло. Уныло, как жизнь двух деревенских польских семей в XX веке, чья судьба и описывается в “дрожи”.

📖 Он познакомился с ней в том же поле, на котором спустя двадцать шесть лет умер под съеденной луной.

📖 – Я в это не верю, – сообщил Фронц тоном свято верящего человека. – По телевизору можно показать что угодно.
– Тсс, – прошипела Турковская, пихая его локтем в то неопределенное место на теле, в которое удобнее всего это делать.

📖 Через молчание нерожденных. Через взрывы крика младенцев. Через длительные проблемы с гравитацией и первые неустойчивые шаги. Через рев из-за разбитого колена. Через ускоренное сердцебиение. Через другого человека. Через свадьбы, разводы, драки, примирения, работу, усталость, увлечения и скуку. Через удовлетворение, злобу, зависть и угрызения совести. Через смерть и похороны, через смыкание глаз.
В пещерах, под корнями деревьев, в шалашах и под открытым небом. В глиняных мазанках, деревянных халупах, каменных замках и под ледяными куполами. В горах, в море, в лесах и в пустыне. На поверхности, в воздухе, под землей и в черных жилах мира.
Там, где пламя впервые бушует под ладонью, и там, где начинает крутиться колесо. Вместе с первой зажженной лампочкой и голосом в трубке телефона. Посреди воя двигателя и в секунду тишины после взлета. Во второй пуле, летящей из пистолета Гаврилы Принципа к черепу эрцгерцога Франца Фердинанда, и в стоне Клары Гитлер под телом мужа. Во всех пулях, летящих к черепам, чтобы оборвать жизнь, и во всех стонах, с которых она начинается.
Дождливым днем в поле в Пёлуново, во вспышке от удара в лоб, в языках пламени, сморщивающих кожу, и в грохоте поезда угольной магистрали. В железной стружке, вонзающейся в глаз, и в письме, оставленном под дверью.
В разверстом животе белого человека и в земле, падающей на гроб с его телом, а потом в кольской больнице, на втором этаже, в палате номер восемнадцать, в крике новорожденного, после которого все, почти все, было, как прежде.

📖 Закопав лошадь, похоронив зятя, продав хозяйство и переехав в квартиру на четвертом этаже панельного дома, он был уверен, что в жизни его ждет только прогрессирующая слепота и старость. И во многом был прав.

9. Томас Стернз Элиот. Полые люди. 1925

Meh, прочитала в разных переводах, но не была тронута ни одним.

10. Байрон. Корсар. 1814

Романтизм как он есть.

Зловещий и загадочный капитан правит шайкой пиратов. Он тёмен, жесток, некрасив, и его пороки — следствие тяжёлой судьбы. Однако, в его душе, несмотря ни на что, находится место нежной и верной любви к женщине. Дальше сражения, горящий гарем, поступки честные и жестокие, плен, спасение, гибель.

Читала и воображала экранизацию от Скорсезе.

​11. Байрон. Каин. 1821

Пьеса про грехопадение Каина читается свежо, хоть сейчас в список запрещёнки.

Сюжетно тут есть и путешествие сквозь космос, чтобы узреть существование других миров господних, и сквозь время, чтобы увидеть, что до Адама и Евы земля была заселена другими существами. Но идейная часть ещё более оскорбительна в своих интерпретациях библейского сюжета: у Байрона Каин убивает Авеля не из ревности за то, что того Бог любил сильнее и принимал жертвенных барашков с большим аппетитом, чем плоды земледельца Каина. У Байрона Каин не желает поклоняться Богу совсем: он рожден страдать и умереть за грех родителей, и не хочет славить страшного Бога. Тут и антинатализм, и воспоминание о том, что в Ветхом Завете не было рая для умерших, а вдобавок — описания нежнейшей любви между Каином и его сестрой (ведь в библии сказано, что человечество народилось от одной пары людей, а это возможно только если рожали от родных братьев, очевидно, но кому кроме скандального лорда хватило наглости на этот разговор).

Великолепно.

