СВОБОДНАААА! (ну, почти). Один выходной — мой маленький фестиваль.

ВСЕМ ПРИВЕТ, КТО ВЫЖИЛ! Рабочие будни — официально испаряются в туман! И да, я знаю: у кого-то выходных — ноль, так что мой вопль радости слегка приглушаю... но внутри — ОАОАОАОАОАОАО!! 🔥

Один день. Всего один. Но для меня это — целая вселенная. План? ГЕНИАЛЬНО ПРОСТ:

1. Упасть лицом в подушку (обязательный пункт).

2. Перебрать ВАШИ ИДЕИ из комментов— вы реально вдохновители! Такие сюжеты, что аж мурашки: Коммунизм... Погружение в себя.. И слом системы. Вы гении, честно. ✨

3. Не уснуть над ноутбуком (шансы 50/50, но я БОРЕЦ!).

4. Начать превращать хаос в текст — хоть абзац, хоть страницу. Главное — начать!

...Но жизнь — штука с юмором. Если вдруг друзья вломится с криком "Погнали!"— я не удержусь. Ирл > черновики (извините, муза!). НО ОБЕЩАЮ: даже среди весёлых танцев или посиделок у костра, я мысленно буду складывать слова в предложения. Серьёзно!

Писательство — как навязчивая мелодия: если зацепила, не выбросишь.

А сейчас... смотрит на часы ...тьма за окном, мозг уже наполовину – подушка. Так что — всем СПАТЬ!

Завтра (вернее, уже сегодня) — день магии, текстов и, возможно, неожиданных ирл-поворотов.

Люблю. Целую. И да пребудет с нами Сила Одного Выходного! ☕📖💥

P.S. Среда, не смей приближаться раньше времени. Ты — монстр, а у меня пока есть заклинание под названием "Понедельник".

Тихий крах. Или почему выходные иногда проходят мимо.

Всем... эх.
Прошло пара дней. А я... пустошь.
Выходные? Теоретически — да. На практике — будто пробежал марафон в бетонных тапках. Всё, что планировал (ваши офигенные идеи, черновики, даже банальный отдых) — уплыло куда-то в серую муть.

Лежу.
Просто лежу.
Ноутбук рядом моргает грустным огоньком — мол, "ты ж хотел творить". А я... даже в соцсети листаться лень. Не то чтобы сил нет. Скорее — смысла в движениях не вижу. Знакомо?

Перегорел? Мейби.
Чувствую себя выжатым, как та тряпка, которой столы протирают после шумных пятниц. И самое обидное: время было А я его... проспал? Прогулял? Проморгал? Неважно. Итог один: ничего.

Даже винить себя... Как-то не хочется — вот верх апатии.

Друзья не забирали, адреналина ноль — просто тихое падение в диванную бездну.

Но знаете что?
Позволю себе сегодня не корить.
Не орать "вставай!", не пинать за "потерянное время".
Потому что иногда тело и мозг кричат: "СТОП. Я — СДОХ."

И это... нормально? Наверное. Особенно после череды "приключений" (драки, чужие квартиры, работа-ад) и попыток рвануть в творчество с наскока.

Так что...
Сегодня я — герой горизонтального положения.
Без планов. Без целей. Без "надо".
Просто валюсь, слушаю тиканье часов (или пылесос соседа за стеной) и принимаю факт: иногда выходные нужны не для подвигов, а чтобы прийти в себя от самого себя.

Вопрос: А у вас бывают дни, когда "ничегонеделание" — единственное, на что способен организм? И как вы их... переживаете? Без чувства вины? Или грызёте себя?

P.S. Завтра — новый день. Может, встану. Может открою тот файл. Может, даже напишу строчку.
А сегодня... сегодня я — тихий бунт против продуктивности. Всем плевать? И мне тоже.

Руки дрожат, душа ноет... а текст ЛЕЗЕТ наружу. Держите первыыыый кусок!

