Продолжаем увлекательное путешествие в ответы на вопросы: «А что хотел сказать автор?» :) У нас опять #песни_в_историях
Сегодня очередь «Твои волосы пахнут ветром». Песня написана как посвящение вполне конкретному человеку, но здесь я имею желание умолчать об именах и прочей конкретике. Просто по авторскому капризу. Меня и раньше спрашивали, а по какой это книге? Отвечаю: это одна из тех многих песен, которая обязана появлением затрёпанному и спорному фолианту «Житие Тэма в этом не худшем из миров».
Однажды в этом «житие» наступил весьма чёрный день – почти в одночасье привычный и уютный мир рухнул, и прежняя жизнь закончилась. И вот прям серьёзно пришлось делать выбор: умереть или научиться жить заново. Увы, не всё в этой жизни можно решить советами мудрых специалистов и волшебными таблетками. Что позволяют не чувствовать боль. А некоторые повреждения оказываются не очень совместимы с жизнью. Но к счастью, мои наставники и герои моих любимых книг не научили меня сдаваться. Так мне пришлось каждый день придумывать, почему я должен дышать. Тогда, в это тёмное время я написал песню «Военно-полевой роман». Да, о ней никто не спрашивал, но позже она оказалась парой как раз к «Твои волосы пахнут ветром», и потому я позволю себе упомянуть в истории и её. Это две картинки в рифму про попытку «Выжить и жить», написанные с разницей в два года. А ещё – про странную и хрупкую любовь, которая даёт возможность дожить до следующего дня. Это не про неё пишут сказки, в которых долго и счастливо, а потом в один день. Вереск тут тоже совсем не случайно, но это скорее уж из мифологии одного апокрифа, где вереск – это про светлую печаль и память. Вот и в песне про внезапную близость и ветреный летний рассвет, про надежду на то, что всё обязательно будет хорошо. Ну и немного про «битое стекло» :)
Сегодня очередь «Твои волосы пахнут ветром». Песня написана как посвящение вполне конкретному человеку, но здесь я имею желание умолчать об именах и прочей конкретике. Просто по авторскому капризу. Меня и раньше спрашивали, а по какой это книге? Отвечаю: это одна из тех многих песен, которая обязана появлением затрёпанному и спорному фолианту «Житие Тэма в этом не худшем из миров».
Однажды в этом «житие» наступил весьма чёрный день – почти в одночасье привычный и уютный мир рухнул, и прежняя жизнь закончилась. И вот прям серьёзно пришлось делать выбор: умереть или научиться жить заново. Увы, не всё в этой жизни можно решить советами мудрых специалистов и волшебными таблетками. Что позволяют не чувствовать боль. А некоторые повреждения оказываются не очень совместимы с жизнью. Но к счастью, мои наставники и герои моих любимых книг не научили меня сдаваться. Так мне пришлось каждый день придумывать, почему я должен дышать. Тогда, в это тёмное время я написал песню «Военно-полевой роман». Да, о ней никто не спрашивал, но позже она оказалась парой как раз к «Твои волосы пахнут ветром», и потому я позволю себе упомянуть в истории и её. Это две картинки в рифму про попытку «Выжить и жить», написанные с разницей в два года. А ещё – про странную и хрупкую любовь, которая даёт возможность дожить до следующего дня. Это не про неё пишут сказки, в которых долго и счастливо, а потом в один день. Вереск тут тоже совсем не случайно, но это скорее уж из мифологии одного апокрифа, где вереск – это про светлую печаль и память. Вот и в песне про внезапную близость и ветреный летний рассвет, про надежду на то, что всё обязательно будет хорошо. Ну и немного про «битое стекло» :)
Очередная глава опуса #песни_в_историях очень пугает меня. Я опасаюсь, что это будет душевный стриптиз (опять) и «битое стекло» (распространённый случай в творчестве). Впрочем, как показывает практика, только автору кажется, что всё самое личное проступает в таких текстах ростовыми буквами и всем всё понятно. Здесь за кулисами должен быть крик ужаса, но его не завезли:) Но так уж вышло, что если бы мне пришлось рассказывать об этой песни ещё полгода назад, рассказ был бы другим. А теперь, когда мой учитель, мой бог и друг погиб, можно рассказывать историю не опасаясь, что он прочтёт её.
