(Продолжение)
Часть 4, угроза зарубежных платформ для Казахстана
❗️ Присутствие китайских ЦП (Taobao, Pinduoduo, Temu), казалось бы, должно повышать благосостояние потребителей — более широкий ассортимент, низкие цены и конкуренция для местных игроков. Однако за видимыми выгодами скрываются системные риски. Китайские маркетплейсы — это не автономные частные игроки. Они тесно сотрудничают с правительством.
Для Китая ЦП выступают как дополнение к госорганам. Правительство использует их в целях «коллаборативного управления», при этом сохраняя над ними стратегический контроль. Так, платформы, которые покрывают большую часть населения, состоят с государством в формальных соглашениях и меморандумах по помощи и передаче данных:
▪️ нацбезопасность — отслеживание цифрового следа подозреваемых в терроризме;
▪️ передача данных мошеннических бизнесов полиции — телефонные номера, переписки в приложении, информация о продуктах;
▪️ Верховная народная прокуратура — борьба с коммерческим подкупом через проверку продавцов;
▪️ Верховный народный суд делился информацией о должниках с ЦП (Taobao, JD, Tencent) и уполномочил их исполнять судебные решения о взыскании долгов;
▪️ Бюро нац. статистики — получение оперативных больших данных;
▪️ Министерство гражданской администрации — трекинг населения.
❗️ При этом ЦП собирают излишне чувствительные данные, которые зачастую не связаны с бизнес-деятельностью. Помимо адресов, номеров карт и заказов, приложения получают доступ к контактам, сообщениям, аудиозаписям и даже календарю пользователя. Известно, что так делают все крупные технологические компании («если вы не платите за продукт, вы и есть продукт»). Но тут важно не забывать специфику китайской политической системы.
В этой «коллаборации» государство остается главным. Несмотря на риторику «взаимного сотрудничества», государство фактически сохраняет полный контроль над платформами. Компании это осознают, пытаются минимизировать политическую неопределенность и избежать новой волны репрессий.
Резюмируя:
☑️ Устойчивость цифровых платформ объясняется гораздо большим, нежели простым удобством. Они решают институциональные проблемы в становлении рыночной экономики, взамен трудных реформ в верховенстве права. Именно поэтому они расцветают в специфических условиях Китая и, к примеру, Казахстана.
☑️ Цифровые платформы оказывают гигантскую поддержку развитию экономики, выполняя многие стратегические задачи — по индустриализации, росту инноваций, снижению стоимости жизни, росту доходов, особенно на селе.
☑️ Зарубежные маркетплейсы — это не только удобство, но и системные риски. Нельзя забывать, что за ними зачастую стоят иностранные правительства, а значит это не только рыночная конкуренция, но и политическое влияние.
Часть 4, угроза зарубежных платформ для Казахстана
❗️ Присутствие китайских ЦП (Taobao, Pinduoduo, Temu), казалось бы, должно повышать благосостояние потребителей — более широкий ассортимент, низкие цены и конкуренция для местных игроков. Однако за видимыми выгодами скрываются системные риски. Китайские маркетплейсы — это не автономные частные игроки. Они тесно сотрудничают с правительством.
Для Китая ЦП выступают как дополнение к госорганам. Правительство использует их в целях «коллаборативного управления», при этом сохраняя над ними стратегический контроль. Так, платформы, которые покрывают большую часть населения, состоят с государством в формальных соглашениях и меморандумах по помощи и передаче данных:
▪️ нацбезопасность — отслеживание цифрового следа подозреваемых в терроризме;
▪️ передача данных мошеннических бизнесов полиции — телефонные номера, переписки в приложении, информация о продуктах;
▪️ Верховная народная прокуратура — борьба с коммерческим подкупом через проверку продавцов;
▪️ Верховный народный суд делился информацией о должниках с ЦП (Taobao, JD, Tencent) и уполномочил их исполнять судебные решения о взыскании долгов;
▪️ Бюро нац. статистики — получение оперативных больших данных;
▪️ Министерство гражданской администрации — трекинг населения.
❗️ При этом ЦП собирают излишне чувствительные данные, которые зачастую не связаны с бизнес-деятельностью. Помимо адресов, номеров карт и заказов, приложения получают доступ к контактам, сообщениям, аудиозаписям и даже календарю пользователя. Известно, что так делают все крупные технологические компании («если вы не платите за продукт, вы и есть продукт»). Но тут важно не забывать специфику китайской политической системы.
В этой «коллаборации» государство остается главным. Несмотря на риторику «взаимного сотрудничества», государство фактически сохраняет полный контроль над платформами. Компании это осознают, пытаются минимизировать политическую неопределенность и избежать новой волны репрессий.
Резюмируя:
☑️ Устойчивость цифровых платформ объясняется гораздо большим, нежели простым удобством. Они решают институциональные проблемы в становлении рыночной экономики, взамен трудных реформ в верховенстве права. Именно поэтому они расцветают в специфических условиях Китая и, к примеру, Казахстана.
☑️ Цифровые платформы оказывают гигантскую поддержку развитию экономики, выполняя многие стратегические задачи — по индустриализации, росту инноваций, снижению стоимости жизни, росту доходов, особенно на селе.
☑️ Зарубежные маркетплейсы — это не только удобство, но и системные риски. Нельзя забывать, что за ними зачастую стоят иностранные правительства, а значит это не только рыночная конкуренция, но и политическое влияние.
ЗАРОЖДЕНИЕ СИСТЕМЫ СДЕРЖЕК И ПРОТИВОВЕСОВ
✅ Вчера прошло заседание Общественной палаты при Мажилисе по новым поправкам в Налоговый кодекс. Хотели бы поделиться некоторыми неэкономическими наблюдениями, которые не «зайдут» в широкие массы. Они, возможно, будут интересны для политологов и идеологов.
1️⃣ Правительству нужно отдать должное — с радикальными предложениями по налогам они подстегнули институциональное развитие.
Раньше многие реформы были либо узкие (специфичная тема), либо благотворительные (раздать еще что-то, кто против?), либо «беззубые» (всерьез не лезли в «карман»). Налоги — это, итак, про конфликты в обществе, кто за кого платит. А новые поправки январской версии — первая болезненная реформа, ощутимо затрагивающая кошельки всех граждан.
❗️ Всё это привело к небывалому обсуждению, отрезвлению граждан по поводу обратной стороны «государства-няньки», консолидации сил и становлению некоторых организаций.
«Ёж — птица гордая, пока не пнешь — не полетит».
2️⃣ В части свободы слова по экономическим вопросам — какой-то либеральный «рай».
После выступления Президента на расширенном заседании критиковать госорганы стали буквально все. Депутаты, эксперты, бизнес-ассоциации, одиночные обращения. Запросы, выступления, интервью, статьи, посты, комментарии в социальных сетях.
📌 Причем не реагировать на это правительство не может, ибо «слышащее государство».
3️⃣ Как бы это странно не звучало, но система сдержек и противовесов именно по налоговым вопросам реально заработала. Ветви и уровни власти доказывают на деле, что могут друг друга балансировать.
Мы утверждаем не голословно — были свидетелями первоначальных планов в январе: резкие изменения в налогах, «ни шагу назад», полная уверенность, что получится при узкой поддержке «независимых экспертов».
❗️ Но из первых же выступлений Президента стало понятно, что детали реформы де-факто не поддерживаются. По сути, месседж был такой: в экономике ничего настолько критичного для таких резких шагов, нужно еще внимательно обсчитывать и учесть иные факторы, обсуждайте в Парламенте. НДС вместо 20% стал 16%, с опциями 10% и 0%. Соцналог — базу для местных бюджетов — упразднять не стали.
☑️ Поправки пришли в Мажилис и начался следующий виток отката. Фракция партии «Amanat» выдвинула ряд требований, среди которых фундаментальный — поднятие порога по НДС с 15 млн до 40 млн (пока что). Есть и другие пункты в пользу социальной защиты и массового предпринимательства.
❗️ Вчера на заседании Общественной палаты из выступлений депутатов стало понятно, что «еще не вечер». Претензии остались даже на уровне НДС 16%, не говоря о более мелких реформах. Впереди — второе чтение по налоговому кодексу, а после — Сенат. И нет никаких гарантий, что в случае экономического «шторма» в этом году попутно на что-то не объявят мораторий.
❗️ Но баланс ветвей означает и обратное — правительство тоже сдерживает остальных. Во-первых, в защиту правительства — проблемы то есть, созданы они во многом не правительством (например, экономические планы и политические обещания), а решать их всё равно надо. Во-вторых, вчера откровенно порадовала местами смелая позиция с хорошей аргументацией вице-министров финансов, а также экономики, которые балансировали другие крайности от бизнес и экспертного сообщества. На фоне чиновников, которые на встречах с депутатами и общественностью твердят «будет отработано, дадим ответ в письменном виде», вчера представители министерств выступали как минимум на равных по политическим вопросам.
(Продолжение следует)
✅ Вчера прошло заседание Общественной палаты при Мажилисе по новым поправкам в Налоговый кодекс. Хотели бы поделиться некоторыми неэкономическими наблюдениями, которые не «зайдут» в широкие массы. Они, возможно, будут интересны для политологов и идеологов.
1️⃣ Правительству нужно отдать должное — с радикальными предложениями по налогам они подстегнули институциональное развитие.
Раньше многие реформы были либо узкие (специфичная тема), либо благотворительные (раздать еще что-то, кто против?), либо «беззубые» (всерьез не лезли в «карман»). Налоги — это, итак, про конфликты в обществе, кто за кого платит. А новые поправки январской версии — первая болезненная реформа, ощутимо затрагивающая кошельки всех граждан.
❗️ Всё это привело к небывалому обсуждению, отрезвлению граждан по поводу обратной стороны «государства-няньки», консолидации сил и становлению некоторых организаций.
«Ёж — птица гордая, пока не пнешь — не полетит».
2️⃣ В части свободы слова по экономическим вопросам — какой-то либеральный «рай».
После выступления Президента на расширенном заседании критиковать госорганы стали буквально все. Депутаты, эксперты, бизнес-ассоциации, одиночные обращения. Запросы, выступления, интервью, статьи, посты, комментарии в социальных сетях.
📌 Причем не реагировать на это правительство не может, ибо «слышащее государство».
3️⃣ Как бы это странно не звучало, но система сдержек и противовесов именно по налоговым вопросам реально заработала. Ветви и уровни власти доказывают на деле, что могут друг друга балансировать.
Мы утверждаем не голословно — были свидетелями первоначальных планов в январе: резкие изменения в налогах, «ни шагу назад», полная уверенность, что получится при узкой поддержке «независимых экспертов».
❗️ Но из первых же выступлений Президента стало понятно, что детали реформы де-факто не поддерживаются. По сути, месседж был такой: в экономике ничего настолько критичного для таких резких шагов, нужно еще внимательно обсчитывать и учесть иные факторы, обсуждайте в Парламенте. НДС вместо 20% стал 16%, с опциями 10% и 0%. Соцналог — базу для местных бюджетов — упразднять не стали.
☑️ Поправки пришли в Мажилис и начался следующий виток отката. Фракция партии «Amanat» выдвинула ряд требований, среди которых фундаментальный — поднятие порога по НДС с 15 млн до 40 млн (пока что). Есть и другие пункты в пользу социальной защиты и массового предпринимательства.
❗️ Вчера на заседании Общественной палаты из выступлений депутатов стало понятно, что «еще не вечер». Претензии остались даже на уровне НДС 16%, не говоря о более мелких реформах. Впереди — второе чтение по налоговому кодексу, а после — Сенат. И нет никаких гарантий, что в случае экономического «шторма» в этом году попутно на что-то не объявят мораторий.
