Тема Дня Д-2024 — «Город, которого нет»: повседневная жизнь «позднего» Ленинграда.
Начнем с важного — с причёсок.

В Ленинграде салонов красоты и парикмахерских было мало. В салонах красоты, как правило, стригли и делали прически лучше. В 70-е годы, чтобы сделать химическую завивку или стрижку по модному тогда методу «сессун», женщины ездили в салон красоты на Невском проспекте и стояли в очереди по несколько часов.

Самыми популярными стрижками и прическами среди советских модниц были холодная волна, валик, шиньон, каре, объемный начес, твигги, бабетта, паж (она же «а-ля Мирей Матье»), гаврош, "химия". Многие женщины ради кудрявых волос спали по ночам с бигуди.
В советских газетах модные прически часто критиковали, распущенные обесцвеченные волосы называли неряшливыми, а начесы вредными с гигиенической точки зрения.
Начес на коротких волосах даже иногда называли «Я у мамы дурочка» (вспомним сцену из фильма «Полосатый рейс»). Для дольшего сохранения укладки активно использовались лаки. Многие женщины красили волосы сами с помощью перекиси водорода или хны. Укладки, сделанные в салоне красоты, могли носить целую неделю.
А какую прическу носили в 70-е годы вы или ваши мамы?
Выкладывайте ваши фотографии в комментариях!

У Петра Иванова родители
по профессии укротители.
Папа носит зеленый фрак.
Мама длинное синее платье.
Папе звери послушны
за страх.
Маме больше из чувства симпатии.
По утрам, отправляясь
в цирк,
папа ест торопливо сыр.
Мама ест торопливо варенье.
Им не терпится на арене
постоять между львами
и львицами.
С до того беззаботными лицами,
будто все происходит
в птичнике.
Между прочим, нормальные хищники
в смысле пищи брезгуют взрослыми.
Потому что в какой-то мере
пахнет мясо пап папиросами.
Пахнет мясо мам парфюмерией.

Владимир Уфлянд, 1958.

Составляем для вас кроссворд по Довлатову. Вопрос.

Кто был по роду деятельности человек, чья фамилия более 20 лет постоянно попадалась на глаза Довлатову? 7 букв.

Петербургский метрополитен рассказал, что Довлатов принимал участие в строительстве «Ломоносовской»
Известный писатель помогал создавать изображение Михаила Ломоносова на станции.
Петербургский метрополитен в своем Telegram-канале «Метро. Повседневность» рассказал, что писатель Сергей Довлатов принимал участие в отделочных работах при строительстве станции «Ломоносовская».
Этот эпизод его жизни нашел отражение в рассказе «Номенклатурные полуботинки» из сборника «Чемодан».
«Знакомые устроили меня по блату в ДПИ (Комбинат декоративно-прикладного искусства). Я стал учеником камнереза. Решил утвердиться на поприще монументальной скульптуры. Меня зачислили в бригаду камнерезов. Нас было трое…» – позже написал Довлатов.
Конечно, многие детали в рассказе выдуманы. Довлатов действительно работал над изображением Ломоносова на станции – был на подхвате у мастеров-камнерезов. А персонаж, мэр Сизов, а в жизни Александр Александрович Сизов, был председателем Ленинградского горисполкома. Благодаря ему в городе появилась Невско-Василеостровская линия метро.
После открытия станции скульптуру, над которой работал Довлатов, убрали. Сейчас станцию украшает барельеф художника Владимира Городецкого.

А я вот смотрю на тебя, девочка ты моя, и просто улыбаюсь. Мне
жаль тебя. И особенно было жаль, когда ты забеременела от меня.
Могу представить, насколько ты, моя бедненькая, была потрясена,
когда мой сперматозоид пробил тебя насквозь и застрял там намертво.
Каким это было ударом! Забеременеть от обезьяноподобного! (
«Короткое туловище плотно сидело на гигантских ногах»...»...короткие
ручки беспомощно и бездельно повисали в воздухе...») От
столь ненавистного! А не от Того...Гениального..., столь Желанного!
Это же надо, потерпеть такое фиаско! Кстати, милая. Если не ошибаюсь,
не ты ли упоминала о моем фиаско в интервью для журнала «TERRA
NOVA», где заявила:«...Довлатов сделал две, как он полагал,
надежных инвестиции. В моем лице он выбрал бесплотную Музу, а
в лице Лены Довлатовой – преданную и всепрощающую жену, – кажется,
потерпев фиаско в каждом случае.»

Умер поэт Алексей Шельвах. Так я узнала о нем:
Птицы тише и тише свистели.
Луч заката глаза ужаснул.
Постоял у отвесной постели,
Стиснул зубы, упал и уснул,
не издав ни единого звука.
И столетник пылился в горшке.
Черный кот – о вселенская мука! –
Извивался в себе, как в мешке.

Алексей Шельвах

8 цитат из писем Сергея Довлатова
О желании иметь много денег и стать знаменитым, надеждах и планах, перочинном ноже и витаминных горошках в баночке, печальных зверях и любви
Автор Игорь Сухих

https://arzamas.academy/mag/788-dovlatov

О геройствовании:

Довлатов на дух не переносил претенциозность и морализаторство. Он часто иронизировал над чужим «геройствованием», особенно — диссидентским.

В романе «Филиал» он описал историю, связанную с вымышленным диссидентом по фамилии Акулич. По сюжету, Акулича выдвигают в президенты будущей свободной России. Во время представления, когда произносились слова «о бескорыстии, мужестве, нравственной стойкости» Акулича, неизвестная женщина-фотограф встала и спросила у него, когда он вернет ей 60 долларов. В ответ диссидент Акулич произнес: «Господа, что же это такое?! Я борюсь с тоталитаризмом, а вы мне про долги напоминаете?!»

История это была реальная, и, по воспоминаниям друзей, Довлатов, услышав такой ответ, сбросил борца с тоталитаризмом с тесной редакционной лестницы. Через минуту диссидент просунул голову в дверь и проговорил: «Зима на улице, а я тут пальто забыл».

Подробнее: https://www.pravilamag.ru/hero/286073-obide…

В числе тех, кто повлиял на писательское становление Сергея Довлатова, называют Хемингуэя, Фолкнера, Куприна, Ремарка и Сэлинджера, однако наиболее непосредственное воздействие на него оказал Чехов. Сам писатель весьма вспоминал о нем. Однажды, в беседе с американским славистом и переводчиком Джоном Глэдом он ссылается на Чехова, когда говорит, что «по письмам Чехова можно понять, что у него был комплекс беллетриста, то есть беллетрист ближе к понятию “рассказчик”. По русским понятиям он был не писателем, а рассказчиком. Какой смысл я в это вкладываю? Опять-таки, без всякого кокетства и без ложной скромности. Деятельность писателя в традиционном русском понимании связана с постановкой каких-то исторических, психологических, духовных, нравственных задач. А я рассказываю истории. Я когда-то делал это устно, а потом начал эти истории записывать. Я чувствую себя естественно и нормально, когда я что-то рассказываю или записываю. Это органически естественное для меня состояние. Ничем другим я не занимаюсь с легкостью и с удовольствием, всякая другая деятельность связана с какими-то сложностями, мучениями, напряжением сил. Поэтому всю свою жизнь я рассказываю истории, которые я либо где-то слышал, либо выдумал, либо преобразил…».