Эти две книги, по-факту сложились в альтернативный курс истории России (в общей сложности от варягов до декабристов). Вернее, это поэтапная деконструкция имперского мифа. Но не с моралистической и ныне модной антиколониальной точки зрения. А с позиции поиска смысла и выявления бессмысленности. Кроме того, это "набор инструментов" для самостоятельной деконструкторско-демонтажной работы. Который может быть с успехом применён и для анализа текущих событий, их причин и перспектив. Собственно, этот канал возник именно под влиянием шока от происшедшего. Анализ, который в нём вёлся в значительной степени зафиксирован в "Отце/антихристе".
https://www.directmedia.ru/book-697370-otets-antihrist-delo-petra-velikogo/

https://www.directmedia.ru/book-574150-russkaya-vlast-opyit-dekonstruktsii/

Непонимание и непризнание коллективной вины кроется в нежелании осознать общий грех. Не коллективный, а индивидуальный, но присущий при том каждому.
"Раскаяться в долгом раболепствии" призывал солдат в своём Катехизисе один из пяти повешенных декабристов, Сергей Муравьев-Апостол.

Но он же про крепостных, скажете. Не только. Сперанский недаром говорил, что помещики настолько же рабы по отношению к императору, насколько крепостные по отношению к ним.

Рабство - это когда ты принимаешь то, что твою судьбу может определять некто, на решения кого ты никак не можешь повлиять. Если у тебя нет политических прав, ты раб. А если они тебе и не нужны, то раб вдвойне. Виновны ли мы все, включая наших предков в этой ситуации? Если мы имеем тот результат, который имеем, то не просто глупо, но греховно это отрицать.

"Вы куплены дорогой ценой, не становитесь рабами человеков", - говорит апостол Павел. То есть, ложно представление, что когда речь о покаянии, то имеется в виду испрашивание прощения перед теми или иными людьми. Это может быть, а может не быть. Подлинное покаяние в том, чтоб осознать: согласие на рабство - это предательство твоего человеческого статуса.

Так, в чем же грех и вина? В том, чтоб быть патриотом рабовладельческого хозяйства

Издатели выбрали хороший отрывок, но дали неадекватное название и довольно нелепо прокомментировали: я никакой потенциал не раскрывал, а искал исключительно корни катастрофы...
https://dzen.ru/a/Y72K_XylKyjYX0d5

Невероятная, самозабвенная отвага может быть следствием трусости. И часто таковой и является? Что это за нелепый парадокс? Это не парадокс. Это факт. Путь к ответу в слове "самозабвенная". Эта отвага может быть формой бегства от испуга совсем другого рода, нежели тот, что несёт в себе любая материальная угроза. В страх прячутся перед лицом ужаса. Страх можно победить. С ужасом всё иначе. И если его не пережить и не осмыслить, то вся дальнейшая мыслительная деятельность и поступки ею порожденные будет только бегством от реальности.

Впрочем, если Хайдеггер называет это базисное состояние Ужасом, то философ и теолог Пауль Тиллих - тревогой. Он пишет: "Тревогу порождает не мысль о том, что все имеет преходящий характер, и даже не переживание смерти близких, а воздействие всего этого на постоянное, но скрытое осознание неизбежности нашей смерти. Тревога – это конечность, переживаемая человеком как его собственная конечность...Это тревога небытия, осознание собственной конечности как конечности".

А вот страх - это совсем другое. Страх - это спасение. Тиллих продолжает:
"Страх, в отличие от тревоги, имеет определенный объект (в этом сходятся многие исследователи); этот объект можно встретить, проанализировать, побороть, вытерпеть. Человек может воздействовать на этот объект и, воздействуя на него, соучаствовать в нем – пусть даже формой соучастия становится борьба. Таким образом, человек может принять этот объект внутрь своего самоутверждения. Мужество может встретить любой объект страха именно потому что он объект, а это делает возможным соучастие.