ОП-ПА! Не спрашивайте как, но мои руки все же доползли до клавиатуры и выцарапали что-то из той самой кучи идей, что вы кидали в прошлый раз! Да, я все еще чувствую себя как выжатый тряпичный кот после мартовских крыш (буэ-э-э...), но...

ЭТО НЕ ОСТАНОВИЛО ПОТОК!

Внутри прямо свербит — столько образов, диалогов и абзацев рвутся наружу, что пришлось вывалить хоть часть, иначе взорвусь. Что получилось? Не шедевр (пока!), но... черновик, в котором уже есть:
➜ Персонажи (один из них Мой любимка, но вы не поймете);
➜ Неожиданная ситуация ситуация (Хотя… давайте без спойлеров));


Само чтиво вы Посмотреть ниже! 👇

Важно: это СЫРО и ГРУБО. Но если выхватываете крутую фразу, чувствуете потенциал сюжета или видите, где я профукал логику — КРИТИКУЙТЕ! 💢 Бейте правдой-маткой. Для меня это как глоток адреналина (или кофе, что сейчас актуальнее).

А теперь вопрос вам:
Когда вы творите через "не могу" — это прорыв или насилие над собой? И... что страшнее: начать или допилить? 😱

P.S. Буэ-состояние — не помеха. Проверено на себе.

Набросал черновик под рабочим названием «Гриф «Крипта»».

Выльется ли во что — хз. Но проба пера уже есть.

(New! Чекпойнт: идея поймана)

#пробапера #заметки #идея #черновик

Стальной люк деформационного шлюза №3 вздыбился, как картон. Не крик, а вой – низкий, скрежещущий, будто ломается сама земля – вырвался из черноты шахтного ствола. Свет аварийных фонарей поймал лишь мельтешение теней, слишком быстрых, слишком неправильных. Что-то огромное и многоногое метнулось вдоль стены, оставляя на бетоне глубокие, дымящиеся борозды. Сейсмографы зашкалили, рисуя на ленте не земные толчки, а судороги чего-то иного. На пульте управления вспыхнул и погас экран локатора, последними кадрами показав не точку, а размытое пятно, стремительно приближающееся к уровню -7. Завыла сирена "Красный Гриф" – сигнал полной эвакуации и изоляции сектора. Но было поздно. Из репродуктора донесся только хрип, скрежет металла и тот самый, леденящий душу вой, прежде чем связь оборвалась навсегда. Тишина после этого была страшнее любого звука.



Тук-тук-тук-тук...

Звук вертолетных лопастей был не просто фоном – он был навязчивым ритмом, биением огромного металлического сердца, вталкивающего их в белое ничто. Ми-8, старый, видавший виды "вертун", дрожал всем корпусом, будто протестуя против этой вылазки в самое пекло зимы. За иллюминатором – только бескрайняя, ослепительно-белая пустыня Центральносибирского плоскогорья. Ни деревца, ни холма, лишь редкие торосы снега, наметенные ледяным ветром, ревущим сквозь щели в обшивке. Внутри пахло керосином, махоркой и влажным бушлатом.

Андрей Синицын прижал лоб к холодному, запотевшему стеклу. Его отражение – усталое, с запавшими глазами и щетиной в пару дней – казалось призраком в этой ледяной пустоте. Зачем я согласился? – вертелось в голове. Ответ был прост и пошл: деньги. Очень большие деньги. Достаточные, чтобы покрыть долги отца и вытащить мать из ветхой хрущевки в вечно сыром подвале. "Инженер-электронщик высшей категории для работ на уникальном объекте. Срок – 6 месяцев. Полная изоляция. Двойной оклад, тройные северные. Подписка о неразглашении – пожизненная." Объявление в профсоюзной газете выглядело как ловушка, но он шагнул в нее с закрытыми глазами.

