Forwarded from AmorFati (Igor Poroshin)
Напишу еще политическое.
Мне не нужно читать «новости», слушать «инсайдеров», чтобы знать, что «происходит» в моей стране. Потому что я живу на Старой Басманной улице и мне нет нужды что-то знать, поскольку я все вижу. Я очень люблю Старую Басманную. Силуэт шатра и колокольня Николы Великомученика - это мой собор Св.Петра, точка сбора пространственных координат моей жизни. Это живая и тихая одновременно улица. Она живет, кажется, распорядком города до появления автомобилей, почти совершенно затихая после 10 вечера.
Старую Басманную портило только одно обстоятельство. Здесь, чуть в стороне от нее находится СК России. И к нему все время едут машины с включенными мигалками. Тут совершенно невозможно противиться обывательским представлениям об исполнении права в России. Потому что мигалки движутся в СК с Покровки, то есть буквально - от Старой площади и Кремля. Но что меня больше всего поражает: часто опричная тачка сопровождает другую - черную, массивную, совсем карикатурно страшную. То есть в СК кого-то везут и опричная цветомузыка работает, как порнография, то есть возбуждает фантазию в совершенно определенном направлении - везут на допрос другого опричника? Или для дачи показаний? Или для инспекции - как идут дела? Или для ускорения движения этих дел?
И в последнее время среди бела дня не бывает такого прохода моего через короткую Старую Басманную улицу, чтобы ее не огласил рев мигалок. И ты понимаешь, собственно, что происходит, что этот маховик раскручивался медленно, не без осторожности и внутренних борений, и что теперь совершенно некому проявлять осторожность и совершенно уже нет место внутреннему, только следи за внешним, - как раскрутилась эта лопасть с острыми лезвиями и ее уже НИКТО не может остановить, только успевай подпрыгивать. И она и дальше будет истерически (исторически?) раскручиваться, пока ее, наконец, что-то не сломает.
Вряд ли я бы написал что-то подобное, если бы я так не любил весну. А опричники очень портят весну на Старой Басманной улице своей пригвожденностью служению смерти.
Мне не нужно читать «новости», слушать «инсайдеров», чтобы знать, что «происходит» в моей стране. Потому что я живу на Старой Басманной улице и мне нет нужды что-то знать, поскольку я все вижу. Я очень люблю Старую Басманную. Силуэт шатра и колокольня Николы Великомученика - это мой собор Св.Петра, точка сбора пространственных координат моей жизни. Это живая и тихая одновременно улица. Она живет, кажется, распорядком города до появления автомобилей, почти совершенно затихая после 10 вечера.
Старую Басманную портило только одно обстоятельство. Здесь, чуть в стороне от нее находится СК России. И к нему все время едут машины с включенными мигалками. Тут совершенно невозможно противиться обывательским представлениям об исполнении права в России. Потому что мигалки движутся в СК с Покровки, то есть буквально - от Старой площади и Кремля. Но что меня больше всего поражает: часто опричная тачка сопровождает другую - черную, массивную, совсем карикатурно страшную. То есть в СК кого-то везут и опричная цветомузыка работает, как порнография, то есть возбуждает фантазию в совершенно определенном направлении - везут на допрос другого опричника? Или для дачи показаний? Или для инспекции - как идут дела? Или для ускорения движения этих дел?
И в последнее время среди бела дня не бывает такого прохода моего через короткую Старую Басманную улицу, чтобы ее не огласил рев мигалок. И ты понимаешь, собственно, что происходит, что этот маховик раскручивался медленно, не без осторожности и внутренних борений, и что теперь совершенно некому проявлять осторожность и совершенно уже нет место внутреннему, только следи за внешним, - как раскрутилась эта лопасть с острыми лезвиями и ее уже НИКТО не может остановить, только успевай подпрыгивать. И она и дальше будет истерически (исторически?) раскручиваться, пока ее, наконец, что-то не сломает.
Вряд ли я бы написал что-то подобное, если бы я так не любил весну. А опричники очень портят весну на Старой Басманной улице своей пригвожденностью служению смерти.
Глядзіце якую красату незямую будуе КГБ на Залатой Горцы. Разам з касцёлам святога Роха будынак складзе настаяшчы барочны ансамбль.
В постмодерне сама операция верификации сказанного с тем, о чём сказано, фундаментально изменена. Мы проспали полвека напряжённого осмысления бытия, онтологии и того, что есть истина, субъект или ризома. Пока мы это проворонивали, там всё это осмыслялось и имплементировалось в военную сферу, в технологии и в пропаганду. Мы же до сих пор живём «пещерными» представлениями. И одним из таких смешных, архаичных представлений является вера в то, что реальность реальна, а не виртуальна.