ХРОНИКИ КАТАСТРОЙКИ*
 
Первый заместитель председателя Госстроя СССР, кандидат в народные депутаты Б. Ельцин выступает на встрече с работниками Московского автомобильного завода им. Лихачева в преддверии выборов в Верховный Совет СССР. 9 марта 1989 года.
 
Контраст между содержанием лозунга и подлостью этой контры, замаскировавшейся под коммуниста и честного советского человека, впечатляет, конечно. "Твёрдо и чётко" - начало.
 
*Катастройка – неологизм философа Александра Зиновьева (соединение слов «катастрофа» и «перестройка»)
 
Думай сам/Думай сейчас

29 мая 1873 года родился истинный революционер Николай Бауман. Был одним из ближайших помощников Ленина в создании газеты «Искра».Из эмиграции неоднократно нелегально ездил в Россию для организации перевозки и распространения издания. В декабре 1903 года  был направлен в Москву для укрепления партийной организации, там же он создал тайную большевистскую типографию. По сути, в дни Первой русской революции Бауман являлся одним из руководителей революционной борьбы московского пролетариата. 18  октября 1905 года был убит черносотенцем, агентом охранки. Его похороны вылились в грандиозную 300-тысячную политическую демонстрацию.  Владимир Ильич Ленин так писал о нём: «Вечная память борцу в рядах российского социал-демократического пролетариата! Вечная память революционеру, павшему в первые дни победоносной революции! Пусть послужат почести, оказанные восставшим народом его праху, залогом полной победы восстания и полного уничтожения проклятого царизма!» О жизни и судьбе легендарного революционера Сергеем Мстиславским написана замечательная повесть "Грач-птица весенняя", впоследствии экранизированная.

Любовь проникает в душу, делает ее сильной, доброй, отзывчивой, а страх, боль и стыд лишь уродуют ее.

Феликс Дзержинский.

30 мая 1918 года наркомом иностранных дел становится выдающийся дипломат Георгий Чичерин. Потомок старинного рода, принадлежащего к дворянской элите Российской империи, он ещё в 1903 году стал активным участником революционного движения. Будучи на дипломатической службе, покинул свой пост, отрёкся от земельных владений и уехал из страны. После Октября 1917 года вошёл в состав первого большевистского правительства и возобновил свою дипломатическую карьеру. Возглавил советскую делегацию на знаменитой Генуэской конференции, где заключил с Германией Раппальский договор, который прорвал дипломатическую и экономическую изоляцию Советской России. Можно справедливо отметить, что Георгий Васильевич сделал на посту наркома иностранных столько же, сколько  Дзержинский, возглавив ВСНХ. Современники вспоминали: «Каждая бумага проходила через его руки, и это не было формальностью. Он не просто подмахивал своей подписью документы. Он знал каждую из поданных ему бумаг от первого слова до последнего».

Доброе утро, товарищи!

31 мая 1919 года газета "Правда" под заголовком «Берегитесь шпионов! Смерть шпионам!» опубликовала подписанное Лениным и Дзержинским обращение ко всем трудящимся, в котором в частности, говорилось: "«БЕРЕГИТЕСЬ ШПИОНОВ! Смерть шпионам! Наступление белогвардейцев на Петроград с очевидностью доказало, что во всей прифронтовой полосе, в каждом крупном городе у белых есть широкая организация шпионажа, предательства, взрыва мостов, устройства восстаний в тылу, убийства коммунистов и выдающихся членов рабочих организаций. Все должны быть на посту. Везде удвоить бдительность, обдумать и провести самым строгим образом ряд мер по выслеживанию шпионов и белых заговорщиков и по поимке их. Все сознательные рабочие и крестьяне должны встать грудью на защиту Советской власти, должны подняться на борьбу с шпионами и белогвардейскими предателями. Каждый пусть будет на сторожевом посту — в непрерывной, по-военному организованной связи с комитетами партии, с ЧК, с надежнейшими и опытнейшими товарищами из советских работников".

Председатель Совета Рабоче-Крестьянской Обороны
В. Ульянов (Ленин)

Наркомвнудел Ф. Дзержинский»

Учимся у Ленина и Дзержинского!