❗️ Но баланс ветвей означает и обратное — правительство тоже сдерживает остальных. Во-первых, в защиту правительства — проблемы то есть, созданы они во многом не правительством (например, экономические планы и политические обещания), а решать их всё равно надо. Во-вторых, вчера откровенно порадовала местами смелая позиция с хорошей аргументацией вице-министров финансов, а также экономики, которые балансировали другие крайности от бизнес и экспертного сообщества. На фоне чиновников, которые на встречах с депутатами и общественностью твердят «будет отработано, дадим ответ в письменном виде», вчера представители министерств выступали как минимум на равных по политическим вопросам.
(Продолжение следует)
(Продолжение)
4️⃣ Верховенство права так и формируется — это процесс, а не документ. И сейчас все, надеемся, извлекают уроки из происходящего.
▪️ Стабильность законодательства на бумаге не гарантируешь. Но можно сделать процесс изменений невыносимо дорогостоящим. Ситуация с поправками в налоговый кодекс должна всех настолько истощить, морально и финансово, чтобы не было желания начинать этот процесс снова. А когда реализация тоже начнет разочаровывать, то у всех, в первую очередь у нас, «кулуарных писарей», должно закрепиться, что сначала нужно исчерпать текущие возможности законов.
▪️ Далее, Мажилису желательно проактивно контролировать правительство, а не ждать поправок. Вчера вице-спикер Д. Еспаева хорошо подметила: с сентября отрабатывали старые поправки, вроде те же лица обещали, что изменений по ставкам не будет. Вроде ничего не случилось критичного за один месяц. Но в феврале заходят совершенно новые резонансные поправки и обнуляют прогресс. Председатель Общественной палаты А. Сарым показывал гигантский документ с предложениями по кодексу, с которыми практически нереально качественно ознакомиться в одиночку.
5️⃣ Чего по-прежнему нет — консолидированной идеологической позиции по экономической политике.
Классически, есть «правые» — за рынок и личную ответственность, с минимальными налогами и регулированием. Есть «левые» — за выравнивание и сильное вмешательство центральных госорганов. У нас же, как в той книге, «без правых и левых».
❗️ Поэтому любой документ сейчас выглядит, как «Письмо из Простоквашино», где каждый вписывает свои интересы, которые могут противоречить друг другу. Более формально это называется «logrolling» — взаимная поддержка предложений, когда вы голосуете за мое в обмен на ответную услугу поддержки вашего.
Сегодня поправки появляются и исчезают без твердого фундамента. Обоснования одни и те же — «стимулирование инвестиций», «защита интересов граждан». Поэтому, например, не нужно искать рациональных аргументов, почему КПН для банков 25%: ответ — «потому что».
❗️ Все это и стало причиной фискальных проблем, когда одни раздували госрасходы через социалку и инфраструктуру качества жизни, а другие сокращали налоги ради стимулирования бизнеса.
📌 Поэтому, вопрос ожиданий: красивого непротиворечивого документа не получится. А через конкретику мы поймем, какие именно силы в данный момент близки к центрам принятия решений.
4️⃣ Верховенство права так и формируется — это процесс, а не документ. И сейчас все, надеемся, извлекают уроки из происходящего.
▪️ Стабильность законодательства на бумаге не гарантируешь. Но можно сделать процесс изменений невыносимо дорогостоящим. Ситуация с поправками в налоговый кодекс должна всех настолько истощить, морально и финансово, чтобы не было желания начинать этот процесс снова. А когда реализация тоже начнет разочаровывать, то у всех, в первую очередь у нас, «кулуарных писарей», должно закрепиться, что сначала нужно исчерпать текущие возможности законов.
▪️ Далее, Мажилису желательно проактивно контролировать правительство, а не ждать поправок. Вчера вице-спикер Д. Еспаева хорошо подметила: с сентября отрабатывали старые поправки, вроде те же лица обещали, что изменений по ставкам не будет. Вроде ничего не случилось критичного за один месяц. Но в феврале заходят совершенно новые резонансные поправки и обнуляют прогресс. Председатель Общественной палаты А. Сарым показывал гигантский документ с предложениями по кодексу, с которыми практически нереально качественно ознакомиться в одиночку.
5️⃣ Чего по-прежнему нет — консолидированной идеологической позиции по экономической политике.
Классически, есть «правые» — за рынок и личную ответственность, с минимальными налогами и регулированием. Есть «левые» — за выравнивание и сильное вмешательство центральных госорганов. У нас же, как в той книге, «без правых и левых».
❗️ Поэтому любой документ сейчас выглядит, как «Письмо из Простоквашино», где каждый вписывает свои интересы, которые могут противоречить друг другу. Более формально это называется «logrolling» — взаимная поддержка предложений, когда вы голосуете за мое в обмен на ответную услугу поддержки вашего.
Сегодня поправки появляются и исчезают без твердого фундамента. Обоснования одни и те же — «стимулирование инвестиций», «защита интересов граждан». Поэтому, например, не нужно искать рациональных аргументов, почему КПН для банков 25%: ответ — «потому что».
❗️ Все это и стало причиной фискальных проблем, когда одни раздували госрасходы через социалку и инфраструктуру качества жизни, а другие сокращали налоги ради стимулирования бизнеса.
📌 Поэтому, вопрос ожиданий: красивого непротиворечивого документа не получится. А через конкретику мы поймем, какие именно силы в данный момент близки к центрам принятия решений.
Сегодня Desht исполняется 3 года.
Немногие из наших читателей с нами изначально, поэтому в этот знаменательный день хотим напомнить, почему появилась наша организация, какие идеи и мотивы стоят у ее истоков.
☑️ После «январских событий» открылось «окно возможностей» для реформирования ключевых институтов государства. Президентом К. Токаевым была объявлена политическая модернизация и мы задались вопросом, чем помочь стране на этом этапе.
✅ Единственным продуктивным вариантом, где мы могли использовать нашу экспертизу, было создание и развитие независимого «мозгового центра». Think tanks — неотъемлемая часть зрелых политических систем. Они нужны, когда общество ищет качественные решения и интеллектуальные ориентиры.
💬 Как утверждал Милтон Фридман: «мы не решим проблемы, избирая «правильных» людей — только сделав политически выгодным для «неправильных людей» делать «правильные вещи». Вместо работы с отдельными политиками и организациями мы решили работать с «климатом идей», донося свои мысли публично и бесплатно.
Мы не можем похвастаться значительным расширением команды. Чтобы наше начинание было финансово устойчивым, мы сохраняли маленькую команду небезразличных профессионалов-патриотов и делали большой упор на цифровые инструменты для анализа.
✅ Мы пропогандируем 2 ключевые идеи — верховенство права и рыночную экономику. Большие временные инвестиции были вложены в изучение институционального подхода, через призму которого мы стали лучше понимать ограничения и возможности нашей страны.
За 3 года мы:
◾️ Закрепились в публичном поле как профессиональный и объективный аналитический центр.
◾️ Открыли Telegram-канал и опубликовали 286 не новостных материалов, с разбором гос. политик.
◾️ Открыли образовательные Instagram-каналы на русском и казахском языках, опубликовали около 200 постов.
◾️ Запустили свой сайт desht.org, опубликовано 168 статей.
◾️ С удовольствием сотрудничали с нашими коллегами из СМИ, предоставили более 60 комментариев и интервью.
◾️ Провели около 40 лекций и выступлений.
◾️ Стали постоянными участниками экспертных площадок при Мажилисе, Сенате, АСПР, КИСИ и т. д.
◾️ Опубликовали 2 больших отчета: «Казахстан в контексте мира» и «Экономика трансакционных издержек».
◾️ Опубликовали 2 аналитические платформы: «Economic DNA Explorer» и «Карта региональной схожести».
◾️ Стали членами международного Сообщества по институциональной и организационной экономике и мировой сети «мозговых центров» Atlas Network.
◾️ Лучше разобрались в экономике страны через Data Science инструменты — порталы по бизнес-субъектам, финансовым показателям отраслей, ГИС по регионам и многое другое.
За всем этим стоит повседневная исследовательская работа: от изучения экономической политики через призму научных теорий до ее прикладного анализа. Мы пытаемся формировать целостную картину нашей экономики и общества.
📌 Надеемся, что и дальше будем вносить свой маленький вклад в более взвешенный и продуманный курс развития нашей Родины.
Благодарим наших партнёров и единомышленников, которые всегда поддерживали наш проект. И Вас, дорогие читатели, что остаётесь с нами, несмотря на сложность материала и не всегда очевидные тезисы.
Немногие из наших читателей с нами изначально, поэтому в этот знаменательный день хотим напомнить, почему появилась наша организация, какие идеи и мотивы стоят у ее истоков.
☑️ После «январских событий» открылось «окно возможностей» для реформирования ключевых институтов государства. Президентом К. Токаевым была объявлена политическая модернизация и мы задались вопросом, чем помочь стране на этом этапе.
✅ Единственным продуктивным вариантом, где мы могли использовать нашу экспертизу, было создание и развитие независимого «мозгового центра». Think tanks — неотъемлемая часть зрелых политических систем. Они нужны, когда общество ищет качественные решения и интеллектуальные ориентиры.
💬 Как утверждал Милтон Фридман: «мы не решим проблемы, избирая «правильных» людей — только сделав политически выгодным для «неправильных людей» делать «правильные вещи». Вместо работы с отдельными политиками и организациями мы решили работать с «климатом идей», донося свои мысли публично и бесплатно.
Мы не можем похвастаться значительным расширением команды. Чтобы наше начинание было финансово устойчивым, мы сохраняли маленькую команду небезразличных профессионалов-патриотов и делали большой упор на цифровые инструменты для анализа.
✅ Мы пропогандируем 2 ключевые идеи — верховенство права и рыночную экономику. Большие временные инвестиции были вложены в изучение институционального подхода, через призму которого мы стали лучше понимать ограничения и возможности нашей страны.
За 3 года мы:
◾️ Закрепились в публичном поле как профессиональный и объективный аналитический центр.
◾️ Открыли Telegram-канал и опубликовали 286 не новостных материалов, с разбором гос. политик.
◾️ Открыли образовательные Instagram-каналы на русском и казахском языках, опубликовали около 200 постов.
◾️ Запустили свой сайт desht.org, опубликовано 168 статей.
◾️ С удовольствием сотрудничали с нашими коллегами из СМИ, предоставили более 60 комментариев и интервью.
◾️ Провели около 40 лекций и выступлений.
◾️ Стали постоянными участниками экспертных площадок при Мажилисе, Сенате, АСПР, КИСИ и т. д.
◾️ Опубликовали 2 больших отчета: «Казахстан в контексте мира» и «Экономика трансакционных издержек».
◾️ Опубликовали 2 аналитические платформы: «Economic DNA Explorer» и «Карта региональной схожести».
◾️ Стали членами международного Сообщества по институциональной и организационной экономике и мировой сети «мозговых центров» Atlas Network.
◾️ Лучше разобрались в экономике страны через Data Science инструменты — порталы по бизнес-субъектам, финансовым показателям отраслей, ГИС по регионам и многое другое.
За всем этим стоит повседневная исследовательская работа: от изучения экономической политики через призму научных теорий до ее прикладного анализа. Мы пытаемся формировать целостную картину нашей экономики и общества.
📌 Надеемся, что и дальше будем вносить свой маленький вклад в более взвешенный и продуманный курс развития нашей Родины.
Благодарим наших партнёров и единомышленников, которые всегда поддерживали наш проект. И Вас, дорогие читатели, что остаётесь с нами, несмотря на сложность материала и не всегда очевидные тезисы.
