ЭВОЛЮЦИЯ ИНДУСТРИАЛИЗАТОРА
(на собственном примере)

1️⃣ Фаза 1: Импортозамещение

Казахстан импортирует товары на $60 млрд! Из них большая часть — потребительские / готовые / высокого передела / машиностроение. Мы не обеспечиваем себя даже базовыми товарами, от трусов до лопат.

🔴 Нужна счётная экономика. Надо по каждому товару (тут мы путаем его с широким ТНВЭД) обсчитать объем внутреннего рынка. Очень большой потенциал у госзаказа, надо дать гарантированный сбыт. Надо больше лозунгов «покупай отечественное».

Оказывается, развитый мир всех обманывает — они сами-то поднялись за счет протекционизма, а нам «впаривают» свободную торговлю. Я это читал у Ха Джун Чхана («Как устроена экономика»). А еще к протекционизму призывали недооцененные экономисты Александр Гамильтон (между прочим, американец) и Фридрих Лист (кем бы он ни был). Вот СССР удалось выстроить самодостаточную экономику с мощной производственной базой, а мы всё растеряли.

2️⃣ Фаза 2: «Азиатские тигры»

Оказывается, если поделить $60 млрд на сотни тысяч товаров (а не ТНВЭД), то все это производить чисто для Казахстана невыгодно! Да и предприятия всё просят и просят: то госзаказ дайте, то внутренний рынок закройте. Паразитируют на государстве.

Но вокруг нас ведь Китай и Россия, 2-я и 11-я экономики мира! Правда туда проникнуть тяжело и далеко не по всем товарам — нужны очень узкие приоритеты. Но это заставит наши заводы конкурировать (впервые появляется это слово) — за границей ведь сложнее, чем внутри.

🔴 Обнаружилось новое выражение — «ловушка среднего дохода». А ее смогли пробить только несколько стран из восточной Азии — «тигры». И так совпало, что именно благодаря экспортоориентированной индустриализации. И так совпало, что именно благодаря ГосПлану и «пятилеткам». Чуть ли не в кабинете у Пак Чон Хи нарисовали на 30 лет вперед, когда и какой товар Южная Корея освоит.

Я все это прочитал у Стадвелла (кем бы он ни был) «Азиатская модель управления». А еще я ознакомился с трудами экономиста Дэни Родрика на Project Syndicate и посмотрел сайт Рикардо Хаусманна про «экономическую сложность». И снова так совпало, что они говорят про экспорт и активное гос. вмешательство.

3️⃣ Фаза 3: Империализм индустриализатора

▪️ Всё встало на свои места — «всё на зеро», ставка должна быть на обрабатывающую промышленность. Ее доля должна расти, даже в ущерб развитию всего остального.
Нужно «нагнуть» недропользователей и металлургов («ненастоящая обработка») на дешевое сырье. Нужно заставить банки кредитовать обработку вопреки рискам, а если не захотят, то ограничить им потреб. кредиты (например, КПН 30-50%) или кредитовать самим через «Байтерек».

▪️ Надо спросом заниматься. Запустить жилищные программы — у них ведь высокий «мультипликативный эффект». Субсидировать перевозки товаров по Казахстану. Если люди неохотно берут отечественное, то заставить торговцев отдавать половину полки для местного. Вообще, убрать «непродуктивных посредников», пусть заводы чуть ли не сами в квартиры делают доставку.

▪️ Люди совсем обнаглели — не хотят работать на полях и заводах. Не осознают великих планов государства. Надо подумать, может вернуть принудительный труд, как в СССР? Да и все эти цифровые платформы нужно наказать за то, что дали «непродуктивный» заработок для таксистов и курьеров. А нам нужны «качественные рабочие места», то есть в обработке.

🔴 Правда, говорят, какой-то «бизнес-климат» еще нужен, что-то там про суды. Надо переписать главную стратегию государства и туда написать в начало про обработку. Как она там называется, Страт. план развития?

А в целом, нужны решительные руководители, как Пак Чон Хи, Ли Куан Ю, Пиночет. Без «политической воли», то есть «сильной руки», которая продавит интересы всех остальных, ничего не получится.

(Продолжение следует)

(Продолжение, часть 2)

4️⃣ Фаза 4: Яма страданий

Сколько мы уже пишем и рисуем слайды, ничего не меняется. Импорт вырос еще больше. Доля обработки в ВВП растет очень медленно. Оказывается, и с экспортом проблемы — соседние страны импортируют именно дорогие ценовые сегменты из развитого мира.

🔴 Запустили разные гос. программы — реализовали криво. Постоянные скандалы с разворовыванием денег. Заводы объединились в ассоциации и теперь шантажируют государство на профессиональном уровне.

🌐 Да и вообще, с развитыми странами что-то не так. Оказывается, у них всё это время растут какие-то услуги. А доля обработки либо совсем мала, либо тоже не растет. Правда мы у себя называем это «деиндустриализация». Ничего, скоро они пожалеют, глупые развитые государства.

Все месседжи использованы в записках. Все «фишки» положены на слайды. Что еще надо?

5️⃣ Фаза 5: Отрезвление и обратный маятник

Ладно, что там есть ЕЩЕ кроме обработки? Допустим страшную мысль, что не она «пуп» экономики. Ну или мы чего-то не поняли с «азиатскими тиграми».

▪️ А, тут пишут, что «бизнес-климат» подразумевает меньшее участие государства, а не большее (какие-то «желтые страницы»). Оказывается, международные организации нам постоянно это твердили — Всемирный банк, МВФ, ЕБРР.

▪️ А «азиатские тигры» выстроили весь свой начальный экспорт на США. И им помогли некие «капиталистические» институты, как противовес «коммунистическим». И весь подъем их производств начался на фоне послевоенной глобализации и был подстегнут «неолиберальными» реформами в 1980-х. Да и Китай, оказывается, либерализовал (слово то какое) свою экономику и начал отправлять товары в те же западные страны.

▪️ В международных индексах «экономических свобод» активная промышленная политика ухудшает позиции страны. Оказывается, есть куча не маргинальной литературы, где объясняется, что это всё выступает ширмой для коррупции и гос. фаворитизма. Оказывается, вся Латинская Америка, как и Азия с Африкой, страдают таким же «активным индустриализаторством», но им это не помогло. Почему мы раньше не смотрели примеры за пределами «азиатских тигров»?

🔴 Надо с точностью до наоборот. Приватизация, дерегулирование, снижение налогов и субсидий. Перестать вмешиваться. Заниматься только горизонтальными политиками. А остальное рынок сам отрегулирует — выживут сильнейшие. Хватит забалтывать нас красивыми разговорами и слайдами.