"Ну что, Андрюха, не передумал?" – хриплый голос нарушил гул. Федор Клюев, его попутчик и, по странному стечению обстоятельств, будущий коллега, протягивал ему помятую пачку "Беломора". Федор был физиком-теоретиком, тем самым "кабинетным гением", которого жизнь вышвырнула на обочину после неудачного выступления против одного академического проекта. Развод, скандал, угроза "трудового перевоспитания" где-нибудь в геологической глуши. "Крипта" была для него спасением, возможностью сбежать и, возможно, доказать что-то себе и миру. У него были умные, усталые глаза за толстыми линзами очков и вечная ироничная ухмылка, не доходящая до губ.

Андрей махнул рукой на папиросу. "Куда уж теперь передумывать, Федя. Сидим в этой жестяной банке над адом замерзшим. Обратно не повернут."

"Ад... – Федор затянулся, выпуская струйку едкого дыма. – Говорят, там тепло. Геотермальные источники. Наш личный курорт под грифом 'Совершенно Секретно'. 'Курчатник' для особо опасных мозгов." Он усмехнулся, но в глазах не было веселья. "Ты инструкцию читал? 'При обнаружении аномальных звуковых или визуальных явлений немедленно сообщить дежурному офицеру и не предпринимать самостоятельных действий'. Звучит обнадеживающе, да?"

Тук-тук-тук-тук...

Ритм лопастей вдруг изменился, стал реже, глубже. Вертолет начал снижаться. В белой пелене внизу проступили контуры – огромные, припорошенные снегом купола, соединенные трубами-переходами, похожие на гигантские, вмерзшие в лед грибы. Заборы с колючкой, вышки – стандартный набор закрытого объекта. Но масштаб... Это был не просто городок, это был целый подземно-надземный комплекс, втиснутый в ледяное лоно плоскогорья. Станция "Крипта". Объект ГРУ "Особого Назначения". Официально – геофизическая обсерватория. Неофициально – место, о котором лучше не знать.

Приземление было жестким. Снежная пыль взметнулась вихрем, скрыв все на мгновение. Дверь открылась, ворвался ледяной ветер, сбивающий с ног. По трапу к ним уже шел человек в длинной офицерской шинели и ушанке, лицо скрыто воротником. За ним – два солдата в белых маскхалатах, с автоматами на груди. Бесстрастные, как истуканы.

"Товарищи Синицын и Клюев?" – Голос был резким, без приветствия. Это был не вопрос, а констатация. Андрей и Федор кивнули, поеживаясь от холода. "Майор Соболев, начальник охраны объекта. Ваши документы и предписания." Он протянул руку в толстой кожаной перчатке. Бумаги проверили бегло, но придирчиво. "Следуйте. Быстро. На улице не задерживаться."

Дорога к ближайшему куполу была короткой, но мучительной. Ветер выл, вырывая дыхание, снег бил в лицо колючей крупой. Внутри купола – шлюз. Гул вентиляторов, шипение сбрасываемого давления. Тепло. Почти жарко после мороза. И... тишина. Гнетущая после рева вертолета и ветра. Сняв верхнюю одежду, они оказались в просторном, чистом помещении, похожем на холл. Светло, стерильно. На стенах – стандартные плакаты: "Бдительность – наше оружие!", "Слава Труду!". Но людей почти не было. Только одинокий солдат у поста и девушка в белом халате за пультом, не поднимая головы.

"Добро пожаловать в 'Крипту', – сказал майор Соболев, сняв ушанку. Лицо у него было жесткое, скуластое, с холодными, оценивающими глазами. На виске – шрам. – Ваш багаж доставят в жилой блок. Сейчас – инструктаж и размещение. Потом – к начальнику объекта, профессору Лебедеву."

Он повел их по длинному, слабо освещенному коридору. Стены – гладкий бетон, местами покрытый белой краской. Пол – металлические плиты. Из динамиков тихо лилась какая-то невыразительная инструментальная музыка. Уютно? Скорее... неестественно чисто и тихо. Слишком тихо для объекта такого масштаба. Андрей поймал взгляд Федора – тот тоже настороженно озирался.