ТУРИЗМ: ВЗГЛЯД СО СТОРОНЫ
Сегодня прошло заседание Общественного совета АСПР совместно с Министерством туризма и спорта. Разбирали перспективы отрасли туризма. Не претендуем, что понимаем индустрию глубоко, можем поделиться лишь «вертолетным взглядом».
1️⃣ Прозвучала хорошая фраза: «каждый разбирается в туризме».
Беспрецедентное количество заинтересованных лиц, дискуссии вокруг индустрии каждый раз бурлят. Но это не означает, что именно в ней сравнительно больше проблем.
☑️ Во-первых, границы отрасли размыты. Она охватывает практически всё в стране — транспорт, городские пространства, развитие сельских территорий, культуру, спорт и развлечения и многое другое. Соответственно, «цепляет» всех заинтересованных с этих сфер.
☑️ Во-вторых, «закон Паркинсона» в действии. Чем сложнее тема, тем меньше времени тратится на ее обсуждение. В случае с туризмом, наоборот, — каждый имеет личный обывательский опыт, что необязательно связано с экспертизой. Отсюда много не всегда продуктивной дискуссии.
2️⃣ «Стратегический приоритет».
Так себя называют представители практически всех отраслей. Более того, каждый себя «нашел» в каких-то документах гос. планирования или выступлениях политиков — есть на что ссылаться.
❗️ Но времени руководителей государства и бюджетных денег от этого больше не стало. Эта межотраслевая «игра с нулевой суммой» ничем полезным не закончится. Политики, планы, обстоятельства — всё постоянно меняется.
❓ Мы бы задались другим вопросом: «допустим, туризм не будет в постоянном фокусе внимания больших начальников — как обеспечить постоянное развитие без ресурсов центра?».
3️⃣ Государственная идеология.
☑️ Во время заседания председатель ОС А. Байменов удачно затронул эту тему. Туризм не сможет дать много в экономику Казахстана, даже на региональном уровне. Вряд ли отрасль сможет похвастаться качественной занятостью. Но вот блок нациестроительства может неожиданно стать главным пропонентом.
Еще раз, Казахстан достаточно уникален в своей демографии и географии. Это действительно большая территория, неплотная, с населением, «размазанным» по периметру границы. Это совершенно разный этнолингвистический состав людей. Это расколы в мировоззрениях из-за советского прошлого. Это очень узкие региональные экономики, которые слабо торгуют между собой.
☑️ Ничто лучше не формирует мировоззрение, чем личный опыт. Перемещение людей внутри страны, взаимообогащение идеями и привычками — всё это важно не только экономически (масштабы рынка), но и политически, для «плавильного котла».
4️⃣ Денег нет, а результаты есть.
Такой вот опасный сигнал для других отраслей. Количество туристов растет, доходы организаций тоже. А денег на туризм выделяют всё меньше и меньше. Получается, для развития индустрий могут быть важны не госинвестиции, а что-то другое, системное?
Тогда нужно пересмотреть все отрасли — рост финансирования против роста показателей. Не удивимся, если связь будет обратная.
В остальном, поддерживаем нынешний, к слову, достаточно рациональный подход к туризму:
✅ фокус на действующих точках роста, рядом с экономически плотными территориями (Алматы, Астана)
✅ фокус на «качественных» туристах и росте ценника, а не просто «ИФО» отрасли
✅ баланс между экологической устойчивостью локаций и заработком, который особенно актуален для таких мест, как Бурабай и Катон-Карагай
✅ понимание, что качества и снижения цен не произойдет без конкуренции в отрасли.
Сегодня прошло заседание Общественного совета АСПР совместно с Министерством туризма и спорта. Разбирали перспективы отрасли туризма. Не претендуем, что понимаем индустрию глубоко, можем поделиться лишь «вертолетным взглядом».
1️⃣ Прозвучала хорошая фраза: «каждый разбирается в туризме».
Беспрецедентное количество заинтересованных лиц, дискуссии вокруг индустрии каждый раз бурлят. Но это не означает, что именно в ней сравнительно больше проблем.
☑️ Во-первых, границы отрасли размыты. Она охватывает практически всё в стране — транспорт, городские пространства, развитие сельских территорий, культуру, спорт и развлечения и многое другое. Соответственно, «цепляет» всех заинтересованных с этих сфер.
☑️ Во-вторых, «закон Паркинсона» в действии. Чем сложнее тема, тем меньше времени тратится на ее обсуждение. В случае с туризмом, наоборот, — каждый имеет личный обывательский опыт, что необязательно связано с экспертизой. Отсюда много не всегда продуктивной дискуссии.
2️⃣ «Стратегический приоритет».
Так себя называют представители практически всех отраслей. Более того, каждый себя «нашел» в каких-то документах гос. планирования или выступлениях политиков — есть на что ссылаться.
❗️ Но времени руководителей государства и бюджетных денег от этого больше не стало. Эта межотраслевая «игра с нулевой суммой» ничем полезным не закончится. Политики, планы, обстоятельства — всё постоянно меняется.
❓ Мы бы задались другим вопросом: «допустим, туризм не будет в постоянном фокусе внимания больших начальников — как обеспечить постоянное развитие без ресурсов центра?».
3️⃣ Государственная идеология.
☑️ Во время заседания председатель ОС А. Байменов удачно затронул эту тему. Туризм не сможет дать много в экономику Казахстана, даже на региональном уровне. Вряд ли отрасль сможет похвастаться качественной занятостью. Но вот блок нациестроительства может неожиданно стать главным пропонентом.
Еще раз, Казахстан достаточно уникален в своей демографии и географии. Это действительно большая территория, неплотная, с населением, «размазанным» по периметру границы. Это совершенно разный этнолингвистический состав людей. Это расколы в мировоззрениях из-за советского прошлого. Это очень узкие региональные экономики, которые слабо торгуют между собой.
☑️ Ничто лучше не формирует мировоззрение, чем личный опыт. Перемещение людей внутри страны, взаимообогащение идеями и привычками — всё это важно не только экономически (масштабы рынка), но и политически, для «плавильного котла».
4️⃣ Денег нет, а результаты есть.
Такой вот опасный сигнал для других отраслей. Количество туристов растет, доходы организаций тоже. А денег на туризм выделяют всё меньше и меньше. Получается, для развития индустрий могут быть важны не госинвестиции, а что-то другое, системное?
Тогда нужно пересмотреть все отрасли — рост финансирования против роста показателей. Не удивимся, если связь будет обратная.
В остальном, поддерживаем нынешний, к слову, достаточно рациональный подход к туризму:
✅ фокус на действующих точках роста, рядом с экономически плотными территориями (Алматы, Астана)
✅ фокус на «качественных» туристах и росте ценника, а не просто «ИФО» отрасли
✅ баланс между экологической устойчивостью локаций и заработком, который особенно актуален для таких мест, как Бурабай и Катон-Карагай
✅ понимание, что качества и снижения цен не произойдет без конкуренции в отрасли.
ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ
✅ Прошло выездное заседание Общественной палаты Мажилиса на площадке Astana Hub по обсуждению проекта закона «Об искусственном интеллекте» (Е. Смышляева). Опять же по «Паркинсону», в отличие от того же туризма, тема очень специфичная и сложная, поэтому не вызывает бурных обсуждений.
Что привлекло наше внимание:
1️⃣ Продуктивные мотивы.
Подчеркивается, что «ввиду растущего мирового регуляторного давления растет интерес к юрисдикциям, где «правила игры» остаются более либеральными».
Одна из задач госрегулирования — «благоприятные условия для привлечения инвестиций».
Из принципов — «приоритет благополучия человека, свободы воли в принятии им решений».
2️⃣ «Эры Альтрона» не будет.
На территории Казахстана запрещается создание полностью автономных систем искусственного интеллекта. Это такие, которые «принимают решения вне зависимости от заранее заданных параметров и не поддаются контролю со стороны владельца данной системы».
Запрещается создание систем, обладающих рядом функциональных возможностей, к примеру:
▪️ использование подсознательных, манипулятивных методов, существенно искажающих поведение человека и ограничивающих способность принимать осознанные решения или вынуждающих принимать решения, которые могут создавать угрозу причинения вреда жизни, здоровью и имуществу
▪️ оценка и классификация людей на основе их социального поведения или личных характеристик
▪️ классификация людей на основе биометрических данных для формирования выводов об их расе, политических взглядах, религиозной принадлежности
▪️ определение эмоций человека без его согласия
▪️ удаленная биометрическая идентификация людей, в реальном времени, в общественных местах
❗️ Исключения будут, но тоже определенные законами.
3️⃣ Astana Hub.
Думаем, что организация сыграла далеко не последнюю роль в разработке такого либерального законодательства. На площадке собрано более 1,6 тысяч организаций, многие из которых с этой темой связаны. Да и корни закона исходят из поручения Президента именно на Digital Bridge.
Причем физическая инфраструктура Astana Hub эксплуатируется постоянно, от этого выездного заседания Общественной палаты, до Школы аналитики при Сенате.
❗️ Единственная печаль — что свобода воли человека, запрет на искажение его поведения через всякие манипулятивно-«nudging» техники и ГосПлановские классификации упоминаются только в контексте искусственного интеллекта. А надо бы везде и всегда.
✅ Прошло выездное заседание Общественной палаты Мажилиса на площадке Astana Hub по обсуждению проекта закона «Об искусственном интеллекте» (Е. Смышляева). Опять же по «Паркинсону», в отличие от того же туризма, тема очень специфичная и сложная, поэтому не вызывает бурных обсуждений.
Что привлекло наше внимание:
1️⃣ Продуктивные мотивы.
Подчеркивается, что «ввиду растущего мирового регуляторного давления растет интерес к юрисдикциям, где «правила игры» остаются более либеральными».
Одна из задач госрегулирования — «благоприятные условия для привлечения инвестиций».
Из принципов — «приоритет благополучия человека, свободы воли в принятии им решений».
2️⃣ «Эры Альтрона» не будет.
На территории Казахстана запрещается создание полностью автономных систем искусственного интеллекта. Это такие, которые «принимают решения вне зависимости от заранее заданных параметров и не поддаются контролю со стороны владельца данной системы».
Запрещается создание систем, обладающих рядом функциональных возможностей, к примеру:
▪️ использование подсознательных, манипулятивных методов, существенно искажающих поведение человека и ограничивающих способность принимать осознанные решения или вынуждающих принимать решения, которые могут создавать угрозу причинения вреда жизни, здоровью и имуществу
▪️ оценка и классификация людей на основе их социального поведения или личных характеристик
▪️ классификация людей на основе биометрических данных для формирования выводов об их расе, политических взглядах, религиозной принадлежности
▪️ определение эмоций человека без его согласия
▪️ удаленная биометрическая идентификация людей, в реальном времени, в общественных местах
❗️ Исключения будут, но тоже определенные законами.
3️⃣ Astana Hub.
Думаем, что организация сыграла далеко не последнюю роль в разработке такого либерального законодательства. На площадке собрано более 1,6 тысяч организаций, многие из которых с этой темой связаны. Да и корни закона исходят из поручения Президента именно на Digital Bridge.
Причем физическая инфраструктура Astana Hub эксплуатируется постоянно, от этого выездного заседания Общественной палаты, до Школы аналитики при Сенате.
❗️ Единственная печаль — что свобода воли человека, запрет на искажение его поведения через всякие манипулятивно-«nudging» техники и ГосПлановские классификации упоминаются только в контексте искусственного интеллекта. А надо бы везде и всегда.
