Наверное, пришло время признаться.
Я жуткий сноб в работе.
Мне всё время кажется, что у меня самые лучшие клиенты. Самый высокий сервис. Самое внимательное отношение к деталям. И вообще всё должно быть на максимуме.
Я бог деталей. Иногда это помогает. Иногда — очень мешает.
Потому что каждый раз, когда нужно рассказать о своей работе, внутри включается какое-то странное сопротивление.
«Ну и что?»
«Это же просто хорошая работа.»
«Так и должно быть.»
И в этот момент я превращаюсь в ленивую задницу.
Не потому, что мне нечего показать. А потому, что мой внутренний сноб искренне не понимает, зачем рассказывать о том, что для меня является абсолютной нормой.
Вот эти фотографии — отличный пример.
Это далеко не самая дорогая свадьба, которую мы делали. И точно не самая масштабная.
Но меня они почему-то совершенно не отпускают.
Наверное, потому что в них есть эстетика. Есть вкус. Есть история.
Невеста однажды сказала мне всего одну фразу:
«Я мечтаю о свадьбе в стиле Ralph Lauren».
А потом показала платье Ralph Lauren, в которое влюбилась. В бутиках его уже не было. Купить можно было только онлайн, и было совершенно непонятно, как доставить его вовремя.
Для меня это вообще не стало вопросом.
Я просто купила его сама и повезла в чемодане.
Милан. Рим. Неаполь. Пафос. Тбилиси. Москва.
Иногда сервис выглядит именно так.
Не как красивый регламент или презентация, а как чемодан, внутри которого лежит чужая мечта, за которую ты отвечаешь.
Потому что сервис — это когда клиент даже не успевает сформулировать проблему, а ты уже ищешь решение.
И вот именно про такие вещи мне почему-то всегда сложнее всего рассказывать.
Наверное, потому что мой внутренний сноб до сих пор считает, что это что-то сверх.
Это просто моя работа.
Я жуткий сноб в работе.
Мне всё время кажется, что у меня самые лучшие клиенты. Самый высокий сервис. Самое внимательное отношение к деталям. И вообще всё должно быть на максимуме.
Я бог деталей. Иногда это помогает. Иногда — очень мешает.
Потому что каждый раз, когда нужно рассказать о своей работе, внутри включается какое-то странное сопротивление.
«Ну и что?»
«Это же просто хорошая работа.»
«Так и должно быть.»
И в этот момент я превращаюсь в ленивую задницу.
Не потому, что мне нечего показать. А потому, что мой внутренний сноб искренне не понимает, зачем рассказывать о том, что для меня является абсолютной нормой.
Вот эти фотографии — отличный пример.
Это далеко не самая дорогая свадьба, которую мы делали. И точно не самая масштабная.
Но меня они почему-то совершенно не отпускают.
Наверное, потому что в них есть эстетика. Есть вкус. Есть история.
Невеста однажды сказала мне всего одну фразу:
«Я мечтаю о свадьбе в стиле Ralph Lauren».
А потом показала платье Ralph Lauren, в которое влюбилась. В бутиках его уже не было. Купить можно было только онлайн, и было совершенно непонятно, как доставить его вовремя.
Для меня это вообще не стало вопросом.
Я просто купила его сама и повезла в чемодане.
Милан. Рим. Неаполь. Пафос. Тбилиси. Москва.
Иногда сервис выглядит именно так.
Не как красивый регламент или презентация, а как чемодан, внутри которого лежит чужая мечта, за которую ты отвечаешь.
Потому что сервис — это когда клиент даже не успевает сформулировать проблему, а ты уже ищешь решение.
И вот именно про такие вещи мне почему-то всегда сложнее всего рассказывать.
Наверное, потому что мой внутренний сноб до сих пор считает, что это что-то сверх.
Это просто моя работа.
❤6
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Ну раз вам так понравились фото, ловите еще и видео
Это эстетический кайф
Это эстетический кайф
🔥7
Кто кого привёл в кино — я Платона или он меня?
