📌Мы, взрослые, часто используем стыд как инструмент воспитания, и это не обязательно плохо, если помогает помнить, что мы живем в социальном и культурном контексте, который нужно уважать. Опасным этот инструмент становится тогда, когда дозы стыда чрезмерны, особенно когда его используют в присутствии других (мудрость древних предостерегала: хвали публично, а ругай наедине).

Никогда не будет лишним напомнить, что критиковать следует действия и поведение, а не саму сущность человека: это та самая фраза «Ты поступил плохо», а не «Ты плохой человек», которую можно встретить в руководствах для молодых родителей. То же самое касается использования наречий «всегда» и «никогда», которые обычно являются симптомами нашего раздражения, а не средством воспитания или отражения эмоций: «Ты никогда мне ничего не рассказываешь», «Ты всегда такой угрюмый», «Ты никогда не помогаешь маме».

«Ты никогда меня не обнимаешь, Вирджиния...» «Ты права, мама, с этого момента я буду обнимать тебя чаще!» Смешно, не правда ли?

Фраза мамы Вирджинии - это не просьба, но и не упрек. Даже если девушка поймет, что в определенный момент мать нуждается в близости, такой жест не изменит ее образа в глазах матери как отстраненной и слегка неблагодарной дочери, а значит, будет бесполезен. Как может одно объятие, или даже два, или три, стереть чувство неполноценности, которое внушают Вирджинии слова матери?

Лука Николи "Искусство быть рядом: как пережить взросление подростка"

📌«Признание отцом женственности своей дочери является основополагающим. Именно отцовский взгляд, отличный от взгляда “зеркала” матери, определяет судьбу женственности дочери в смысле появления желания быть желанной мужчиной».

Жаклин Шаффер

📌Любовь и "убийство души": Когда чувства губят тихо.

Разговоры о самоубийствах из-за несчастной любви часто преувеличены. Гораздо трагичнее и распространеннее другой феномен: тихое "убийство" самой любви и души человека.

Это происходит, когда внешние силы — чаще всего родительские установки — душат искреннее чувство. Бесконечные "мудрые" советы: "Стерпится - слюбится", "Время лечит", "Любовью сыт не будешь", "С милым рай и в шалаше" — не помогают, а калечат. Они приучают к мысли, что любовь не главное, что ее нужно терпеть, пережидать или вовсе игнорировать ради практичности.

Примеры "убитой" любви:
1.История принцессы Маргарет и Питера Таунсенда. Она отказалась от любви всей своей жизни из-за своих обязанностей и королевского протокола.

2. Вторая история - Принцесса Диана Спенсер и принц Чарльз.

3. Одна известная актриса влюбилась в режиссера своего первого фильма. Чувства были настолько сильны, что она добровольно отказалась от других ролей на несколько лет. Она хотела принадлежать только ему, быть его музой. Их роман длился годами, но построен он был на ее безоговорочной преданности: она ждала его, он приходил. При этом режиссер ни разу не счел нужным серьезно поговорить с ней об их отношениях, об их будущем. Все держалось на ее вере и ожиданиях.

Все рухнуло, когда он начал снимать новый фильм – с другой актрисой в главной роли. После этого он просто перестал приходить. Без объяснений, без прощаний. Он исчез из ее жизни так же легко, как и появился.

Спустя много лет, будучи уже легендой экрана, чье имя знает вся страна (в то время как имя того режиссера, несмотря на когда-то полученную престижную премию, почти забыто), актриса с горечью признается в одном сожалении: что не родила от него детей. При этом она не винит его. Она называет этот роман "великой любовью", подарком Бога, и не произносит в его адрес ни слова упрека. Казалось бы, она простила и отпустила.

Но, позже, в интервью, ведущий спросил, виделась ли она с тем режиссером после расставания. Оказалось, да – на каком-то кинофестивале. Он подошел к ней и спросил: "Как дела?" И тогда эта сильная, знаменитая, любимая публикой женщина, не поднимая головы, тихо ответила: "Нормально".

В этом коротком "нормально" - вся непроходящая боль, весь гнев и обида за преданную любовь, за годы ожиданий, за предательство и безразличие. В этом слове – осознание, что то, что было для нее величайшим чувством, для него, возможно, не значило ничего. Любовь была убита его равнодушием, а рана от этого осталась навсегда. Ее "нормально" – это крик души, прикрытый маской обыденности.