Люцифер
Но что бы ты подумал,
Когда б узнал, что есть миры громадней,
Чем мир земной, что есть созданья выше,
Чем человек, что их число несметно,
Что все они на смерть обречены
И все живут, все страждут?

Каин
Я б гордился
Своим умом, постигнувшим все это.

Люцифер
А если дух твой скован от рожденья
Тяжелой, грубой плотью, если он,
Столь гордый тем, что знает, жаждет новых,
Все новых, высших знаний, а меж тем
Не победит ничтожнейших, грубейших,
Мерзейших нужд и высшею отрадой
Считает только сладостный и грязный,
Без меры истомляющий обман,
Влекущий к созиданию лишь новых
Несметных душ, несметных тел, с рожденья
Приговоренных к смерти?

​12. Евтушенко Сергей. Как я стал хозяином странного замка в другом мире. 2024

Это мой любимый автор литРПГ со своим новым циклом про чувака, который засыпая, оказывается в зачарованном замке, в котором нужно открывать новые комнаты, очищая их от монстров. Не могла оторваться, прочитала за ночь, под чаёк, просто как в детстве, автор, спасибо, ждём проду.

13. Олег Навальный. 3½. С арестантским уважением и братским теплом. 2018

Книга, в которой Олег описывает суть дела ив роше, а потом рассказывает как сидел, начиная с зала суда и заканчивая освобождением. И вот вроде все мы знаем про русскую тюрьму: и что достать там можно всё, начиная с телефонов, и про странную субкультуру со своим языком и кастами, а всё-таки, когда читаешь об этом в подробностях, поражаешься невероятному абсурду. Олег ещё для отражения этой нелепости написал вставной фанфик про Чубакку, который сидит в антиутопической тюрьме страшной россии будущего, и в 2018-ом это, наверное, выглядело полной сороковщиной (Книги в колонии прошли через жесткую цензуру, на каждой обязательно присутствовал типографский штамп «Одобрено сурково-володино-кириенковской пропагандой — Митрополит Министерства культуры и СМИ Соловей-Киселевский»), а сейчас ничего, приблизилось.

14. Карл Ясперс. Вопрос о виновности: О политической ответственности Германии.

📖 Право – это высокая идея людей, строящих свое существование на некоем начале, которое гарантируется, впрочем, только силой.

Резюме лекций, прочитанных Ясперсом в Гейдельберском университете после окончания второй мировой. Про вину и ответственность (все виноваты и ответственны, если коротко). Мне лично больше всего понравились моменты воспоминаний про 30-е.

📖 В начале лета 1933 года Ватикан заключил конкордат с Гитлером. Переговоры вел Папен. Это было первое серьезное признание гитлеровского режима, сильно повысившее престиж Гитлера. Сначала это казалось невозможным. Но факт оставался фактом. Нас охватил ужас.
Все государства признали гитлеровский режим. Слышны были голоса восхищения.

15. Анастасия Медведева. Ужасно увлекательная жизнь второстепенного персонажа.

История про попаданку, которую я выловила из рубрики “побежимте_читать“ в которой Николай Караев изволят потешаться над глупенькими аннотациями русской фантастики (а я периодически встречаю что-то, что читала).

Что ж, мне следовало иметь меньше доверия к ромфанту с литмира и широте собственных вкусов: кринжометр зашкалило.

​Прочитала прекрасный “Убыр” Идиатуллина. В романе есть сцена, в которой дети, братик с сестрицею, приехали одни в далёкую деревню к своей бабушке. В момент, когда открывается дверь старого домика, моей единственной мыслью было “не входите, она же вас сожрёт”. Это многое вам скажет о том, как глубоко автор заводит читателя в лес фольклора, но про то, какая книга классная, я потом расскажу. А сейчас мне интересно, что в этой сцене у меня щёлкнула ассоциация не на Гензеля и Гретель, а на Красную Шапочку - бабушка-то типа родная. А я и не воспринимала “шапочку” в ключе опасности людоедов, притворяющихся твоей роднёй, это ведь сказка об опасность незнакомых мужчин. Да?