"Не ожидал такой... чистоты," – осторожно заметил Андрей.

Соболев бросил на него быстрый взгляд. "Дисциплина и порядок – основа безопасности. Особенно здесь." Он указал на тяжелую дверь с табличкой "Сектор Г-7: Посторонним Вход Воспрещен". Возле нее на полу Андрей заметил едва различимое темное пятно. Как будто что-то отмывали, но не до конца. Майор резко увеличил шаг.

Вдруг из репродуктора в потолке раздался треск, и негромкий, механический голос нарушил музыку: "Внимание. Плановые работы в секторе Бета завершены. Уровень сейсмического фона в норме." Голос был спокойным, но Федор вздрогнул.

"Сейсмический фон?" – пробормотал он. "Мы же не на вулкане..."

"Геотермальная активность," – отрезал Соболев, не оборачиваясь. "Ничего необычного. Следуйте."

Они свернули в боковой коридор, где стояли автоматы с чаем и кофе. Запах горячего, крепкого чая был почти осязаемым, успокаивающим. Андрей невольно потянулся к пустому желудку.

"Вот здесь можете перекусить позже, после инструктажа," – майор кивнул на автоматы. "Чай неплохой. Бесплатный." Он остановился у двери с надписью "Зал Инструктажа 3". "Ждите здесь. За вами придут через пять минут. Не шатайтесь."

Он ушел, его шаги гулко отдавались по металлу, постепенно затихая. Андрей и Федор остались одни в тихом коридоре, под мерцающими люминесцентными лампами. Тепло от чайных автоматов было почти домашним. Но тишина вокруг была не живой, а мертвой, вымороженной. Как в склепе.

"Ни души, – прошептал Федор, протирая очки. – Как будто всех эвакуировали, а нас забыли."

"Или спрятали," – добавил Андрей, глядя на то самое темное пятно у двери в Сектор Г-7. Оно казалось теперь более заметным. Или это игра света?

Из динамика снова полилась безликая музыка. Но Андрею послышалось... нет, почудилось... что под нее, едва уловимо, пробивается тот самый низкий, скрежещущий вой из пролога. Он замер, прислушиваясь. Федор посмотрел на него вопросительно.

"Ты слышал?"

"Что? Только эту пошлятину из динамика."

Андрей покачал головой. "Наверное, ветер... или лопасти еще в ушах стоят."

Он подошел к автомату, нажал кнопку. С шипением полился темно-янтарный чай в толстый граненый стакан. Парок окутал лицо теплом и знакомым ароматом. Уют. Почти домашний. Он поднес стакан к губам, глотнул обжигающей жидкости. И в этот момент где-то глубоко, под ногами, в самых недрах "Крипты", бетонный пол едва заметно, но отчётливо дрогнул. Стакан задрожал в его руке, чай расплескался. Музыка из динамика на мгновение исказилась, превратившись в пронзительный визг.

Федор схватился за стену, глаза за очками расширились от внезапного страха. Дрожь стихла так же быстро, как началась. Музыка снова зазвучала ровно. По громкоговорителю раздался все тот же спокойный, механический голос:

"Внимание. Незначительный сейсмический толчок. Причина – термическое напряжение конструкций. Угрозы нет. Продолжайте работу."

Но выражение лица Федора говорило об обратном. Он смотрел на Андрея, на расплесканный чай, на слишком чистые, слишком тихие стены.

"Термическое напряжение?" – прошептал он. "Андрей... а что если это был не толчок снизу? А что если это было что-то... сбоку? Что-то... большое?"

Тишина после его слов повисла в воздухе, густая и тяжелая, как предгрозовая. Уют чая и тепла внезапно испарился, оставив лишь ледяное предчувствие чего-то страшного, что скрывалось за этими стерильными стенами и спокойными голосами динамиков. Они стояли на пороге. Пороге "Крипты". Пороге чего-то, что нарушило все законы – и физические, и человеческие.

