Самое неожиданное в психотерапии – когда приносишь, например, стыд, а тебе вместо рассказов об уверенности в себе терапевт предлагает на минуту максимально стать тем, кем ты стыдишься быть..

Когда в сессии возникают образы бомжей, какашек и тараканов – я радостно потираю ручки. Потому что знаю, скоро придет расширение и расслабление, я уже его чувствую телом, а значит следующим его будет чувствовать мой клиент.

В отвратительных образах всегда много мудрости. Мы панически бежим от них, но если согласится с этой логикой, придется каждый раз себя урезать, каждый раз запрещать себе, каждый раз сужаться, становится "еще лучше" = всё меньше и меньше присутствовать и существовать..

Помните, как в детстве вырезаешь из бумаги кружок, а он получается кривым. Тогда отрезаешь ему чуть сторону с кривизной. А он всё равно кривой.. И в итоге в руках у тебя остается малюсенький круг, очень кривой и совсем не похожий ни на что..
Так и мы часто с собой пытаемся поступить. "Отрезаем" всё лишнее, не замечая, как становимся всё тоньше и неустойчивее. Как в нас становится всё меньше жизни, радости, свободы..

Чтобы вырезать ровный круг кривыми ножницами - нужно вырезать Большой! и с собой также. Вместо отказа от страшного-стыдного, можно просто.. включить в себя и это! Признать, что и такое тоже возможно.

И тогда больше не нужно бежать
А мы именно этого и ищем. Возможности быть и чувствовать свою устойчивость. Так вот она – не в удалении лишнего. А в том, чтобы перестать с этим "лишним" спорить.

Каждый день я сталкиваюсь у клиентов с одним и тем же ожиданием: «Вот когда мир вокруг станет добрее и безопаснее, тогда я смогу наконец быть собой»

Ждать, что другие начнут ценить нас просто так.
Бояться раскрыться, пока нет гарантий.
Держаться в тени, потому что вдруг окажешься недостаточно – неинтересной, ненужной.

Но однажды мы уже совершали прорыв, никого не спрашивая. Рождение – всегда агрессивный акт. И если, появившись на свет, мы не увидели счастливых глаз мамы, если не почувствовали: «Я желанна, я – чудо», то со временем замираем.

В этом замирании тихо дремлет всё, что мы могли бы дать миру: наш потенциал, красота, уникальность. Всё это ждёт… хорошей мамы.

Но горе в том, что её не было. Нет её и сейчас – во внешнем мире.

А надежда – в том, что эта женщина живёт внутри нас. Та самая, немного безумная мамочка, которая шепчет:
«Моя дочь – чудо! Она уникальна, с ней так интересно! Какое счастье быть её мамой и помогать ей становиться собой».

Настоящая фанатка

Именно на неё нужно опираться. Мы выросли физически – теперь осталось дорастить себя внутри. Снова пройти по родовым путям – на этот раз, осознанно преодолевая сопротивление – и встретить наконец тот самый любящий взгляд.

Когда идеальность становится клеткой

Мы носим маску «безупречной» не из уверенности, а из страха. Страха, что если он увидит настоящую нас — растерянную, злящуюся, нуждающуюся — то отвернётся.

Кто на самом деле прячется за этим образом?

Девочка, которая когда-то усвоила:
▪️ Быть «удобной» — значит быть любимой
▪️ Показывать потребности — опасно
▪️ Злиться — разрушительно

И теперь взрослая женщина продолжает её стратегию: лучше играть роль, чем рисковать и показать, что ей на самом деле нужно.

Как это чувствует он?

Рядом с «идеальной» версией тебя он:
- Чувствует себя вечно виноватым учеником
- Устаёт от постоянной «правильности»
- Интуитивно ищет ту живую, настоящую тебя — за стеклянной стеной образа

Что ломает эту клетку?

Маленькие шаги к себе настоящей:
1. Сегодня — сказать «я злюсь» вместо «я разочарована»
2. Завтра — попросить «подержи меня» без объяснений
3. Послезавтра — разрешить себе устать и не «держать лицо»

Не чтобы изменить отношения. А чтобы наконец вдохнуть полной грудью.