Настоящая трагедия — не в громких самоубийствах из-за любви (как в "Ромео и Джульетте", где ключевая проблема — родительская нелюбовь), а в тихом удушении живого чувства. Это "убийство" происходит под гнетом чужих ожиданий, страха, предательства или равнодушия, оставляя человека с мертвой любовью внутри и незаживающей раной на душе. "Нормально" — часто, лишь ширма для этой невыносимой боли.

По мотивам г. "Любовь и суицид из книги "Психоаналитические исследования. Любовь, привязанность, зависимость" И.Р. Минасян

📌Хотя клиника не отвергает теорию, между ними существует необходимый разрыв. Это означает:
📌На время сеанса теоретические знания нужно "приостанавливать".
📌Нужно избегать двух рисков: практики вообще без теории и практики, которая становится лишь механическим применением теории (Донне).

Функция аналитического кадра (и его усвоения аналитиком) как раз и заключается в поддержании этого разрыва. Кадр позволяет подходить к психике пациента не напрямую, а опосредованно, через эту рамку. Это создает пространство, где бессознательное аналитика может резонировать с бессознательным пациента.

Поддержание этого теоретико-клинического разрыва – не данность, а постоянная задача, которую аналитик должен "отвоевывать". Для этого необходим не только анализ собственного контрпереноса, но и обсуждение своих мыслей с коллегами (супервизия, интервизия).

По мотивам [Специфика практики психоаналитик: клиническое мышление] из 2 главы "Идентичность психоаналитика" книги "Медицина и психоанализ" Кристиан Делурмель

📌Заранее проговаривая с детьми предстоящие события, мы существенно снижаем риск их психической травматизации.

Детская психика, особенно в раннем возрасте, функционирует в значительной степени под влиянием первичных процессов (по Фрейду) – мышления, насыщенного фантазиями, страхами и магическими представлениями. Неизвестность активирует эти процессы особенно интенсивно. Пустота информации заполняется детскими фантазиями, которые часто бывают катастрофическими ("Мама ушла и никогда не вернется", "Врачи сделают мне больно и я умру", "Новая школа – это место, где меня все будут гнобить"). Предварительный разговор ослабляет власть этих тревожных фантазий, переводя событие из области непредсказуемого ужаса в область осмысляемой реальности, пусть и сложной.

Приведу пример: Ребенку предстоит первая ночевка у бабушки. Без объяснений внезапное расставание с родителями может вызвать панику, ощущение брошенности ("Меня отдали, потому что я плохой"). Заранее обсудив: "Сегодня вечером ты поедешь к бабушке, поспишь у нее в гостях, а утром мы тебя заберем, вот твой любимый мишка поедет с тобой" – родители дают опору, снижая тревогу сепарации.

Продолжение следует...

📌Контейнирование тревоги

Родитель, говоря о предстоящем событии ребенку, выступает как "контейнер" для еще не сформированных или непереносимых чувств ребенка. Проговаривая событие ("Да, тебе будет страшно перед операцией, это нормально"), родитель признает и легитимизирует чувства ребенка, помогает ему их интегрировать в свой опыт, а не вытеснять или выражать через симптомы (истерики, энурез, замкнутость). Это учит ребенка справляться с тревогой, а не быть ею захлестнутым.

Приведём пример: Предстоящая операция. Вместо туманного "Тебя починят доктора" (однажды я услышала эту фразу от одной мамы) или вовсе молчания, стоит честно (соответственно возрасту) объяснить: "Завтра мы поедем в больницу. Там ты уснешь (под наркозом), и пока ты будешь спать, доктор аккуратно сделает тебе операцию на ушке, чтобы оно перестало болеть. Проснешься ты в палате, будет немного больно, но медсестра даст лекарство. Я буду рядом с тобой до того, как ты уснешь, и встречу, как только ты проснешься". Это снижает страх перед неожиданной болью и непонятными манипуляциями.

Первая часть поста здесь

📌Травма часто возникает, когда событие настолько неожиданно и непонятно, что психика не успевает его "переварить" – интегрировать в существующую картину мира. Оно остается "инородным телом", вызывающим постоянное напряжение, симптомы, срывы. Проговаривание заранее начинает процесс интеграции ДО события, делает само событие менее шокирующим и более поддающимся последующему осмыслению.