«Кто начал царствовать Ходынкой, закончит — встав на эшафот»

130 лет назад, в 1896 г., в Москве, на Ходынском поле, во время коронационных торжеств императора Николая II произошла одна из самых страшных катастроф в истории Российской империи. На народные гулянья пришли сотни тысяч людей: власти обещали бесплатные подарки — кружки, сладости, сувениры и еду. Однако организация праздника оказалась чудовищно плохой. Поле было изрыто ямами и рвами, а слух о том, что подарков на всех не хватит, вызвал панику и давку:

«А там впереди, около будок, по ту сторону рва, вой ужаса: к глиняной вертикальной стене обрыва, выше роста человека, прижали тех, кто первый устремился к будкам. Прижали, а толпа сзади всё плотнее и плотнее набивала ров, который образовал сплошную, спрессованную массу воющих людей. Кое-где выталкивали наверх детей, и они ползли по головам и плечам народа на простор...
За мной возвышалось полотно той же самой дороги, и на нём кипела жизнь: снизу лезли на насыпь, стаскивали стоящих на ней, те падали на головы спаянных ниже, кусались, грызлись. Сверху снова падали, снова лезли, чтобы упасть; третий, четвёртый слой на голову стоящих...
Стоящий возле меня, через одного, высокий благообразный старик уже давно не дышал: он задохся молча, умер без звука, и похолодевший труп его колыхался с нами. Рядом со мной кого-то рвало. Он не мог даже опустить головы».

Эти воспоминания оставил выживший там чудом Гиляровский.

В результате трагедии погибли более 1300 человек, тысячи получили ранения. Но страшнее самой катастрофы стало поведение власти после неё.
Слово Николаю II (из дневника):

«До сих пор всё шло, слава Богу, как по маслу, а сегодня случился великий грех. Толпа, ночевавшая на Ходынском поле, в ожидании начала раздачи обеда и кружки, напёрла на постройки, и тут произошла страшная давка, причём, ужасно прибавить, потоптано около 1300 человек!! Я об этом узнал в 10 1/2 ч. перед докладом Ванновского; отвратительное впечатление осталось от этого известия».


И что же сделал император? Дал указание убрать трупы, зачистить площадку и продолжить гулянья, даже поездку на Ходынку не отменили:

«В 12 1/2 завтракали, и затем Аликс и я отправились на Ходынку на присутствование при этом печальном „народном празднике“. Собственно, там ничего не было; смотрели из павильона на громадную толпу, окружавшую эстраду, на которой музыка всё время играла гимн и «Славься»».

А уже вечером того же дня Николай II посетил бал у французского посла, где несмотря на массовую гибель людей веселился до 2 ночи:

«Обедали у Мама в 8 ч. Поехали на бал к Монтебелло. Было очень красиво устроено, но жара стояла невыносимая. После ужина уехали в 2 ч.».

И видимо, в лучших традициях «православной империи», следующие два дня Николай II разрывался между больницами и балами. Но на три дня и девять дней уже забыл о погибших и раненых и погрузился в парады и балы.

В ужасе от поведения сына была вдовствующая императрица (Мария Фёдоровна), предлагавшая ввести хоть один день траура, но Николай решил, что гибель простолюдинов — не повод прекращать веселиться.

Именно тогда в массовом сознании начал складываться образ царя, далёкого от народа и безразличного к его бедам.

А дальше были «Кровавое воскресенье», карательные экспедиции генералов Мина, Ренненкампфа и Меллер-Закомельского, порки крестьян, казни, расстрелы, эпидемия «столыпинских галстуков» (виселиц), Ленский расстрел и т. д.
Пророчеством стали строки Бальмонта, вынесенные в заголовок, а современники с читали царя отнюдь не святым, они нашли для него другое определение — Николай Кровавый.



Если что ищите меня в дзен.

Доброе утро, товарищи! С Днём защиты детей и первым днём лета! 🌺🌺🌺

Даже враги отзывались о Дзержинском в превосходной степени.

Вот как о нём рассказывал Борис Бажанов, бывший личный секретарь Сталина, сбежавший на запад: "На первом же заседании Политбюро, где я его увидел, он меня дезориентировал и своим видом, и манерой говорить. У него была наружность Дон-Кихота, манера говорить — человека убежденного и идейного. Поразила меня его старая гимнастерка с залатанными локтями. Было совершенно ясно, что этот человек не пользуется своим положением, чтобы искать каких-либо житейских благ для себя лично. Поразила меня вначале и его горячность в выступлениях — впечатление было такое, что он принимает очень близко к сердцу и остро переживает вопрос партийной и государственной жизни"