P.S. Попробуй сегодня сделать один маленький «неидеальный» поступок. Не для него — для себя. И почувствуй, как становится легче дышать.

Как мы сами саботируем свои изменения

Например, мне кажется, что я недостаточно добра и мягка к своим близким.

И тогда я начинаю стыдить себя: «Как же так? Это же мама! Она не ведает, что творит, она сама недолюбленный ребёнок, она уже не изменится…»

Отличный способ загнать себя в чувство вины, правда? Теперь к гневу добавляются вина и жалость — и вот мы уже ещё дальше от цели быть добрее.

Если вам что-то не нравится в себе, главный вопрос, который стоит задать: «Почему я так делаю?»

Почему я злюсь на близких? Чаще всего ответ — «Меня любят недостаточно или не так, как я хочу».

Вместо искреннего интереса, которого я жду, — борщ и непрошеные советы.

А мне хочется, чтобы меня любили, вникали в мои дела, видели во мне взрослого человека.

Представьте себе такую маму. Большую, видящую, принимающую.

Накормите себя её вниманием. Поплачьте у неё на груди о несправедливости мира — и услышьте, как она верит в вас.

И тогда вы перестанете ждать этого от реальной мамы. А вместе с ожиданиями уйдёт и досада. Ведь вы уже дали себе то, что так хотели.

А гнев от нарушенных границ превращается в спокойное, твёрдое — «нет».

В городе, где все носили яркие маски успеха, жило маленькое дрожащее существо по имени «Нет».

Каждый раз, когда он пытался проявиться, его тут же одёргивали:

— Опять ты злишься? Не смей!
— Завидовать — ужасно! Как тебе не стыдно?
— Да просто возьми и сделай, лентяй!

Нет сжимался, прятал глаза и бормотал:

— Я… я не хочу… я не специально…

Но его никто не слушал. Взрослые (а они всегда были "взрослыми", даже дети) знали, как "надо". И нет начал верить, что он плохой.

Однажды, когда он особенно сильно испугался и забился в угол. А людям в городе стали сниться страшные сны.

Тогда к нему подошёл странный старик в потрёпанном плаще, с глазами, как глубокие колодцы. Это был дедушка Взгдяд.

— Что-то ты совсем притих,— сказал он, присаживаясь рядом.

Нет дёрнулся:

— Ты… ты сейчас тоже будешь меня ругать?

— Нет. Я пришёл послушать.

И тогда Нет, впервые за долгое время, разжал кулачки.

— *Я… я не хочу быть злым. Но иногда мне так больно, что я просто… взрываюсь.

— Значит, ты не "злой". Ты — сигнал. Кричишь, что твои границы нарушены

— А ещё я… завидую. Но только когда мне кажется, что другие — любимые, а я — нет.

— Тогда ты не "завистливый". Ты — голодный. Просишь любви.

— А лень… — прошептал Нет.

— А лень — это когда устал тащить чужую ношу,— закончил дедушка Взгляд.

Нет вдруг почувствовал, как что-то внутри него разворачивается.

— Но… что теперь делать?

— Перестать бояться себя.

И тогда Злость стала силой, Страх — осторожностью, Зависть — желанием, Лень — отдыхом, а Стыд… просто слёзми, которые наконец-то разрешили пролить.

Люди удивлялись: куда делся "противный Нет"? А он никуда не делся. Он просто растворился во всех жителях города. Нет превратилось в мягкую Тень, делая фигуры людей объемными и живыми.

А старик в потрёпанном плаще шёл дальше — находить в других такие же изгнанные Тени.

Потому что даже самое тёмное в нас — просто раненая часть, ждущая, чтобы её услышали.

Все мои самые устойчивые результаты приходили только с поддержкой.

Хочешь похудеть и подтянуть тело? В YouTube есть тонны тренировок. Зачем тренер? Ну ладно — первые три занятия, чтобы поставить технику… а дальше просто включить силу воли и делать, да?