Виноват, конечно, Шарль Перро, поэт эпохи классицизма, сторонник развития литературы, сделавший из фольклорного материала чтение, приличное его эпохе и кругу (”Сказки Матушки Гусыни” были посвящены и подарены племяннице Людовика XIV). Я помню, как впервые в детстве прочитала его переложение Шапочки, и была поражена мыслью, что под волком имеется в виду не волк! Если вы забыли:

Детишкам маленьким не без причин
(А уж особенно девицам,
красавицам и баловницам),
В пути встречая всяческих мужчин,
Нельзя речей коварных слушать, —
Иначе волк их может скушать.
Сказал я: волк! Волков не счесть,
Но между ними есть иные
Плуты, настолько продувные,
Что, сладко источая лесть,
Девичью охраняют честь,
Сопутствуют до дома их прогулкам,
Проводят их бай-бай по темным закоулкам…
Но волк, увы, чем кажется скромней,
Тем он всегда лукавей и страшней!

Видимо до этого я таких изысков как сказки с моралите не читала, и была так поражена встречей с метафорой, что до сих пор помню этот литературный опыт. И правда, “моей” версией Красной Шапочки была простая, со счастливым концом, в котором спящего волка разрезают ножницами, вынимают бабушку со внучкой, после чего те набивают его брюхо камнями и зашивают.

Версия Перро же сформировала в культуре восприятие сказки про красную шапочку как метафоры опасности мужчин-хищников и вообще истории про отношениях полов. Чувствую, что юные читатели, выращенные на выхолощенном детском чтении без “сними одежду и ляг со мной, Красная Шапочка” и “Почему у тебя так много волос, такие широкие плечи?” не поверят в наличие там каких-то сексуальных мотивов) Однако, вы их можете видеть в поп-культуре, от ретелинга Анжелы Картер, до музыкальных клипов. Количество эротики и порно с Красной Шапочкой тоже вас может удивить, и это не списать на правило 34 и влияние фурри, ведь количество романтических фанартов, в которых любимые пары рисуются в ролях Волка и Шапки тоже велико. Волк и шапочка - хищник и добыча, но не в нейтрально-людоедском контексте, в котором ведьма хочет съесть Гретеля. (Это, конечно, не единственный вид интерпретации сказки, ещё любят рисовать Опасную Красную Шапочку, в плаще, подбитом волком, но, думаю, это больше мои товарищи, у которых была сказка с ножницами).

А ведь если отвлечься от гендерного толкования, то выходит, что речь про чудовище, которое выглядит как твоя родная бабка, но хочет тебя съесть. Тогда кажется, история имеет больше отношения к нежити либо оборотням, чем к хищникам. Может быть здесь имела место такая эволюция сюжета: от архаической истории про зажившуюся бабку, которая молодой век заедает, и может внучку сожрать, к более современной, где это всё-таки не наша бабушка людоедка, а что-то, что выдаёт себя за бабушку, и к новой эре, к письменным сказкам, где людоедская тварь уже и вовсе метафора об опасности незнакомых мужчин. Это бы объяснило между прочим вечный вопрос, как девочка умудрилась принять волка за бабку.

Вообще письменная версия Шапки, старше, чем у Перро, должна быть у Базиле в “Сказке Сказок”, но я не знаю названия его сюжета. Там явно нет ни волка, ни оборотня, может быть какой-нибудь орк?

​Прочитала статью, узнала, что в народной версии сказки фигурировал оборотень, Перро, будучи большим чиновником, не шёл против политики короля по избавлению Франции от народных суеверий, поменял оборотня на волка и дал девочке красную шапку, все последующие варианты литературной версии сказки, включая Гриммовскую, берут корни из Перро, а не из фольклора. Оригинальные варианты можно прочитать у фольклориста Поля Деларю (я прочитала в “Little Red Riding Hood: A Casebook” by Alan Dundes)