Да и по экономической истории не все так однозначно. Восточная Азия тысячелетия была одним из передовых регионов мира. Высокие пошлины на западе были не из-за промышленной политики, а потому что центральной власти так было легче пополнять бюджет. Да и в целом, книга Адама Смита «Исследование о природе и причинах богатства народов» все исчерпывающе объясняет.

(Продолжение следует)

(Продолжение, часть 3)

6️⃣ Фаза 6: Очередная «яма» сомнений

❓ Почему такие «очевидные» рыночные реформы встречают ожесточенное сопротивление? Почему даже после принятия их «откатывают» назад и страна возвращается в еще большую колею социал-популизма? Почему даже в США выигрывают «демократы»?

Почему ни в одной стране нет чистого рынка? Это ведь абсолютная конкуренция с околонулевой прибыльностью. Де-факто, даже в рыночных странах мы видим и крупные корпорации с хорошей маржой, и олигополии, и даже госкомпании или иные коллективные формы управления.

☑️ Если читать в оригинале, то такие экономисты (уже нобелевские лауреаты), как Хайек и Фридман, не писали про тотальное устранение государства. Наоборот, они постоянно указывали, что у него есть очень важные функции для рынка. Даже по гос. поддержке — вместо полной ликвидации они предлагали менее искажающие рынок инструменты. Получается, принцип «невмешательства» (laissez-faire) не имеет никакого отношения к классической экономике?

И почему все авторы, включая Адама Смита, постоянно пишут про какие-то институты? Что государство, в первую очередь, должно обеспечивать некое «верховенство права»?

7️⃣ Фаза 7: Экономика трансакционных издержек

❗️ Оказалось, есть нюанс: рыночное состояние наступает тогда, когда трансакционные издержки (при сделках) равны нулю. Это не отменяет важность рынка, а дополняет классическую экономику. И это точно не про ГосПлан.

☑️ Внезапно становится понятно, зачем нужны торговцы и финансисты — те самые «непродуктивные посредники», которые мешали индустриализации. Обнаруживается, что проблема индустриализации — в специфике трансакций B2B характера, где издержки максимальны. В таких условиях логичны крупные корпорации-монополисты, против которых антимонопольные органы по ошибке боролись в США.

☑️ Если системно, то урбанизация ослабляет неформальное правоприменение — взамен нужно правовое государство. Без него трансакционные издержки настолько зашкаливающие, что вы получите только МСБ с короткими проектами. А индустриализацией не будет «пахнуть» еще долго.

Оказывается, мы все это время обсуждали, в какой цвет покрасим стены на 2-м этаже, когда у нас не было даже фундамента дома. И многие до сих пор обсуждают «цвет краски», думая, что этот процесс можно перепрыгнуть.

Пока удалось добежать только до этой фазы. Надеемся, что продолжение следует. Но уже через много лет.

В свете неуместного сравнения последних инициатив правительства Казахстана с реформами Маргарет Тэтчер, хотели бы напомнить её отношение к фискальной политике.

✅ «Мы использовали старомодный короткий путь к правильным результатам, который состоит из правильных принципов. Нам не нужно было задавать себе эти бесконечные вопросы о том, что работает? Мы знали, что работает.

МАЛЕНЬКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО. НИЗКИЕ НАЛОГИ. ЗДРАВЫЕ РАСХОДЫ. ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. ПРЕДПРИЯТИЯ. Они – это то, что работало и всегда работает».

✅ «Сколько ваших денег должно тратить государство, а сколько вы должны оставить на семью? Давайте никогда не забывать эту фундаментальную истину: у государства нет другого источника денег, кроме тех, которые люди зарабатывают сами. Если государство хочет потратить больше, оно может сделать это только за счет заимствования ваших сбережений или повышения налогов. Не стоит думать, что кто-то другой заплатит, «кто-то другой» — это вы.

Государственных денег не существует, есть только деньги налогоплательщиков».

✅ «Будьте очень осторожны с высокими налогами. Любое правительство, которое вводит высокое налогообложение, дает себе больше власти, а народу — меньше».

✅ «Свобода выбора — это суть свободного общества, и она включает в себя право выбирать, как тратить свои заработанные деньги.

Каждый раз, когда правительство забирает большую часть ваших доходов, оно забирает большую часть вашей свободы».

✅ «Чем выше налоги, которые платят люди, тем сложнее им переехать в новый дом, получить новые навыки и опыт, открыть собственный бизнес, дать своим детям лучший старт, помочь пожилым родителям или спланировать свой выход на пенсию.

Разве это не основные личные свободы, которых никто не должен быть лишён?»

✅ «Без экономической свободы никакой другой свободы быть не может».

✅ «Процветание не придет, если изобретать все новые и новые программы дорогостоящих государственных расходов. Ни одна страна не становилась более процветающей, облагая своих граждан налогами сверх их платежеспособности».

ПОЧЕМУ ИМЕННО НДС?

Статистика доходов государства за 2024 год по уровням бюджета хорошо объясняет логику правительства по повышению поступлений именно по НДС. Собственно, как и со снижением социального налога.

На лицо мышление в рамках центрального бюджета, то есть республиканского, а не итогового государственного. Именно НДС является крупнейшим донором правительственного бюджета — 38% от всех доходов или 5,2 трлн тенге. И он идёт эксклюзивно в «центр», минуя регионы.

Поэтому получив новые доходы прямиков в центральный бюджет, легче реализовывать планы правительства по финансированию «проектов развития», то есть предприятий для «диверсификации экономики». К примеру, через финансирование центральных институтов развития — Байтерека, Самрук-Казыны и прочих.

☑️ А вот социальный налог собирается исключительно на местах. И он один из крупнейших — 20% доходов местных бюджетов или 1,6 трлн тенге.

Собственно, по этой же логике для правительства, как одного из агентов (см. теорию «Принципала-Агента»), нет смысла повышать индивидуальный подоходный налог — он полностью уйдёт в регионы. С корпоративным подоходным та же история — в центральный бюджет уходят выплаты только крупных предприятий, поэтому желательно облагать отрасли, где они чрезмерно представлены. К примеру, банки.

Та же логика про отчисления во внебюджетные фонды. Они «таргетированные» под конкретные сферы — соц. защита, здравоохранение. Попав в эти «кошельки», деньги практически нереально перенаправить в частные проекты по диверсификации экономики. Поэтому и не жалко рубить ставки на выплаты по фонду оплаты труда.

❓ Кто из регионов пострадает сильнее всех от роста ставки НДС? Алматы и Астана. 61% НДС даже сейчас собирается с территорий этих городов. Хотя их доля в экономике в 2 раза меньше — 30%.