Пытаешься скорректировать питание? Нашел нутрициолога, сдал анализы, сохранил рецепты у блогеров — и просто взял себя в руки.

С английским уже все поняли: сидеть с самоучителем, даже самым крутым, — не работает.

Ведь рано или поздно накатывает усталость: что-то не получается, прогресс еле виден. Сила воли — это стартовый толчок, но на длинной дистанции она слишком дорого обходится. Приходится «компенсировать» сверхусилия — например, часами листать рилсы, чтобы заглушить разочарование. А потом — тихо сдаться, просто чтобы не сломаться.

Поэтому нам нужен «второй пилот». Не эксперт, который повторит то, что и так есть в открытом доступе. А тот, кто:
- будет на твоей стороне, когда захлестывает отчаяние от медленных результатов;
- подсветит путь с неожиданного ракурса — того, который ты не видишь из-за усталости;
- даст возможность поныть — без осуждения, с пониманием.

Насилие над собой («просто возьми и сделай!») — вредная и устаревшая стратегия. Её часто применяли к нам в детстве — потому что у родителей не было ресурса на поддержку. «Не ной, быстро встал и сделал!» — звучит знакомо?

Но разве сейчас у тебя по-прежнему нет времени на себя? На то, чтобы разделить заботу о себе с тем, кто действительно за тебя?

Когда я решила учиться на психолога, внутри сидела мысль: «Бросила нормальную карьеру, чтобы теперь сопли размазывать и жалеть себя? Просрала все возможности — могла бы взять себя в руки и заняться чем-то серьезным».

Иногда этот голос звучал громче — особенно в компании «успешных» людей, у которых, казалось, нет никаких проблем.

А иногда я злилась на тех, кто снисходительно бросал: «Раньше психологов не было — и ничего, все выросли нормальными».

Но правда в том, что у меня не было выбора. Я больше не могла делать вид, что мне не больно. Мне было жизненно необходимо разобраться со своими травмами. Так что я шла вперед, балансируя между стыдом и злостью.

Что изменилось?

Со временем я заметила, что жить стало... интереснее.

Я начала видеть то, что другие не замечают. Где большинство скользит по поверхности, я научилась различать слои — в людях, в ситуациях, в самой себе.

Травма перестала быть просто болью. Она превратилась в дорогу — с неочевидными поворотами, скрытыми ресурсами и целями, о которых я раньше даже не думала. Потому что не верила, что такое вообще можно хотеть.

Как будто я нашла целый дом внутри себя.

Раньше я жила в одной маленькой комнате. Туда же приглашала других — тесновато, но привычно.

А потом оказалось, что у меня целый дом. И другие комнаты — не страшные, не пустые, а полные жизни. Теперь я могу выбирать, где быть, и с радостью пускаю туда людей.

Я не стала «исправленной» версией себя. Я стала целой.

Когда у меня родился сын, мне было 33 года. К тому моменту я уже глубоко погрузилась в психологию и чётко понимала: ребёнок не решает никаких проблем. Я не искала в нём смысла жизни, не пыталась реализовать свои несбывшиеся мечты и даже не испытывала той самой окситоциновой эйфории при виде младенцев.

Но тогда возник вопрос: зачем мне ребёнок? Где та здоровая мотивация, которая не про бегство от одиночества или социальные ожидания?

Как исследователь и психолог, я решила разобраться. Собрала коллег, и несколько недель мы работали в расстановочном формате. И вот что обнаружилось:

Мной двигал интерес.

Женское тело умеет вынашивать и рожать — разве это не удивительно? А как это — быть для кого-то главным человеком в мире, а потом пережить подростковый бунт и отпустить? Как это — видеть в ребёнке свои черты, наблюдать, как он открывает мир, и смотреть на всё его глазами?

Я поняла, что во мне достаточно сил, чтобы перейти на новый уровень игры жизни.

Но реальность, конечно, оказалась глубже.

Родительство — шанс перепрожить своё детство.

Первые годы материнства поднимают глубинные переживания из нашего собственного детства. Это довербальный период, который мы не помним, но тело помнит. Например, через реакцию на детский плач или через раздражение от беспомощности малыша.