Я уже писал, что моё отношение к учителям и наставникам всегда было «не подобно эпохе» (с). Учили меня вполне нормальные, современные мне люди, с которыми можно было запросто болтать, курить, гулять и вообще «нормально общаться». Однако меня вечно бросало в подобие средневековья или сказок-эпосов, и в этом сюжете мой наставник становился для меня богом. Которого любят и бояться. Это восторг сердца, замирающего от ужаса и благоговения. Богу можно всё, его слова проступают на душе навсегда и увы, годы показывают, что никакой чужой авторитет их не может стереть и переписать. Это – любовь, страшная собачья любовь.
Однажды, в 2003-м, я попал на спектакль в танцевальную студию «Lege Artis», где безраздельно царила и творила невозможное волшебство Полина Меньших. Магия танца, который «придумали не люди». И неплотно прилаженная крыша тихо и безвозвратно отъехала. Я понял, что я хочу заниматься ирландским танцем, «я мечтаю скользить над землёй, не касаясь земли». Но легко хотеть и достигать, когда ты юн и прекрасен, и когда у тебя «есть данные». У меня было только упрямство. Позже, когда я скитался по другим студиям и моими наставниками были уже другие люди, меня гладили по голове, и говорили, что всё у меня хорошо и с пластикой, и с движением. Но этим людям я уже не верил. Я проучился в Леге три с половиной года. Много работая и намотав бессчётное количество доп.часов в пыльных коридорах, чтобы достичь уровня, который требовался чтобы не позорить бога. У меня ничего не вышло – для заявленного уровня у меня не было ни данных, ни «фактуры». И мне пришлось уйти. Меня никто не остановил. Для окружающих это был рядовой случай – люди, не годные для сцены, часто уходили. Для меня это была катастрофа.
Дворняга, мечтающая занять место на королевской псарне, оказалась на улице. Потому что не вышла экстерьером, потому что не нашла общего языка со своим богом и наставником, а может ещё по какой неведомой причине. Знаете, как потерявшийся пёс бегает по улицам и заглядывает в лица прохожим? Как надеется встретить хозяина, даже зная, что проку от этого не будет? Вот и я болтался потом многие месяцы по городу, бредил и тосковал, понимая, что эту пропасть мне не перейти… Как и положено поэту и менестрелю я писал стихи, заплетал в рифмы своё горе, точно зная, что это не поможет. И меня никогда «не отпустит» - «таким уж я на свет уродился…» (с) Тогда, в августе 2006-го и была написана песня «Собачий ангел», а выпустив 2007-м «Стражей Последнего Рубежа» я указал на обложке, что песня – посвящение Полине Меньших.
Позже, когда прошло время, мы снова стали общаться с Полиной и однажды я позвал ее на концерт в Архео. Народу была тьма, и так вышло, что божество посадили у самой сцены, едва ли не в ногах у меня. Я собирался «закрыть гештальт» и спеть «Собачьего ангела». Я не знаю, был ли мой возлюбленный наставник в курсе тогда, что песня посвящена ему. Но теперь мы это уже не узнаем. А потом я пел со сцены песню, и мне было страшно открыть глаза. Потому что у Полины было обострённое чувство красоты, и я понимал, что если я увижу на её лице хотя бы тень недовольства, я просто умру. Прямо на табуретке на сцене Архео. Но всё обошлось.
Годы сгладили многие воспоминания и острые грани – таково свойство времени, которое говорят лечит. В ноябре прошлого года эта глава моей жизни закончилась навсегда. Мы собирались встретиться, но «через две недели» превратилась в «больше никогда». А песня осталась. И я почти не боюсь расплакаться, когда пою её на концерте.
Я уже писал, что моё отношение к учителям и наставникам всегда было «не подобно эпохе» (с). Учили меня вполне нормальные, современные мне люди, с которыми можно было запросто болтать, курить, гулять и вообще «нормально общаться». Однако меня вечно бросало в подобие средневековья или сказок-эпосов, и в этом сюжете мой наставник становился для меня богом. Которого любят и бояться. Это восторг сердца, замирающего от ужаса и благоговения. Богу можно всё, его слова проступают на душе навсегда и увы, годы показывают, что никакой чужой авторитет их не может стереть и переписать. Это – любовь, страшная собачья любовь.