Яркий пример – и нечто большее, чем просто пример, – это страх смерти. В той мере, в какой это "страх", его объект – предчувствие смертельного заболевания или несчастного случая, предсмертных страданий и утраты всего. Но в той мере, в какой это "тревога", ее объект – абсолютная неизвестность состояния "после смерти", небытие, которое останется небытием, даже если наполнить его образами из нашего нынешнего опыта. Предвидение того, что может быть поджидает нас за порогом смерти и превращает в трусов, описанное в монологе Гамлета "Быть или не быть", страшно не конкретным содержанием, а своей способностью символизировать угрозу небытия – того, что религия называет "вечной смертью".

Именно тревога неспособности сохранить собственное бытие лежит в основе всякого страха и создает страшное в страхе. Поэтому в тот момент, когда душой человека овладевает "голая тревога", прежние объекты страха перестают быть определенными объектами. Они оказываются тем, чем они отчасти были и раньше, а именно симптомами основополагающей тревоги человека.

Тревога стремится превратиться в страх, так как мужество способно его встретить. Конечное существо неспособно терпеть голую тревогу более одного мгновения. Те, кто пережил подобные моменты, – например, мистики, прозревшие "ночь души", или Лютер, охваченный отчаянием из-за приступов демонического, или Ницше-Заратустра, испытавший "великое отвращение", – поведали о невообразимом ужасе голой тревоги. Избавиться от этого ужаса обычно помогает превращение тревоги в страх перед чем-либо, неважно перед чем...Но в пределе всякие попытки преобразовать тревогу в страх тщетны. Устранить основополагающую тревогу конечного бытия, вызванную угрозой небытия, невозможно. Эта тревога присуща самому существованию".

Так вот, подлинное мужество в том, чтобы выдерживать эту абсолютную тревогу-ужас куда больше, чем "одно мгновение", не давая себе спрятаться в какой-либо страх. Только это формирует базис для непротиворечивого мышления, потому что реальное осознание угрозы собственной полной аннигиляции обесценивает абсолютно всё: родины, нации, человечество. Потому, что ничто из этого не способно разрешить эту тревогу, спасти от этого ужаса. А значит, ни что из этого не заслуживает внимания. Пока вы не обретете ответ на ужас. А когда обретете, то они уже никогда не смогут быть для вас всерьёз значимы. Только очень относительно. И только в связи с ответом.

Но продолжим о финальном Ничто. Тиллих уверен, что каждый человек чувствует (пусть скрытую и подавленную) тревогу небытия, ужас потерять свое Я, исчезуть. Но так ли это?

"Менее четверти россиян часто думают о смерти и менее трети испытывают перед ней страх». Таковы результаты Всероссийского репрезентативного опроса, проведенного Службой СРЕДА десять лет назад (полевые работы: ФОМ-Пента, выборка 1500 человек). Проводят подобные опросы, прямо скажем, не часто, собственно, именно в связи со слабым интересом общества к предмету. Но данные вряд ли изменились за истекшие годы в сторону большей озабоченности концом существования.

Казалось бы, Россия «православная страна», с полным «суповым набором» «традиционных ценностей», в отличие от Западной Европы, где большая часть населения честно признается в атеизме.

Но социологи СРЕДЫ отмечают: «Как и в среднем по России, всего лишь четверть от числа православных христиан часто вспоминают о смерти. Остальные, возможно, не часто обращают внимания на слова молитвы «Господи, даждь ми память смертную».

Комментарий абсолютно точный и справедливый – без памяти смертной не понятно во что именно и зачем эти «православные» верят….

Но дело обстоит еще интересней:

«Большинство жителей России (62 %) не хотят жить вечно. Об этом свидетельствуют результаты опроса россиян, проведенного социологами «Левада-центра» в середине ноября 2013 года. По сравнению с данными 2007 года, число людей, мечтающих о бессмертии, не изменилось. Зато за шесть лет на 17 % сократилось число тех, кто надеется на Бога, а доля тех, кто надеется на свои силы, увеличилась на 14 %».

Конечно, можно сказать, что часть опрашиваемых не поняли, какое бессмертие имеется ввиду и прочее. Но это ничего не меняет. Все равно, данные свидетельствуют, что важнейший вопрос (единственно, на самом деле, значимая проблема) большинство не интересует.