📌 Поэтому, если абстрагироваться от математических упражнений и неуместных сопоставлений с развитым миром, то происходящее сейчас — серьезная дилемма институционального развития. В первую очередь, по взаимоотношению «центра» и регионов, с возможным откатом тренда на экономическую децентрализацию. Ну и интуитивно понятно возмущение среднего класса в мегаполисах и сторонников крупных городов в целом.

НАЛОГИ И ИНФЛЯЦИЯ

✅ Сегодня в правительстве было заявлено, что от повышения налогов ожидается дополнительная инфляция до 3%. Это вызвало недоумение у многих граждан, включая СМИ и бизнес. Попробуем разобраться, как получаются такие значения и где ожидать наибольшую ценовую нагрузку.

1️⃣ Инфляция — цены только для конечного потребителя. Она не про все цены, особенно если бизнес закупает какие-то услуги, сырье и комплектующие.

Обычно правительства ожидают, что бизнес не будет увеличивать цены «1 к 1» (1% роста НДС приведет к 1% роста инфляции). Мол, предприниматели сдержат цены, пожертвуют частью своей прибыли, чтобы не потерять клиента. Но это действует в развитых странах, где высока конкуренция.

❗️ А вот в развивающихся странах, особенно в Казахстане с его разбросанным населением, уровень конкуренции недостаточный. Поэтому эффект переноса будет выше, даже «1 к 1». Особенно, когда правительство индексирует бюджетные расходы, компенсируя инфляцию — появятся новые деньги, чтобы покрыть рост цен.

2️⃣ Инфляция — это «средняя температура по больнице». Причем, несколько смещенная от реальности.

📊 У каждого товара или услуги в «инфляционной корзине» есть вес. Грубо, 40% — это продовольствие, 30% — непродовольственные товары, 30% — услуги. За 2024 год средние цены на продовольствие выросли меньше всего — на 5,5%. На непродовольственные товары — на 8,3%, на услуги — на 13,3%. Поэтому «средняя температура» получилась всего 8,6%.

Такие веса берутся из выборочного обследования домохозяйств, который, по нашему убеждению, изначально проводится среди бедных слоев и нижнего среднего класса. Если вы слышали про выражение «все казахстанцы тратят половину денег на еду, как в Африке», то оно тоже из этих данных.

Но есть и другая статистика по структуре потребления людей, где подводится баланс по всей экономике (таблицы «Затраты-Выпуск»). И в нем веса немного другие — 25% / 35% / 40%. То есть, услуг ощутимо больше, а цены на них растут сильнее всего. С учетом этого инфляция уже могла перевалить за 10%.

3️⃣ Инфляция свыше 10% — это ненормально.

❗️ Мы часто слышим: «ну будет пару процентов сверху, ничего страшного — в 2022 году была инфляция в 20%, как-то, мол, пережили же». Во-первых, не пережили. После 2020-2022 годов раскрутились темы с бедностью, которые спровоцировали новые гос. расходы, гос. вмешательство, ужесточение регулирования, социал-популизм и прочее. Собственно, из-за этого налоги сейчас и поднимаются — «снежный ком» нас настиг.

🌐 Во-вторых, в любимых нами развитых странах средняя инфляция — 6,4% (даже 5%, без восточной Европы). Из 164 стран только в одной из пяти инфляция превышает 10%, и только в одной из десяти — 20%. То есть это довольно экстремальные значения даже в неразвитых странах.

☑️ В-третьих, ожидаемая инфляция, итак, была высока. Например, по результатам опроса Ассоциации финансистов Казахстана оценка инфляции на год выросла уже до 10,6%. Напомним, что параллельно с налоговыми реформами увеличиваются цены на ГСМ и тарифы на коммунальные услуги.

🇺🇸 В-четвертых, неизвестно, что нам готовится на рынке нефти с приходом новой администрации в США. Очередное падение зацепит курс тенге, а вслед за ним — инфляцию. Поэтому даже несколько процентных пунктов сверху будут очень болезненными для уже «обезжиренных» потребителей.

(Продолжение следует)

(Продолжение)

4️⃣ Инфляционный эффект будет неравномерным.

В правительстве уже заявили, что освободят от НДС сельскохозяйственные продукты. Экспортеры-«сырьевики» под НДС не подпадают. Уверены, что на сниженный 10% НДС будут претендовать обрабатывающая промышленность (иначе к чему вся индустриализация), строительство («жилье — это ведь святое»), здравоохранение с образованием («это ведь социалка») и аналогичное.

❗️ В первую очередь, в цене вырастут импортные товары. Их доля в потреблении домохозяйств, от еды и одежды до техники — 68%. Собственно, больше половины НДС даже сейчас собирается с импортных товаров (58%). Это такая дополнительная таможенная пошлина, мечта для индустриализаторов.

Во-вторых, пострадают частные услуги, особенно массовые. Им практически нечего ставить в зачет, они не соответствуют идеям индустриализации и у них нет сильного лобби из-за раздробленности. Напомним, что услуги де-факто занимают 40% от потребительских расходов.

📌 В результате, как и в предыдущем посте, пострадает тот же средний класс в крупных городах, работающий в частном секторе. Основа их качества жизни — городские услуги и импортные товары — станут дороже. И с гос. бюджета потерю их доходов из-за инфляции никто не компенсирует.

Как ни странно, могут пострадать и жители небольших сел. Местные микробизнесы вряд ли подпадут под НДС. Но государство будет централизовано компенсировать инфляцию всем подряд, включая местных чиновников и бюджетников. Очередной рост наличности на местах вкупе с ограничением импорта по стране в целом может привезти к ощутимой локальной инфляции для «небюджетников».

Резюмируя:
▪️Ожидаемая инфляция итак была высока, свыше 10%, из-за параллельного роста цен на ГСМ и тарифов на коммунальные услуги.
▪️Эффект от налогов может быть несколько выше 3%, из-за недостаточной конкуренции. Но это зависит от того, кому еще ослабят НДС до 0% и 10%.
▪️Всё это не имеет значения, потому что даже 10-15% инфляции — это очень высоко по мировым меркам. Обычно государства борются за каждый процент.
▪️В первую очередь, пострадает средний класс в крупных городах, как потребители.
▪️Ничего пока не сказано о снижении деловой активности (падение номинальных доходов, безработица). А это уже коснется нижнего среднего класса в тех же городах, который работает в сфере услуг.

Так выглядят бюджетная "катастрофа" и "пустеющая казна".

✅ На 1-графике видно, что последние 3 года ничем радикальным не отличаются. Условно, такие же трансферты Нацфонда и дефицит бюджета были все эти 15 лет. Трансферты ниже, чем в 2023-2024 годы, были только в 2013-м.

✅ На 2-графике показан "сокращающийся Нацфонд". Специально от "0", чтобы не манипулировать, показывая волатильность там, где ее нет. Объем Нацфонда действительно сокращался до сентября 2022 года. С тех пор он вырос на 7 млрд долл.