Однажды, в 2003-м, я попал на спектакль в танцевальную студию «Lege Artis», где безраздельно царила и творила невозможное волшебство Полина Меньших. Магия танца, который «придумали не люди». И неплотно прилаженная крыша тихо и безвозвратно отъехала. Я понял, что я хочу заниматься ирландским танцем, «я мечтаю скользить над землёй, не касаясь земли». Но легко хотеть и достигать, когда ты юн и прекрасен, и когда у тебя «есть данные». У меня было только упрямство. Позже, когда я скитался по другим студиям и моими наставниками были уже другие люди, меня гладили по голове, и говорили, что всё у меня хорошо и с пластикой, и с движением. Но этим людям я уже не верил. Я проучился в Леге три с половиной года. Много работая и намотав бессчётное количество доп.часов в пыльных коридорах, чтобы достичь уровня, который требовался чтобы не позорить бога. У меня ничего не вышло – для заявленного уровня у меня не было ни данных, ни «фактуры». И мне пришлось уйти. Меня никто не остановил. Для окружающих это был рядовой случай – люди, не годные для сцены, часто уходили. Для меня это была катастрофа.
Дворняга, мечтающая занять место на королевской псарне, оказалась на улице. Потому что не вышла экстерьером, потому что не нашла общего языка со своим богом и наставником, а может ещё по какой неведомой причине. Знаете, как потерявшийся пёс бегает по улицам и заглядывает в лица прохожим? Как надеется встретить хозяина, даже зная, что проку от этого не будет? Вот и я болтался потом многие месяцы по городу, бредил и тосковал, понимая, что эту пропасть мне не перейти… Как и положено поэту и менестрелю я писал стихи, заплетал в рифмы своё горе, точно зная, что это не поможет. И меня никогда «не отпустит» - «таким уж я на свет уродился…» (с) Тогда, в августе 2006-го и была написана песня «Собачий ангел», а выпустив 2007-м «Стражей Последнего Рубежа» я указал на обложке, что песня – посвящение Полине Меньших.
Позже, когда прошло время, мы снова стали общаться с Полиной и однажды я позвал ее на концерт в Архео. Народу была тьма, и так вышло, что божество посадили у самой сцены, едва ли не в ногах у меня. Я собирался «закрыть гештальт» и спеть «Собачьего ангела». Я не знаю, был ли мой возлюбленный наставник в курсе тогда, что песня посвящена ему. Но теперь мы это уже не узнаем. А потом я пел со сцены песню, и мне было страшно открыть глаза. Потому что у Полины было обострённое чувство красоты, и я понимал, что если я увижу на её лице хотя бы тень недовольства, я просто умру. Прямо на табуретке на сцене Архео. Но всё обошлось.
Годы сгладили многие воспоминания и острые грани – таково свойство времени, которое говорят лечит. В ноябре прошлого года эта глава моей жизни закончилась навсегда. Мы собирались встретиться, но «через две недели» превратилась в «больше никогда». А песня осталась. И я почти не боюсь расплакаться, когда пою её на концерте.
🔥2
Картинка взята из (С)ети.
P. S. На всякий случай. Желающие сказать плохое слово про Полину Меньших идут в бан. Сразу. Сольно или строем. И не писал бы об этом, но время сейчас странные....
P. S. На всякий случай. Желающие сказать плохое слово про Полину Меньших идут в бан. Сразу. Сольно или строем. И не писал бы об этом, но время сейчас странные....
Forwarded from Faruk Al-Sib
buku - книга
surat - письмо
Kita - мы
Dia menulis buku - Он пишет книгу
Koran - ГАЗЕТА (WTF!?)
Mereka - они
Menu itu - меню
Menu ini - это меню
Saya membaca buku Anda - Я читаю твою книгу
Saya menulis ini - я написал это
Ini koran Anda? - Это ваша газета?
Gaun - платье
saya punya gaun - у меня есть платье
Saya kaya - я богат
Kalian punya jeruk - у те6я есть апельсины.
Kalian [кальян] - вы, ребята ( очень мутная штука)
Besar - большой
Kucing saya besar
ia - оно \ она \ он
Ia besar
Ia menulis surat - Она пишет письмо
surat - письмо
Kita - мы
Dia menulis buku - Он пишет книгу
Koran - ГАЗЕТА (WTF!?)
Mereka - они
Menu itu - меню
Menu ini - это меню
Saya membaca buku Anda - Я читаю твою книгу
Saya menulis ini - я написал это
Ini koran Anda? - Это ваша газета?