Приведём пример: Смерть тяжело больного дедушки. Если ребенка просто привели попрощаться с уже умершим человеком без подготовки – это шок. Если же ему ЗАРАНЕЕ говорили (в соответствии с возрастом):

"Дедушка очень стар и болен, доктора делают все возможное, но он может скоро умереть. Мы пойдем с ним попрощаться, он будет лежать с закрытыми глазами и он не сможет ответить"

, – ребенок имеет шанс хоть немного подготовиться к потере.

Важные нюансы:
📌Информация должна быть дозированной и понятной. Малышу не нужны медицинские подробности операции, подростку – уже можно сказать больше.

📌Честность (без жестокости): Нельзя обещать "не будет больно", если боль будет. Лучше: "Будет немного больно, но быстро пройдет, и я буду держать тебя за руку". Избегать страшных деталей, не нужных для понимания.

📌Пространство для вопросов и чувств: Разговор – это диалог. Важно дать ребенку возможность задать вопросы, выразить страх, грусть, злость и принять эти чувства, не обесценивая ("Не бойся, ерунда!").

📌Не перегружать: Предупреждать о действительно значимых событиях, а не о каждой мелочи, иначе это само по себе станет источником тревоги.

Заблаговременное и адекватное информирование ребенка о предстоящих событиях – это акт психической гигиены и защитного структурирования реальности. Оно позволяет Я ребенка мобилизоваться, интегрировать тревогу, опираться на понимание вместо катастрофических фантазий и, в конечном счете, преобразовать потенциально травмирующий опыт в сложный, но переживаемый, минимизируя риск формирования глубинных психических ран и способствуя развитию психологической устойчивости. Это не просто "предупреждение", это сотворение психологической безопасности для развивающейся психики.

1 часть здесь
2 часть здесь

📌Часто родные и близкие эмоционально незрелых людей, видя в их состоянии просто случайность, обращают внимание на их отменное физическое здоровье. Создается впечатление, что годы их совсем не коснулись. Это заставляет задуматься: а не является ли прекрасное самочувствие главным психосоматическим признаком такой незрелости? Вечная молодость и отсутствие видимых признаков старения — не доказывают ли они, что настоящая зрелость заключается не в паспортном возрасте, а в эмоциональном взрослении?

Возможно, если внутренний мир человека полон противоречий, а чувства не гармонируют друг с другом, тело как бы «откатывается» назад в своем развитии, отказываясь стареть, даже если внешне человек ведет взрослую жизнь (ведь мечтать о семье может и ребенок, но реализовать это может лишь взрослый).

Яркий пример — Жанна Кальман, которая дожила до 122 лет. В статьях о ней часто отмечали её поразительное спокойствие перед лицом жизненных трагедий (смерть дочери и внука). В интервью же она с удовольствием делилась историями о портвейне и сигаретах, чем неизменно вызывала улыбку у публики. Хотя она и достигла невероятного возраста, такой инфантильный взгляд на вещи очень характерен для незрелых личностей: жить сегодняшним днем, получать удовольствие от простых вещей, избегая любой ответственности.

Психоаналитик может часто наблюдать подобное у своих молодо выглядящих пациентов. Расспрашивая их, психоаналитик просил назвать не только их реальный возраст, но и тот, на который они себя чувствуют. Обычно они вычитали несколько «лишних» лет — тот самый период, который был потрачен на бунт, бездействие и эмоциональный хаос. Курс психоанализа помогал им заполнить внутреннюю пустоту, и по мере эмоционального взросления их физическое состояние приходило в соответствие с реальным возрастом — они начинали выглядеть и чувствовать себя старше.

В более редких случаях процесс взросления может «заморозиться» из-за точечной психологической травмы, связанной с ключевым событием в жизни.

По мотивам главы "Психическая незрелость, или миф о вечной молодости" из книги Жизель Аррюс-Ревиди "Незрелые родители и взрослые дети"

📌Кoгда ты в ужaсе выбегaешь из вaнной и pугаешься (почти матом), что туалет пеpестал cмывать… а 4х летнии‌ pебе‌нок говоpит: «Навеpное, это из-за меня. Я бpосила очeнь много бyмаги. Мне нyжен был кapтонный рулон. Извини, пoжалуйста». И ты вмeсто «сегодня никaких мyльтиков!» отвeчаешь: «Хоpошо, спасибо за честность».