Наталья Зоркая, ведущий научный сотрудник отдела социально-политических исследований Левада-центра, комментируя опрос отметила: «Все наши наблюдения показывают, что по сравнению с опросами конца 80-х доля людей, которые считают себя православными, возросла многократно. Если в конце 80-х православными называли себя 13%, то в настоящее время это около 70%. В своих опросах мы хотим также понять, в какой мере за этим отнесением себя к православию стоит реальная религиозность человека.

Вопрос о вечной жизни был направлен на то, чтобы определить, верят ли россияне в бессмертие души. Он был задан целенаправленно всем гражданам России, а не только православным. На данный момент число православных уже практически сравнялось с численностью русских, и в случае проведение этого опроса исключительно среди православных, результат вряд ли бы сильно отличался».

Действительно, в случае с православными такое отношение к вопросу о бессмертии анекдотично. Ведь апостол Павел говорит: «По рассуждению человеческому, когда я боролся со зверями в Ефесе, какая мне польза, если мертвые не воскресают? Станем есть и пить, ибо завтра умрем». То есть, один из первоверховных апостолов прямо утверждает, что только перспектива бессмертия делает веру оправданной, а равно и вытекающие из ее принятия, ограничения.

Сергей Ениколопов, кандидат психологических наук, доцент кафедры нейро- и патопсихологии МГУ, комментируя данные одного из опросов, справедливо отмечает: «В современной психологии есть целая концепция, построенная на том, что человек – единственное существо, которое понимает, что оно – смертно». И как тут не вспомнить, разумеется, Хайдеггера, определявшего человеческое существование, как «бытие к смерти». И осознание этой ситуации, собственно и делает человека подлинно человеком. Но что сказать о не осознающих?

Для "традиционалистов" Христос - это просто "традиционная ценность". А Он не ценность. Он - Живой. Потому им и угрожает следующая коллизия:
"Всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубается и бросается в огонь. Итак, по плодам их познаете их.
Не всякий говорящий Мне: «Господи! Господи!» войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего, Который на небесах.
Многие скажут Мне в тот день: «Господи! Господи! Не от Твоего ли имени мы пророчествовали? И не Твоим ли именем бесов изгоняли? И не Твоим ли именем много чудес совершили?»
И тогда объявлю им: «Я никогда не знал вас: удалитесь от Меня, делающие беззаконие».

А теперь вопрос: зачем же эти (описанные в предыдущем посте) не верящие в бессмертие и не нуждающиеся в нём, ведут себя социально приемлемо? А что вы предлагаете?, - скажут мне. Да, не я, а Фёдор наш, Михайлович устами Ивана Карамазова, с коим я впрочем полностью солидарен.
Вообще, все читали "Братьев Карамазовых". Но многие ли всё прочитали? Сейчас проверим.

Вот, собственно, гений Достоевского в том, что в этом фрагменте проблема и вывод из нее сформулированы четко и предельно ясно:
« — Вообще эту тему я опять прошу позволения оставить, повторил Петр Александрович, — а вместо того я вам расскажу, господа, другой анекдот о самом Иване Федоровиче, интереснейший и характернейший.

Он торжественно заявил в споре, что на всей земле нет решительно ничего такого, что бы заставляло людей любить себе подобных, что такого закона природы: чтобы человек любил человечество — не существует вовсе, и что если есть и была до сих пор любовь на земле, то не от закона естественного, а единственно потому, что люди веровали в свое бессмертие. Иван Федорович прибавил при этом в скобках, что в этом-то и состоит весь закон естественный, так что уничтожьте в человечестве веру в свое бессмертие, в нем тотчас же иссякнет не только любовь, но и всякая живая сила, чтобы продолжать мировую жизнь. Мало того: тогда ничего уже не будет безнравственного, все будет позволено, даже антропофагия. Но и этого мало, он закончил утверждением, что для каждого частного лица, например как бы мы теперь, не верующего ни в бога, ни в бессмертие свое, нравственный закон природы должен немедленно измениться в полную противоположность прежнему, религиозному, и что эгоизм даже до злодейства не только должен быть дозволен человеку, но даже признан необходимым, самым разумным и чуть ли не благороднейшим исходом в его положении.

По такому парадоксу можете заключить, господа, и о всем остальном, что изволит провозглашать и что намерен еще, может быть, провозгласить наш милый эксцентрик и парадоксалист Иван Федорович.