На графике — 2 столпа ВВП Казахстана: производство товаров и услуг для внешнего рынка (экспорт) и внутреннего. В трлн тенге в ценах 2024 года: то есть, чисто физические, реальные изменения.
Что мы видим на графике.
1️⃣ Экспорт был важнее внутреннего рынка до мирового кризиса 2008 года.
С тех пор, за 15 лет реальный экспорт страны практически не изменился — болтается на уровне 40 трлн тенге. Да, цены на сырье колебались, но физически мы больше НЕ отправляем.
То есть экспорт вообще не является драйвером роста последние 15 лет.
2️⃣ А теперь посмотрите, как растут производство и услуги для внутреннего рынка. Линейно, вверх. Причем за минусом импорта — это чисто отечественное.
В 3 из 4 случаях их темпы превышали экспорт. Например, в 2024 году экспорт вырос на 0,3%, а внутренний рынок — на 7,1%.
❗️ Это и есть драйвер роста экономики последние 15 лет. Драйвер не сырьевой, в котором доминируют услуги.
Но забавно то, что мы по-прежнему озабочены только товарным экспортом. Об этом стратегии государства, выступления политиков и чиновников, разговоры в заседаниях.
У нас получается. Просто совершенно другое, не то, что мы планировали. Уверены, что далеко не последнюю роль в этом играют цифровые платформы.
Что мы видим на графике.
1️⃣ Экспорт был важнее внутреннего рынка до мирового кризиса 2008 года.
С тех пор, за 15 лет реальный экспорт страны практически не изменился — болтается на уровне 40 трлн тенге. Да, цены на сырье колебались, но физически мы больше НЕ отправляем.
То есть экспорт вообще не является драйвером роста последние 15 лет.
2️⃣ А теперь посмотрите, как растут производство и услуги для внутреннего рынка. Линейно, вверх. Причем за минусом импорта — это чисто отечественное.
В 3 из 4 случаях их темпы превышали экспорт. Например, в 2024 году экспорт вырос на 0,3%, а внутренний рынок — на 7,1%.
❗️ Это и есть драйвер роста экономики последние 15 лет. Драйвер не сырьевой, в котором доминируют услуги.
Но забавно то, что мы по-прежнему озабочены только товарным экспортом. Об этом стратегии государства, выступления политиков и чиновников, разговоры в заседаниях.
У нас получается. Просто совершенно другое, не то, что мы планировали. Уверены, что далеко не последнюю роль в этом играют цифровые платформы.
Taldau Talks: экспорт
🔗 Вышел очередной подкаст Сената, и мы поддерживаем тезис Сабины Садиевой про интересный баланс спикеров. Это высветим в конце, а пока, традиционно, хотели бы поделиться некоторыми наблюдениями.
1️⃣ Протекционизм не означает отход от либеральной экономической модели.
💬 Наш общий «враг» — это принцип «laissez-faire» или невмешательства. А вот Адам Смит с пониманием относился к роли государства в тарифных войнах:
«…когда иностранное государство ограничивает высокими пошлинами или запрещает ввоз наших изделий… чувство мести, естественно, диктует возмездие — обложение такими же пошлинами… Такого рода репрессивные меры могут быть признаны правильной политикой, когда имеется вероятность, что они приведут к отмене высоких пошлин или запрещений. Приобретение вновь обширного иностранного рынка обычно возместит с избытком временную невыгоду».
❗️ Торговля должна быть справедливой, поэтому зеркальные меры нормальны. Но точно полной глупостью будет первыми повышать пошлины и устанавливать запреты (кроме нац. безопасности).
2️⃣ Министр торговли в целом прав — если сравнивать экспорт и импортозамещение, то к экономическому росту вероятнее приведет первое. Восточная Азия и Восточная Европа резко выросли именно на экспорте. А Латинская Америка и Южная Азия не могут вырасти на импортозамещении.
❗️ Проблема в том, что у нас особая география: большая удаленность от рынков сбыта, ощутимые транспортные издержки и нерыночные соседи. Опять же, возвращаясь к А. Смиту, это сигнал: нам надо обратить внимание на выстраивание эффективной рыночной внутренней торговли, а не ставить всё на внешнюю.
3️⃣ Экспорт — это лишь первый шаг более широкой стратегии интернационализации. Спикеры правильно подметили — это начальная стадия, чтобы просто «пощупать» новый рынок.
Дальше незачем постоянно субсидировать логистику — нужно открывать казахстанские предприятия в другой стране. Это наши ПИИ.
❗️ А как же ВВП и рабочие места? Удивительно, но развитость страны определяется не через ВВП, а ВНД. Первое — это когда иностранец зарабатывает в Казахстане. Второе — когда казахстанец зарабатывает неважно где.
Именно это мы и должны поощрять, а не зацикливаться на статистической отправке товаров из нашей территории. Естественно, к базовому агропромышленному комплексу это не относится (важна земля).
(Продолжение следует)
🔗 Вышел очередной подкаст Сената, и мы поддерживаем тезис Сабины Садиевой про интересный баланс спикеров. Это высветим в конце, а пока, традиционно, хотели бы поделиться некоторыми наблюдениями.
1️⃣ Протекционизм не означает отход от либеральной экономической модели.
💬 Наш общий «враг» — это принцип «laissez-faire» или невмешательства. А вот Адам Смит с пониманием относился к роли государства в тарифных войнах:
«…когда иностранное государство ограничивает высокими пошлинами или запрещает ввоз наших изделий… чувство мести, естественно, диктует возмездие — обложение такими же пошлинами… Такого рода репрессивные меры могут быть признаны правильной политикой, когда имеется вероятность, что они приведут к отмене высоких пошлин или запрещений. Приобретение вновь обширного иностранного рынка обычно возместит с избытком временную невыгоду».
❗️ Торговля должна быть справедливой, поэтому зеркальные меры нормальны. Но точно полной глупостью будет первыми повышать пошлины и устанавливать запреты (кроме нац. безопасности).
2️⃣ Министр торговли в целом прав — если сравнивать экспорт и импортозамещение, то к экономическому росту вероятнее приведет первое. Восточная Азия и Восточная Европа резко выросли именно на экспорте. А Латинская Америка и Южная Азия не могут вырасти на импортозамещении.
❗️ Проблема в том, что у нас особая география: большая удаленность от рынков сбыта, ощутимые транспортные издержки и нерыночные соседи. Опять же, возвращаясь к А. Смиту, это сигнал: нам надо обратить внимание на выстраивание эффективной рыночной внутренней торговли, а не ставить всё на внешнюю.
3️⃣ Экспорт — это лишь первый шаг более широкой стратегии интернационализации. Спикеры правильно подметили — это начальная стадия, чтобы просто «пощупать» новый рынок.
Дальше незачем постоянно субсидировать логистику — нужно открывать казахстанские предприятия в другой стране. Это наши ПИИ.
❗️ А как же ВВП и рабочие места? Удивительно, но развитость страны определяется не через ВВП, а ВНД. Первое — это когда иностранец зарабатывает в Казахстане. Второе — когда казахстанец зарабатывает неважно где.
Именно это мы и должны поощрять, а не зацикливаться на статистической отправке товаров из нашей территории. Естественно, к базовому агропромышленному комплексу это не относится (важна земля).
(Продолжение следует)
(Продолжение)
4️⃣ Практически все озвученные проблемы носят институциональный характер.
▪️ Пример 1 — проблема масштабирования. Если заходить всерьез на рынок, то требуются сразу значительный объем, бесперебойная поставка и стандартизация продукта. С ростом бизнеса управление им усложняется экспоненциально. Капитальные расходы на расширение — это одно, другое — профессионализация управления, административный аппарат, управление контрактами, организационная структура. Собственно, наука о менеджменте именно об этом.
Одним словом, серьезный экспортер — это крупное профессиональное предприятие, а не МСБ-«ремесленники».
▪️ Пример 2 — проблема основателя. Хорошо было подмечено, что владельцы бизнеса — одновременно и управленцы, и маркетологи. А масштабирование требует разделения этих функций, так как невозможно во всём быть спецом. Рост нашего бизнеса зачастую ограничен «стеклянным потолком» в виде потенциала его основателя и неготовностью делиться функциями.
▪️ Пример 3 — трансакционные издержки при выходе на экспорт. Например, 1,5–2,5 года занимает получение ветеринарной сертификации. Или закрытие рынка для Казахстана из-за неуверенности в масштабе вспышек заболеваемости в АПК. Или про важность торговых сетей, которые де-факто берут всю функцию продаж на себя.
То есть проблемы не в «коробках» в виде заводов и фабрик, не в размере субсидирования, а именно в таких издержках при контрактации.
5️⃣ «Тирания экспертов».
Было интересно наблюдать, как спикеры отвечали на вопрос о перспективных товарных нишах.
Предприниматель, который занимается этим постоянно, не рискнул отвечать. Сказал, что сложно говорить, ведь каждый продукт нужно изучать детально.
Министр тоже уклонился от ответа, сосредоточившись на необходимости обеспечения условий со стороны государства. И это доказательство уровня зрелости в вопросе.
❗️ Консультант детально ответил на вопрос. И по нишам, и по импортозамещению, и про участие в глобальных цепочках, и про неправильность конкуренции в виде двух цементных заводов, и про необходимость аналитики и расчетов мультипликативных эффектов. Да и в начале подметил, что роль государства должна усиливаться: меньше либерализма, больше кейнсианства.
Маленький пример большой проблемы.
4️⃣ Практически все озвученные проблемы носят институциональный характер.
▪️ Пример 1 — проблема масштабирования. Если заходить всерьез на рынок, то требуются сразу значительный объем, бесперебойная поставка и стандартизация продукта. С ростом бизнеса управление им усложняется экспоненциально. Капитальные расходы на расширение — это одно, другое — профессионализация управления, административный аппарат, управление контрактами, организационная структура. Собственно, наука о менеджменте именно об этом.
Одним словом, серьезный экспортер — это крупное профессиональное предприятие, а не МСБ-«ремесленники».
▪️ Пример 2 — проблема основателя. Хорошо было подмечено, что владельцы бизнеса — одновременно и управленцы, и маркетологи. А масштабирование требует разделения этих функций, так как невозможно во всём быть спецом. Рост нашего бизнеса зачастую ограничен «стеклянным потолком» в виде потенциала его основателя и неготовностью делиться функциями.
▪️ Пример 3 — трансакционные издержки при выходе на экспорт. Например, 1,5–2,5 года занимает получение ветеринарной сертификации. Или закрытие рынка для Казахстана из-за неуверенности в масштабе вспышек заболеваемости в АПК. Или про важность торговых сетей, которые де-факто берут всю функцию продаж на себя.
То есть проблемы не в «коробках» в виде заводов и фабрик, не в размере субсидирования, а именно в таких издержках при контрактации.
5️⃣ «Тирания экспертов».
Было интересно наблюдать, как спикеры отвечали на вопрос о перспективных товарных нишах.
Предприниматель, который занимается этим постоянно, не рискнул отвечать. Сказал, что сложно говорить, ведь каждый продукт нужно изучать детально.
Министр тоже уклонился от ответа, сосредоточившись на необходимости обеспечения условий со стороны государства. И это доказательство уровня зрелости в вопросе.
❗️ Консультант детально ответил на вопрос. И по нишам, и по импортозамещению, и про участие в глобальных цепочках, и про неправильность конкуренции в виде двух цементных заводов, и про необходимость аналитики и расчетов мультипликативных эффектов. Да и в начале подметил, что роль государства должна усиливаться: меньше либерализма, больше кейнсианства.
Маленький пример большой проблемы.
ИНДУСТРИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА: ОБРАЩАТЬСЯ ОСТОРОЖНО
Алибек Конкаков
🔗 Необходимость индустриальной политики часто обосновывается опытом развитых стран. Однако недавний отчёт МВФ — «Industrial policies: Handle with Care» — содержит более сдержанный взгляд.
В отдельных случаях индустриальная политика может быть оправдана. Это, к примеру, высокие барьеры входа, сложности в координации, нехватка специализированной инфраструктуры или геоэкономические соображения. Однако допустимость и эффективность вмешательства зависят от множества условий и сопряжены со серьёзными рисками.
Ключевые вызовы:
▪️ слабые институты увеличивают риск ошибок, неэффективной реализации и даже «захвата государства»
▪️ фискальные издержки (бюджетные, налоговые) могут выйти из-под контроля при отсутствии «стратегии выхода»
▪️ поддержка отдельных отраслей способна подорвать производительность более эффективных секторов
▪️ отдельные меры поддержки могут восприниматься как недобросовестная конкуренция и вызвать ответные торговые ограничения.
Для повышения шансов на успех необходимо соблюдать условия:
☑️ фокус на секторах с высокими искажениями (например, фармацевтика), в которых особенно высоки барьеры входа и зависимость от финансирования
☑️ опора на сильные институциональные основы — от профессиональной бюрократии до доступа к капиталу
☑️ поддержка секторов с широкой производственной связностью (upstream)
☑️ сочетание с мерами по либерализации — открытием торговли и глобальной интеграцией.
Принципы:
✔️ диагностика рыночных сбоев вместо амбициозных приоритетов
✔️ институциональная компетентность и автономность
✔️ постепенность — от обеспечения базовой инфраструктурой к точечным мерам
✔️ приоритет экспортных стимулов и снижение трансакционных издержек над субсидиями
✔️ временный характер поддержки
✔️ прозрачность и учёт международных обязательств.
🇰🇿 Что это значит для Казахстана?
Закон «О промышленной политике» и Предпринимательский кодекс закрепляют обширные меры поддержки: субсидии, гарантии, льготы, финансирование. Однако подход не полностью соответствует ряду принципов, выделенных МВФ:
▪️ приоритеты задаются административно (не через диагностику искажений)
▪️ меры поддержки часто не ограничены по срокам
▪️ риски «захвата» интересами отдельных групп институционально не нейтрализованы
▪️ меры применяются широким фронтом, а не точечно
▪️ механизмы оценки и «стратегии выхода» пока не встроены.
Ключевой вывод
❗️ Отчёт МВФ — признак «отрезвления» в международной экспертной среде. Индустриальная политика больше не рассматривается как универсальный рецепт трансформации. Она допустима лишь при чёткой диагностике, ограниченном вмешательстве и институциональной готовности. Если на неё существует устойчивый политический спрос, для снижения риска системных ошибок важно хотя бы выстроить её на правильных принципах.
Алибек Конкаков
🔗 Необходимость индустриальной политики часто обосновывается опытом развитых стран. Однако недавний отчёт МВФ — «Industrial policies: Handle with Care» — содержит более сдержанный взгляд.
В отдельных случаях индустриальная политика может быть оправдана. Это, к примеру, высокие барьеры входа, сложности в координации, нехватка специализированной инфраструктуры или геоэкономические соображения. Однако допустимость и эффективность вмешательства зависят от множества условий и сопряжены со серьёзными рисками.
Ключевые вызовы:
▪️ слабые институты увеличивают риск ошибок, неэффективной реализации и даже «захвата государства»
▪️ фискальные издержки (бюджетные, налоговые) могут выйти из-под контроля при отсутствии «стратегии выхода»
▪️ поддержка отдельных отраслей способна подорвать производительность более эффективных секторов
▪️ отдельные меры поддержки могут восприниматься как недобросовестная конкуренция и вызвать ответные торговые ограничения.
Для повышения шансов на успех необходимо соблюдать условия:
☑️ фокус на секторах с высокими искажениями (например, фармацевтика), в которых особенно высоки барьеры входа и зависимость от финансирования
☑️ опора на сильные институциональные основы — от профессиональной бюрократии до доступа к капиталу
☑️ поддержка секторов с широкой производственной связностью (upstream)
☑️ сочетание с мерами по либерализации — открытием торговли и глобальной интеграцией.
Принципы:
✔️ диагностика рыночных сбоев вместо амбициозных приоритетов
✔️ институциональная компетентность и автономность
✔️ постепенность — от обеспечения базовой инфраструктурой к точечным мерам
✔️ приоритет экспортных стимулов и снижение трансакционных издержек над субсидиями
✔️ временный характер поддержки
✔️ прозрачность и учёт международных обязательств.
🇰🇿 Что это значит для Казахстана?
Закон «О промышленной политике» и Предпринимательский кодекс закрепляют обширные меры поддержки: субсидии, гарантии, льготы, финансирование. Однако подход не полностью соответствует ряду принципов, выделенных МВФ:
▪️ приоритеты задаются административно (не через диагностику искажений)
▪️ меры поддержки часто не ограничены по срокам
▪️ риски «захвата» интересами отдельных групп институционально не нейтрализованы
▪️ меры применяются широким фронтом, а не точечно
▪️ механизмы оценки и «стратегии выхода» пока не встроены.
Ключевой вывод
❗️ Отчёт МВФ — признак «отрезвления» в международной экспертной среде. Индустриальная политика больше не рассматривается как универсальный рецепт трансформации. Она допустима лишь при чёткой диагностике, ограниченном вмешательстве и институциональной готовности. Если на неё существует устойчивый политический спрос, для снижения риска системных ошибок важно хотя бы выстроить её на правильных принципах.
ВВП: ЧЕГО НЕ ХВАТАЕТ ДЛЯ РАЗВИТОСТИ
❗️ Цель государства сделать Казахстан развитой страной актуальна. Не будем себя обманывать — без расширения экономического «пирога» (ВВП) будет трудно. От этого зависит всё — от доходов людей до налогов для финансирования коллективных благ и «социалки».
Но в каком направлении именно должна расширяться экономика? Какие отрасли, внутри страны или на экспорт, прямо или промежуточно? Не ошибаемся ли мы с прямолинейными отраслевыми акцентами (индустриализация, сельхоз, логистика и т.д.)?
✅ Мы разложили мировой ВВП на 1,5 млрд транзакций, с учетом всех межстрановых и межотраслевых мультипликативных эффектов. Теперь мы знаем как формируется ВВП отдельных стран на миллионах связок. Будем периодически публиковать результаты.
Начнем с прямого сопоставления Казахстана и развитых стран по отраслям. Причем возьмём реалистично, не все, а нижний порог — это примерно страны Восточной Европы. Тяжело тягаться с Люксембургом при 10-кратном разрыве в доходах.
❗️ Итак, подушевой ВВП Казахстана составлял $12,8 тыс. против $22,7 тыс. в развитых, если брать по минималке все отрасли. Разница — почти $10 тыс. ВВП на человека. Ну или еще $200 млрд.
Означает ли это, что все отрасли должны вырасти пропорционально? Или что должны вырасти ВДС именно реального сектора? Нет и нет.
На графике видны подушевые разрывы в $ в разрезе отраслей. Что мы видим?
1️⃣ Некоторых отраслей уже достаточно в деньгах, в пересчете на душу населения. Помимо добычи (которой у многих развитых нет), это сельское хозяйство, оптовая торговля, металлургия и нефтепереработка.
2️⃣ Переработки, действительно, не хватает. Ее добавленной стоимости желательно в 2–3 раза больше, это особенно касается машиностроения. Но в деньгах на душу она меркнет по сравнению с другими отраслями внизу.
3️⃣ Самый большой разрыв — это постиндустриальные, посреднические, городские услуги:
▪️ профессиональные (головные компании, консультирование, юридические, аудиторские, наука, IT и т.д.)
▪️ операции с недвижимостью
▪️ финансы (те самые банки и прочие)
❗️ Подтягивание до уровня развитых = рост подушевого ВВП Казахстана на 30%.
4️⃣ Следующий большой разрыв — это госуправление и связанные с государством услуги. Это про «общественные блага», качество жизни, человеческий капитал, выравнивание условий и т. д.:
▪️ госуправление и прямое соцобеспечение (выплаты)
▪️ здравоохранение и соцобслуживание (услуги)
▪️ образование (и это разнице в численности детей).
❗️ Это еще около +30% к подушевому ВВП.
Почему именно эти отрасли и как они помогают расти тому же реальному сектору? Почему рост государственного блока не противоречит развитию рынка? Причем тут институциональная экономика? Это большие вопросы, которые мы оставим на будущее.
❗️ Цель государства сделать Казахстан развитой страной актуальна. Не будем себя обманывать — без расширения экономического «пирога» (ВВП) будет трудно. От этого зависит всё — от доходов людей до налогов для финансирования коллективных благ и «социалки».
Но в каком направлении именно должна расширяться экономика? Какие отрасли, внутри страны или на экспорт, прямо или промежуточно? Не ошибаемся ли мы с прямолинейными отраслевыми акцентами (индустриализация, сельхоз, логистика и т.д.)?
✅ Мы разложили мировой ВВП на 1,5 млрд транзакций, с учетом всех межстрановых и межотраслевых мультипликативных эффектов. Теперь мы знаем как формируется ВВП отдельных стран на миллионах связок. Будем периодически публиковать результаты.
Начнем с прямого сопоставления Казахстана и развитых стран по отраслям. Причем возьмём реалистично, не все, а нижний порог — это примерно страны Восточной Европы. Тяжело тягаться с Люксембургом при 10-кратном разрыве в доходах.
❗️ Итак, подушевой ВВП Казахстана составлял $12,8 тыс. против $22,7 тыс. в развитых, если брать по минималке все отрасли. Разница — почти $10 тыс. ВВП на человека. Ну или еще $200 млрд.
Означает ли это, что все отрасли должны вырасти пропорционально? Или что должны вырасти ВДС именно реального сектора? Нет и нет.
На графике видны подушевые разрывы в $ в разрезе отраслей. Что мы видим?
1️⃣ Некоторых отраслей уже достаточно в деньгах, в пересчете на душу населения. Помимо добычи (которой у многих развитых нет), это сельское хозяйство, оптовая торговля, металлургия и нефтепереработка.
2️⃣ Переработки, действительно, не хватает. Ее добавленной стоимости желательно в 2–3 раза больше, это особенно касается машиностроения. Но в деньгах на душу она меркнет по сравнению с другими отраслями внизу.
3️⃣ Самый большой разрыв — это постиндустриальные, посреднические, городские услуги:
▪️ профессиональные (головные компании, консультирование, юридические, аудиторские, наука, IT и т.д.)
▪️ операции с недвижимостью
▪️ финансы (те самые банки и прочие)
❗️ Подтягивание до уровня развитых = рост подушевого ВВП Казахстана на 30%.
4️⃣ Следующий большой разрыв — это госуправление и связанные с государством услуги. Это про «общественные блага», качество жизни, человеческий капитал, выравнивание условий и т. д.:
▪️ госуправление и прямое соцобеспечение (выплаты)
▪️ здравоохранение и соцобслуживание (услуги)
▪️ образование (и это разнице в численности детей).
❗️ Это еще около +30% к подушевому ВВП.
Почему именно эти отрасли и как они помогают расти тому же реальному сектору? Почему рост государственного блока не противоречит развитию рынка? Причем тут институциональная экономика? Это большие вопросы, которые мы оставим на будущее.