Gaun - платье
saya punya gaun - у меня есть платье
Saya kaya - я богат
Kalian punya jeruk - у те6я есть апельсины.
Kalian [кальян] - вы, ребята ( очень мутная штука)
Besar - большой
Kucing saya besar
ia - оно \ она \ он
Ia besar
Ia menulis surat - Она пишет письмо
#болото
Сидели мы как-то с Ежи и болтали. Ежи сказала, что вампиры это круто. Я посмеялся над Ежи. Ведь она даже не знала о мире тьмы.
Хотя, что ещё мог сказать гот?
Сидели мы как-то с Ежи и болтали. Ежи сказала, что вампиры это круто. Я посмеялся над Ежи. Ведь она даже не знала о мире тьмы.
Хотя, что ещё мог сказать гот?
Где-то на опушке кукует кукушка,
Одинокая в чаще дремучей.
То ли льёт свои слёзы горюче, подружка,
То ли я всё грущу о пучине бездонных очей.
Лес вздыхает, тяжёло, глубоко...
Словно вес бесчётных веков
Он несёт на плечах своих одиноко.
Узник древний, незримых оков.
Солнце село за лесом далёко.
Утонувши в закатном огне.
А на небо не смело и робко,
Выплывает луна сребролика в челне.
Лес затихнет и смолкнет до утра.
Негой очи сомкнутся у птиц.
Только я одержимый как будто
Просижу у костра до рассветных зарниц.
Одинокая в чаще дремучей.
То ли льёт свои слёзы горюче, подружка,
То ли я всё грущу о пучине бездонных очей.
Лес вздыхает, тяжёло, глубоко...
Словно вес бесчётных веков
Он несёт на плечах своих одиноко.
Узник древний, незримых оков.
Солнце село за лесом далёко.
Утонувши в закатном огне.
А на небо не смело и робко,
Выплывает луна сребролика в челне.
Лес затихнет и смолкнет до утра.
Негой очи сомкнутся у птиц.
Только я одержимый как будто
Просижу у костра до рассветных зарниц.
С вами снова «байки из склепа», то есть простите, почтенная публика, #песни_в_историях :) Удивительно, но я отважно соблюдаю в рассказах тот порядок, что определили комментарии под заглавным постом. Что для такого хаотика как я – почти подвиг. Кстати, про те комменты, где спросили сразу про несколько песен. Здесь я оставляю за собой право выбрать какую-нибудь одну. Но не в смысле «а про остальные рассказывать» не буду. Просто когда список из одиночных пожеланий подойдёт к концу, я вернусь и выберу что-нибудь как раз из оставшихся :))
Так что по очереди у нас «Молитва о бессилии». И по своей вредной привычке я начну издалека. Наверное почти каждый неформал хотя бы однажды хотел вот прямо здесь и сейчас уметь бросать фаэрболы и двигать предметы. Или развешивать гопников-обидчиков на ветках и фонарях при помощи заклинания левитации: вжух, и плохой парень зацепившись штанами на сучок беспомощно дрыгает накаченными руками. Беспомощно А ты такой пожав плечами под плащом просто уходишь по дорожке куда-то в сторону красивого заката. Мне вот точно хотелось. И я много раз думал, почему никому из Одарённых не дали прикладной магии. Ну хотя бы зажигать огонь по щелчку или отводить глаза контролёрам! Но нет. В нашем мире с прикладной магией сложно. Привороты, пентаграммы и сглаз не предлагать :)
Однажды мы в Эльфятнике играли в снежки. Это было то ли в неурочный день, то ли в то время, когда Эгладор уже не собирался, но у библиотеки были только я и моя банда. Со стороны это выглядело странно: довольно взрослые люди возятся в снегу, смеются и всячески нарушают миропорядок в общественном месте. Возможно именно это привлекло к нам наряд «людей в сером», у которых поздним вечером в парке особых развлечений не было. Они начали проверять у нас документы (и тогда я ещё носил с собой паспорт) и пытались «пришить нам» распитие алкоголя в парке. Из доказательство у них было только наше асоциальное поведение, но они были молоды, глупы и упрямы. Они непременно хотели забрать нас в участок. Мы, понятное дело, были вот очень против. Я напрямую им сказал, что «Я таким как вы на работе двойки ставлю!» - в то время я работал преподом в колледже. Короче, разборка вышла долгая, муторная, но в итоге от нас отстали. Мы коллективно донесли до людей в форме, что игра в снежки зимой в центре Москвы не наказуема, документы честных граждан при нас, а употребление алкоголя – не доказуемо! Но нервы они нам помотали. И вот тогда я в очередной раз