Поэтому мы и писали 1 декабря, что государство само себя загнало в условия "фискального кризиса", обложившись запретами. Произошло то, что бесконечно требовали эксперты-макроэкономисты — расставив по периметру барьеры перед фискальным "быком", они направили его взор на кошельки граждан.

​🔗 Депутаты фракции «Ак жол» обратились в Нацбанк с призывом радикально снизить базовую ставку. Нацбанк ожидаемо открестился, сославшись на отток депозитов в тенге и разгон потребления, что снова повысит инфляцию.

❗️ Проблема в том, что главный аргумент депутатов остался без ответа: «на инфляцию давит недостаток собственного производства товаров, естественным следствием которого является импортозависимость внутреннего рынка». Это особенно нехорошо, с учетом того, что правительство выступает ровно с тем же аргументом для ужесточения налоговой политики.

Давайте просто проверим на цифрах, без лишней философии. На графике показаны разные страны мира, причем мы специально убрали всякие офшорные острова и торговые города.

☑️ По горизонтальной оси — доля отечественного производства на внутреннем рынке обработанных товаров. Опять же, за минусом нефтепродуктов и металлов, которые «ненастоящая обработка».

☑️ По вертикальной оси — средняя инфляция за 3 года. Нам пришлось убрать Турцию с ее зашкаливающей инфляцией, чтобы были видны другие страны.

Если бы была однозначная зависимость, то страны выстроились бы в ровную диагональную линию. Но ее нет.

▪️ Можно иметь большое отечественное производство на местном рынке — 65-80% — как Пакистан, Шри-Ланка, Египет и Турция. И инфляцию от 20% до 50%.

▪️ Можно иметь маленькое собственное производство (ниже 30%), особенно если вы сырьевые страны — Бруней, ОАЭ, Канада, Камбоджа и т. д. И инфляцию всего в 2-5%.

Страны, схожие с Казахстаном по доле отечественного производства, сильно разнятся по инфляции. Таиланду, Кувейту и т. д. это не мешает иметь инфляцию ниже 5%. Причем среди них много развитых стран, к которым мы стремимся — Канада, Швеция, Великобритания и прочие.

📌 Мы не хотим вовлекаться в дискуссии по поводу базовой ставки. Но импортозамещение любой ценой точно не гарантирует низкую инфляцию. И в контексте распространенности этого заблуждения, Нацбанк должен сохранять независимость. Это базовое институциональное правило и одна из немногих причин, почему еще не случилась тотальная катастрофа.

Жаль, что аргументации по ужесточению налоговой политики не уделяется достаточно внимания. Например, правительство и ряд экспертов сейчас транслируют такие сигналы:

▪️ мы слишком много тратим на «социалку» из бюджета, поэтому не можем позволить себе НДС в 12%, как в соседних Узбекистане и Кыргызстане
▪️ из-за большой «социалки» у нас маленький «бюджет развития», поэтому мы направим новые налоги на финансирование проектов по инфраструктуре и приоритетным отраслям
▪️ мы запустим это одновременно с повышением цен и тарифов до уровня, привлекательного для инвестиций в эти отрасли.

❗️ Интересно, что 3 месяца назад на подкасте у председателя Сената обсуждалось обратное:

☑️ Эксперт А. Чукин подметил, что "дайте мне свободу и дайте мне рыночную цену" и остальные меры поддержки в таком случае не нужны. Действительно, если цены и тарифы уже привлекательно рыночные, значит все расходы и инвестиции можно в них уместить. Для чего заниматься еще и субсидированием проектов из бюджета?

☑️ Председатель Нацбанка Т. Сулейменов также высказал интересный тезис — капитальных расходов в бюджете быть не должно. Это мёртвый капитал, причем изъятый из продуктивного оборота в виде налогов.

И что это нормально, что госбюджет социальный, так как в рыночной экономике он всегда такой. Если вы подтягиваете частников на инфраструктуру, минимизируете искажения в бизнес-среде, то у вас остаются базовые госуслуги и социалка. Это и есть основные функции государства, поэтому и в развитых странах таковы структуры бюджета.

📌 Такие вот противоречия в экономической идеологии с разницей в 2–3 месяца. Не удивительно, что все чаще звучат призывы к предсказуемости политики.

​Всё это звучит хорошо — «привлечение инвестиций», «высокотехнологичная обработка», «верхние переделы», «сложные товары», «активная индустриализация» и прочее. Что мы подсмотрим опыт восточной Азии или восточной Европы, и у нас получится так же.

❗️ Что напрочь игнорируется — экономическая география. Да, она менее важна на микроуровне, когда вы сравниваете Северную и Южную Кореи или приграничные города Мексики и США. Но она критична именно для Казахстана.

На карте показана группировка стран по Всемирному банку:

1️⃣ Развитый мир — огромные и богатые экономики с минимальными межстрановыми барьерами. Тут уже всё есть, можно заниматься «точечными» приоритетами (ИИ, чипы и т.д.).

2️⃣ Страны в непосредственной близости к развитому миру (восточная Европа, северная Африка, Мексика). Здесь понятный ориентир на экспорт. Нужно лишь синхронизировать правовое поле и бизнес-климат, а также снять все барьеры для торговли. Сами перенесут производства, потому что дешевле.

3️⃣ Страны, расположенные далеко от развитых, но имеющие большой внутренний рынок. Это восточная и южная Азия, Латинская Америка и южная Африка. Но для этого им нужно выстроить эффективные правовую и экономическую системы, как было у развитых, и убрать внутренние барьеры для торговли и миграции. То есть пройти то, что Европа проходила в 19–20 века. Пока что, за исключением северо-восточной Азии, у них не очень получается.

4️⃣ А есть мы, с "тройственным вызовом". Собственные экономики небольшие и небогатые. Расположены далеко от развитых рынков — от 3–4 тысяч км по суше. Еще и все занимаются протекционизмом — большие барьеры между странами.

В мире всего 2 таких региона: Центральная Азия и Кавказ и центральная Африка.

✅ Это и есть «точка А», от которой нужно отталкиваться. Мы не можем копировать экономические модели стран, которые входят в группы 1, 2 и 3. Зрелость заключается в «холодном» принятии этой позиции.

Именно по этой причине мы призываем к тому, чтобы дискуссии по поводу будущего экономического роста были не такими поверхностными. Нам нужно изучение механики появления этого роста и его распространения. Времена «карго-культа» проходят.

Taldau Talks #3: налоговая реформа

Начнем с того, что это очень хороший формат. Наконец, за 3 часа, про налоговую реформу рассказали более подробно: по принципам, с цифрами, примерами.