— Позвольте, — неожиданно крикнул вдруг Дмитрий Федорович, — чтобы не ослышаться: «Злодейство не только должно быть дозволено, но даже признано самым необходимым и самым умным выходом из положения всякого безбожника»! Так или не так?

— Точно так, — сказал отец Паисий.

— Запомню.

Произнеся это, Дмитрий Федорович так же внезапно умолк, как внезапно влетел в разговор. Все посмотрели на него с любопытством.

— Неужели вы действительно такого убеждения о последствиях иссякновения у людей веры в бессмертие души их? — спросил вдруг старец Ивана Федоровича.

— Да, я это утверждал. Нет добродетели, если нет бессмертия».


Многие современные люди в своей неизъяснимой тупости пытаются доказать, что они моральные не "зачем", а " почему". Это мол, обусловлено эволюцией...
Но если это так, то сами они существа полностью обусловленные, то есть животные. Ибо альтернативный выбор - вывод Ивана Карамазова в этой оптике лишь патология, недостаток неких гормонов, генетический сбой и пр.

Абсурд этой позиции в том, что подобные люди не осознают - сводя всё к чистой биохимии, они снимают с повестки моральную оценку как таковую. То есть, подонка, маньяка нет. Они лишь жертвы некого сбоя. И конечно, наука рано или поздно научится вносить в них коррективы превентивно... И это очевидный путь к концлагерю.

Несчастные человекообразные благообразные животные сами побредут в него во имя безопасности и контроля. И тогда то и наступит царство подлинных маньяков, которым они сами вверят себя...

Люди удивительные существа - вечно задаются вопросом: если Бог есть, то откуда зло? Хотя, адекватен противоположный - если Его нет, то откуда добро? 

Опять же, ответят нам - завелось эволюционно. Надо было поддерживать огонь, а потому решили, что разные больные и увечные тоже на что-то сгодятся. Да, вот такая имеется аргументация. Грубо, конечно. Но и такое есть, а прочее немногим лучше. Ну, допустим. А почему надо оставаться добрым, если с поддержанием огня уже нет проблем? Это теперь естественная потребность? Для кого как, знаете ли.

По этому поводу замечательно иронизировал Владимир Сергеевич Соловьев: "Мы произошли от обезьяны - следовательно должны любить друг друга".

Эволюционное происхождение этики, опроверг, причём практически походя, Шекспир в "Ричарде III":

Глостер
Вам ведомы ль законы милосердья?
Там сказано: за зло плати добром
И проклинающих благословляй.

Леди Анна
Тебе, подлец, неведомы законы
Ни божьи, ни людские. Пожалеть
Способен даже самый лютый зверь!

Глостер
Я не способен. Стало быть, не зверь я.

Леди Анна
О, чудо! Дьявол истину изрек.

В этих строках все - и, якобы "конкурентное преимущество" человечности, и то, что человек свободно выбирает в диапазоне от ангела до демона. И ничем "эволюционным" не обусловлен.

Но! Не обусловлен, если он тот самый человек, который способен созерцать ужас небытия, "голую тревогу" по Тиллиху. А если это тот, который "не хочет жить вечно"? Тут явно кроется проблема в том, кого собственно считать полноценным человеком...

В рамках переосмысления русской истории традиционная присказка: "И кто виноват? Пушкин что ли" - обретает неизбежный новый ответ: "ну, и он тоже".

Если вы принимаете концепцию "человек есть высокоорганизованое животное", вы неизбежно попадаете в крайне опасную ситуацию. Дело в том, обладая минимальным жизненным опытом и зачатками аналитических способностей, вы обнаружите, что все-таки - это два разных вида животных - это (следуя классикам) волки и овцы. И вы никогда не изобретете для них общей морали.

Дело в том, что базовое и казалось бы, само собой разумеющееся "золотое правило" - не делайте другим то, что вы не желаете для себя, и поступайте с другими так, как хотели бы, чтобы с вами поступили - подходит только овцам.

И вполне очевидно почему. Овца никогда и не сможет, и не захочет по отношению к волку того, что он по отношению к ней и сможет, и захочет. В чем же моральный смысл соблюдения этого правила для волков? Его нет.