НАСТОЯЩИЙ ПРИОРИТЕТ
❓ Почему много веков назад Великобритания облагала пошлинами внешнюю торговлю? Раньше было заблуждение, что из-за протекционизма, как части индустриальной политики. Институциональные экономисты пишут, что всё было проще — государству (Короне) были нужны деньги, а проверять доходы бизнесов было сложно и дорого. А вот импорт и экспорт шел через несколько портов — поставь проверяющих, фиксируй грузооборот, пополняй бюджет.
❗️ «Тень» — самая недооцененная проблема для качественного развития экономики. Если бизнес не прозрачен, то банкам сложно его кредитовать (риски), а инвесторам — даже оценивать. Другим бизнесам сложно с ним сотрудничать из-за непонимания надежности. Потребителям бесполезно на него жаловаться, ибо репутация никак не отражается на его стоимости. А государство не может собрать налоги и нормально выполнять свои функции.
☑️ А теперь посмотрим на нашу ситуацию. В Казахстане есть ≈8 600 активных частных крупных и средних предприятий (>50 чел., без филиалов). Из них 92% имеют формы ТОО, включая крупнейших (не будем перечислять компании).
То есть в форме акционерного общества на всю страну и по всем отраслям всего 346 компаний.
▪️ А сколько из них проверяются известными аудиторскими фирмами?
▪️ А сколько из них представлены на фондовой бирже, где их деятельность оценивается профессиональными финансистами?
▪️ А сколько из них представлены на глобальных биржах, «под лупой» международного сообщества?
Рационально, государство как минимум не должно наказывать за прозрачность такие компании. Мол, вас просто видно, поэтому будем чаще придираться. И именно с ваших доходов брать больше, потому что они подтверждены.
❗️ А по-хорошему, вся система стимулов, от фискальных до отраслевых, должна быть выстроена наоборот — чем больше ты проверяешься рынком, тем лучше для тебя условия и тем меньше регулирования и проверок.
❓ Почему много веков назад Великобритания облагала пошлинами внешнюю торговлю? Раньше было заблуждение, что из-за протекционизма, как части индустриальной политики. Институциональные экономисты пишут, что всё было проще — государству (Короне) были нужны деньги, а проверять доходы бизнесов было сложно и дорого. А вот импорт и экспорт шел через несколько портов — поставь проверяющих, фиксируй грузооборот, пополняй бюджет.
❗️ «Тень» — самая недооцененная проблема для качественного развития экономики. Если бизнес не прозрачен, то банкам сложно его кредитовать (риски), а инвесторам — даже оценивать. Другим бизнесам сложно с ним сотрудничать из-за непонимания надежности. Потребителям бесполезно на него жаловаться, ибо репутация никак не отражается на его стоимости. А государство не может собрать налоги и нормально выполнять свои функции.
☑️ А теперь посмотрим на нашу ситуацию. В Казахстане есть ≈8 600 активных частных крупных и средних предприятий (>50 чел., без филиалов). Из них 92% имеют формы ТОО, включая крупнейших (не будем перечислять компании).
То есть в форме акционерного общества на всю страну и по всем отраслям всего 346 компаний.
▪️ А сколько из них проверяются известными аудиторскими фирмами?
▪️ А сколько из них представлены на фондовой бирже, где их деятельность оценивается профессиональными финансистами?
▪️ А сколько из них представлены на глобальных биржах, «под лупой» международного сообщества?
Рационально, государство как минимум не должно наказывать за прозрачность такие компании. Мол, вас просто видно, поэтому будем чаще придираться. И именно с ваших доходов брать больше, потому что они подтверждены.
❗️ А по-хорошему, вся система стимулов, от фискальных до отраслевых, должна быть выстроена наоборот — чем больше ты проверяешься рынком, тем лучше для тебя условия и тем меньше регулирования и проверок.
❓ Как устроена экономика мегаполисов Казахстана, детально? Мы в Desht Lab попытались получить карту «экономической плотности», раскидав предприятия по адресам и с учетом их размера.
☑️ Например, крупнейший город — Алматы. На карте видно, насколько он «моноцентричен». Зашкаливающая плотность в центре города, с постепенным снижением градуса ближе к периферии.
В отличии от бизнесов, динамика населения другая. Сейчас в центральных районах проживают 1,2 млн человек, а в периферийных, включая областные — 2 млн. За 15 лет население центральных районов выросло на 300 тыс., а периферийных — в 3 раза больше — на 900 тыс.
Мы не специалисты, но, возможно, разница в экономической и демографической плотностях влияет на транспортные и другие инфраструктурные проблемы города. Причем город уже уплотняется в западном, восточном и северо-восточном направлениях (Өтеген батыр). Другая проблема — рост города в высоту сопряжен рисками из-за сейсмической ситуации.
❗️ Выглядит так, что Алматы нужна «экономическая разгрузка» с появлением альтернативных центров, а не «полу-периферий». В этом свете интересны пустующие территории вдоль северной трассы, где год назад создали новый город Алатау. Для Алматы это, пожалуй, самый важный локальный пространственный фактор, от которого будет зависеть дальнейшее развитие.
🔗 Ближайший момент, когда можно разобраться по перспективам Алатау (и, соответственно, Алматы) — отдельная сессия на AIF 29 мая.
☑️ Например, крупнейший город — Алматы. На карте видно, насколько он «моноцентричен». Зашкаливающая плотность в центре города, с постепенным снижением градуса ближе к периферии.
В отличии от бизнесов, динамика населения другая. Сейчас в центральных районах проживают 1,2 млн человек, а в периферийных, включая областные — 2 млн. За 15 лет население центральных районов выросло на 300 тыс., а периферийных — в 3 раза больше — на 900 тыс.
Мы не специалисты, но, возможно, разница в экономической и демографической плотностях влияет на транспортные и другие инфраструктурные проблемы города. Причем город уже уплотняется в западном, восточном и северо-восточном направлениях (Өтеген батыр). Другая проблема — рост города в высоту сопряжен рисками из-за сейсмической ситуации.
❗️ Выглядит так, что Алматы нужна «экономическая разгрузка» с появлением альтернативных центров, а не «полу-периферий». В этом свете интересны пустующие территории вдоль северной трассы, где год назад создали новый город Алатау. Для Алматы это, пожалуй, самый важный локальный пространственный фактор, от которого будет зависеть дальнейшее развитие.
🔗 Ближайший момент, когда можно разобраться по перспективам Алатау (и, соответственно, Алматы) — отдельная сессия на AIF 29 мая.
🔗 Любопытные тезисы прозвучали в ходе интервью президента К. Токаева для Al Jazeera.
Не беремся комментировать части по международным отношениям, внешней политике и даже планам по экономике. Но сказанное по политическим аспектам очень сильно коррелирует с выводами ранних институциональных экономистов.
Что конкретно «зацепило» из озвученного:
▪️ Приоритет — внутренняя стабильность. Без этого невозможно развитие. Это в т. ч. относится к вопросу «разборок» с бизнес-элитами — есть риск беспорядка и дестабилизации.
▪️ Основа — закон и порядок, а не принятие внешних рекомендаций без оглядки.
▪️ Недооцененная политическая реформа — однократный президентский срок. Нынешний заканчивается в 2029 году.
А теперь позиция институциональных экономистов (Дуглас Норт, Мансур Олсон и др.), изучавших долгосрочные траектории развития стран:
✔️ Первая задача государства — это снижение насилия, как внутри общества, так и между элитами. «Неэффективные» институты в развивающихся странах («естественные государства») направлены именно на это. Их «ломка через колено» приведет, скорее всего, не к процветанию, а скатыванию общества в первобытное состояние с повсеместным насилием.
✔️ Стабильность, даже такая, важна для экономического развития. Основа — хоть какая-то защита частной собственности, начиная с физической. Предсказуемость правил и среды для долгосрочных инвестиций. Возможность, хоть дорого и кулуарно, но гарантировать исполнение договоренностей.
✔️ Отличие развитых стран — растут небольшими темпами, но постоянно. Развивающиеся быстро растут короткий промежуток времени, а потом скатываются и долго восстанавливаются. Причины — войны, революции, рукотворные кризисы из-за глупых ошибок бесконтрольной власти.
✔️ Как стать развитой страной? Ключевое — ускорить экономический оборот, но это требует обезличенности сделок. От deals-based к rule-based. Но нужен переход от института репутации и непотизма к верховенству закона. Когда вы ведете дела, зная, что на заднем фоне работают законы и суды. Когда «правило есть правило», которое не зависит ни от интереса приближенных элит, ни и от жалости толпы.
✔️ В то же время долгая стабильность приводит к гниению и узурпации государства узкими интересами элит. Поэтому периодически нужна та самая «встряска», но без крови и долгих беспорядков. Когда не успеваешь «окопаться» во власти и приходится постоянно договариваться, создавать коалиции и учитывать интересы народа. Идеально подходят выборы и сменяемость верховной власти.
✔️ Развитые страны еще не разобрались нормально в причинах своего исторического роста. И тем более не могут однозначно советовать развивающемуся миру, в т. ч. постсоветскому. Условно, чтобы бороться с цингой когда-то ели лимоны, но сейчас понятно, что вопрос в витамине C, который есть и в других продуктах. Единственное, это касается не только политических, но и экономических вопросов — например, слепое копирование фискальной политики и регулирования развитых стран.
Путь может быть разным. Идеальных решений нет. Но ключевые принципы:
☑️ опора на правильные созидательные стимулы самих граждан
☑️ облегчение их взаимодействия через рыночные институты и государственные промежуточные институты при необходимости
☑️ сильные базовые функции государства по созданию «общественных благ», начиная с контроля насилия
☑️ состязательная «политическая арена» в правовом поле, чтобы не допускать произвола ни одной ветви власти.
Не беремся комментировать части по международным отношениям, внешней политике и даже планам по экономике. Но сказанное по политическим аспектам очень сильно коррелирует с выводами ранних институциональных экономистов.
Что конкретно «зацепило» из озвученного:
▪️ Приоритет — внутренняя стабильность. Без этого невозможно развитие. Это в т. ч. относится к вопросу «разборок» с бизнес-элитами — есть риск беспорядка и дестабилизации.
▪️ Основа — закон и порядок, а не принятие внешних рекомендаций без оглядки.
▪️ Недооцененная политическая реформа — однократный президентский срок. Нынешний заканчивается в 2029 году.
А теперь позиция институциональных экономистов (Дуглас Норт, Мансур Олсон и др.), изучавших долгосрочные траектории развития стран:
✔️ Первая задача государства — это снижение насилия, как внутри общества, так и между элитами. «Неэффективные» институты в развивающихся странах («естественные государства») направлены именно на это. Их «ломка через колено» приведет, скорее всего, не к процветанию, а скатыванию общества в первобытное состояние с повсеместным насилием.
✔️ Стабильность, даже такая, важна для экономического развития. Основа — хоть какая-то защита частной собственности, начиная с физической. Предсказуемость правил и среды для долгосрочных инвестиций. Возможность, хоть дорого и кулуарно, но гарантировать исполнение договоренностей.
✔️ Отличие развитых стран — растут небольшими темпами, но постоянно. Развивающиеся быстро растут короткий промежуток времени, а потом скатываются и долго восстанавливаются. Причины — войны, революции, рукотворные кризисы из-за глупых ошибок бесконтрольной власти.
✔️ Как стать развитой страной? Ключевое — ускорить экономический оборот, но это требует обезличенности сделок. От deals-based к rule-based. Но нужен переход от института репутации и непотизма к верховенству закона. Когда вы ведете дела, зная, что на заднем фоне работают законы и суды. Когда «правило есть правило», которое не зависит ни от интереса приближенных элит, ни и от жалости толпы.