страстно пожалел, что не умею ничего из практической и эффективной магии. А ещё пожалел, что у меня не было в кармане каких-нибудь особо «весомых документов» типа «комитетской «корочки» или что там заставляет младших и серых извиняться и тихо уходить. Потом... потом я понял, что есть в мире магия безоружности. Которая позволяет таким вот неформалам выживать и отводить глаза полиции без всякого волшебства. Потому что Бог – он за безоружных. Конечно, здесь можно начать спорить, что безоружная пешая мразь гибнет первой… ну или получает по лицу. Но мой личный опыт (может он только мой) говорит, что ангелы прикрывают тех, кто не может дать сдачи. И собственно песня - про этот самый опыт. В этом опыте очень много про чудеса и везение. И очень много – про силу веры. А еще мне до сих пор забавно, что наши обидчики попали в историю, оставшись в строке «Не дай мне, Господи, поднять разящий меч на серый люд, не знающий о свете…» И очень хочется думать, что мы и дальше будем сильнее тех, кто против нас. Но всё равно на всякий случай берегите себя!
Картинка из (С)ети
Так что по очереди у нас «Молитва о бессилии». И по своей вредной привычке я начну издалека. Наверное почти каждый неформал хотя бы однажды хотел вот прямо здесь и сейчас уметь бросать фаэрболы и двигать предметы. Или развешивать гопников-обидчиков на ветках и фонарях при помощи заклинания левитации: вжух, и плохой парень зацепившись штанами на сучок беспомощно дрыгает накаченными руками. Беспомощно А ты такой пожав плечами под плащом просто уходишь по дорожке куда-то в сторону красивого заката. Мне вот точно хотелось. И я много раз думал, почему никому из Одарённых не дали прикладной магии. Ну хотя бы зажигать огонь по щелчку или отводить глаза контролёрам! Но нет. В нашем мире с прикладной магией сложно. Привороты, пентаграммы и сглаз не предлагать :)
Однажды мы в Эльфятнике играли в снежки. Это было то ли в неурочный день, то ли в то время, когда Эгладор уже не собирался, но у библиотеки были только я и моя банда. Со стороны это выглядело странно: довольно взрослые люди возятся в снегу, смеются и всячески нарушают миропорядок в общественном месте. Возможно именно это привлекло к нам наряд «людей в сером», у которых поздним вечером в парке особых развлечений не было. Они начали проверять у нас документы (и тогда я ещё носил с собой паспорт) и пытались «пришить нам» распитие алкоголя в парке. Из доказательство у них было только наше асоциальное поведение, но они были молоды, глупы и упрямы. Они непременно хотели забрать нас в участок. Мы, понятное дело, были вот очень против. Я напрямую им сказал, что «Я таким как вы на работе двойки ставлю!» - в то время я работал преподом в колледже. Короче, разборка вышла долгая, муторная, но в итоге от нас отстали. Мы коллективно донесли до людей в форме, что игра в снежки зимой в центре Москвы не наказуема, документы честных граждан при нас, а употребление алкоголя – не доказуемо! Но нервы они нам помотали. И вот тогда я в очередной раз страстно пожалел, что не умею ничего из практической и эффективной магии. А ещё пожалел, что у меня не было в кармане каких-нибудь особо «весомых документов» типа «комитетской «корочки» или что там заставляет младших и серых извиняться и тихо уходить. Потом... потом я понял, что есть в мире магия безоружности. Которая позволяет таким вот неформалам выживать и отводить глаза полиции без всякого волшебства. Потому что Бог – он за безоружных. Конечно, здесь можно начать спорить, что безоружная пешая мразь гибнет первой… ну или получает по лицу. Но мой личный опыт (может он только мой) говорит, что ангелы прикрывают тех, кто не может дать сдачи. И собственно песня - про этот самый опыт. В этом опыте очень много про чудеса и везение. И очень много – про силу веры. А еще мне до сих пор забавно, что наши обидчики попали в историю, оставшись в строке «Не дай мне, Господи, поднять разящий меч на серый люд, не знающий о свете…» И очень хочется думать, что мы и дальше будем сильнее тех, кто против нас. Но всё равно на всякий случай берегите себя!