Таким образом, хотя овцы декларируют это правило, как всеобщее, но на него не надеются, а в безопасности себя чувствуют только под властью пастухов. А последние периодически делают из них шашлык и регулярно стригут.

Ок, скажете вы, а чем лучше религиозная мораль? А тем, что она даёт волкам высший смысл не жрать овец. И хотя, многие им пренебрегают, но по крайней мере, появляется общее понятийное поле, которого на животном уровне нет.

Следующим постом будет рассказ о волке и святом Франциске.

Это, конечно, предание, но Франциск и не такое умел. И главное тут не то, что волку пожрать стали давать. А то, что для начала Франциск увидел в нём брата во Христе, а он во Франциске.

О благочестивом чуде Святого Франциска, укротившего лютого волка в Агуббио

Когда Святой Франциск жил в городе Агуббио, огромный волк обитал в его окрестностях, столь ужасный и столь свирепый, что он пожирал не только других животных, но преследовал даже людей. И поскольку он часто приближался к городу, все люди были в великой тревоге, и стали ходить по окрестности вооружась, как если бы для битвы.

Несмотря на эти предосторожности, если кому-либо из жителей города приходилось встретиться с волком один на один, он неизменно бывал пожран, ибо защищаться от зверя было бесполезно. И опасаясь волка, никто не смел выходить за городские стены.

Жалея жителей Агуббио, Святой Франциск решил пойти и встретиться с волком, хотя все страстно уговаривали его не делать этого. Сотворив крестное знамение и доверясь Богу, вышел он из города, взяв с собой своих братьев. Однако они из страха скоро остановились, и Святой Франциск продолжил свой путь один, направляясь к тому месту, где обитал волк, а множество людей следовало на расстоянии и наблюдало сие чудо.

Волк, видя это множество людей, побежал на Святого Франциска, широко раскрыв пасть. Когда он приблизился, Святой, сотворив крестное знамение, воскликнул: «Подойди сюда, Брат волк. Я повелеваю тебе именем Христа никому более не вредить».

Удивительно, но едва Святой Франциск сотворил крестное знамение, ужасный волк, закрыв пасть, остановился, подошел к Святому Франциску и лег у его ног, подобно кроткому ягненку. И Святой так говорил ему: «Брат волк, ты делаешь много зла в этой стране, уничтожая и губя творения Божьи без Его дозволения, и ты не только умерщвлял и пожирал животных, но имел дерзость убивать людей, созданных по подобию Божьему, за это ты достоин виселицы, как разбойник и злейший душегубец, и весь народ ропщет против тебя, собаки преследуют тебя, и все жители враждуют с тобой. Но я хочу, брат волк, устроить мир между тобою и ними, чтобы ты не обижал их больше, а они бы простили тебе всякую прежнюю обиду, и чтобы ни люди, ни собаки не преследовали тебя».

Слушая эти слова, волк склонил голову и движениями тела, хвоста и глаз выражал согласие с тем, что говорил Святой Франциск. И Святой Франциск продолжал: «Так как ты согласен заключить этот мир, то я тебе обещаю, что люди этой страны станут питать тебя каждый день, пока будешь ты жить меж ними, так, что ты никогда не будешь страдать от голода, ибо я знаю, что ты с голода делал все это зло. Но если я добьюсь всего этого для тебя, ты должен обещать, со своей стороны, никогда больше не нападать ни на животных, ни на людей. Обещаешь ли ты это?»

Тогда волк склонил голову в знак того, что он согласен. Святой Франциск заговорил вновь: «Брат волк, можешь ли ты дать мне залог твоей искренности, чтобы я поверил твоему обещанию?»

И протянув руку, он получил клятву волка, который поднял лапу и дружески вложил ее в руку Святого Франциска, давая единственный залог, какой было в его силах дать. Тогда Святой Франциск вновь обратился к нему: «Брат волк, повелеваю тебе именем Христа немедленно следовать за мной без колебаний и сомнений, дабы мы могли вместе подтвердить этот мир, который мы заключили во имя Божье».