📖 И когда девочка легла, она спросила:
- Бабушка, какая ты волосатая?
- Это чтобы согреть тебя, моя детка
- Бабушка, какие у тебя длинные ногти?
- Это чтобы лучше чесаться, моя детка!
- Бабушка, какие у тебя большие плечи?
- Это чтобы лучше носить дрова из леса для растопки, моя
детка
- Бабушка, какие у тебя большие уши?
- Это чтобы лучше слышать, моя детка
- Бабушка, какие у тебя большие ноздри?
- Это чтобы лучше нюхать табак, моя детка
- Бабушка, какой у тебя большой рот?
- Это чтобы лучше съесть тебя, моя детка!
[Delarue 1957: 373–374]
Все странности, что девочка не узнала в постели волка, снимаются. Очевидно, что она начинает беседовать с бабушкой, которая постепенно становится волком. Диалог прямо просится на экран, ведь именно так нам сегодня показывают в кино трансформацию человека в волка: на коже появляется шерсть, ногти превращаются в когти, уши приобретают вид треугольных, рот расширяется, и в нем сверкают клыки. Девочка только постепенно понимает, с кем столкнулась.

Мельников А. Сказка про Красную Шапочку: три века заблуждений // Оборотни и оборотничество: стратегии описания и интерпретации, 2015, с. 51-56

Nao Tsukiji

​16. Клаудиа Пиньейро. Элена знает. 2007

Повесть от лица женщины с болезнью Паркинсона. Её дочь повесилась на колокольне церкви, но Элена знает, что это убийство, ведь Рита бы так не поступила: в тот день был дождь, а она из детского страха никогда не приближалась к колокольне в дождливые дни.

В течение одного дня мы следуем за Эленой, для которой встать со стула, пройти по улице, поднять голову — невероятные испытания, а существование размечено графиком приёма таблеток. Повесть прекрасная, начиная от выбора необычной протагонистки, попадающего в тему старости и умирания, что неизбежно вызывает волнение (не думаю, что многим удалось полностью увернуться от одной из четырех экзистенциальных данностей), до развязки, в которой сходятся темы смерти и рождения. Все персонажи невероятно живые, в их мысли и действия веришь. Ожидать большого сюжетного твиста не стоит, это не детектив, но я всё же удивилась, когда прочитала, к кому же ехала Елена за помощью.

📖 Какой-то мужчина подходит к ней и спрашивает: бабушка, помочь вам? Какая я тебе бабушка, думает она, молча смотрит на него и продолжает путь, будто она в довершение всех бед еще и глухая. Как ее ноги, которые не слышат команд. Как все те, кто не хочет слышать, что в тот вечер шел дождь. Этот мужчина младше нее лет на десять. А может, и на пять. Но его тело не перекручено, как у нее, он не знает того, что знает Элена, и поэтому он чувствует себя куда моложе, он чувствует себя вправе так к ней обращаться. Мужчина смотрит на ее тело и говорит «бабушка».

​17. Амаль Эль-Мохтар. Макс Гладстон. Как проиграть в войне времен. 2022

📖 Обнимаю, целую,
Рэд.
PS. Клавиатура покрыта медленнодействующим контактным ядом. Ты умрешь через час.

Прекрасная эпистолярная повесть про роман двух агентов времени, бьющихся каждая за своё будущее.

Рэд движется вверх и вниз по косе времени, между прядями параллельных миров, чтобы удостовериться в наступлении верного будущего в конце каждого. Заколоть Цезаря там, задержать потоки лавы в тонущей Атлантиде здесь, — и вот движение истории сдвигается в нужное русло, к победе Агентства. Но на каждую диверсию Агентства находится контрдиверсия агентов Сада, лучшая из которых — Блу. В этой игре нет никого равного Ред и Блу, они неизбежно замечают друг друга, а личное состязание приводит к рождению любви.

📖 Если бы она была ученой – а Блу исполняла эту роль достаточно раз и знала, что ей бы понравилось, – она провела бы всестороннее исследование по всем прядям, изучая миры, в которых «Ромео и Джульетта» – трагедия и в которых – комедия. Она приходит в неописуемый восторг всякий раз, когда посещает незнакомую прядь и смотрит спектакль, не зная, чем он закончится.