✔️ В то же время долгая стабильность приводит к гниению и узурпации государства узкими интересами элит. Поэтому периодически нужна та самая «встряска», но без крови и долгих беспорядков. Когда не успеваешь «окопаться» во власти и приходится постоянно договариваться, создавать коалиции и учитывать интересы народа. Идеально подходят выборы и сменяемость верховной власти.
✔️ Развитые страны еще не разобрались нормально в причинах своего исторического роста. И тем более не могут однозначно советовать развивающемуся миру, в т. ч. постсоветскому. Условно, чтобы бороться с цингой когда-то ели лимоны, но сейчас понятно, что вопрос в витамине C, который есть и в других продуктах. Единственное, это касается не только политических, но и экономических вопросов — например, слепое копирование фискальной политики и регулирования развитых стран.
Путь может быть разным. Идеальных решений нет. Но ключевые принципы:
☑️ опора на правильные созидательные стимулы самих граждан
☑️ облегчение их взаимодействия через рыночные институты и государственные промежуточные институты при необходимости
☑️ сильные базовые функции государства по созданию «общественных благ», начиная с контроля насилия
☑️ состязательная «политическая арена» в правовом поле, чтобы не допускать произвола ни одной ветви власти.
ОТХОД ОТ ТОЧЕЧНОГО ФИНАНСИРОВАНИЯ СЁЛ И ОКРАИН: ПОЧЕМУ ЭТО ВАЖНО
Алибек Конкаков
☑️ Министр национальной экономики объявил о пересмотре подходов к формированию трансфертов общего характера. Акцент смещается с точечного финансирования правительством отдельных проектов в населённых пунктах (программы «Ауыл — ел бесігі» и «Развитие окраин городов») на выравнивание бюджетной обеспеченности регионов и обеспечение равного доступа к базовой инфраструктуре. Целью становится не только улучшение текущей финансовой архитектуры, но и снижение устойчивых диспропорций между территориями.
❗️ Этот шаг означает отказ от логики централизованного управления региональным развитием в пользу более нейтрального и системного распределения ресурсов. Как справедливо отметила Сабина Садиева, речь идёт не просто о перераспределении средств, а об изменении самих «правил игры» в межбюджетной политике. Ранее мы писали, что государство не должно централизованно определять «точки роста», а создавать институциональные условия, при которых сами регионы смогут их формировать — особенно на уровне районов.
Контекст делает эту реформу особенно своевременной. За последние 10 лет доля субвенций регионам в расходах республиканского бюджета выросла с 15% до 23%. Сегодня 17 регионов получают субвенции, причём в 8 из них они составляют более половины доходов местных бюджетов. Это говорит о том, что действующая модель, формально ориентированная на выравнивание условий, на практике воспроизводит институциональную зависимость и ведёт к распылению ресурсов.
📌 Надеемся, что анонсированный поворот к принципу сокращения межрегиональных разрывов приведет в итоге к переходу к территориальной нейтральности в региональной политике. Это позволит государству создавать условия, а не навязывать результаты.
Однако это только начало пути. Предложения должны еще закрепиться в виде НПА, преодолев устоявшиеся убеждения и скрытые интересы. И необходимо гарантировать, что даже в ближайшем будущем не случится откат реформы.
Алибек Конкаков
☑️ Министр национальной экономики объявил о пересмотре подходов к формированию трансфертов общего характера. Акцент смещается с точечного финансирования правительством отдельных проектов в населённых пунктах (программы «Ауыл — ел бесігі» и «Развитие окраин городов») на выравнивание бюджетной обеспеченности регионов и обеспечение равного доступа к базовой инфраструктуре. Целью становится не только улучшение текущей финансовой архитектуры, но и снижение устойчивых диспропорций между территориями.
❗️ Этот шаг означает отказ от логики централизованного управления региональным развитием в пользу более нейтрального и системного распределения ресурсов. Как справедливо отметила Сабина Садиева, речь идёт не просто о перераспределении средств, а об изменении самих «правил игры» в межбюджетной политике. Ранее мы писали, что государство не должно централизованно определять «точки роста», а создавать институциональные условия, при которых сами регионы смогут их формировать — особенно на уровне районов.
Контекст делает эту реформу особенно своевременной. За последние 10 лет доля субвенций регионам в расходах республиканского бюджета выросла с 15% до 23%. Сегодня 17 регионов получают субвенции, причём в 8 из них они составляют более половины доходов местных бюджетов. Это говорит о том, что действующая модель, формально ориентированная на выравнивание условий, на практике воспроизводит институциональную зависимость и ведёт к распылению ресурсов.
📌 Надеемся, что анонсированный поворот к принципу сокращения межрегиональных разрывов приведет в итоге к переходу к территориальной нейтральности в региональной политике. Это позволит государству создавать условия, а не навязывать результаты.
Однако это только начало пути. Предложения должны еще закрепиться в виде НПА, преодолев устоявшиеся убеждения и скрытые интересы. И необходимо гарантировать, что даже в ближайшем будущем не случится откат реформы.
✅ Вчера слушали вебинар с Лешеком Бальцеровичем ("отец" польских экономических реформ) и Имонном Батлером (основатель Института Адама Смита). Обсуждали наследие Милтона Фридмана (Нобелевский лауреат по экономике).
Для тех, кто не знает — М. Фридман являлся самым известным идеологом свободного рынка. Его книги и выступления в 1960—1980-х всерьез повлияли на политики Р. Рейгана и М. Тэтчер. Они же легли в основу либеральных реформ в восточной Европе — России, Польше и даже Грузии в 2000-х.
❗️ И. Батлер утверждает, что верховенство права недооценено при рыночных реформах. Американцы "как рыба в воде", они его уже не замечают вокруг. Оно для них натурально, как "естественная среда". Они забывают, что развивающимся странам сначала нужно построить верховенство права.
💬 Поэтому спикеры очень рекомендовали обратить внимание на то, что М. Фридман советовал нашим странам 20 лет назад, на конференции в Москве в 2004 году.
"В каком направлении двигаться? Когда 15 лет назад меня впервые спросили, у меня был простой, бесхитростный ответ: приватизация. Опыт минувших лет, однако, показал, что это был весьма упрощенный ответ. Его следовало расширить по крайней мере еще двумя пунктами: обеспечение правовых рамок для частной собственности и обеспечение разумно-стабильной денежно-кредитной политики.
Но есть еще много других моментов, осложняющих картину. Так что переход — процесс отнюдь не быстрый, это весьма медленный процесс".
❗️ А еще М. Фридман передавал такой "привет" нашим "фискалам" по равнению на ОЭСР:
"Существует тенденция предлагать странам держать равнение на достигнутые другими успехи, взять за образец США, Великобританию и другие развитые страны. Но я уверен, что это серьезная ошибка. В настоящее время в США правительство тратит на себя около 40% национального дохода, а в Великобритании цифра еще выше.
Когда в 18-веке США возникли как государство, а также в продолжении последующих 150 лет, расходы их правительства никогда не превышали 10% национального дохода. Если бы в те далекие времена правительство тратило столько, то, уверяю вас, США никогда не смогли бы стать развитой страной.
Истинной моделью являются США... времен, когда правительство играло гораздо менее значительную роль, а частная инициатива — гораздо большую в жизни общества".
Для тех, кто не знает — М. Фридман являлся самым известным идеологом свободного рынка. Его книги и выступления в 1960—1980-х всерьез повлияли на политики Р. Рейгана и М. Тэтчер. Они же легли в основу либеральных реформ в восточной Европе — России, Польше и даже Грузии в 2000-х.
❗️ И. Батлер утверждает, что верховенство права недооценено при рыночных реформах. Американцы "как рыба в воде", они его уже не замечают вокруг. Оно для них натурально, как "естественная среда". Они забывают, что развивающимся странам сначала нужно построить верховенство права.
💬 Поэтому спикеры очень рекомендовали обратить внимание на то, что М. Фридман советовал нашим странам 20 лет назад, на конференции в Москве в 2004 году.
"В каком направлении двигаться? Когда 15 лет назад меня впервые спросили, у меня был простой, бесхитростный ответ: приватизация. Опыт минувших лет, однако, показал, что это был весьма упрощенный ответ. Его следовало расширить по крайней мере еще двумя пунктами: обеспечение правовых рамок для частной собственности и обеспечение разумно-стабильной денежно-кредитной политики.
Но есть еще много других моментов, осложняющих картину. Так что переход — процесс отнюдь не быстрый, это весьма медленный процесс".
❗️ А еще М. Фридман передавал такой "привет" нашим "фискалам" по равнению на ОЭСР:
"Существует тенденция предлагать странам держать равнение на достигнутые другими успехи, взять за образец США, Великобританию и другие развитые страны. Но я уверен, что это серьезная ошибка. В настоящее время в США правительство тратит на себя около 40% национального дохода, а в Великобритании цифра еще выше.
Когда в 18-веке США возникли как государство, а также в продолжении последующих 150 лет, расходы их правительства никогда не превышали 10% национального дохода. Если бы в те далекие времена правительство тратило столько, то, уверяю вас, США никогда не смогли бы стать развитой страной.
Истинной моделью являются США... времен, когда правительство играло гораздо менее значительную роль, а частная инициатива — гораздо большую в жизни общества".
КАК КАЗАХСТАНЦЫ «ГОЛОСУЮТ НОГАМИ»
Элина Амурлаева
«Все уезжают из страны», «все переезжают в Алматы/Астану». Как реально обстоят дела с миграцией? Мы посмотрели передвижения людей по 227 городам и районам страны во все внутренние регионы и зарубежные страны, за 2024 год. Оставили только значимые потоки и сделали их кластеризацию.
Что обнаружилось?
1️⃣ Основные миграционные потоки происходят внутри страны, а не во вне. Даже в приграничных северных районах (в областной центр).
2️⃣ Основная миграция происходит внутри областей, то есть, из сельских районов в областной центр. На них не влияют даже Астана и Алматы.
На карте все эти территории отмечены желтым цветом.
3️⃣ У 3-х крупных городов — Алматы, Астана и Шымкент — есть свои зоны притяжения мигрантов. На карте они отмечены синими цветами.
Что интересно, эти города даже не конкурируют за людей — у каждого свой радиус миграции, пересечений нет.
✔️ Астана. Зона влияния покрывает почти всю Акмолинскую область, а также Экибастуз из Павлодарской, Нуринский район Карагандинской и нижние районы Костанайской, включая Аркалык.
В перспективе напрашивается отдельная пристоличная область, по примеру разделения Алматинской.
✔️ Алматы и Алматинская область. Они объединены по причине сильной агломерации мегаполиса. В ее зону влияния входит вся область Жетісу, восточная Жамбылская и нижняя часть Абай.
✔️ Шымкент пока остается центром только для Туркестанской области.
4️⃣ Интересны «спорные» территории — которые активно мигрируют в соседние области. Они отмечены серым цветом.
Наиболее яркий случай — 5 нижних районов СКО, которые тяготеют больше к Кокшетау. Например, в случае с Айыртауским районом — его сальдо миграции с соседней Акмолинской в 6 раз превышает со своей СКО. Расстояние до Кокшетау — 90 км, до Петропавловска — 220 км.
Аналогичный пример — Жанааркинский район и г. Каражал области Ұлытау, которые сильнее связаны с Карагандинской.
Другие случаи:
▪️ Кокпектинский и Жарминский районы — между собственной областью Абай и ВКО.
▪️ Жаркаинский район — собственная Акмолинская и соседние Костанайская и Астана.
▪️ Жылыойский район — собственная Атырауская и соседняя Актюбинская.
Всё это ярко демонстрирует силу законов экономической географии.