Когда ты говоришь мужу: «Пойди проверь, дышит ли она. Она слишком долго спит». И он вместо «не говори ерунду, мысли материальны» отвечает: «Я проверю. Но, чего ты опасаешься?». И ты обсуждаешь с ним свои‌ страх синдрома внезапнои‌ детскои‌ смерти. И он тебя обнимает.

Когда ребе‌нок говорит: «Я боюсь сделать неверный выбор, пойти не в тот университет. Вдруг я пожалею», и ты вместо «у тебя еще‌ есть год на подумать, это важное решение, от него зависит вся жизнь» отвечаешь: «Ты всегда можешь передумать. Ошибка — это тоже результат. Мы расте‌м и наш взгляд на себя меняется».

Когда старшие дети говорят о младенце: «когда она кричит, у меня внутри такая злость, такая злость», а ты понимающе киваешь вместо того, чтобы напомнить, что это твоя сестра и ты должна её любить.

Как же комфортно жить в доме, где есть эмоциональная безопасность.
Жизнь становится абсолютно другой.

В ней почти нет страха, меньше злости и очень много поддержки.

Н. Ремиш

📌Есть один интересный феномен в любви: нас с необъяснимой силой тянет к тем, кого мы одновременно и желаем, и презираем. Мы часто не можем понять, почему влюбляемся в людей, которые кажутся нам глупыми, поверхностными, корыстными или даже откровенно плохими. Мы сами себе говорим: «Это же провальный вариант!», но ничего не можем с собой поделать.

Классические примеры:

⏺Умные и достойные мужчины теряют голову от легкомысленных и эгоистичных женщин.
⏺ А, нежные и добрые женщины вдруг попадают в сети к опасным или деструктивным мужчинам.

Таких сюжетов много в литературе и кино, и в жизни — тоже.

В чём же причина?

Всё дело в наших внутренних, неразвитых и часто отвергнутых частях личности. Это какие-то «детские», незрелые или запретные аспекты нашего «Я», которые мы когда-то загнали глубоко внутрь, потому что стыдились их или боялись.

Такая любовь — это своеобразный «кастинг», который наша психика проводит бессознательно. Она ищет вовне того, кто сможет «сыграть роль» и воплотить эти спрятанные части нас самих. Этот человек становится живым воплощением того, что мы в себе не приняли.

Таким странным и болезненным способом наша психика пытается собрать пазл нашей личности воедино. Мы ищем вовне того, кто даст жизнь нашим отщеплённым чувствам и чертам, чтобы мы наконец смогли их увидеть, признать и интегрировать. Это радар, который наводит нас на людей, через отношения с которыми мы можем исцелить свои внутренние раны.

По мотивам "Любовь, как кастинг" из книги "Терзания души. Страсти, симптомы, сновидения" Антонино Ферро

📌Человек,который в глубине души ощущает себя недостойным, плохим или «испорченным», постоянно ищет во внешнем мире доказательства, что это не так. Его внутренняя уверенность в своей неприемлемости заставляет его жаждать подтверждения извне — чтобы другие люди своими словами, вниманием и любовью убедили его в том, что он ценный, хороший и достойный любви.

Это ощущение можно описать как внутреннюю глубокую трещину или рану, которая искажает самовосприятие. Тот, кто внутренне убежден в своей «неправильности» или ущербности, живет в постоянном конфликте с самим собой. Его психика устроена так, что она отфильтровывает положительные впечатления о себе и усиливает малейшие промахи или критику.

Из-за этого формируется порочный круг зависимости от внешней оценки.

По сути, это попытка залатать внутренюю дыру внешними средствами.

📌Маленькие дети, примерно до четырех лет, не умеют лгать в полном смысле этого слова. Сначала они просто начинают прятать свои настоящие чувства, потому что понимают: если показать злость или обиду, мама с папой могут расстроиться. Но, эти спрятанные эмоции все равно находят выход — через игру, где мишка может внезапно стать злым, или в общении с другими детьми.

К сожалению, именно так и начинает формироваться «ложное я» — привычка вести себя не так, как чувствуешь, а так, чтобы угодить взрослым.

Эта тенденция часто поддерживается в семьях с строгими или закрытыми правилами. В таких домах царит принцип «не выноси сор из избы». Правду, которая может испортить идеальную картинку семьи, предпочитают замалчивать или заменять «ложью во благо». Честность здесь не в почете.