Быть заботливой матерью и одновременно перепроживать свои детские травмы — колоссальная нагрузка на психику.

И тогда я осознала ещё один смысл родительства:

это шанс повзрослеть по-настоящему.

Либо ты учишься любить себя, заботиться о себе, быть бережной и внимательной к СВОИМ чувствам и потребностям — либо всем кранты: ребёнку, который видит выгоревшую мать, отношениям, которые трещат по швам от обид, и тебе самой, превращающейся в тень.

Материнство стало для меня путем к целостности. Теперь я — мама не только своему сыну, но и той маленькой девочке внутри себя, которой когда-то не хватило поддержки.

И знаете что? Это того стоит. 💛

Друзья!
У меня для вас честный и полезный гайд — о том, как выбрать школу и не сойти с ума от тревоги.

Я знаю, каково это:
- вздрагивать при слове «домашка»,
- бояться повторения своего школьного опыта,
- теряться среди методик и красивых обещаний.

Я не только психолог, работающий с травмами, но и мама, которая 2 года выбирала школу. Мы даже оплатили одну — а потом осознали ошибку и нашли «ту самую».

В гайде — мой честный опыт и работающие инструменты:
🔹 Как не проецировать свои школьные страхи на ребёнка
🔹 3 неудобных вопроса, которые нужно задать учителю
🔹 Почему анскулинг — не панацея (особенно для тревожных родителей)
🔸 Как найти школу, где и ребёнку, и вам будет по-настоящему хорошо

Это гайд для тех, кто хочет выбирать осознанно — без паники и чувства вины.

Читайте и дышите свободнее! 💚
Гайд бесплатный

— Не отвлекайся, пожалуйста.
— Я не отвлекаюсь.
— Но ты же только что взяла игрушку! А я сказала — кушать. Почему споришь?
— Я не спорю.

Контролина Гипперовна ощутила, как внутри затикал механизм с обратным отсчётом. Где-то глубоко уже заряжались снаряды из её собственного детства:

«Ты что, издеваешься надо мной?!»
«Сколько можно повторять?!»
«Я заберу все игрушки и верну только когда поешь!»

А потом, как всегда, прилетела бы отдача — волна вины, слёз и самобичевания:

«Почему ты не можешь себя контролировать? Она же маленькая, беззащитная, а ты орёшь, как бешеная! Надо было сразу убрать игрушки со стола или переключить внимание. Но нет, ты сорвалась. Опять. Прямо как мать.»

Контролина Гипперовна требовала от себя невозможного — сочувствия. Но забыла дать его себе.

Весь этот сценарий пронесся у неё в голове в такт помешиванию овощного рагу.

— Мам, почему ты молчишь?

«Я так устала…» — мелькнуло у неё в мыслях.

— Задумалась.

Она выключила плиту, включила чайник и твёрдо объявила:

— Мне нужно 15 минут тишины.

Девочка замерла. Контролина села напротив, посмотрела ей в глаза и сказала тоном, не оставляющим пространства для дискуссий:

— Я буду в комнате пить чай. Ко мне обращаться только в случае опасности. Алису — можно.

Уголки её рта опустились, а ноги забросились на край стола.

Идеально? Нет.

Но именно так — и именно сейчас — должно было быть.

#контролинагипперовна

Почему я так много пишу про детей?

Потому что родительство — это самый жёсткий (и самый честный!) тренажёр для взросления. Да, любые отношения заставляют нас расти, но дети — это особый уровень. Они как живое зеркало, в котором отражаются все твои недолеченные травмы, страхи и несовершенства.

Можно годами медитировать в уединении, ходить на терапию и считать себя просветлённым. Но один день с ребёнком — и все твои «прорывы» испаряются к чёрту. Потому что родительство — это постоянный экзамен на осознанность. Ты больше не можешь просто сбежать в свою пещеру, когда трудно. Приходится встречаться со своими демонами здесь и сейчас — в моменты усталости, раздражения, беспомощности.

