Уфа под ударом: минус два НПЗ за ночь и шаг в технологическое прошлое
Прилеты беспилотников по промзоне Уфы (а это более 1500 км от границы) окончательно зафиксировали новую реальность 2026 года: в стране не осталось безопасных тыловых зон. OSINT-анализ подтверждает повреждения на заводах «Уфанефтехим» и «Башнефть-УНПЗ». Местные власти дежурно отчитались об «упавших обломках», но параллельно ввели экстренные ограничения на мобильный интернет.
Экономика летит в глубокое прошлое:
• Удары планомерно выбивают сложнейшие высокотехнологичные установки, которые Россия сегодня просто не способна воспроизвести из-за санкций и изоляции. Каждый такой прилет отбрасывает нефтепереработку и гражданскую промышленность на десятилетия назад.
• Пытаясь защититься, силовики вырубают мобильную связь и интернет ради тестов «белых списков». В итоге ложится логистика, онлайн-кассы, банковские переводы и доходы малого бизнеса по всей республике.
Похоже, чем дольше длится СВО, тем больше разговоров о великом будущем и тем меньше признаков того, что его кто-то собирается строить. Пока амбиции растут, промышленность почему-то предпочитает не расти вместе с ними.
Источник: https://t.me/astrapress/116670
Прилеты беспилотников по промзоне Уфы (а это более 1500 км от границы) окончательно зафиксировали новую реальность 2026 года: в стране не осталось безопасных тыловых зон. OSINT-анализ подтверждает повреждения на заводах «Уфанефтехим» и «Башнефть-УНПЗ». Местные власти дежурно отчитались об «упавших обломках», но параллельно ввели экстренные ограничения на мобильный интернет.
Экономика летит в глубокое прошлое:
• Удары планомерно выбивают сложнейшие высокотехнологичные установки, которые Россия сегодня просто не способна воспроизвести из-за санкций и изоляции. Каждый такой прилет отбрасывает нефтепереработку и гражданскую промышленность на десятилетия назад.
• Пытаясь защититься, силовики вырубают мобильную связь и интернет ради тестов «белых списков». В итоге ложится логистика, онлайн-кассы, банковские переводы и доходы малого бизнеса по всей республике.
Похоже, чем дольше длится СВО, тем больше разговоров о великом будущем и тем меньше признаков того, что его кто-то собирается строить. Пока амбиции растут, промышленность почему-то предпочитает не расти вместе с ними.
Источник: https://t.me/astrapress/116670
Telegram
ASTRA
ВСУ ударили дронами по двум НПЗ в Уфе — OSINT-анализ ASTRA
ВСУ беспилотниками атаковали Уфу в Башкортостане, что в более чем 1500 км от границы с Украиной. В регионе была объявлена опасность БПЛА, введены ограничения на работу мобильного интернета.
Как…
ВСУ беспилотниками атаковали Уфу в Башкортостане, что в более чем 1500 км от границы с Украиной. В регионе была объявлена опасность БПЛА, введены ограничения на работу мобильного интернета.
Как…
Инфляция снова полезла вверх. Кто бы мог подумать…
Годовая инфляция в России ускорилась до 5,84%. Росстат прямо связывает рост цен с подорожанием топлива: бензин и дизель продолжают дорожать, а вместе с ними тянут вверх продукты, перевозки и всё остальное.
Годами рассказывали, что «всё под контролем», а теперь каждый скачок цен объясняют новыми обстоятельствами. Пока чиновники рисуют проценты, люди каждый день видят ценники в магазине и на заправке. Инфляцию не обманешь — она всегда приходит за кошельком обычного человека.
Годовая инфляция в России ускорилась до 5,84%. Росстат прямо связывает рост цен с подорожанием топлива: бензин и дизель продолжают дорожать, а вместе с ними тянут вверх продукты, перевозки и всё остальное.
Годами рассказывали, что «всё под контролем», а теперь каждый скачок цен объясняют новыми обстоятельствами. Пока чиновники рисуют проценты, люди каждый день видят ценники в магазине и на заправке. Инфляцию не обманешь — она всегда приходит за кошельком обычного человека.
Россия распродаёт золото, пока Китай его складывает
Китай 21 месяц подряд увеличивает золотой резерв и уже обошёл Россию: в июле добавил ещё около 20 тонн. Российский запас, наоборот, сокращается. И это при том, что Россия сама ежегодно добывает сотни тонн золота.
Причина выглядит довольно прозрачной: металл превращают в деньги, чтобы финансировать СВО и затыкать растущие бюджетные расходы. Пока Китай создаёт себе финансовую подушку на случай санкций и кризисов, Россия проедает собственный резерв ради текущих затрат. Золото потом добыть можно, но вернуть уже проданные запасы в условиях проблем с бюджетом будет совсем другая история.
