Около четырех часов утра у нас в Севастополе раздался звук церковного колокола. Но день двадцать четвертого октября был воскресный, и англичане, вероятно, думали, что это обыкновенный призыв к ранней обедне.

Михаил Филиппов. Осажденный Севастополь

Теперь только одно: к двадцать пятому октября украсть ножницы!

Ольга Форш. Одеты камнем

Днем двадцать шестого октября сотня, а может быть, и две во весь опор мчатся по Кохановскому бульвару к тюрьме, где сидят арестованные большевики. Спешиваются, неторопливо закуривают. Надзиратели в полной форме, вооруженные, стоят у ворот. Казаки собираются группами, размышляют вслух: «Да ну их всех к… На Дон бы!»

Вениамин Каверин. Освещенные окна

Горький никогда не мог забыть, что 27 октября 1922 года в Берлине, в кафе Ландграф, на докладе Шкловского «Литература и кинематограф», во время прений, при упоминании имени Горького, Маяковский встал и громовым голосом объявил, что Горький — труп, он сыграл свою роль и больше литературе не нужен.

Нина Берберова. Железная женщина

До Явы плыли почти три месяца. Болезнь не оставляла команду судов. По-прежнему швыряли в воду трупы, по-прежнему жирели акулы, следовавшие за кораблями. Наконец 28 октября 1793 года «Поиск» и «Надежда» вошли в долгожданный порт Сурабайю. До Явы добралась только треть моряков, отправившихся из Франции в плавание с д'Антркасто. Здоровые, нагрузив шлюпки больными, съехали на берег. Там они сразу же услышали потрясающие новости: во Франции казнен король и провозглашена республика.

Николай Чуковский. Водители фрегатов

Двадцать девятое октября умерло, и умер бессмертный шарманщик, и льдина на румяной от заката воде, и Маша.

Евгений Замятин. Пещера

30 октября. Вот так выспался! С 10 до половины девятого. Видел во сне, будто Гукасов устроил тир из живых детей и подстрелил одного мальчика. Еще видел царевича Алексея.

Нина Берберова. Курсив мой

31 октября. Незаметно смиряюсь. Раньше меня обнадеживала довольно странная вещь: мне почему-то казалось, что в пятьдесят седьмом году не может быть никакой осени… Вчерашний день убедил-таки меня, что так оно и есть… Я как будто задремал…

Венедикт Ерофеев. Записки психопата

Я буду спускаться с охотой на базу (на Каменной). Буду там к первому ноября. Наверное, срочно надо связаться, я не знаю, жена звонила.

Виктор Ремизов. Воля вольная

Второго ноября записано: «не работал, страдаю брюхом», а третьего — короткая запись: «вполсвиста». С теплой грустью листал я свой рабочий дневник страницу за страницей. Человек — это душонка, обремененная трупом. Эпиктет».

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Хромая судьба

Письмо было коротким.

3 ноября 1948 года. Иван!

Я уезжаю от тебя. Не пытайся меня искать. Я знаю, что причиняю тебе боль, но я больше не могу с тобой жить. Еще раз повторяю, чтобы ты меня не искал и забыл. Я поняла, что без любви жить нельзя. Прощай и прости.

Вера

Кир Булычев. Выстрел купидона

Последним, что от него услышали флорентийцы, оказалось предсказание страшного наводнения, которому суждено было обрушиться на город 4 ноября 1966 года.

Евгений Водолазкин. Лавр

5 ноября. Лежу на полу. (На нарах места не успел).

Сергей Григорьев. Казарма

Майору Сидорову пришла почтовая открытка следующего содержания: «Дорогой Миша, если ты завтра, шестого ноября, в семь часов вечера не придешь к третьей колонне Большого театра, я повешусь.



Виктория Токарева. Кирка и офицер

Осень. Последний раз на дне рождения у Сью, которые начинались ранее, как правило, в двенадцать ночи. А ещё это был день седьмого ноября. В подарок книга Александра Блока. Белая кровать Сью, отдельно от Джаджа, это уже после их жизни в трёхкомнатном сквоте коммуной, когда Джадж изучал человеческое безумие и успокаивал деда-говоруна или одного из подобных ему говорунов – крикунов.

Виктор Iванiв. Конец Покемаря

При вскрытии черепа «душа класса» вспомнила лишь про разбитые ею сердца: сыновья члена Государственного комитета обороны Микояна, летчики (они кружили над дачей отца, едва не сбивая крыльями верхушки сосен), приемный сын императора Сергеев Артем (проступает зима, закрытый каток для аристократов по адресу: Петровка, 38; каждый год 8 ноября, в день ее рождения, генерал Сергеев поздравлял из любых точек земного шара, где воевал и служил) … когда я опаздывала в школу, водитель включал сирену… на свидание к папе из Куйбышева, куда эвакуировали нашу школу, меня доставляли на самолете.

Александр Терехов. Каменный мост


Тов. Карпинскому: «Большая просьба: узнайте фамилию Кобы» (9 ноября 1915).

Венедикт Ерофеев. Моя маленькая лениниана


Брежнев умер 10 ноября, а как раз накануне мне сделали операцию на глазах.

Татьяна Толстая. Войлочный век

«Надо бы сходить посмотреть, что она там творит», – решила Ба, допила чай, ополоснула чашку и, стараясь не скрипеть деревянными ступеньками, поднялась на второй этаж. Первое, что бросилось ей в глаза, был густо исписанный неровными каракулями плакат. Ба поправила на переносице очки и подошла ближе, чтобы лучше разглядеть новые надписи. Манюня, конечно же, не ударила в грязь лицом и расцветила плакат очередными душевынимающего содержания воззваниями:

«ВХОД ЗАПРЕЩЁН ВСЕМ, КТО СМЕЁТЦА!
КОМНАТА!
КАПИТАНА КАРОЛЕВСКОГО ФЛОТА МАРИИ ШАЦ! МИХАЙЛОВНЫ!
МАГИТСРА НАУК. ЧЛЕНА КАРОЛЕВКОГО ОБЩЕСТВА 1845!
ГОД РОЖДЕНИЯ: 1970 ГОД 11 НОЯБРЯ!
ГОД СМЕРТИ: НЕ УМЫРЛА, ЖИВАЯ»

Наринэ Абгарян. Манюня, юбилей Ба и прочие треволнения

Согласно Вашему распоряжению о предоставлении объяснений по поводу шестичасового простоя 4 бригады з/к з/к, имевшего место 12 ноября с. г. на участке «Золотой ключ» вверенного Вам прииска, доношу: Температура воздуха утром была свыше пятидесяти градусов. Наш градусник сломан дежурным надзирателем, о чем я докладывал вам. Однако определить температуру было можно, потому что плевок замерзал на лету.

Варлам Шаламов. Колымские рассказы

13 ноября привезли динамит, триста рублей для передачи Дворнику, а также несколько бутылок вина и варенье.

Юрий Трифонов. Нетерпение

Четырнадцатого октября я родился, четырнадцати лет поступил на военную службу, сержантом, — генерал улыбается, — четырнадцатого ноября двенадцатого года был назначен начальником штаба авангардных войск.

Юрий Тынянов. Смерть Вазир-Мухтара

— Какой сегодня день? — спросил Николай Тургенев.

— Пятнадцатое ноября, — произнес Тоблер, не меняя позы. — Сегодня двойной урок математики и истории.

Анатолий Виноградов. Повесть о братьях Тургеневых