Apple подтвердила нам, что модели OpenELM не используются ни в одной из ее функций искусственного интеллекта или машинного обучения, включая Apple Intelligence. Компания утверждает, что изначально создавала OpenELM как способ внести свой вклад в исследовательское сообщество и продвинуть разработку больших языковых моделей с открытым исходным кодом...

По словам Apple, OpenELM была создана исключительно в исследовательских целях, а не для использования в функциях Apple Intelligence. Модель была опубликована с открытым исходным кодом и широко доступна, в том числе на сайте Apple Machine Learning Research. Поскольку OpenELM не используется в Apple Intelligence, это означает, что набор данных «YouTube Subtitles» не используется для работы Apple Intelligence. В прошлом Apple заявляла, что модели Apple Intelligence обучаются «на лицензированных данных, включая данные, отобранные для улучшения конкретных функций, а также на общедоступных данных, собранных нашим веб-краулером».

Наконец, Apple также сообщила, что не планирует создавать новые версии модели OpenELM.

Стив редко посещал конференции по дизайну. Это было в 1983 году, перед выпуском Макинтоша, и все еще в относительно ранние дни существования Apple. У меня захватывает дух от того, насколько глубоким было его понимание тех кардинальных изменений, которые только еще должны были произойти. Конечно, он не только был пророком, но и сыграл основополагающую роль в создании продуктов, которые навсегда изменили нашу культуру и нашу жизнь.

Накануне запуска первого по-настоящему персонального компьютера Стив озабочен не только основой технологии и функциональностью дизайна продукта. Это чрезвычайно необычно, поскольку на ранних стадиях кардинальных инноваций все внимание и фокус обычно направлены на основную технологию.

Стив отмечает, что в то время усилия дизайнеров в США были сосредоточены на автомобилях, а потребительской электронике уделялось мало внимания. Хотя нередко приходится слышать, как лидеры говорят о национальной ответственности за производство, мне показалось интересным, что он говорил об ответственности нации за дизайн.

В своем выступлении Стив предсказал, что к 1986 году продажи ПК превысят продажи автомобилей, а в последующие десять лет люди будут проводить за ПК больше времени, чем в автомобиле. Для начала 1980-х годов это были абсурдные заявления. Описывая то, что он считает неизбежностью, он просит дизайнеров в аудитории о помощи. Он просит, чтобы они начали думать о дизайне этих продуктов, потому что хорошо они спроектированы или плохо, они все равно будут производиться.

Стив остается одним из лучших преподавателей, которых я когда-либо встречал в своей жизни. Он обладал способностью объяснять невероятно абстрактные и сложные технологии в доступных, осязаемых и актуальных терминах. Вы слышите, как он описывает компьютер, который не делает ничего, кроме как выполняет довольно обыденные задачи, но делает это очень быстро. Он приводит пример, когда вы выбегаете за букетом цветов и возвращаетесь к тому времени, как вы успеваете щелкнуть пальцами — скорость выполнения задачи становится волшебной.

Когда я вспоминаю нашу работу, мне больше всего нравятся не продукты, а сам процесс. Часть гениальности Стива заключалась в том, как он научился поддерживать творческий процесс, поощряя и развивая идеи даже в больших группах людей. Он относился к процессу создания с редким и удивительным благоговением.

Революция, которую Стив описал более 40 лет назад, конечно же, произошла, отчасти благодаря его глубокой приверженности своего рода гражданской ответственности. Его победа была победой красоты, чистоты и, как он говорил, неравнодушия. Он искренне верил, что, создавая что-то полезное, полезное и красивое, мы выражаем свою любовь к человечеству.