1️⃣ Отдельно хотим отметить тезисы председателя Сената М. Ашимбаева. Он очень точно озвучил сомнения касательно реформы, за пределами макроэкономики. Ударил по основным болезненным точкам:

▪️ Это «улица с двухсторонним движением». Цель должна быть не просто собрать. Люди должны знать, как именно и насколько прозрачно будут тратиться эти налоги.

▪️ Возможно, некий «бюджет развития» и простимулирует экономику. Но ведь эти 5 трлн правительство должно из неё же изъять, у кого-то забрать. То есть, не получится ли плюс на минус, и в результате мы получим «0».

▪️ Почему мы так уверены, что якобы ничего нельзя оптимизировать внутри госрасходов? Даже внутри «социалки» и расходов регионов? К слову, пока отвечали на этот вопрос, обнаружилось, что вариантов для оптимизации много.

▪️ Участники увлеклись формулировкой про «новый общественный договор». Но М. Ашимбаев подметил, что общественный договор — это не абстрактная вещь, он должен оформляться законами. А правительство пока что по «политической» части налоговой реформы даже ничего не начинало.

2️⃣ Корни налоговой реформы лежат в другом — в идее индустриализации при активном госучастии. Спикеры начинали с других причин, но 3 часа разговора позволили раскрыть глубинные мысли. В сухом остатке:

▪️ «Есть только 1 концепция, которая работает всегда и в любой стране — надо вливать в «бюджет развития». В этом году правительство хотело 7%-рост ВВП, а значит надо было влить 5 трлн тенге.

▪️ НДС — «замечательный» налог, ведь он не уплачивается при экспорте и наказывает импорт. Устраивает одновременно и сторонников «азиатских тигров», и протекционистов.

▪️ Есть убежденность, что собственная товарная масса позволяет легче переживать инфляцию. Здесь мы показывали, почему нет.

▪️ На что тратить новые налоги? Почему-то вместо инфраструктуры начали перечислять некие частные проекты по выпуску отдельных товаров. Для этого хотят по тяжелой финансировать «Самрук-Казыну» и «Байтерек». Примерно то же самое, что мы проходили во времена ГПФИИР, только большая часть тогда все же ушла на инфраструктуру.

▪️ КПН для банков в 25% — тоже из этой серии. Сектор якобы «искривился» в сторону потребкредитования, а правительству нужна «реальная» экономика.

(Продолжение следует)

(Продолжение, часть 2)

3️⃣ Некоторые интересные мысли от спикеров:

▪️ Мы так и не определились с фундаментом — какая у нас экономическая модель (А. Чукин). В этом и проблема налоговых реформ, за ними нет «твердой почвы». Действительно, даже у развитых стран — очень разные налоговые системы, у кого-то акцент на людях (ИПН), у кого-то — на товарах (НДС, пошлины).

▪️ Ликвидация социального налога больше не обсуждается. Это было актуально при НДС в 20% — к слову, признались, что такая ставка предлагалась изначально.

▪️ Оппортунизм сельхозников-экспортеров. Они за высокую ставку НДС. При экспорте им должны возвращать НДС, который уплатили их поставщики. То есть возврат НДС — это основа их прибыли.

▪️ Интересные цифры озвучивались НПП «Атамекен», которые ставят под сомнение планы правительства. Но мы не беремся их отражать, так как по словам С. Жумангарина, предыдущие их расчеты имели «системные ошибки».

▪️ Банки — это кровеносные сосуды экономики, которые мы сжимаем (А. Чукин). По дифференцированному КПН — совершенно непонятно, как государство будет отслеживать расходы банков на потребительские кредиты и прочее. Ведь значительная часть расходов — фиксированные, их нельзя привязать к какой-то деятельности (общий офис, административный персонал, техника и т.д.).

▪️ С «социалкой» большие проблемы — у нас выплаты и услуги дифференцированы по локации, то есть неравномерное распределение базовых услуг (С. Жумангарин). Некоторые граждане мигрируют в крупные города, просто чтобы быть поближе к критически важным объектам здравоохранения.

В целом, нужно перенастраивать «социалку» на помощь только нуждающимся, а не по любому KPI, который захотело государство. Для богатых нет смысла сначала платить повышенный налог, а затем обратно получать «соцпомощь».

▪️ Р. Баталов поднял хороший вопрос по скорости бизнес-операций, от ввода инвестиций до продаж. Что государство вовремя не получает налоги, потому что само же забюрократизировало процессы, которые тормозят оборот. Де-факто, речь идет об искусственных трансакционных издержках — корне механики экономического роста. Но это прозвучало лишь в конце и не нашло широкого интереса участников.

📌 В целом, есть большая убежденность по «провалам рынка». Мол, поэтому государства должно быть больше — в планировании, регулировании и, наконец, фискально (налоги и бюджет). При этом нет никаких сомнений в эффективности и прозрачности самого госаппарата, только положительные «экстерналии».

«Провалы рынка» есть, а «провалов государства» не существует.

СПОРНАЯ АРГУМЕНТАЦИЯ ПО НАЦФОНДУ

☑️ Сегодня в рамках заседания совета по экономике КИСИ прослушали презентацию по координации макрополитик. Есть 2 разных момента: 1) нежелательность снижения базовой ставки, 2) радикальное снижение изъятий из НацФонда. По первому комментировать не будем, в нем позиция НацБанка понятна. Но по второму вопросу есть сомнения.

❗️ Напомним, задача сохранения НацФонда — одна из основных причин ужесточения налоговой системы.

1️⃣ Говорят, НацФонд трогать нельзя, потому что это укрепляет курс и это плохо. Потом говорят, что снижать ставку нельзя, потому что курс обесценится и это тоже плохо. То, что курс должен быть стабилен, не сказано.

2️⃣ Говорят, что НацФонд трогать нельзя, потому что это провоцирует «наплыв импорта», перегрев потребления, отсюда же про ужесточение кредитования физических лиц. Потом говорят, что снижать ставку нельзя, потому что снизятся реальные доходы (а значит и потребление) и вырастет бедность.

3️⃣ Когда нам удобно, показываем показатели к ВВП. Например, что мало налогов собираем в сравнении с развитыми странами.

Когда нам удобно, показываем не к ВВП, а в абсолютных значениях. Например, чтобы выпятить рост изъятий в тенге, даже без корректировки на инфляцию. Потому что если к ВВП, то за 15 лет ничего не изменилось с изъятиями с НацФонда, даже улучшилось.

4️⃣ Происходит «экономическая теория классной доски», как описано тут . Мы все время сравниваем реальность с неким абстрактным, порой идеальным миром. Например, если бы консервативно изымали, то активы НацФонда составили бы $196 млрд. Или, что в случае катастрофического кризиса, средств НацФонда хватит на 1 год.

