Для нас национал–социалистов,
конечно,нет никакого вопроса,что марксизм является изобретением еврея Маркса специально предназначенного, чтобы ввести немецких рабочих в заблуждение или даже в нищету. Но для нас марксизм есть социализм как либеральный, так и чужой, доктрина, чьи либеральные факторы обязательно непригодны для созидания социалистического (то есть консервативного) будущего,но такая,чьи программы не могут не привлекать его к упадку
либерализма.Это относится в равной степени как к конституционному марксизму(Социал–демократическая партия Германии), так и к «революционному» марксизму КПГ (Коммунистическая партия Германии), как показано достаточно убедительно тем фактом, что СДПГ не менее враждебна к национал–социализму, чем КПГ.

Мой бог — Перун, бог грома и войны, бог, который не прощает, а карает. Мы очистим Россию от скверны православия и воздвигнем капища на месте соборов. Настоящий славянин должен верить в силу своего меча.

Если учесть, что это будет фронт против 80% всего мирового капитала, то конечная победа фронта будет окончательной победой над всей системой капитализма в мировом масштабе, причём при широчайшем участии всех слоёв населения капиталистических стран, о чём даже и помышлять не могут при нынешней примасоненности своих руководителей западные компартии.
Время не ждёт: пока сионистско-масонский поезд движется по расписанию, остановить его может только Всемирный фронт, только он и сможет пустить его под откос мировой истории. В противном случае всех гоев ждёт неминуемый геноцид: ведь, никто иной, как всемирный гойский форум Генеральная Ассамблея констатировала ещё 10 октября 1975 года: OOH
Сионизм это расизм, расизм, направленный против всех гоев Земли, а не только против арабов.

Действительно, вирусы буржуазного общества стремятся окончательно стерилизовать волю к борьбе антикапиталистических революционных сил, истощая их энергию в диалектических и абстрактных спорах.В конце концов, те силы, что принимают участие в общей борьбе против существующей системы,должны подрывать ее радикальным признанием своих истинных целей. Отказаться от тактики, задушенной соблюдением законов или реформаторскими иллюзиями: откинуть все колебания и муки совести по применению всех тех кардинальных и решающих насильственных мер, которые помогут преодолеть преграды современности на пути к становлению высшей цели.

Когда в середине семидесятых я был членом организации «Промышленные рабочие мира» (ПРМ), также известной как «неустойчивые» (Wobblies), существовало разделение на саботаж и всеобщую
забастовку. ПРМ, как и национал-социалисты, пережили свой подъем несколько десятилетий назад; и те, и другие в целом продолжают цепляться за идеи прошлого.Когда в рядах ПРМ были миллионы, всеобщая забастовка могла подорвать систему. Как вы помните, царь России был свергнут в ходе всеобщей забастовки. Однако с учетом того, что в настоящее время в состав организации входит всего около шестисот человек, всеобщая забастовка,объявленная ПРМ, выглядела бы не более впечатляюще, чем пара штурмовиков, оставляющих листовки около Белого Дома и призывающих к революции белых рабочих.
Для саботажа же требуется небольшое число людей, которые с помощью организации могли бы
нанести вред Системе или, по крайней мере, сделать свои требования ощутимыми.

Если бы большие массы были столь прозрачны, столь однородны в своих мельчайших частицах, как это утверждает пропаганда, тогда полицейских было бы нужно не больше, чем пастуху собак для своего стада. Но это не работает, когда в сером стаде скрываются волки: по своей природе знающие, что такое свобода. И волки эти не только сильны сами по себе, но также опасны и тем, что могут заразить своими качествами массу, и тогда забрезжит грозный рассвет, и стадо превратится в стаю.

Славрос адаптирует эту эстетику под нужды акселерационизма. Мы не тормозим прогресс. Мы ускоряем его, чтобы пробить дно дегенерации и выйти к новой империи.Старые правые и монархисты это политические дегенераты. Они цепляются за сгнившие формы правления, которые сдохли 100 лет назад. Наш модернизм отрицает ностальгию. Как писал славрос в своем манифесте. К черту прошлое. Оно душит нас, пока мы не перережем его у корня. Наш фонтан молодости не в писаниях мертвецов, а в жизни на фронтире, в политической ничейной земле до и после цивилизации. Это стремление выгравировано в сознании каждого, кто не стал рабом буржуазной системы.Геометрия небоскребов Хью Феррисса и мощь заводов Чарльза Шилера это чертежи нашего будущего. Это порядок, возведенный в абсолют. Это теперь наш мир, и наши предки мертвы.