Председатель СПЧ при президенте предлагает прояснить ситуацию с «четырьмя миллионами доносов»

Выступая на научном совете Российского военно-исторического общества, посвященном докладу Никиты Хрущева «О культе личности и его последствиях», Валерий Фадеев напомнил о знаменитой фразе Сергея Довлатова из книги «Зона. Записки надзирателя»: «Мы без конца проклинаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить — кто написал четыре миллиона доносов?»

💬Действительно было написано четыре миллиона доносов и, если были доносы, — кто их писал? Миллионы граждан, или специально обученные доносчики, или их в НКВД заставляли? Это же фраза ходовая и все на нее опираются. Если это не так, давайте ее разоблачим, потому что это политически очень сильная фраза. Потому что граждане Советского Союза были фактически причастны к этому большому террору, вот о чем говорит эта фраза💬, — сказал Фадеев.

Он отметил также, что доклад Хрущева на XX съезде Коммунистической партии способствовал оздоровлению социальной атмосферы в стране, на нем было жестко заявлено о нарушениях 1930-х годов, и в обществе появилось ощущение, что теперь больших теперь не будет, в итоге началась культурная оттепель. При этом, по словам Фадеева, доклад был неоднозначным, содержал много «полуправды и даже неправды», не говорилось о раскулачивании и коллективизации, не были названы причины большого террора, зато Лаврентий Берия был назван агентом иностранной разведки.

По мнению Фадеева, историкам необходимо ответить на вопросы о том, была ли в Советском Союзе «пятая колонна», входил ли в нее, например, маршал Михаил Тухачевский и готовил ли он заговор против Сталина. Как отмечает РБК, на это многие из присутствовавших на мероприятии историков из РВИО ответили: «Готовил».

Глава СПЧ отметил, что в обществе нет более или менее единой оценки Сталина и сталинской эпохи, но «бояться истории не надо», однако нельзя и позволять использовать ее в борьбе с Россией. В частности, он привел в пример мемориальные таблички репрессированных, которые размещал на жилых домах проект «Последний адрес», повторив свою позицию о том, что «это политический проект, а не проект памяти». При этом он добавил, что и «фразы представителей другого лагеря о том, что „Сталин не виноват“, „Сталин не знал“, тоже несостоятельны»