❗️ Но экономика — это про сравнение альтернативных реальностей, а не с идеализированным миром.

▪️ Можем ли мы не изымать, если экспорт составляет 30-40% от нашей экономики и в нем высокая доля нефти, доходы от которой идут в НацФонд?

▪️ Можем ли мы игнорировать огромную и дорогостоящую советскую инфраструктуру и рекордный по мировым меркам рост количества детей?

▪️ Можем ли мы игнорировать важнейшую проблему «Принципала-Агента», когда: а) забираем личные деньги населения и бизнеса, которые знают, как их тратить с максимальной полезностью и б) отдаем их агентам-бюрократам со здоровым оппортунизмом, но с не очень хорошими показателями прозрачности и подотчетности?

▪️ Можем ли мы игнорировать обычную математику, что из мультипликативных эффектов от госрасходов должны быть отняты мультипликаторы от потребления населения и инвестиций МСБ? И в результате эффект может оказаться около нуля?

5️⃣ Игнорирование политических процессов.

Фискальные реформы делать надо, с этим никто не спорит. Многие предложения госорганов, на самом деле, не лишены смысла.

❗️ Но делать их надо последовательно и плавно, ничего критичного в экономике не происходит. Об этом уже и Президент говорил во время расширенного заседания правительства.

☑️ Бояться, что откатят реформы, не надо. Проблемы с несбалансированностью бюджета никуда не денутся. Фискальные консерваторы, которые выступают за ужесточение макроэкономической политики, тоже никуда не денутся. А вот «похоронить» важные реформы при начале реализации можно легко — любое серьезное массовое недовольство и мы отложим их на долгие годы.

Да и позиция «сидеть и копить» немного странная. Экономика — это катящийся по годам ком взаимоотношений. Она не может просто взять и остановиться, если только мы сами ее не высушим, как во время «Великой депрессии» в США.

📌 А «будущему поколению» важнее оставить не абстрактную кубышку, которую всегда можно заморозить за рубежом, а стабильное правовое государство, качественную среду, инфраструктуру и разнообразный опыт.

ГОСРАСХОДЫ + ПЛОХИЕ ИНСТИТУТЫ ≠ ЭКОНОМРОСТ
Алибек Конкаков

Ежегодное увеличение госрасходов можно считать аксиомой фискальной политики в Казахстане. За последние 10 лет (с 2014 по 2024 гг.) они росли в среднем на 14,6% и даже в прошлом году на фоне «фискального кризиса» выросли на 13,3%. Государство тратит в основном на «социалку», но сейчас активно пытается стимулировать рост через расходы на реальный сектор и инфраструктуру.

☑️ Вместе с тем, связь между повышением госрасходов и ростом ВВП является предметом споров среди экономистов. Об этом напоминает свежее исследование по 36 странам ОЭСР за период с 1960 по 2019 гг.:

1️⃣ Влияние госрасходов на экономический рост нелинейно, U-образно: положительно при умеренных размерах и отрицательно при излишне больших.

2️⃣ Оптимальный уровень госрасходов не универсален и зависит больше от качества институтов.

К слову, позиции Казахстана в релевантных компонентах индекса Верховенства права:

◾️ возможность ограничить полномочия правительства — 102 место;

◾️ открытость правительства — 78 место.

С учетом этого, целесообразно адаптировать стратегический подход к фискальной политике. Прогрессивные полисимейкеры даже в самой богатой (США) и одной из самых проблемных (Аргентина) экономиках мира активно занимаются этим, фокусируясь на оптимизации расходов в пользу продуктивности и соблюдении фискальной дисциплины.

🔗 Некоторые наши мысли на счет эффективности госрасходов в Казахстане можете найти здесь, здесь и здесь.

ТИРАНИЯ ЭКСПЕРТОВ

Не просто так У. Истерли (известный экономист, бывший старший советник во Всемирном банке) дал именно такое название своей книге. Удивительно, насколько наше мышление в экономическом планировании типично для всех развивающихся стран.

❗️ Нас постоянно уводят в суть реформ, показывают какие-то слайды, для оппонирования требуют какие-то цифры и «конкретику». Но проблема становится очевидной, если отойти назад — она в самом процессе, кто в нем участвует и как.

💬 Далее, цитаты из книги:

☑️ «Руководители развивающихся стран убеждены, что рост экономики происходит благодаря усилиям их правительств. Высокими темпами роста гордятся и их консультанты, полагающие, что так оправдываются их рекомендации. Критерием оценки «экономического чуда» считается ежегодный рост порядка 6%. Обеспечьте 6%-ный рост экономики, и вам простят все прегрешения».

☑️ «Государство обосновывает свое существование еще и тем, что в целях содействия подъему экономики берется ею управлять. Эксперты и сотрудники оправдывают свое существование ролью советников в вопросах ускорения экономического роста. Их уверения в том, что им известны секреты быстрого роста, служат обоснованием на дополнительные властные полномочия».

☑️ «Вопрос «какой должна быть госполитика по обеспечению экономического роста?» с самого начала был поставлен неправильно. Дело не в выработке оптимальной госполитики, а в создании системы политических и экономических свобод, в рамках которой субъекты в интересах собственного развития сами находили бы оптимальные ответы и решения».

☑️ «Культ экономического роста на национальном уровне нередко приводит к наделению государства дополнительными полномочиями, призванными обеспечить еще больший успех. Чрезмерный упор на национальные показатели роста ошибочен, ибо не доказывает своей эффективности. И даже не позволяет определить, действительно ли данная экономическая стратегия себя окупает, учитывая ненадежные критерии оценки темпов роста.
Страдают же, как обычно, права индивидуума, попираемые во имя коллективных успехов национального государства».

❗️ Не подумайте неправильно, рост нужен. Вопрос в том, на что мы готовы пойти, чтобы получить дополнительные пару процентных пунктов. И казахстанцам ли, пережившим все безумные инициативы СССР, это объяснять.

ИНФЛЯЦИЯ В КАЗАХСТАНЕ: «ОПТИКА» НАЦБАНКА ПО ЕЕ ПРИЧИНАМ
Алибек Конкаков

❗️ Инфляция остается одной из ключевых проблем экономики. Несмотря на снижение с пикового значения в 21,3% (февраль, 2023), она сохраняется на высоком уровне (10% в марте 2025). В последний раз индикатор соответствовал целевому коридору 5 лет назад — в феврале 2020 г. (6%). Есть вполне обоснованные опасения по ее росту и в этом году.

«Кто виноват» в высокой инфляции? В общественной дискуссии звучат разные варианты и очень сложно измерить качество выводов. Поэтому мы решили сделать обзор материалов Нацбанка — организации, которая по закону «устанавливает целевые ориентиры по инфляции».