По датам — первой была я. Мой вирусный ролик набрал десятки миллионов просмотров ещё в 2016-м. Платон впервые оказался на площадке только год спустя.
Но именно он открыл мне дверь в большое кино.
По закону несовершеннолетнего актёра нельзя оставить на площадке одного. Рядом должен быть законный представитель. Этим представителем была я — не продюсер, не режиссёр. Мама.
И именно поэтому я часами стояла у плейбека — за спинами лучших режиссёров страны. Смотрела, как рождаются решения, собираются сцены, ловится ритм фильма. Это была моя киношкола — без поступления и без диплома.
Со временем внутри агентства выросло целое направление — корпоративное и частное кино. Два кинофестиваля для Сбербанка. Четырнадцать короткометражек. Десятки вирусных роликов. Фильмы для Газпром Бурение, Газпромбанк Лизинг, Сбера, ГК «Рост».
Чем больше опыта — тем яснее я видела: сама киноплощадка — это уже целое событие, мероприятие, event.
За восемь часов там проживается целая маленькая жизнь: люди волнуются, запоминают текст, гримируются, наряжаются, переодеваются, перевоплощаются в другие образы. Смех над дублями, киноеда из общего актёрского котла, команда, рождённая с нуля.
А потом эти же люди видят фильм на самом мероприятии — и проживают всё заново. Они уже не гости. Они часть истории.
На рынке есть продюсеры, которых знают именно как создателей корпоративного кино. Их так воспринимают. За это приглашают. И платят за это другие деньги.
А я годами прятала это направление внутри сметы мероприятия. Как будто фильм — просто строчка в бюджете.
Хотя это давно отдельный продукт. Со своей режиссурой, драматургией, командой, ценностью.
Пора это исправить.
По датам — первой была я. Мой вирусный ролик набрал десятки миллионов просмотров ещё в 2016-м. Платон впервые оказался на площадке только год спустя.
Но именно он открыл мне дверь в большое кино.
По закону несовершеннолетнего актёра нельзя оставить на площадке одного. Рядом должен быть законный представитель. Этим представителем была я — не продюсер, не режиссёр. Мама.
И именно поэтому я часами стояла у плейбека — за спинами лучших режиссёров страны. Смотрела, как рождаются решения, собираются сцены, ловится ритм фильма. Это была моя киношкола — без поступления и без диплома.
Со временем внутри агентства выросло целое направление — корпоративное и частное кино. Два кинофестиваля для Сбербанка. Четырнадцать короткометражек. Десятки вирусных роликов. Фильмы для Газпром Бурение, Газпромбанк Лизинг, Сбера, ГК «Рост».
Чем больше опыта — тем яснее я видела: сама киноплощадка — это уже целое событие, мероприятие, event.
За восемь часов там проживается целая маленькая жизнь: люди волнуются, запоминают текст, гримируются, наряжаются, переодеваются, перевоплощаются в другие образы. Смех над дублями, киноеда из общего актёрского котла, команда, рождённая с нуля.
А потом эти же люди видят фильм на самом мероприятии — и проживают всё заново. Они уже не гости. Они часть истории.
На рынке есть продюсеры, которых знают именно как создателей корпоративного кино. Их так воспринимают. За это приглашают. И платят за это другие деньги.
А я годами прятала это направление внутри сметы мероприятия. Как будто фильм — просто строчка в бюджете.
Хотя это давно отдельный продукт. Со своей режиссурой, драматургией, командой, ценностью.
Пора это исправить.
👏4
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
А, вот, можно так сказать, мой кино-первенец 2016 года рождения.
До этого было множество работ, но эта - первая,признанная, после которой меня назвали автором вирусного контента и вручили Себреный меркурий
До этого было множество работ, но эта - первая,признанная, после которой меня назвали автором вирусного контента и вручили Себреный меркурий
❤3👍1😁1