Также, хочется напомнить следующее:
Любовь и ложь — это две несовместные вещи. Подлинная любовь строится на абсолютной честности, взаимности и доверии, где нет места манипуляциям или использованию друг друга.

📌"Полностью избежать страдания не дано. Научить выносить страдание – одно из основных достижений психоанализа."
Шандор Ференци

📌"На риск психоанализа идут те, кто заинтересован в нанесении на карту неизвестных континентов своей души."
Джойс МакДугалл

⚡️С сентября появится 1 место для длительной психоаналитической терапии

Для записи пишите @anna_ch_psy

📌ПСИХОАНАЛИЗ И КИНЦУГИ

Существует искусство, которое не маскирует повреждения, а обращает на них внимание, делая, ранее разбитую вещь, уникальной. Оно называется кинцуги, или «починка золотом».

Согласно легенде, всё началось, когда у японского правителя разбилась любимая пиала. Китайские мастера починили ее некрасивыми металлическими скобами. Не смирившись с этим, он поручил работу местному умельцу. Тот предложил гениальное решение: соединил осколки золотым лаком. Вместо уродливого шрама чашу украсили причудливые золотые жилки, рассказавшие историю ее прошлого.

Так родилась философия, воплощенная в керамике: изъяны и шрамы — не повод для стыда. Это доказательство пройденного пути, признак силы и уникальности. Разбитая и восстановленная вещь становится только прекраснее, ведь ее история буквально отлита в золоте.

Когда я услышала эту историю, подумала, что кинцуги — это не просто искусство, это глубокая философская концепция, которая прекрасно ложится на язык психоанализа.

В психоанализе (особенно в работах Зигмунда Фрейда и его последователей) центральное место занимает концепция психической травмы — переживания, которое является настолько сильным или болезненным, что психика не может его "переварить" и интегрировать. Это переживание вытесняется в бессознательное, но продолжает влиять на человека, вызывая симптомы, неврозы, повторяющиеся сценарии жизни.

📌Чаша = Психика. Изначально цельная, но хрупкая.
Трещины и разломы = Психическая травма, которая "разбивает" наше ощущение целостности и безопасности.

Обычный подход к "трещинам" — это попытка вытеснить их (склеить так, чтобы швов не было видно, спрятать) или отрицать ("все было хорошо, ничего не случилось"). Но, как учит психоанализ, вытесненное всегда возвращается в виде симптомов.

Золотые швы мне видятся как интеграция и трансформация.
Здесь и проявляется суть кинцуги. Вместо того чтобы скрывать повреждения, их подчеркивают и преображают с помощью золота.

📌Процесс склейки = Психоаналитическая терапия/ анализ. Это долгая, кропотливая работа по "раскопкам" бессознательного. Вместе с аналитиком пациент заново переживает травматический опыт, но уже в безопасной обстановке, чтобы осмыслить его и интегрировать в свою жизненную историю.

📌Золотой лак = Осознание и принятие. Травма не исчезает, но она перестает быть темным, болезненным пятном. Она становится частью личности, источником силы, мудрости и уникальности. Это акт принятия своего прошлого со всеми его "трещинами". Золото символизирует ценность этого опыта.

📌Уникальный узор из трещин = Личная история. Узор кинцуги никогда не повторяется. Так и у человека: уникальный набор травм, опыта преодоления, защитных механизмов и стратегий выживания формирует неповторимую личность.

📌Новая красота = Аутентичность. Красота кинцуги — это красота аутентичности, правды о себе. В психоанализе цель — не стать "нормальным" по каким-то шаблонам, а стать собой — целостным, осознающим свои противоречия и принимающим их.

Также, здесь мне видится отказ от перфекционизма и нарциссической защиты.
Стремление к идеалу, к безупречности часто является нарциссической защитой: "Если я буду идеальным, меня нельзя будет ранить, и меня будут любить". Кинцуги предлагает радикально иной взгляд: ценность и любовь возможны именно в силу своей уязвимости и неидеальности.

Это перекликается с идеей Дональда Винникотта о "достаточно хорошей матери" — не идеальной, а реальной, со своими недостатками, но которая тем не менее обеспечивает достаточно любви и заботы для здорового развития ребенка.

Таким образом, кинцуги становится не просто искусством реставрации керамики, а руководством к тому, как можно и нужно относиться к собственным психологическим ранам: не прятать их, а с уважением и заботой превращать в золотые швы своей личности.

