Казаки, воспринимавшие себя как отдельный народ с собственной государственностью и славными военными традициями, сражались с высокой мотивацией за свою землю и вольность.
Их превращение в простое «военное сословие» в рамках имперской армии, лишало их этой особой идентичности и духа, превращая в обычных солдат, что снижало их боевую эффективность и ударную силу.

Изначально отношения Москвы с казачьими войсками часто строились на договорах и союзе.
Жёсткая интеграция и русификация разрушили эти отношения, заменив подчинением.
Это породило глухое сопротивление и враждебность, ослабив внутреннюю сплочённость империи.

Политика, направленная на уничтожение национального самосознания, вместо плавной интеграции создала мощный очаг нелояльности.
Казаки, веками боровшиеся за автономию, восприняли русификацию как прямую угрозу своему существованию, что вылилось в серию крупных восстаний (Разина, Булавина, Пугачёва).
Борьба с ними отвлекала огромные ресурсы и силы государства от внешних угроз.

Для подавления и перевоспитания казаков потребовались столетия и колоссальные идеологические усилия (переписывание истории).
Это был крайне затратный и неэффективный метод управления, который сеял семена будущих конфликтов (что проявилось, например, в Гражданской войне 1917-1922 гг., где значительная часть казачества выступила против центральной власти).

Как командующий добровольческими соединениями, я сердечно приветствую всех прибывших на Волжско-татарское собрание. Я надеюсь, что собрание приведет к дальнейшему углублению немецко-татарского сотрудничества и что новообразованному союзу удастся наполнить татарских легионеров подлинным боевым духом и также убедить последних из них, что Германия может принести татарскому народу счастливое будущее. Если нашим врагам в 1943 году не удалось использовать их кризисный час и довести отход в Италии до катастрофы для нас, — возможность, которая не повторится, — то у нас есть все основания для уверенности, да твердой воли, что победа будет за нами. Тогда наши товарищи Идель-Урала смогут вернуться с немецким оружием в свою освобожденную от большевиков родину и из братства по оружию в эти годы вырастет в последующие мирные годы прочное дружественное отношение между немецким и татарским народами.

На другой стороне стоит 180-миллионный народ, [Русских] смесь рас и народов, чьи имена непроизносимы и чья физическая сущность такова, что единственное, что с ними можно сделать – это расстреливать без всякой жалости и милосердия.

[Русские] уже были не люди, а животные, и можно было содрогнуться, сравнивая нынешнее население с русскими, которых знали из мировой войны..... Сегодня он исчез...