Элина Амурлаева
«Все уезжают из страны», «все переезжают в Алматы/Астану». Как реально обстоят дела с миграцией? Мы посмотрели передвижения людей по 227 городам и районам страны во все внутренние регионы и зарубежные страны, за 2024 год. Оставили только значимые потоки и сделали их кластеризацию.
Что обнаружилось?
1️⃣ Основные миграционные потоки происходят внутри страны, а не во вне. Даже в приграничных северных районах (в областной центр).
2️⃣ Основная миграция происходит внутри областей, то есть, из сельских районов в областной центр. На них не влияют даже Астана и Алматы.
На карте все эти территории отмечены желтым цветом.
3️⃣ У 3-х крупных городов — Алматы, Астана и Шымкент — есть свои зоны притяжения мигрантов. На карте они отмечены синими цветами.
Что интересно, эти города даже не конкурируют за людей — у каждого свой радиус миграции, пересечений нет.
✔️ Астана. Зона влияния покрывает почти всю Акмолинскую область, а также Экибастуз из Павлодарской, Нуринский район Карагандинской и нижние районы Костанайской, включая Аркалык.
В перспективе напрашивается отдельная пристоличная область, по примеру разделения Алматинской.
✔️ Алматы и Алматинская область. Они объединены по причине сильной агломерации мегаполиса. В ее зону влияния входит вся область Жетісу, восточная Жамбылская и нижняя часть Абай.
✔️ Шымкент пока остается центром только для Туркестанской области.
4️⃣ Интересны «спорные» территории — которые активно мигрируют в соседние области. Они отмечены серым цветом.
Наиболее яркий случай — 5 нижних районов СКО, которые тяготеют больше к Кокшетау. Например, в случае с Айыртауским районом — его сальдо миграции с соседней Акмолинской в 6 раз превышает со своей СКО. Расстояние до Кокшетау — 90 км, до Петропавловска — 220 км.
Аналогичный пример — Жанааркинский район и г. Каражал области Ұлытау, которые сильнее связаны с Карагандинской.
Другие случаи:
▪️ Кокпектинский и Жарминский районы — между собственной областью Абай и ВКО.
▪️ Жаркаинский район — собственная Акмолинская и соседние Костанайская и Астана.
▪️ Жылыойский район — собственная Атырауская и соседняя Актюбинская.
Всё это ярко демонстрирует силу законов экономической географии.
ИМПОРТ
Если данное слово вызывает негативные эмоции, то этот пост для вас.
☑️ Представьте, что мы смогли полностью обнулить импорт, заместив его во всех сферах. И даже за рубеж не ездим, как туристы. То есть экспорт есть, а импорта нет. Что будет?
Экспорт не абстрактен — это реальные товары, за которыми стоят труд людей, большая инфраструктура и стратегические запасы страны. А взамен мы будем получать… просто бумажки в виде валюты (а сейчас просто цифры на табло). Что с ними делать?
🅰️ Можно просто запускать валюту на рынок, укрепляя курс. И получить ситуацию 2000-х, с долларовой инфляцией и последующими жесткими девальвациями. Напомним, что при тех доходах, средние цены на кв. м. жилья в Алматы превышали $2-3 тысячи.
🅱️ Можно просто пополнять НацФонд на будущее. Но давайте честно — насколько это безопасно в перспективе 20-30 лет? Вспомним, хотя бы, как арестовали больше трети НацФонда по искам Стати. Вспомним и другой аргумент, что всё это время НацФонд будет «финансировать чужие экономики». Мы окажемся в положении бабушки, которая копила всю жизнь и отдала свои сбережения мошенникам.
То есть нет даже логических аргументов, почему мы взамен нашего экспорта в $92 млрд не должны получать импорт.
❓ Что по цифрам?
🌐 Превышение импорта над экспортом никак не отражает развитость страны. Казахстан по чистому экспорту занимает 20-место в мире с 7% от ВВП. Среди лидеров — Габон, Конго, Ангола, Ливия, Азербайджан. В Ирландии чистый экспорт составляет 33% ВВП, а в Латвии (-4%). Импорт превышает экспорт в США, Франции, Японии, Бельгии и Великобритании.
Но в целом, у многих стран импорт равен экспорту, даже в «индустриализированной» Южной Корее.
Что говорят мейнстримные экономисты (а не маргиналы)?
❗️ Импорт — это и есть конечная цель внешней торговли. А экспорт — просто средство, чтобы получить валюту для импорта. Не наоборот.
В мире много разных товаров и услуг, связаны они все в основном с технологиями и качеством жизни. Производиться всё в вашей стране, к сожалению, не будет. Ваши тенге никому не нужны. Поэтому вы должны что-то продать, чтобы что-то купить — логика именно в такой последовательности.
Настоящие политики это хорошо понимают. Импорт — это то, что напрямую влияет на уровень удовлетворенности граждан. Доступ к нему был мерилом благосостояния как в советское время, так и сейчас.
🇨🇳 Возьмем исторические примеры. Все страны всегда хотели торговать с Китаем, но он неохотно шел на экспорт своих товаров. Всё потому, что той же Европе нечего было предложить взамен. Поэтому, когда «открыли» Америку, всё золото и серебро в итоге оказалось в Китае, вызвав там гиперинфляцию. По этой же логике случились «опиумные войны», когда британцы наконец нащупали, что пользуется спросом в Китае, в обмен на импорт его товаров.
Импорт и экспорт связаны. Если страна что-то импортирует, значит её экспорт это позволяет. Пока он такой, импорт не может стать меньше. Если он сократится, то курс ослабнет и импорт снизится пропорционально. Тем более в условиях «плавающего курса».
📌 Поэтому мы и пишем, что импортозамещение — это тактическая мера по отдельным товарам, связанным с нац. безопасностью. Вы не можете использовать аргумент с импортом по широким явлениям, к примеру, потребительскому спросу («он плохой, потому что там голимый импорт»).
Если данное слово вызывает негативные эмоции, то этот пост для вас.
☑️ Представьте, что мы смогли полностью обнулить импорт, заместив его во всех сферах. И даже за рубеж не ездим, как туристы. То есть экспорт есть, а импорта нет. Что будет?
Экспорт не абстрактен — это реальные товары, за которыми стоят труд людей, большая инфраструктура и стратегические запасы страны. А взамен мы будем получать… просто бумажки в виде валюты (а сейчас просто цифры на табло). Что с ними делать?
🅰️ Можно просто запускать валюту на рынок, укрепляя курс. И получить ситуацию 2000-х, с долларовой инфляцией и последующими жесткими девальвациями. Напомним, что при тех доходах, средние цены на кв. м. жилья в Алматы превышали $2-3 тысячи.
🅱️ Можно просто пополнять НацФонд на будущее. Но давайте честно — насколько это безопасно в перспективе 20-30 лет? Вспомним, хотя бы, как арестовали больше трети НацФонда по искам Стати. Вспомним и другой аргумент, что всё это время НацФонд будет «финансировать чужие экономики». Мы окажемся в положении бабушки, которая копила всю жизнь и отдала свои сбережения мошенникам.
То есть нет даже логических аргументов, почему мы взамен нашего экспорта в $92 млрд не должны получать импорт.
❓ Что по цифрам?
🌐 Превышение импорта над экспортом никак не отражает развитость страны. Казахстан по чистому экспорту занимает 20-место в мире с 7% от ВВП. Среди лидеров — Габон, Конго, Ангола, Ливия, Азербайджан. В Ирландии чистый экспорт составляет 33% ВВП, а в Латвии (-4%). Импорт превышает экспорт в США, Франции, Японии, Бельгии и Великобритании.
Но в целом, у многих стран импорт равен экспорту, даже в «индустриализированной» Южной Корее.
Что говорят мейнстримные экономисты (а не маргиналы)?
❗️ Импорт — это и есть конечная цель внешней торговли. А экспорт — просто средство, чтобы получить валюту для импорта. Не наоборот.
В мире много разных товаров и услуг, связаны они все в основном с технологиями и качеством жизни. Производиться всё в вашей стране, к сожалению, не будет. Ваши тенге никому не нужны. Поэтому вы должны что-то продать, чтобы что-то купить — логика именно в такой последовательности.
Настоящие политики это хорошо понимают. Импорт — это то, что напрямую влияет на уровень удовлетворенности граждан. Доступ к нему был мерилом благосостояния как в советское время, так и сейчас.
🇨🇳 Возьмем исторические примеры. Все страны всегда хотели торговать с Китаем, но он неохотно шел на экспорт своих товаров. Всё потому, что той же Европе нечего было предложить взамен. Поэтому, когда «открыли» Америку, всё золото и серебро в итоге оказалось в Китае, вызвав там гиперинфляцию. По этой же логике случились «опиумные войны», когда британцы наконец нащупали, что пользуется спросом в Китае, в обмен на импорт его товаров.
Импорт и экспорт связаны. Если страна что-то импортирует, значит её экспорт это позволяет. Пока он такой, импорт не может стать меньше. Если он сократится, то курс ослабнет и импорт снизится пропорционально. Тем более в условиях «плавающего курса».
📌 Поэтому мы и пишем, что импортозамещение — это тактическая мера по отдельным товарам, связанным с нац. безопасностью. Вы не можете использовать аргумент с импортом по широким явлениям, к примеру, потребительскому спросу («он плохой, потому что там голимый импорт»).
ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ: ЭКСПОРТ ИЛИ ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЕ
🇰🇿 Мы продолжаем анализировать, где именно Казахстан недобирает доходов в сравнении с развитым миром. В предыдущем посте показано сопоставление в разрезе отраслей. Тогда обозначалось, что переработки тоже не хватает, хотя она и не на первом месте.
Но переработки в каком направлении продаж — на внутренний рынок или внешний? То есть не хватает импортозамещения или экспорта?
❗️ На графике выше виден ответ без лишней философии: речь идёт практически полностью об экспорте.
Казахстан не уступает многим развитым странам по продажам обработанных товаров на внутренний рынок (синим цветом). Чего не скажешь об экспорте, где суммарный недобор — около $1100—1200 ВВП на душу населения.
В разрезе экспортных отраслей "недобор" преимущественно по технологичным секторам — машиностроению и химпрому. Удивительно, но к этому добавляется «низкотехнологичная» пищевая промышленность.
📌 Если уж выбирать "из двух зол" и государство все равно хочет активной промышленной политики, то всю цепочку усилий следует направить на экспорт. Собственно, об этом и говорили на TaldauTalks по внешней торговле.
🔗 При этом не забываем, что больше экспорта будет означать больше импорта.
🇰🇿 Мы продолжаем анализировать, где именно Казахстан недобирает доходов в сравнении с развитым миром. В предыдущем посте показано сопоставление в разрезе отраслей. Тогда обозначалось, что переработки тоже не хватает, хотя она и не на первом месте.
Но переработки в каком направлении продаж — на внутренний рынок или внешний? То есть не хватает импортозамещения или экспорта?
❗️ На графике выше виден ответ без лишней философии: речь идёт практически полностью об экспорте.
Казахстан не уступает многим развитым странам по продажам обработанных товаров на внутренний рынок (синим цветом). Чего не скажешь об экспорте, где суммарный недобор — около $1100—1200 ВВП на душу населения.
В разрезе экспортных отраслей "недобор" преимущественно по технологичным секторам — машиностроению и химпрому. Удивительно, но к этому добавляется «низкотехнологичная» пищевая промышленность.
📌 Если уж выбирать "из двух зол" и государство все равно хочет активной промышленной политики, то всю цепочку усилий следует направить на экспорт. Собственно, об этом и говорили на TaldauTalks по внешней торговле.
🔗 При этом не забываем, что больше экспорта будет означать больше импорта.