Тук... тук... тук... – где-то в вентиляции, словно эхо вертолетных лопастей, застучало. Или постучало оно.



#черновик

Последние дни будто пробиралось сквозь густой туман. Чуть не проспал, снова. Это чувство, когда ты просыпаешься уже уставшим, и весь мир кажется немного замедленным и приглушенным.

И на фоне всей этой ватной реальности появилась новость. Мне предложили повышение. Стать администратором.

Казалось бы, вот он — повод для радости. Цель, к которой многие стремятся. Зарплата действительно станет больше, и это, безусловно, хорошо.

Но почему-то внутри нет того энтузиазма, которого наверное все ждут. Вместо него — тихая, фоновная тревога. Новая ответственность. Новые задачи, к которым я еще не привык и даже не совсем понимаю. Это же целая гора ожиданий, которую теперь нужно оправдывать.

Когда-то я думал что такое повышение будет ощущаться как достижение, как яркая вспышка. А оно ощущается... как следующая ступенька, на которую нужно подняться когда ноги еще и предыдущие не отлечили. Просто следующий уровень сложности в этой игре под названием «работа».

И самое главное, что прямо сейчас крутится в голове — мне не хочется думать о проектах, графиках и отчетности. Мне просто... хочется выспаться. Один-единственный полноценный, глубокий сон, после которого ты просыпаешься действительно отдохнувшим. Кажется, это было бы лучшим повышением.

Вот и весь расклад. Вроде бы всё хорошо, а на душе — тихо и немного пустынно.

Ну, здравствуйте. Прошло не так много времени. Что же могу рассказать...

Ситуация — хуже не придумаешь. Я всё ещё там же, на этой работе. Но теперь всё иначе. Уволились две девочки. Те самые, с которыми можно было не просто работать, а именно работать — легко, слаженно, понимая друг друга с полуслова.

Теперь здесь никого. Только я и один паренёк, который недавно стажировался и изредка приходил помочь. И всё. Работать так... это неправильно. Это выживание.

И я боюсь. Боюсь, что магазин скоро просто закроется. Хотел бы я быть оптимистом, кричать «ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО! ВОТ-ВОТ ПРИДУТ НОВЫЕ ЛЮДИ!».

Но нет. Похоже, что вот-вот — и уйду я. Я и так работал практически без выходных. Но жить на работе — это перебор. Время исчезает. Его не хватает не просто на хобби, а вообще ни на что. Ни на мысли, ни на планы, ни на простую тишину.

И всё стало очень сомнительно. Все эти планы, которые были... они так и остаются просто планами. А пока я пытаюсь выбраться из этого болота, они тихо превращаются во что-то несбыточное.

И самый главный вопрос: когда ты понимаешь, что ты не просто устал, а перестал принадлежать себе — это знак, что нужно сжигать мосты, или просто продолжать тянуть лямку?

Город выдохнул. Асфальт блестит, как черное стекло, отражая размазанные огни фонарей и неоновые вывески, которым уже всё равно. Эти переулки после дождя — они прекрасны именно потому, что пусты.

Здесь нет никого. Только ты, мокрый ветерок, который цепляется за кожу, и эхо своих шагов. Воздух пахнет остывшим дождем, пылью и одиночеством — резким, чистым, без прикрас.

Идешь по этому глянцевому миру, будто по картинке из чужого сна. Вроде бы всё вокруг дышит романтикой: туманные окна, тишина, уютная прохлада, обволакивающая плечи... Но почему-то именно в такие моменты понимаешь — вся эта красота существует лишь потому, что делить её не с кем.

И чем прекраснее ночь, тем громче тишина внутри. Она звенит в ушах напоминанием, что ты — просто зритель. Наедине с городом, который спит, и дорогами, которые ведут в никуда.