Знаете эту ироничную мудрость: «Как думаешь, у тебя всё проработано? Попробуй провести неделю с родителями»? Так вот, дети — это следующий уровень. Теперь ты — тот самый взрослый, от которого когда-то хотелось сбежать. Теперь ты отвечаешь за атмосферу, терпение и любовь. И это, пожалуй, самая вдохновляющая и унизительная одновременно правда о личном росте: настоящая работа над собой начинается не в тишине медитации, а среди криков, истерик и липких от сока рук.

Контролина Гипперовна разложила на столе вареники с вишней — его любимое блюдо. Но сегодня он лишь перебирал их вилкой, глядя куда-то в сторону.

"Наверное, устал", — подумала она и начала рассказывать о смешном случае в бухгалтерии. Он кивал, но взгляд оставался отсутствующим.

— Тебе неинтересно? — наконец спросила Контролина Гипперовна, откладывая вилку.
— Нет, просто... задумался, — ответил он, будто вернувшись издалека.

Раньше она бы настаивала на разговоре. Любое его плохое настроение она воспринимала на свой счет. Но теперь понимала — иногда людям нужно время. А плохое настроение не всегда связано с нелюбовью. Она просто подвинула к нему блюдце с сахарной пудрой — он всегда обильно посыпал ею вареники.

Неожиданно уголки его губ дрогнули:
— Помнишь, как в тот раз пудра оказалась солью?

Так, за чашкой чая и воспоминаниями о кулинарных промахах, вечер постепенно стал теплее.

Что поняла Контролина Гипперовна:
1. Не каждую тишину нужно заполнять словами
2. Лучшие разговоры начинаются сами, когда оба к ним готовы
3. Иногда достаточно беседы

#контролинагипперовна

Когда сыну было 5 лет, в начале года мне бывало сложно не поддаться всеобщей родительской тревоге. Этот нарастающий гул: «Развить! Вложить! Не упустить время!». Родители внимательно наблюдают за способностями своего ребенка и искренне хотят дать ему всё для развития — как сильных сторон, так и слабых мест.

И правда, за нашим рвением стоит тревога о будущем. Мы готовим детей к жизни в мире, о котором сами не имеем понятия, и поэтому пытаемся «запихнуть» в них как можно больше возможностей.

Важно признать: тревога — вообще-то прекрасное чувство. С точки зрения эволюции, на ее вершине оказались именно те, кто был достаточно тревожен, чтобы не есть что попало и не доверять кому попало. Эта осторожность сохраняла нам жизнь. Но сейчас, кажется, мы достигли в этом пика, и из защитника тревога превратилась в угрозу.

Почему? Ребенок только загорелся искрой интереса, у него появилась потребность что-то узнать — а мы уже тащим его на соответствующий кружок. Он лишь засмотрелся на теннис по телевизору, а мы уже покупаем ракетку, форму и выбираем ближайшую секцию.

Своей поспешностью мы обкрадываем ребенка. Мы отнимаем у него радость первооткрывателя — то самое ощущение, когда ты не знаешь, что ждет за поворотом, и сам идешь к своей цели, добывая знания. Мы гасим его внутренний огонь, подменяя его внешним, нашим расписанием. И в итоге получаем ровно противоположный эффект: ребёнок не хочет ничего из вашего «правильного» списка.

Что же делать? Потребуется доверие — к природе человека, к тому, что интерес ребенка обязательно проявится. Он есть всегда.

Такой подход означает, что интерес может угасать и появляться вновь к чему-то новому. И это нормально!

Главный плюс в том, что вам не нужно тащить образование ребенка на себе. Он идет сам, ведомый своим интересом. Это он должен подойти к вам и сказать: «Мама, мне так нравится теннис, я мечтаю играть! Купи мне, пожалуйста, ракетку».

А не вы — с надеждой заглядывая ему в глаза: «Ну что, может, купим ракетку? Ну просто давай попробуем...»

Давайте попробуем иначе. Давайте дадим этой искре время разгореться в настоящий огонь. Огонь, который будет гореть не потому, что мы его разожгли, а потому, что мы не осмелились его задуть.