И волк, повинуясь Святому, пошел рядом с ним, кротко, как ягненок, к великому изумлению людей. Весть об этом весьма удивительном чуде быстро разнеслась по городу, все жители, мужчины и женщины, от мала до велика, стар и млад высыпали на рыночную площадь, чтобы посмотреть на Святого Франциска и волка. Все люди собрались, и Святой проповедовал им, говоря, помимо прочего, что за наши грехи Бог попускает столь великие бедствия, и напоминая, насколько больше и опаснее вечное пламя ада, что оно страшнее ярости волка, который может убить лишь тело. И как нам следует страшиться пасти ада, если пасть такого малого животного, как волк, может заставить весь город дрожать от страха.

Закончив проповедь, Святой Франциск добавил: «Слушайте, братья мои: волк здесь перед вами обещал и поручился соблюдать мир со всеми вами и не обижать вас больше, и вы должны пообещать кормить его каждый день. Если вы согласны, я обещаю от его имени, что он будет честно соблюдать договор».

Тогда все люди в один голос пообещали кормить волка до конца его дней. И Святой Франциск, обращаясь к волку, вновь сказал: «И ты, брат волк, соблюдешь ли ты свое обещание хранить договор и никогда больше не обижать людей, животных и прочих тварей?»

И волк склонился, опустив голову, и движениями хвоста и ушей старался показать, что он желает, насколько это в его силах, соблюдать договор. Тогда Святой Франциск продолжал: «Брат волк, поскольку ты дал мне ручательство этого твоего обещания, когда мы были вне города, то теперь я хочу, чтобы ты повторил сие перед всеми людьми, дабы я убедился, что сделал правильно, пообещав все сие от твоего имени».

И волк поднял лапу и вложил ее в руку Святого Франциска. Это событие весьма обрадовало людей и умножило почитание Святого Франциска — и по причине того, что было явлено новое чудо, и потому, что был заключен мир с волком.

И люди возвысили голоса свои до небес, хваля и благословляя Бога, который послал им Святого Франциска, через добродетели которого они избавились от такого дикого хищника.

Волк прожил в Агуббио два года. Он свободно ходил из двери в дверь, никому не вредя, и все люди приветливо принимали его, кормя с великим удовольствием, и ни одна собака не лаяла на него, когда он проходил мимо.

Наконец, через два года он умер от старости, и люди Агуббио сильно оплакивали эту потерю. Ибо когда они видели волка, идущего столь кротко меж ними, то вспоминали о добродетелях и святости Святого Франциска.

Во славу и восхваление Иисуса Христа и Его бедного слуги Франциска. Аминь

На самом деле, Дугин - это мистический нигилист. Он не знает Христа. И к Нему не стремится. Обратите внимание, как он описывает "свой монастырь" - "тихо сойти на нет". Нет ни намека, на жажду встречи с Ним. Просто " Сойти на нет", предварительно, маршрутизировав побольше на тот свет...
https://t.me/Agdchan/8905

Чтобы сделать осмысленный выбор русскому человеку уже не нужно читать тонны книг о "русской идее". Наше уникальное время позволяет сделать вывод чисто на основе анализа всей магистрали нашей истории от Ивана III до наших дней. И мы увидим, что на протяжении ВСЕХ этих веков всё сводилось реально (если не наводить тень на плетень) к одному - утверждению тирании и оправданию рабства. Россия ВСЕГДА сворачивала в эту колею.

При этом, как раз в те недолгие периоды, когда тиранство было не слишком тиранским, и расцветала русская культура (начало XIX века и его вторая половина).

Но в чем уникальность нашего нынешнего конкретного опыта? Мы впервые видим, что отказ от свободы был не столько навязан основной массе, сколько он был ею востребован. И вполне себе принят даже и не основной. Причём, без особого насилия.

И кроме того, впервые ничего нельзя списать на безграмотность, как в XIX, или отсутствие информации, как в XX веке. Всё есть. И всё равно - тот же результат. Это называется: свободный выбор несвободы.

Уже просто неприлично (раньше было тоже, но сейчас, вообще позорно) рассуждать, что вот некогда так с Россией случилось из-за монголов, потом из-за немцев Петра, потом из-за "марсиан"-большевиков. Потому что сейчас то из-за кого?