Поэтичная, красивая повесть, написанная с весельем и любовью. Я знала, что это романтическая история, но только во время чтения этого чудесного текста у меня в голове щёлкнуло терминологическое осознание “О боже, это же ромфант”. Ну, очевидно, да, но сколь непривычным было относить к этой категории такой оригинальный текст. С другой стороны, я понимаю, почему очень многим “Война времен” не нравится — это книга, в которой герои влюбляются друг в друга по письмам, которые передают на сушёной треске во внутренностях живого тюленя, или на на кольцах срубленного дерева (одна строка в 10 лет), чьи путешествия во времени описываются простым “Она поднялась по косе времени”, а язык настолько поэтично-романтичен, что может быть смешон. Я уже хочу перечитать.

📖 Представьте ее, незримую в кромешной темноте. Представьте, как она шагает, мерно переставляя ноги, которые не знают усталости и никогда не оступаются в пещерной пыли и гравии. Представьте, как четко вращается ее голова на толстой шее, описывая идеальную дугу слева направо, справа налево. Прислушайтесь (и почти услышите), как гироскопы жужжат в ее животе и щелкают линзы под камуфляжным желатином ее кромешно черных глаз.

📖 За ней следует тень. У нее нет доказательств, но она знает это, как кости знают вес, под которым они сломаются.

📖 Внутри ее ручки билось сердце, а кончик стержня был открытой артериальной раной. Она перепачкала страницу собой. Иногда она забывает, что написала, и помнит только то, что писала правду, а написанное причиняло боль.

📖 Сама я воспринимала происходящее через призму какой-то сказочности; меня клонило в сон, и я зависала в том промежутке между сном и явью, когда нельзя быть уверенной, реально ли то, что ты видишь, или это рой нанитов перепрошивает твои нейронные связи.
(Однажды я имела несчастье с этим столкнуться. Было неприятно. Надеюсь, тебе никогда не придется бить себя током, чтобы выжечь паразитов из собственного мозга. Впрочем, возможно, вас этому учат на основах боевой подготовки.)

📖 Обычно комендант заседает в верховьях времени, в какой-нибудь очередной перламутрово-хрустальной цитадели. Порой, когда Рэд вызывали «на ковер», она обнаруживала себя на пустой платформе, вращающейся по орбите вокруг незнакомой звезды, где Агентство не заботилось даже о том, чтобы принять облик человекоподобного начальства, к которому Рэд могла бы обращаться. Ее слушают только звезды.

📖 Убить агента Сада – нет ничего проще. Умирают они так же, как все, но после – заражают все своими спорами, разносят по ветру одуванчиковый пух, проникающий в почву, их глубокие корни пускают новые побеги. Сломить агента – вот где хитрость: тут нужно особое варево, способное разорвать цепи памяти, спутать зародышевую линию.

In the void. Valeria Scavuzzo

​18. Ольга Равн. Персонал. 2020
Перевод с датского Анны Рахманько.

📖 Вы говорите мне: это не человек, а коллега. Когда я заливаюсь слезами, вы говорите: тебе нельзя плакать, это не предусмотрено твоей программой, возможно, это ошибка в обновлении.

Работодатель проводит опрос об отношении персонала к комнатам и предметам в них, с целью выяснения их влияния на уровень трудоспособности, понимание рабочего процесса, усвоение новых знаний и навыков. Книга состоит из нумерованных фрагментов интервью человеческого и нечеловеческого персонала космического корабля ”шесть тысяч”, монологи длиной от пары предложений до пары листов. Звучит как забавный сай-фай, пародия на менеджерский язык, которую бы мог написать с Скальци или Грейди Хендрикс, но книга гораздо сложнее.

Персонал — люди и те, кто только выглядит как люди, но кого можно программировать и выключать, рассказывают о своих воспоминаниях о Земле, о странных снах, которые они стали видеть с момента размещения “предметов” в комнатах, о странной привязанности к этим “предметам”, принесённых ими с планеты Новоеоткрытие, о запахах, которые они ощущают рядом с ними. Интервьюируемые не всегда даже знают люди ли они сами (“у вас в записях не указано?”), не понимают чувств, которые испытывают (”Может с моей программой что-то не так?”), и в общем, не демонстрируют особого психического благополучия. Сначала ты совершенно не понимаешь, что происходит, о чём они говорят, и как устроен мир книги, потом у тебя начинают появляться догадки (все — ужасные), а потом в записях начинает развиваться сюжет.