Где-то в глубине, в самой дальней комнате души, есть предбанник без зеркал. В нём живёт часть, которую никто никогда не видел. Она не знает, какая она. У неё нет лица, нет формы, нет имени — потому что её никто не отражал.

От этого человек чувствует себя нецелым. Оттуда, из-за двери, доносится неясное чувство: «во мне что-то есть, что-то важное, что отличает именно меня, но я не могу это выразить». А хочется — потому что без этой части вся остальная жизнь меркнет и теряет вкус.

Тогда рождается злость. На окружающих, на холодный и равнодушный мир, который не создаёт возможностей быть проявленным. «Мир, какого хрена? Почему ты не принимаешь меня? Почему тебе нужны только сильные, яркие, уверенные? Почему ты не замечаешь того, что прячется во мне?»

На эту борьбу уходят все силы. Но мир молчит. Он не отвечает. Он не спешит приглашать ту, потерянную часть, на свет.

А иногда случается иначе. Иногда находится кто-то, кто подходит к двери того самого предбанника и с интересом прислушивается к шороху за ней. «Покажись, — говорит он. — Расскажи».

И в этот момент душа замирает. Дверь вот-вот откроется. Но за ней — пустота без имени и без слов. А пристальное внимание лишь пугает того, кто всегда оставался невидимым.

Ко мне на консультации часто приходят женщины с одной и той же болью. Они честно признаются: «Я не чувствую себя женщиной». А потом добавляют: «Но я вижу женственность в вас (или в другой знакомой) и хочу этому научиться!»

Этот момент — уже огромный шаг. Ведь если вы что-то ярко видите в другом человеке, значит, этот потенциал уже есть и в вас. Просто что-то мешает ему проявиться в полную силу.

Хочу рассказать об одной неочевидной, но очень частой причине, почему взрослая женщина может внутри чувствовать себя маленькой девочкой.

Корень проблемы: папина реакция на ваше взросление

Представьте момент, когда в девочке только начала пробуждаться женственность и сексуальность. Она была робкой, неокрепшей, сама не понимала, что с собой делать.

И вот папа — главный мужчина в ее жизни — вдруг увидел в своей «маленькой принцессе» женщину. И... испугался. Испугался своих собственных реакций, смутился, почувствовал, что теряет свою малышку. Из этого страха и растерянности он мог неосознанно начать гасить это проявление в дочери.

Как это выглядело на практике? Папа мог:

· Посмеиваться над внешностью: «Ты это что на себя напялила? Это же ярко, как попугай!» (вместо «У тебя отличный вкус»).
· Обесценивать проявления женственности: «Опять эти твои духи? Пахнет, как в публичном доме» (вместо «От тебя так приятно пахнет»).
· Критиковать тело: «Что это у тебя там на боках наросло?» (вместо «Ты становишься такой стройной»).
· Стыдить при друзьях: Рассказывать «забавные» истории из ее личной жизни, которые на самом деле были очень личными и смущали ее.
· Прямо ругать: «Хватит вертеться перед зеркалом, красотой много не возьмешь!»

И здесь — ключевой момент. Если вы были из разряда «послушных девочек», то, скорее всего, вы согласились с папой. Не потому, что он был прав, а чтобы:

· Не терять с ним связь (самую важную в детстве);
· Оставаться видимой и любимой для него;
· Продолжать получать его поддержку и одобрение.

Вы могли даже преуспеть в роли «вечного ребенка»: очаровывать всех своей игривостью, дурашливостью, милой инфантильностью. Это работало! На вас обращали внимание, умилялись.

Но какой ценой?

Ценой отказа от своей взрослой женской сути. Вы как бы заключили негласный договор: «Я останусь твоей маленькой девочкой, папа, только не отвергай меня». И ваше взрослое тело, ваша сексуальность, ваша сила были спрятаны в самый дальний ящик как нечто постыдное и опасное.

И теперь, будучи взрослой, вы можете неосознанно следовать этому старому договору, продолжая обесценивать в себе женщину, чтобы психологически оставаться верной папе.