I. Методология

Что было изучено:
✔️ годовые отчеты;
✔️ доклады о денежно-кредитной политике;
✔️ официальные выступления руководства;
✔️ исследования и аналитические записки;
✔️ издание «Экономическое обозрение».

❗️ Последние две категории содержат предупреждения о не обязательном соответствии позиции Нацбанка. Однако среди авторов — его ключевые сотрудники, причастные к принятию решений в рамках Комитета по денежно-кредитной политике. Поэтому, как минимум, это позволяет считать материалы отражением внутреннего «климата идей».

В Нацбанке при моделировании инфляции подчеркивают, что это многофакторный процесс. В нем учитываются и спрос, и предложение, и внешние «шоки». Факторы бывают как монетарного, так и немонетарного характера.

II. Наиболее упоминаемые факторы инфляции

1️⃣ Внешние — курс валюты и инфляция в России

Они, предсказуемо, играют ключевую роль в динамике инфляции. Связано это с высокой зависимостью Казахстана от внешней торговли, особенно с соседней страной. Важный момент — с 2022 г. эффект от колебаний рубля ослаб, а влияние доллара, наоборот, усилилось.

❗️ Добавим, что данный фактор первичен именно для непродовольственных товаров, доля импорта в которых существенна (и таковой останется) — электроники, бытовой техники, одежды и многого другого.

2️⃣ Внутренний фактор — производство товаров и услуг

Отдельные группы товаров могут всерьез повлиять на инфляцию «в моменте». На продовольственную инфляцию влияют урожайность (зависимость от природных явлений) и сезональность (овощи, фрукты). На непродовольственную — регулирование цен и тарифов — когда после длительного сдерживания резко дорожают, к примеру, нефтепродукты или коммунальные услуги.

(Продолжение следует)

(Продолжение)

3️⃣ Внутренний фактор — государственные расходы

Данная причина особо подчеркивается в публикациях и официальных выступлениях руководства Нацбанка за последние несколько лет. Например, с 1995 по 2023 гг. установлено 3 проинфляционных периода чрезмерного роста денежной массы, последний из которых связан с фискальной поддержкой экономики (на 6 трлн) в период пандемии и предоставлением возможности изъятия пенсионных накоплений.

❗️ В этой связи постоянно отмечается риск для эффективности денежно-кредитной политики и выражается необходимость межведомственного взаимодействия в управлении инфляцией (Нацбанк и правительство).

4️⃣ Эмиссия денег

Значимость данного фактора подтверждается лишь долгосрочно (на горизонте 1,5–4,5 лет причинно-следственная связь не установлена). В официальных позициях Нацбанка отсутствует систематический анализ влияния денежной ликвидности (кроме описания условий на денежном рынке и справочных аналитических выжимок). При этом в выступлении председателя Нацбанка от 28 января 2025 г. сообщается о переходе на монетарную нейтральность в операциях по покупке золота с сокращением эмиссии на 3 трлн тенге в год.

5️⃣ Кредитование

Во-первых, влияние данного фактора также подтверждается лишь в долгосрочной перспективе.

Во-вторых, установлено, что кредиты юридическим лицам оказывают большее воздействие, чем кредиты физическим лицам.

❓ Что по потребительскому кредитованию?

Эта тема постоянно обсуждается чиновниками, в том числе в части влияния на инфляцию. В открытых материалах Нацбанка она упоминается, но лишь в качестве драйвера спроса населения без смоделированной оценки влияния. При этом, как указывалось выше, кредитование бизнеса рассматривается как более значимый канал формирования инфляционных процессов.

Таким образом:

☑️ инфляция в Казахстане — это многофакторный процесс, если рассматривать в целом, а не отдельные периоды

☑️ по понятным причинам, в первую очередь влияют внешние факторы — цены на сырье (курс доллара) и инфляция в России (курс рубля)

☑️ в моменте бывают факторы сезональности со всплесками спроса (например, школьные принадлежности или зимняя одежда) и предложения (овощи, фрукты)

☑️ зачастую причина лежит в действиях госорганов, к примеру, через рост расходов или регулирование цен и тарифов

☑️ бурно обсуждаемое влияние потребительского кредитования на инфляцию еще предстоит досконально изучить, но здесь и сейчас четких и достоверных ответов не обнаружено.

ЦИФРОВЫЕ ПЛАТФОРМЫ: ОПЫТ КИТАЯ

Часть 1, причины резкого роста

🇰🇿 Цифровые платформы — это феномен. Они распространились стремительно и стали нормой для жизни практически всех казахстанцев. Их резкий рост стал поводом для беспокойства государства и экспертного сообщества — как их измерить, есть ли риски, как их регулировать и контролировать. Ведь даже развитые страны не до конца разобрались с новым явлением, да и уровень проникновения у них скромнее, чем в Казахстане.

🇨🇳 Чего не скажешь о соседней стране — Китае. Буквально 15 лет назад ее не было на мировой карте цифровых услуг. Сегодня она на 1-месте с объемом онлайн торговли свыше $2 трлн, занимая 50% мирового рынка. То, что мы наблюдаем в Казахстане, уже происходило в Китае 5–10 лет назад.

Но почему именно Китай, а не развитые страны? Почему его примеру последовал Казахстан? Самый вероятный ответ: цифровые платформы отвечают на огромный скрытый запрос на качественные институты. Летом прошлого года мы уже сравнивали цифровые платформы с «экзоскелетом» экономики, который компенсирует недостатки институциональной среды.

📖 Далее, мы приводим обзор книги Лижи Лю «From Click to Boom: The Political Economy of E-Commerce in China». В 2020 году она получила награду от международного Сообщества институциональной и организационной экономики, чем и привлекла наше внимание.

❗️ Итак, для роста доходов и производительности нужен масштаб продаж и усложнение производства. Но это означает большое количество трансакций с незнакомыми людьми из далеких регионов. Остро встает вопрос исполнения договоренностей, особенно в свете нехватки информации и слабых государственных институтов.

У Китая и Казахстана здесь было много общего. Большая территория, серьезная этнолингвистическая разобщенность, длительный коммунистический режим, подорвавший межличностное доверие с двух сторон — подавление неформальных институтов (религия, культурные нормы) и террор («стукачество»).

☑️ Напрашивается ответ — нужно «всего лишь» верховенство права через политические реформы. Но они практически всегда терпят крах из-за сопротивления элит. Однако запрос то у людей остается и его частично удовлетворили частные цифровые платформы, восполняя пробелы в госуправлении.

▪️ Яркий пример — Taobao. Он начался с решения простой, но критичной проблемы: недоверие между продавцами и покупателями. Taobao создали Alipay — эскроу-сервис, который удерживал оплату до подтверждения получения товара. Это гарантировало выполнение обязательств обеими сторонами — «дамба» была разрушена и это привело к взрывному росту электронной торговли.