Из этого осознания может быть только два вывода. Если вас, как личность определяют "кровь и почва", вы обязаны, как и многие поколения предков найти оправдание (желательно высшее) и тирании, и рабству. Это не сложно - тонны книжек в помощь.

А если вас они (кровь и почва) не определяют, то вывод, на самом деле, тоже очевиден. Причём, настолько, что писать его, пожалуй не стану...

А, ну и есть, конечно третий выбор - продолжать наводить тень на плетень, считая, что вышеизложенное - неуместное заострение и обострение. Самая комфортная позиция, но в перспективе, наиболее травматичная...

При этом, русские люди именно могут делать подобные выборы, потому что очень разные. А вот Россия, как нельзя не убедиться, одинаковая. И в этом то и корень проблемы. Но здесь же и решение задачи...

И я предвижу возражения (потому что они извечные) : мол, Россия - это не они (власть + глубинный), Россия - это мы (глубоко рефлексирующие, разделённые на кучу фракций). Так вот, о том и речь: именно сейчас эта позиция уже не просто наивна, но откровенно глупа.

Отрывок из "Отца/антихриста":

«Пойди, смерд, прочь! Ты мне не надобен», — так ответил Василий Берсеню, который пытался ему однажды возражать. Берсень не пожелал быть смердом. И заплатил жизнью за это. Московские государи в своем Проекте никого кроме смердов не видели. И сын Василия Иван Грозный ответит Андрею Курбскому: «А жаловать своих холопов мы всегда были вольны, вольны были и казнить…»
Абсолют власти утверждает себя на крови холопов.

Но по сей день есть на Руси сказочники, которые вещают: «Люди вверяли себя царю, как отцу, какие же могут тут быть договоры и условия?». То есть, Иван Грозный откровенно называет подданных всех — от князей до крестьян — холопами. И они таковыми и являются. И это базовая парадигма отношений власти к подданным в России. Но веками плетутся сказки, что нет, мол, власть — это отец, и далее по тексту.

Драма патриотов-государственников русских — они видят власть (даже не осознавая это порой) как отца, пусть сурового, пусть иногда не вполне адекватного. И все же. А Власть их видит как холопов...

Характерно, что ровно через десять лет после казни Берсеня в Лондоне будет обезглавлен, и тоже за отказ принять абсолютность власти, Томас Мор. Но есть нюанс: отправляя его на эшафот, Генрих VIII никак не считал его смердом.

Но тут принципиально важный момент. Русская элита согласилась быть смердами не в силу своей изначально рабской природы и не в результате принятия ордынских политических практик (что считается многими отечественными либералами и западными россиеведами практически аксиомой). Напротив, это стало оборотной стороной, необходимым следствием запредельной гордыни — отождествления себя с Проектом. А Проект утверждал, Проект искушал: вы избранные, с вами Бог! Служите Государю и обретете величие вместе с его царством здесь, и войдете в Царство Там".
https://www.directmedia.ru/book-697370-otets-antihrist-delo-petra-velikogo/

Послушал сейчас плачь на "Дожде" по поводу "запрета гей-пропаганды", и меня пробило - сейчас лучшие времена - именно те, когда христианин становится тотальным изгоем - и для левых, и для правых, и для патриотов, и для либералов. И это замечательно. Иисус ведь и говорил: "будете ненавидимы всеми за имя моё".

И так и есть, потому что христианин знает, что и убивать, и долбиться под хвост - смертный грех. И то, и другое ведёт к вечной гибели. Потому что, "не убий" и "не долбись" идёт в пакете.

Апостол Иоанн говорит: "Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нём пребывающей".
А апостол Павел продолжает: "Не обманывайтесь: ни блудники, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни малакии, ни мужеложники, ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники - Царства Божия не наследуют".

А самое дебильное (сейчас на " Дожде" прозвучало) ссылаться на античность, что мол, тогда долбились, и ничего. Тогда и гладиаторские бои были - и ничего. И зверями в цирке людей травили - и тоже ничего. Нормально? Да, тогда и то, и другое было нормально. А то, что нельзя травить людей зверями объяснили христиане, когда их самих терзали львы на аренах.

