Был ли диплом о высшем образовании у Ленина?

На днях "недоучка" Холмогоров, вбросил фальшивку о том, что якобы у Ленина такого диплома не было.

Сенсация, да и только! Проблема лишь в том, что ей без малого двадцать лет. Откуда же растут ноги у этой «сенсации»? О том, что у Ленина допущена опечатка в дипломе, широкой общественности известно уже более 100 лет. И вопросов к подлинности не было, пока в 2008 году известный фальсификатор и антисоветчик А. Арутюнов не разразился статьей, в которой объявил диплом поддельным. Ее-то и цитирует Холмогоров.

В чем же суть?

В полученном по почте от управления Петербургского учебного округа университетском дипломе первой степени в отчестве Владимира Ильича допущена опечатка: вместо «Ильин» напечатано «Иванов». В своем экземпляре Ленин или кто-то иной исправил эту ошибку от руки.

Из этого фальсификаторы делают вывод, что это диплом другого человека, присвоенный Лениным.

Допустим, но давайте зададим ряд вопросов:

1. Учился ли молодой Ульянов в Петербургском университете?

Владимир Ульянов был отчислен из Казанского университета за участие в студенческих волнениях и не имел возможности продолжать обучение в классическом формате.

Его мать добилась разрешения для сына сдать экзамены экстерном за полный курс юридического факультета при Императорском Санкт-Петербургском университете. Прошение, ответ, документы о зачислении, прошение о допуске к сдаче экзамена сохранились, и в них указан «Ульянов Владимир Ильин».

Сдача экзаменов проходила в два этапа: весной (апрель 1891 года) за первые два курса и осенью (сентябрь — ноябрь 1891 года) за третий и четвертый курсы. Есть многочисленные документы, подтверждающие этот факт: от писем самого Владимира Ильича матери, писем его сестры Ольги до воспоминаний студентов, которые сдавали с ним экзамены, преподавателей и работников библиотеки.

Но есть еще один источник: так как Ленин находился под надзором полиции, она отслеживала его перемещения. Сохранились рапорты приставов самарскому полицмейстеру: когда и зачем уехал, когда должен прибыть в Петербург. Есть запросы и ответы Петербургского жандармского управления. Более того, сохранился и лист прописки в Петербурге, где рукой Ленина указано: «приехал из Самары держать экзамен в испытательной юридической комиссии при Императорском С.-Петербургском университете».

Юридическая испытательная комиссия признала представленное письменное сочинение и устные ответы «весьма удовлетворительными». Ленин сдал 15 дисциплин (сохранились все ведомости). Интересно, что из 33 человек, сдававших экзамены в тот период, диплом первой степени получили лишь девять, и Ленин был в их числе — и единственным, кто получил высшие баллы по всем дисциплинам.

2. Но может, был еще один студент Владимир Ульянов? Тот, что с отчеством Иванович?

Нет, во всех ведомостях лишь один Владимир Ульянов. Тот самый, что позже станет Лениным.

3. Рассмотрим вопрос о том, возникли ли у современников сомнения в подлинности диплома из-за ошибки?

После сдачи экзаменов Владимир Ильич на руки диплом не получил. Ему было выдано «Свидетельство Испытательной комиссии при Петербургском университете за № 205 на получение диплома первой степени». И в нем ошибки нет. С ним-то Ленин и вернулся в Самару.

А вот диплом был изготовлен позже и отправлен Ленину лишь 14 января 1892 года. В нем-то и появилась ошибка. Диплом был изготовлен в двух экземплярах: один выслан Ленину, второй оригинал диплома хранится в ЦГИА СПб (Ф. 14. Оп. 23) и доступен для исследователей. В нем та же ошибка, но исправлений нет.

Но главное — это то, что после получения диплома Владимир Ульянов был официально причислен к сословию адвокатов. С 1892 по 1893 год он работал в Самаре в качестве помощника присяжного поверенного (адвоката) А. Н. Хардина, а затем в Петербурге у М. Ф. Волкенштейна. За это время он вел судебные дела (известно как минимум о двух десятках защит), что было невозможно без наличия официально признанного диплома о высшем юридическом образовании.

Итак: опечатка в дипломе — это досадный канцелярский казус, характерный для бюрократии того времени.

Дзен

СОЛДАТСКОЕ ПРОЩАНИЕ

Кто б снял с души тяжелый груз утраты?
Кто б стихнуть острой боли приказал?..
Мои герои, старые солдаты,
Идут, идут в Колонный зал.

Я видел их на Волге и на Висле.
В их ратной славе, в воинском труде,
Я в их сердцах читал святые мысли
О Родине, о Мире, о Вожде.

Для них вся жизнь вмещалась в слово — СТАЛИН.
Для них законом был его приказ.
Идут солдаты...
В дымке слез печален
Взгляд этих скорбью углубленных глаз.

Идут солдаты...
Реквиемом льется
Печаль победу воспевавших труб.
И песня об отце и полководце
Не оборвет молчанье сжатых губ.

Поблеклые петлицы на шинели.
В медалях грудь и в седине виски.
Он видел смерть. Он слышал свист шрапнели.
— За Сталина! — крича, ходил в штыки.

Лицо солдата сумрачно-сурово.
В глазах солдата прежний блеск стальной.
А с губ, как шелест, вдруг слетает слово;
— Зачем же ты ушел от нас, родной?..

Родной! Любимый! Мы в войну к потерям
Привыкли. Но в жестокий этот час
Мы, воины твои, глазам не верим,
Не верим мы, что ты покинул нас.

Не верим мы, что ты не встанешь больше...
Встань! Подари нам свой орлиный взгляд.
Вот — перед гробом плачет маршал Польши,
Твой никогда не плакавший солдат.

Вот часовой, в огне не закаленный,
Как младший сын в твое лицо взглянул.
Вот Василевский, Жуков и Буденный,
Скорбя, несут почетный караул.

Нам сердце жжет немая боль утраты.
Но, вспоминая прежние бои,
Мы присягаем вновь, твои солдаты,
Прославленные маршалы твои.

Мы присягаем нашей ратной славой,
Что, если вновь поход трубить трубе,
Мы все, как щит, поднимем над державой
Сталь верности, испытанной в борьбе.

Мы в мужество стальное переплавим
Печаль неизмеримую свою.
Трудом украсим,
подвигом прославим
Ту землю, что хранит любовь твою.

Флаг над Кремлем твоим струится ало.
Идут солдаты...
Поступь их четка.
Товарищ Сталин!
Горе нас не смяло.
Мы с партией твоей!
С твоим ЦК!

Алексей Сурков
12 марта 1953 года, "Литературная газета"