▪️ Со временем цифровые платформы разработали и другие инструменты. В их числе — сложные механизмы репутации, кредитные рейтинги, системы обнаружения мошенничества и т. д. То есть они взяли на себя роль «посредников», гарантируя исполнение контрактов, предотвращая мошенничество и разрешая споры. Де-факто, они подменили функции судов и полиции, регуляторной махины.

❓ Зачем политики защиты потребителей и стимулирования бизнеса, если это достигается путём цивилизованной конкуренции на цифровой платформе?

(Продолжение следует)

(Продолжение)

Часть 2, эффект на экономику

К концу 2000-х экспорт перестал быть драйвером роста экономики Китая. Достигнув своего пика в 36% от ВВП в 2006 году, его доля стала сокращаться, до 20% в 2023-м. Нужны были иные источники роста и им стал внутренний рынок. Доля потребления домохозяйств с 2010 года выросла с 34% до 39% и важную роль в этом сыграли именно цифровые платформы (ЦП).

1️⃣ ЦП создали единый национальный рынок — совершенно другой масштаб продаж.

Несмотря на большое население, экономика Китая была фрагментирована по регионам. Издержки выхода за пределы своей локации были высокими и это ограничивало потенциал роста местного бизнеса. ЦП предоставили доступ к совершенно другим объемам и стимулировали конкуренцию.

2️⃣ ЦП способствовали низовой индустриализации, особенно в сегменте МСБ.

ЦП помогли производителям пережить кризис 2007–2008 годов. Когда глобальный спрос на китайский экспорт упал, торговцы подключились к онлайн продажам. Увеличился ассортимент продукции под потребителей.

Например, в деревне Дунфэн предприниматель начал продавать мебель через Taobao. Успех быстро привлек других жителей и к 2014 году Дунфэн стал центром онлайн-торговли: более 2000 интернет-магазинов на 1180 домохозяйств с годовым доходом свыше $210 млн. Электронная коммерция заменила старые промыслы, став главным источником дохода и рабочих мест.

3️⃣ ЦП стимулировали инновации и трансформацию ряда отраслей.

Требования потребителей по быстрой доставке товаров перестроили всю логистику. Выстроилась эффективная система транспортировки, «умные склады», их технологическая модернизация.

ЦП с их доступом к огромным массивам данных были идеальной средой для экспериментов и инноваций. Это подстегнуло технологии вроде Big data и искусственного интеллекта.

4️⃣ ЦП сдерживали инфляцию и улучшили реальные доходы населения.

Есть множество доказательств, что ЦП улучшили благосостояние именно сельских домохозяйств, снижая стоимость жизни. Был эксперимент, в ходе которого случайным образом был предоставлен доступ к E-commerce 100 деревням в 3-х провинциях. Результаты показали, что основной эффект проявляется через рост покупательной способности за счет прямого доступа к более дешевым, качественным и разнообразным товарам. О похожем ценовом эффекте мы писали тут.

5️⃣ ЦП создали безналичную экономику.

Доля безналичных платежей стремительно выросла, значительно «обелив» рынок. Доходит и до забавных, знакомых нам ситуаций. Например, просители милостыни используют QR-code вместо сбора наличных. Другой пример — когда воры приехали в город, известный своим переходом на безналичные платежи. За всю ночь они ограбили несколько магазинов и их «добычей» стала пара сотен долларов.

(Продолжение следует)

(Продолжение)

Часть 3, сложные взаимоотношения с государством

🇨🇳 Китай известен своим государственным планированием, развитой бюрократией и повсеместным вмешательством в бизнес. Но в пятилетнем плане 2011 года появился курс на «экономическое ребалансирование». Цель — перейти от инвестиций и экспорта к внутреннему потреблению и инновациям. Для этого нужен был единый национальный рынок с масштабным обезличенным обменом, которого не существовало из-за слабого верховенства права. Сделки ограничивались локальными рынками и личными связями.

✅ И ЦП смогли взять на себя этот «институциональный аутсорсинг». Из-за этого государство попросту «закрыло глаза» на их деятельность. Это называется «стратегическое невмешательство» — осознанная политика бездействия, направленная на поддержку новых отраслей через отказ от чрезмерного регулирования. Китайские власти почти два десятилетия (до 2020 г.) сознательно избегали строгих правил для ЦП, несмотря на давление госбанков и традиционного бизнеса.

☑️ Это не признак слабости государства. В условиях авторитарного режима власти знали, что силовой контроль остается за ними. Государство может легко контролировать ЦП путем антимонопольных расследований, штрафов или, в крайнем случае, отключить интернет. В богатых демократиях ЦП могут маневрировать между разными ветвями власти и лоббировать свои интересы, а в Китае конечные решения принимает узкий круг людей. Для исполнительной власти нет системы сдержек и противовесов.

Экономические успехи ЦП не гарантируют политическую власть. Платформы в Китае достигли такого успеха лишь с «молчаливого согласия» государства — пока они способствовали росту экономики, их не регулировали. Газета Центрального комитета КПК People’s Daily подавала такой сигнал ЦП: «не питайте иллюзий, что вы слишком большие для краха и не думайте, что будете все контролировать как чеболи в Южной Корее».

❗️ Все стало окончательно понятно после выпада Джека Ма в 2020 году с критикой власти, после чего начался настоящий «регуляторный шторм». Начавшаяся «кампанейщина», затронула все крупные ЦП и продолжалась 2,5 года. Историческое IPO Alibaba отменили через неделю, а сам Джек Ма исчез из публичного поля. «Антимонопольное» расследование против Alibaba завершилось всего за 4 месяца с рекордным штрафом в $2,8 млрд. Для сравнения, антимонопольный кейс в США против Microsoft длился более 10 лет.

За 2,5 года рыночная стоимость крупнейших Tech-компаний сократилась на $1 трлн. Инвесторы испугались жесткого давления на самую конкурентную отрасль страны. Это подорвало доверие к экономике в целом. Инновационные проекты заморозились, штаты сократились, пострадали смежные индустрии. Alibaba, например, закрыла лабораторию квантовых вычислений.

❗️ Иронично, что Китай, опасавшийся внешней конкуренции, сам ослабил свои технологические гиганты, увеличив разрыв с США. В 2018 году 9 из 20 крупнейших интернет-компаний мира были китайскими. К 2023 году их осталось лишь 6, тогда как число американских выросло до 12.

Поняв масштабы перегибов, и вследствие экономического спада государство прекратило «регуляторный шторм» в 2023 году. Начался новый виток либерализации для ЦП.

(Продолжение следует)