Книга мрачная, очень тревожная, непростая и холодная как космос. Как же удобно, когда персонал на дальних рубежах твоего производства можно выращивать. А если что-то пойдет не так, катастрофа превратится в небольшой отчёт для руководства и пособие для обучения будущего персонала.

📖 Свидетельство 106
В кабинете лежат четыре записные книжки доктора Лунна. Думаю, кто-то из секретарей прежнего отправления брал их с собой для справочной информации. Один отрывок меня особенно впечатлил. Захотелось записать его на обратной стороне одного каталога: «У вас есть готовый продукт, который вы продвигаете, и есть другой продукт, совершенно новый, над разработкой и изучением которого вы все еще работаете. Этот другой – как сладостная тайна, потому что никто о нем не знает и все думают, что вас характеризует первый продукт. Именно так я обычно их и создаю. На переднем плане один, согласно кивает и отрицательно мотает головой, а другой дома, в постели, полузаконченный, – его я угощаю молоком и печеньем, показываю ему фильмы и расчесываю волосы, растущие на чувствительной макушке».

​19. Гу Шу. Тени прошлого.

Третий том новеллы “Белая рыба. Сказания о Бай и Ю” про мистические болезни и их лечение. Не плохо, но надоело, третья книга, а мы всё ещё не знаем чем болеет главный герой, почему он потерял память, почему ушёл его учитель и так далее.

​20. Hanna Bervoets. We had to remove your post. 2021
Перевод с голландского- Emma Rault

Главная героиня рассказывает про свой опыт работы человеком, просматривающим контент социальной сети с целью принятия решения об удалении. Тема отличная, но мне кажется, у автора не вышло.

Она показывает героиню, которая целыми днями просматривает контент, отмеченный как проблемный, а потом не может понять, кто тут ёбнулся — она или её девушка (работающая на той же работе). Хороши сцены, где героиня иронически описывает всеобщее любопытство по поводу её работы (”что самое ужасное ты видела?”), будничные диалоги сотрудников (”Проходит ли цензуру видео, в котором чувак играет с мёртвыми котятами, если он убил этих котят в другом видео, уже удалённом? Проходит, если к видео нет подписи”) и когда она обнаруживает некоторую тревожную чушь в головах своей девушки и её приятелей (“Холокоста не было”). В остальном же сюжет не раскрыл исследуемую тему, и некоторое помешательство героинь кажется притянутым за уши и неуместным.

📖 The platform doesn’t allow people to post things like “All Muslims are terrorists,” because Muslims are a PC, a “protected category,” just like women, gay people, and, believe it or not, Mr. Stitic, heterosexuals. “All terrorists are Muslims,” on the other hand, is allowed, because terrorists are not a PC and besides, Muslim isn’t an offensive term. A video of someone flinging their cat out the window is only allowed if cruelty is not a motive; a photo of someone flinging their cat out the window is always allowed; a video of people kissing in bed is allowed as long as we don’t see any genitalia or female nipples; male nipples are permitted at all times. A hand-drawn penis in a vagina is allowed; digital drawings of vulvas are not allowed; a naked child can only be shown if the image pertains to a news story, unless it’s about the Holocaust; pictures of underage Holocaust victims with no clothes on are forbidden.

📖 Alice was shown footage of a baby that was put down on a dirt road by a grown woman and then stoned by two boys. She stood there in her oversize denim jacket, leaning on one crutch, cool as a cucumber, and passed with flying colors: “Child abuse, subcategory violent death, maybe—however, no glorification in the caption, so leave it up, but flag it as alarming.”

📖 A picture of a gun meets the standards, but not if the gun is being offered for sale. Death threats against a pedophile are allowed; death threats against a politician are not; a video of a religious zealot blowing themselves up in a daycare center should be removed, on the grounds that it’s terrorist propaganda, not because it depicts violence or child abuse.