А завтра асфальт высохнет, и всё станет обычным. Но этот момент — холодный, ясный и бесконечно одинокий — останется на губах, как послевкусие несделанного шага и несказанных слов.

Дождь всё усиливается. На улицах — ни души. Только я да этот бесконечный шепот воды с неба. И в этой пустоте город вдруг показывает своё настоящее лицо.

Мокрый асфальт превращается в чёрное зеркало, в котором тонут огни фонарей. Стекла машин, витрин, лужи — всё отражает мир искажённо, сюрреалистично, словно в другом измерении. И это невероятно красиво.

Жаль, что почти никто этого не видит. Большинство прячутся — кто за шторами, кто за экранами, кто просто под капюшоном, спеша домой. Они не смотрят по сторонам. Не замечают, как преломляется свет в каплях, как тени становятся глубже, а тишина — звонкой.

Или, может, это просто я сегодня слишком пьян, чтобы спешить? И алкоголь заставляет меня видеть поэзию там, где другие видят лишь плохую погоду и промокшие кроссовки.

Но всё равно. Пусть я один. Пусть завтра голова будет раскалываться, а реальность вернётся с её счетами, работами и пустыми обещаниями. Но этот миг — мой. Мокрый, холодный, одинокий и до слёз прекрасный.

А вы когда-нибудь останавливались посреди дождя просто чтобы посмотреть? Или я один такой странный?

Иногда кажется, что мир состоит из одних цитат. Из чужих взглядов, заученных поз и фраз, подсмотренных в кино. Дождь стучит по стеклу а ты ловишь себя на том, что проживаешь не свою, а чью то сцену. Ту, что когда то поразила тебя до глубины души. Но в тишине между каплями всегда остаётся вопрос...

Ладно, возможно я несу хуйню.

Перейду к делу.

Почему так выходит: мы легко берём пример с персонажей из фильмов, сериалов, книг Гудмана, Тайлера Дёрдена, Шерлока, но так редко встречаем людей, с которых пишут таких персонажей? Тех, чья жизнь сама по себе сюжет. Мне кажется, куда интереснее не примерять чужие маски, а стать тем, кто вдохновляет других. Не потому что «перевёл бабушку через дорогу», хотя и это хорошо, а потому что твоё присутствие, даже тихое, даже чуть колючее, меняет атмосферу вокруг.

Когда ты остаёшься собой, без масок и подстройки, это заряжает иначе. Это даёт другим разрешение быть такими же неидеальными, странными, но настоящими. И это весело. Не пытаться вписаться в готовый сценарий, а создавать свой. Чтобы кто то когда то сказал: «Я хочу быть как он» не потому что ты повторяешь киногероя, а потому что в тебе есть та самая искра подлинности.

А вы не задумывались, каким героем без громких подвигов, просто собой, вас могли бы описать в книге?

Почему каждый раз, когда кажется, что всё довольно просто, ты вдруг понимаешь, что это лишь верхушка айсберга? И в итоге ничего не понимаешь, хотя всё выглядело элементарно.

Вот сидишь, разбираешься в чём-то, вроде бы схватываешь суть. Настроение поднимается: да я ща во всём разберусь! Жизнь налаживается! А потом... Бах! 💥💥

И ты сидишь с пустым взглядом и понимаешь, что нихрена не понял. А оно уже произошло, изменилось или рухнуло, и ничего не вернёшь, не переиграешь. И ты как сидел в растерянности, так и остаёшься сидеть, только теперь ещё с осадком: "Как же так? Ведь всё было ПРОСТО!"

Люблю ночные поездки на автобусе. В них есть особая, немного отстранённая поэзия.

Город за окном проплывает, как немое кино. Огни фонарей растягиваются в длинные жёлтые полосы, а витрины спят тёмными витринами. Машины проносятся мимо, и в каждой из них своя история. Кто то спешит к любимым, кто то возвращается с работы, а кто то просто куда то едет, и это уже целая жизнь.