📌Набор в супервизионную онлайн группу А.М. Чичиной для специалистов, которые начинают работу в психоаналитическом методе (Французская школа ПА, не Лакан)

Четверг (10:00-11:30 по Мск) с сентября 2025 г. до середины июня 2026г.
 
Супервизия (клинический разбор) случаев пациентов происходит в закрытой группе в психоаналитическом методе (школа французского психоанализа).

Будем учиться;

1. Технике работы

2. Работать с переносом и контрпереносом

3. Выбирать технику работы с пациентом в зависимости от его психического функционирования

4. Формулировать интервенции, чтобы не дезорганизовать пациентов на психическом и соматическом уровнях.

5. Слышать и слушать пациентов правильно

Продолжительность работы группы - 1 год. Количества участников в группе 8 человек (осталось 3 места)
 
Супервизии проходят в онлайн формате,
Стоимость участия в группе - 2500 руб., пропуски оплачиваются.

О своей заинтересованности пишите, пожалуйста, в личные сообщения в Telegram: +79263193814

📌Уже очень скоро 1 сентября, День Знаний!
Для детей – это встреча с друзьями, новые тетради и волнение перед неизвестным. Для родителей – надежды, тревоги и ритм, врывающийся в размеренное лето. А, для нас, психотерапевтов, 1 сентября – очередной повод задуматься о бессознательных процессах, которые отправляются в школу вместе с детьми.

В рюкзаках детей не только учебники и тетради. Туда аккуратно, а иногда и не очень, сложены:

1. Семейные установки: "Учись на отлично любой ценой", "Главное – не напрягаться", "Школа – это поле битвы".

2. Опыт, который дети пережили в каникулы: Отдых, свобода, а может, и страдания.

3. Бессознательные тревоги родителей ("А вдруг не справится?") часто становятся их собственными.

4. Их собственное представление обо всем на свете.

📌Родителям учеников хочется сказать следующее:
1. Ваша тревога – их тревога. Дети считывают ваше беспокойство о школе, оценках, учителях как сигнал опасности. Спокойствие (даже если внутри буря!) – лучшая поддержка.

2. Как ребенок чувствует себя в школе? Есть ли контакт с другими? Что его беспокоит или радует? Эти сигналы важнее оценок.

3. Ваши школьные раны или триумфы бессознательно влияют на ожидания от ребенка. Не стоит переносить свой опыт на него.

📌Мои слова коллегам: этот период – время особой чувствительности. Дети и подростки могут "заговорить" симптомом о непереносимом школьном опыте. А, взрослые пациенты – актуализировать свои школьные травмы ("как будто снова попали первый класс").

⚡️Школа – не только про знания. Это мощный психический опыт, где сталкиваются внутренние миры ребенка, семьи и социума. Давайте будем внимательны к этому внутреннему миру!

📌Идеальных родителей не бывает. Сама эта мысль об идеале — обманчива и опасна. Она только мешает, заставляя самых любящих и трудолюбивых людей (родителей и всех, кто участвует в воспитании ребёнка) сомневаться в себе и испытывать чувство вины.

📌Дональд Винникотт, педиатр и психоаналитик, говорил о детях школьного возраста не так много, как о младенцах и малышах, но его ключевые концепции прекрасно проецируются и на этот период тоже.

Прямых цитат именно о школьниках у него немного, но я приведу те, что мне удалось найти в работах "Ребенок, семья и внешний мир", "Игра и реальность".

📌"Ребенок, который играет, — это в потенции взрослый, который сможет работать. Школа — это не просто приобретение знаний; это открытие себя для жизни."

Винникотт видел прямую связь между свободной, неструктурированной игрой в раннем детстве и способностью к концентрации и творчеству в школьные годы. Школа для него — это не просто фабрика знаний, а социальная среда, где ребенок продолжает открывать и проявлять свое "Истинное Я".

📌"Задача образования — не только передавать знания, но и предоставлять стабильную и предсказуемую среду, в которой ребенок может позволить себе не знать всего и задавать вопросы."

Здесь Винникот подчеркивал, что хороший учитель — это тот, кто создает "достаточно хорошую" среду для обучения, где ошибки и незнание — это часть процесса, а не повод для стыда. Это прямое продолжение его идеи о "достаточно хорошей матери".

📌"Именно в школе ребенок впервые по-настоящему сталкивается с необходимостью быть социальным существом. Опасность заключается не в адаптации как таковой, а в том, что ради одобрения ребенок может стать слишком уступчивым, развивая "Ложное Я"."