Картинка из (С)ети
❤🔥2👍1
На болоте утки поселились.
Плавают, резвятся и галдят.
Как они и мы когда-то веселились,
А теперь по нам надгробия молчат.
Гладь воды спокойна и тиха.
И по ней скользят беззвучно утки.
Как и мы, на коврике из мха,
Стали частью, чьей-то странной шутки.
Пролетят года под сенью этих древ,
Улетят и возвратятся утки.
Не останется и следа здесь от тех,
Кто заснул, в своём забвенье жутком.
Плавают, резвятся и галдят.
Как они и мы когда-то веселились,
А теперь по нам надгробия молчат.
Гладь воды спокойна и тиха.
И по ней скользят беззвучно утки.
Как и мы, на коврике из мха,
Стали частью, чьей-то странной шутки.
Пролетят года под сенью этих древ,
Улетят и возвратятся утки.
Не останется и следа здесь от тех,
Кто заснул, в своём забвенье жутком.
❤3
А сегодня наши #песни_в_историях внезапно про «дурацкое», издревле именуемое в нашей субкультуре стёбом :) Совсем неожиданно спросили про песню «Люди добрые, я же прислужник Врага…». Говорят, она называется «Тёмный эльф». Не знаю, это уже народное творчество, мне остаётся с ним смириться и рассказать историю. Тем более, что у этой песни есть что рассказать.
Это было в те времена, когда на игры ездили много проще. Есть идея, есть группа товарищей, готовых примерить козлиные рога, есть полигон и много дури – укладываем рюкзаки и вперёд! Так на дворе стоял 1996-й и была заявлена игра «Исход нолдор». Собственно, должен был быть сыгран хорошо известный эпизод с сожжёнными кораблями Тэллери и проклятьем Валар виновных в этом Нолдор. Мы как раз поехали играть этих самых эльфов-корабелов, с которыми так нехорошо вышло. И поскольку по сюжету выходило, что наша команда толком поиграть не успеет, то предполагалось, что после великого пожара мы как бы тихо превращаемся в Дориат и продолжаем играть уже других эльфов. В те времена я жил по принципу «Если Чёрная Книга не лезет в дамскую сумочку, выброси дамскую сумочку» (с). То бишь страстно «курил косяк» тёмной идеологии. Но так уж вышло, что попал в светлую команду. И у меня даже для этого случая была сшита белая рубашка. Самое интересное про заявленную песню то, что я написал её ДО игры. Не нарочно, вовсе не собираясь реализовывать простёбанный сюжет, но как видно правда то, что древние народы считали бардов пророками :) Я плохой актёр и плохой игрок. Это не в смысле поспорить, это факт на основе многих лет наблюдений. И вот у меня игра не задалась. Может быть потому, что сюжет сорвался с цепи и побежал, побежал… Так, например, Феанор взял и договорился с тэллери. Без всякого пожара и братоубийства. И нолдор спокойно перебрались на тот берег и пошли бить морду Морготу. Владыку Тьмы играл Куковлев – персонаж колоритный и знаменитый, но на Врага совсем не похожий. Они там курили какую-то свою тему, и Враг ходил по полигону с огромным надувным молотком. Ну в целом, какой Моргот, такой и Гронд.
Не пережив поворотов сюжета, я пометался по берегу Алквалондэ и мелкой рысью побежал в Мандос. Там сидели «наши люди», и Раэнэл посмотрев на меня в истерике, выписала меня обратно в игру с феерическим «аусвайсом»: в нём значилось, что зовут меня Тииллин, что я эльф народа фалмари, а команда приписки у меня Тол-н-Гаурхот. А всё потому, что на пресловутом Острове Оборотней сидел на чёрном троне брат мой Гэллемар и играл Гортхауэра. К нему я и отправился утешаться об чёрное знамя. Оборотни у брата тоже имелись – шайка голодных подростков (не помню, где он их нашёл). Ребята беспомощно сидели у костра, не умея добыть пищу. В рамках братской помощи я пожалел волчаток и сварил им гречки с тушлом. Оборотни поели, обрадовались и разбежались по полигону. Так я поселился у Гортхауэра под крылышком и моя мятежная душа успокоилась. Сохранился кусок феерического диалога беглого фалмари и хозяина Тол-н-Гаурхот. Стоят они такие, смотрят на рассветное солнце над полигоном, а вдалеке по кустам ломится Куковлев со своим молотком. Фалмари: «Айанто, вон Моргот пошёл…» Горхауэр: «Ну и пусть себе пошёл…».