В салоне тихо. Только гул двигателя и изредка чьи то негромкие шаги. Ты сидишь у окна, и кажется, будто весь мир остался там, за стеклом, а ты находишься в странном, промежуточном состоянии. Ни здесь, ни там. Просто наблюдаешь.

В этой уединённости есть особая красота. Мимолётная, хрупкая, никому не принадлежащая, кроме тебя. Она не требует действий, только присутствия. И в эти минуты понимаешь, что иногда лучшее, что можно сделать, это просто смотреть в окно и чувствовать, как город живёт своей ночной жизнью, позволяя тебе быть лишь тихим свидетелем.

Ребята, можно меня поздравить. Я прошел ровно полпути. Погасил ровно половину своего кредита.

Да, да, я много раз слышал это «не бери, не бери». Но в итоге взял. И знаете, это стало для меня главным уроком на последние месяцы. Не столько даже в деньгах дело, сколько в том грузе, который висел на шее. Это осознание, что любая моя неудача, любой промах и всё, случится что то непоправимое. Он тормозил почти все мои начинания, этот внутренний страх проебать всё к чертям.

Но сейчас, когда половина уже позади, приходит другое чувство. Чувство, что его не стоит так бояться. Что всё, что от меня требуется, это просто не быть дундуком. Не совершать глупостей, не опускать руки. И тогда всё наладится. По кирпичику, по платежу.

И главная награда уже видна на горизонте. Всего пара месяцев, плюс минус, и я закрою эту главу. А после нее начнется новая. С поездками к тем, с кем давно не виделся. С новыми дорогами и старыми друзьями. С ощущением ночного неба над головой, которое будет принадлежать только мне. По-настоящему.

Так что это не просто «я выплатил половину долга». Это я наполовину освободил свое будущее. И это чертовски приятно.

Ребят, приветик! Как дела? А я вот только что посмотрел на календарь и обалдел, уже октябрь! А это значит, что у нас, писателей, начинается святое: новый Райтобер!

Так что с сегодняшнего дня официально вступаю в марафон и начинаю работать над новыми историями. Буду писать, творить, а там посмотрим, что из этого выйдет. Может, родится что то стоящее, а может, просто нарефлексирую кучу смешных черновиков. Но процесс обещает быть ярким!

Так что ждите новых текстов, отрывков и, возможно, даже готовых работ. Авось из этой осенней творческой кутерьмы выйдет что то настоящее. Поддерживаете? 😉

P.S. Если у вас есть идеи для коротких зарисовок или тем, кидайте в комментарии, вдруг одна из них станет началом большой истории!

Вот он, тот самый момент, когда жизнь делает кульбит с разгону. От повышения, от которого я благополучно отказался (потому что работать было бы некому), до резкого спуска вниз по карьерной лестнице. Моя начальница собирается увольнять в скором времени двоих людей. Гы-гы.

Но мне, если честно, не до смеха. В иной ситуации было бы вообще плевать — работа не волк. Но тут вылезает старая добрая загвоздка под названием «финансы». У меня ещё не до конца выплачена рассрочка за ноут, который я брал летом, когда мой комп решил выйти в бессрочный отпуск.

И вот сижу теперь, чешу репу и думаю: что делать? Знаю, что надеяться на чудо — последнее дело. Чудо не придёт и не оплатит остаток за ноут. Мечтать, что просто доработаю это время и пойду свободным путём, — наивно. Всё было так близко, а планы нужно строить уже сейчас.

Есть, конечно, вариант. Хороший знакомый предложил удалёнку — что-то связанное с тестированием и недо-кодингом. Но тут во мне просыпается классический «сыкляк»: а вдруг не потяну, а вдруг ничего не получится? Может, проще найти подработку здесь и сейчас, чтобы добить эти чёртовы остатки… но меня рядом никто не возьмёт. Можно было бы махнуть в соседний город, но последние деньги уйдут на дорогу и те же платежи.