Но в то же время апостол Павел говорит с абсолютным осуждением о другой античной норме: "мужчины, оставив естественное употребление женского пола, разжигались похотью друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам и получая в самих себе должное возмездие за своё заблуждение".

Это какой-то клинический идиотизм считать, что человекоубийство - это само собой разумеющееся зло. Нет. Не само собой.

Но сегодня "православные" считают, что "мужеложников" в глобальном масштабе можно остановить через человекоубийство. И нет ничего более чуждого вести Христа...

Интересная социология. И она подтверждает мою глубокую убеждённость в том, что русская вина не в излишней агрессивности, а напротив в гипер-покорности - большинство (не только, собственно, глубинный, но и образованный класс) постоянно позволяет паразитировать на себе сравнительно небольшой группе активных людоедов
https://t.me/russ_orientalist/13291

Сартр высказал замечательную мысль: "Одних, скрывающих от себя свою полную свободу с помощью духа серьезности или ссылок на детерминизм, я назову трусами. Других, пытающихся доказать, что их существование необходимо, хотя даже появление человека на Земле является случайностью, я назову сволочью".

Это абсолютно и единственно логично, исходя из неверия в вечность. Это ровно то, о чем говорил и Достоевский. Если впереди ваша полная аннигиляция - вы абсолютно свободны. И нет ни верха, ни низа, ни хорошего, ни плохого. Вернее, вы сами и только сами можете совершенно произвольно их для себя определять. И никто не имеет права судить ни какой ваш выбор.

А тот, кто судит, также, не веря в вечность - сволочь. Потому что настаивает на собственной значимости и требует к себе уважения. Хотя, это абсолютный абсурд. Откуда может взяться значимость у существа, которое полностью и окончательно исчезнет? Да, только сволочь в этой ситуации может на что-то претендовать не по произволу, а "по праву".

Из "Отца/антихриста":

"Версия Проекта как царства, которое «благочестием всех превзыде», которое готовит себя ко второму пришествию и стремится объединить всех православных, рухнула при отце Петра Великого — Алексее Михайловиче. Православное царство ко времени восшествия «антихриста» на престол уже как идея лежало в руинах.

Но Петр, как ранее было сказано, лишает русских самоощущения религиозной, эсхатологической исключительности, резко смещая фокус с ожидания Царства Небесного на строительство небывалой земной империи. Он начинает реализовывать гибеллинский проект в его очищенном уже от всякой внешней и даже высшей санкции форме — форме чистого и абсолютного самодержавия — тотальной власти, как таковой, черпающей смысл только в идее величия, без всякой сверхмотивации. Величие и власть имеют смысл сами в себе. И если это и в самом деле не антихристова идея, то что?

У Петра все должны были служить — от крестьян до графов — от рассвета до заката. Собственно, такого понятия, как «вольный» человек, не стало. Вне Проекта отрицался всякий смысл. Поэтому Петр и не любил монахов. Но хотя служили все ему, как сюзерену, сам он был только первый слуга Проекта.

Это не есть чисто русская идея. Но у нас она нашла почву. Московиты изначально вне проекта себя не мыслили. Но у него еще было духовное измерение. А Петр и духовное поставил на службу Проекту тотального государства, единственный смысл которого — величие и величина.

Познакомившись и прочувствовав первое и последнее, Астольф де Кюстин напишет: «Русские оправдывают себя в собственных глазах тем, что образ правления в их стране благоприятен для их честолюбивых устремлений; но всякая цель, которая может быть достигнута только такими средствами, дурна.

Это прелюбопытный народ; наблюдая, как разговаривают люди из низшего сословия, я, хотя и не понимаю слов, замечаю, что они не лишены ума, движения их обличают гибкость и проворство, лицо — чувствительность, меланхолию, приветливость, — все это свойства людей незаурядных, а их взяли да превратили в рабочую скотину.

Неужели меня станут убеждать, что надо веками зарывать останки этого человеческого скота в землю, дабы удобрить почву, прежде чем на ней вырастут поколения, достойные той славы, которую Провидение обещает славянам?

Провидение запрещает творить малое зло даже во имя самого большого блага».
https://www.directmedia.ru/book-697370-otets-antihrist-delo-petra-velikogo/