Школьный возраст — это время, когда давление социума (учителя, одноклассники, правила) резко усиливается. Здоровый ребенок способен адаптироваться, не теряя связи со своими истинными чувствами и желаниями. Но, если среда слишком ригидна и требовательна, ребенок может начать носить маску ("Ложное Я"), чтобы угодить другим, подавив свою спонтанность.

📌"Способность быть наедине с собой формируется в раннем детстве, но проверяется в школе. Ребенок, который может спокойно посидеть на перемене один, не чувствуя себя брошенным, — это ребенок, который уверен в надежности своего внутреннего мира."

Это отсылка к его знаменитой концепции "способности быть одному". Для школьника это означает не зависеть постоянно от внешней стимуляции (гаджетов, шумных игр) для избегания скуки или тревоги. Это признак психологической зрелости.

📌"Творческий потенциал — это не про то, чтобы нарисовать красивую картину. Это то, что позволяет человеку чувствовать, что жизнь стоит того, чтобы жить."

В школьном контексте это означает поддержку любых творческих начинаний ребенка, даже если они кажутся бесполезными с точки зрения учебного плана. Это поддержка его внутренней жизненной силы.

Продолжение следует...

📌Зависимые отношения — это не про любовь, а про попытку воссоздать и удержать раннюю, болезненную связь с матерью, чтобы чувствовать себя в безопасности и быть "целым" за счет другого человека.

📌Чтобы сохранить зависимые отношения, в которых нет места сомнениям и разочарованию, люди часто стремятся сохранить идеализированное представление о себе и партнёре. Для этого нужно либо полностью исключить третьего, либо растворить всех в нарциссическом слиянии, где нет отдельных личностей, а только полное слияние.

📌В 60-х годах среди психоаналитиков возник спор о том, все ли физические симптомы имеют бессознательную природу. На конгрессе 1963 года в Париже М. де М’Юзан заявил, что "психосоматический симптом глуп".

Этому противопоставлялась позиция Анхеля Гармы, который утверждал, что любое телесное заболевание является носителем скрытого символического смысла, как и психический симптом. Гарма настаивал, что лечить такие болезни нужно через анализ бессознательных фантазий, а не медикаментами или хирургией. Последнее он сравнивал с кастрацией, которая лишь физически воплощает внутренний страх пациента, но не излечивает его.

Что об этом говорит Парижская школа психосоматики:

Пьер Марти, Мишель де М’Юзан и другие французские психоаналитики в 60-х годах предложили принципиально иной взгляд на связь психики и тела. Они считали, что классический психоанализ ошибается, пытаясь искать скрытый смысл в любой болезни.

Их ключевой тезис:

"психосоматический симптом глуп".

В отличие от истерии, где тело «говорит» на языке символов (например, паралич руки может символизировать подавленное желание ударить), при истинных психосоматических заболеваниях (как астма или язва) тело не «говорит», а «молчит».

Основные идеи Парижской школы:

📌Не недостаток смысла, а неспособность к символизации. Проблема не в том, что бессознательное скрывает смысл, а в том, что у психики не хватает ресурсов, чтобы этот смысл переработать, создать фантазию или сон. Вместо сложной психической работы происходит простой «сбой» в теле.

📌Прямое выражение напряжения. У таких пациентов внутренние конфликты не преобразуются в невротические симптомы (фобии, навязчивости), а негативно воздействуют на психику, истощая её и повышая риск соматической дезорганизации.

📌Сравнение с «актуальным неврозом» Фрейда. Они опирались на раннюю идею Фрейда, который разделял:

⏺Истерию (конверсию): Телесный симптом имеет смысл, это символическое выражение вытесненного конфликта, которое можно интерпретировать

⏺Актуальный невроз: Телесный симптом (например, боль) не имеет смысла, это прямое следствие физиологического напряжения, когда психика не справилась с переработкой энергии либидо.

Парижская школа видит психосоматические заболевания именно по второму типу — как прямую телесную разрядку, лишенную символического значения. Они критиковали подходы вроде теории Гармы, которые ищут смысл везде, называя это «терроризмом символа» или «безумием смысла», то есть насильственным наделением значением того, что на самом деле является его отсутствием.

По мотивам статьи "Психосоматический симптом глуп" Ж.Швека из Методического пособия по психосоматической психосоматике