Потом на игре был ещё какой-то кипеж, но я по причине давности событий уже его не помню. Мир был юн и прекрасен и мы вместе с ним.
А песня прочно прижилась в репертуаре. И даже была несколько раз обстёбана автором, но об этом я рассказывать на широкую публику не стану.
P.S. В качестве иллюстрации собственно приложена фотография с игры, автор мне неизвестен.
Это было в те времена, когда на игры ездили много проще. Есть идея, есть группа товарищей, готовых примерить козлиные рога, есть полигон и много дури – укладываем рюкзаки и вперёд! Так на дворе стоял 1996-й и была заявлена игра «Исход нолдор». Собственно, должен был быть сыгран хорошо известный эпизод с сожжёнными кораблями Тэллери и проклятьем Валар виновных в этом Нолдор. Мы как раз поехали играть этих самых эльфов-корабелов, с которыми так нехорошо вышло. И поскольку по сюжету выходило, что наша команда толком поиграть не успеет, то предполагалось, что после великого пожара мы как бы тихо превращаемся в Дориат и продолжаем играть уже других эльфов. В те времена я жил по принципу «Если Чёрная Книга не лезет в дамскую сумочку, выброси дамскую сумочку» (с). То бишь страстно «курил косяк» тёмной идеологии. Но так уж вышло, что попал в светлую команду. И у меня даже для этого случая была сшита белая рубашка. Самое интересное про заявленную песню то, что я написал её ДО игры. Не нарочно, вовсе не собираясь реализовывать простёбанный сюжет, но как видно правда то, что древние народы считали бардов пророками :) Я плохой актёр и плохой игрок. Это не в смысле поспорить, это факт на основе многих лет наблюдений. И вот у меня игра не задалась. Может быть потому, что сюжет сорвался с цепи и побежал, побежал… Так, например, Феанор взял и договорился с тэллери. Без всякого пожара и братоубийства. И нолдор спокойно перебрались на тот берег и пошли бить морду Морготу. Владыку Тьмы играл Куковлев – персонаж колоритный и знаменитый, но на Врага совсем не похожий. Они там курили какую-то свою тему, и Враг ходил по полигону с огромным надувным молотком. Ну в целом, какой Моргот, такой и Гронд.
Не пережив поворотов сюжета, я пометался по берегу Алквалондэ и мелкой рысью побежал в Мандос. Там сидели «наши люди», и Раэнэл посмотрев на меня в истерике, выписала меня обратно в игру с феерическим «аусвайсом»: в нём значилось, что зовут меня Тииллин, что я эльф народа фалмари, а команда приписки у меня Тол-н-Гаурхот. А всё потому, что на пресловутом Острове Оборотней сидел на чёрном троне брат мой Гэллемар и играл Гортхауэра. К нему я и отправился утешаться об чёрное знамя. Оборотни у брата тоже имелись – шайка голодных подростков (не помню, где он их нашёл). Ребята беспомощно сидели у костра, не умея добыть пищу. В рамках братской помощи я пожалел волчаток и сварил им гречки с тушлом. Оборотни поели, обрадовались и разбежались по полигону. Так я поселился у Гортхауэра под крылышком и моя мятежная душа успокоилась. Сохранился кусок феерического диалога беглого фалмари и хозяина Тол-н-Гаурхот. Стоят они такие, смотрят на рассветное солнце над полигоном, а вдалеке по кустам ломится Куковлев со своим молотком. Фалмари: «Айанто, вон Моргот пошёл…» Горхауэр: «Ну и пусть себе пошёл…».
Потом на игре был ещё какой-то кипеж, но я по причине давности событий уже его не помню. Мир был юн и прекрасен и мы вместе с ним.
А песня прочно прижилась в репертуаре. И даже была несколько раз обстёбана автором, но об этом я рассказывать на широкую публику не стану.
P.S. В качестве иллюстрации собственно приложена фотография с игры, автор мне неизвестен.
🔥5