И ладно бы всё это было разовым кризисом. Но нет. Сижу и думаю: блин, насколько же у меня всё-таки хромает финансовая грамотность. Ощущение, что я не управляю деньгами, а они управляют мной. И этот цикл «заработал — отдал — переживаю» пора разрывать.

Может, были у кого-то похожие ситуации? Как выбирались? Может, тоже через «сык» шли на что-то новое или находили неочевидные способы поднять деньги? 🤔

И сцена опустела.
Отряд не заметил потери бойца...

Вот и всё. Больше нет рядом двух работников. Это случилось даже быстрее, чем я предполагал. Буду помнить вас, ребята, будто видел вчера: ваши смех у картона, шутки про смены и этот вечный спор, кто моет пол.

Влад, Кирилл... Вы не видите, но этот салют — в вашу честь. 🫡🥺
И да, Кирилл... Верни Владу 2к. Пусть легенда останется чистой, как совесть стажера в первый рабочий день.

Какое же начальство — говно конченое. Пиздец.

Думаю, каждый хоть раз думал так про своих руководителей. Но я до последнего момента не подозревал, насколько они могут ахуевать.

Внимание, вопрос: могут ли уволить человека, который отошел, чтобы выпить жаропонижающее с температурой под 39 — до дома? Учитывая, что этого человека подменил другой сменщик, чтобы всё было чико-бонобо.

Ответ...
Барабанная дробь 🥁
Да! Ещё и при этом заявить, что уволят его по статье — за невыход на работу. Казалось бы, пустяк: чумовой сотрудник с огненной температурой вышел чтобы не упасть в обморок за стойкой. Не повод же?

Но! За этого человека вступились не только я, но и тот самый сменщик, который его подменял. И знаете что?
БУМ!
Это уебище в погонах начальника... уволило и сменщика. Да-да. Того, кто пытался помочь. Причём уволило, обматерив на три короба: «шестёрка», «молокосос», «охуели все тут!».

Мдаааааа...
Как жить в таком мире? А я теперь сижу и думаю: что делать? Мне давно твердят — «увольняйся», «уходи», «это место того не стоит». И ещё много ласковых слов в том же духе.

Я правда думал уходить. И до сих пор хочу. Но вот вопрос на миллион: кто будет завтра открываться?

P.S. Если ваш начальник считает, что человеческая жизнь и здоровье стоят меньше, чем одна смена — бегите. Не оглядывайтесь. Даже если кажется, что «некому будет открывать». Ваша совесть и нервные клетки дороже.

Продолжаем феерию. Знакомьтесь — новый парень, который работал. Видимо, всё. 🫡

Да-да-да, недолго горел его свет, но как ярко! Никто еще так артистично не посылал начальницу нахуй. Никто так философски не клал на работу хуй, оставаясь при этом странно ответственным. Но терпеть ее выкрутасы он не стал.

Как ушёл? Бросил ключи от магазина на стол, отправил начальницу в известном направлении и развернулся уходить. А потом… начался театр абсурда. Она рвала и метала. Грозила, орала, маты летели уже его родственникам. Мда…

Теперь я снова один. Один в поле воин?

Я не хочу влезать в этот конфликт. Совсем. Да, начальница не заслуживает ни одного доброго слова — это монстр, выращенный системой. Но факт в том, что её греет это кресло, и её не сдвинуть. Её уже пытались уволить — не вышло.

Я последний, кто не лезет в драку и кто ещё как-то работает. Но чувствую — скоро и мне предстоит перейти Рубикон.

Остаётся только один вопрос: стоит ли эта работа того, чтобы в душе постепенно умирать? Или лучше уйти тем же ярким всполохом, оставив её с ключами и пустым магазином в тот самый день, когда она ждёт этого меньше всего?

Иногда кажется, что работа — как токсичные отношения: чем дольше терпишь, тем сложнее выбраться. Но однажды ты просто перестаешь бояться, и терпеть.