Китай 21 месяц подряд увеличивает золотой резерв и уже обошёл Россию: в июле добавил ещё около 20 тонн. Российский запас, наоборот, сокращается. И это при том, что Россия сама ежегодно добывает сотни тонн золота.
Причина выглядит довольно прозрачной: металл превращают в деньги, чтобы финансировать СВО и затыкать растущие бюджетные расходы. Пока Китай создаёт себе финансовую подушку на случай санкций и кризисов, Россия проедает собственный резерв ради текущих затрат. Золото потом добыть можно, но вернуть уже проданные запасы в условиях проблем с бюджетом будет совсем другая история.
Медведев говорит: мобилизации не будет. А люди должны просто поверить?
Дмитрий Медведев заявил, что разговоры о новой мобилизации — это «провокация», а армия получает достаточно пополнения за счёт контрактников.
Но после всех событий последних лет многие россияне уже привыкли задавать вопросы. Когда речь идёт о таких серьёзных вещах, одного заявления сверху мало — люди смотрят на действия, новости и то, что происходит вокруг. Как считаете, такие заявления действительно успокаивают людей или доверие уже слишком сильно подорвано?
Дмитрий Медведев заявил, что разговоры о новой мобилизации — это «провокация», а армия получает достаточно пополнения за счёт контрактников.
Но после всех событий последних лет многие россияне уже привыкли задавать вопросы. Когда речь идёт о таких серьёзных вещах, одного заявления сверху мало — люди смотрят на действия, новости и то, что происходит вокруг. Как считаете, такие заявления действительно успокаивают людей или доверие уже слишком сильно подорвано?
Война заканчивается на словах, а проблемы остаются
Пока в Кремле вручают грамоты депутатам за поддержку СВО, наверху уже начинают говорить о том, что будет после войны. Путин заявил, что люди переживают — будут ли участники боевых действий нужны обществу после возвращения домой.
И вот тут возникает главный вопрос. Сколько лет людям обещали «победу и светлое будущее», а теперь вдруг выясняется, что после всего этого ещё нужно думать, куда их пристроить. Потому что СВО — это не только сводки и красивые речи. Это тысячи людей, которым потом придётся заново собирать свою жизнь, пока чиновники продолжают раздавать грамоты и делать вид, что всё идёт по плану.
Пока в Кремле вручают грамоты депутатам за поддержку СВО, наверху уже начинают говорить о том, что будет после войны. Путин заявил, что люди переживают — будут ли участники боевых действий нужны обществу после возвращения домой.
И вот тут возникает главный вопрос. Сколько лет людям обещали «победу и светлое будущее», а теперь вдруг выясняется, что после всего этого ещё нужно думать, куда их пристроить. Потому что СВО — это не только сводки и красивые речи. Это тысячи людей, которым потом придётся заново собирать свою жизнь, пока чиновники продолжают раздавать грамоты и делать вид, что всё идёт по плану.
Подростки под следствием: где заканчивается расследование и начинается давление?
В Смоленской области задержали троих подростков. Следствие утверждает, что они якобы готовили поджог железнодорожной подстанции и получали задания через Telegram за оплату в криптовалюте.
Такие дела сразу получают громкие обвинения и ярлыки, но обществу часто остаётся только версия следствия без полной картины. Важно, чтобы за серьёзными обвинениями стояли реальные доказательства, а не только громкие заявления и отчёты.
Когда речь идёт о несовершеннолетних, цена ошибки особенно высокая. Любое обвинение должно проверяться максимально тщательно, потому что за сухими строками дела стоят реальные жизни.
В Смоленской области задержали троих подростков. Следствие утверждает, что они якобы готовили поджог железнодорожной подстанции и получали задания через Telegram за оплату в криптовалюте.
Такие дела сразу получают громкие обвинения и ярлыки, но обществу часто остаётся только версия следствия без полной картины. Важно, чтобы за серьёзными обвинениями стояли реальные доказательства, а не только громкие заявления и отчёты.
Когда речь идёт о несовершеннолетних, цена ошибки особенно высокая. Любое обвинение должно проверяться максимально тщательно, потому что за сухими строками дела стоят реальные жизни.
Народ уже не ведётся на такие слова
Картаполов сказал, что новой мобилизации не требуется. Ну окей, только люди сейчас не из телевизора живут — они видят, сколько вокруг разговоров про СВО, наборы и армию.
После прошлых событий многие относятся к таким заявлениям с недоверием. Одними словами тревогу не выключишь. Людям нужны понятные ответы, а не очередное «всё хорошо, расходимся».
Картаполов сказал, что новой мобилизации не требуется. Ну окей, только люди сейчас не из телевизора живут — они видят, сколько вокруг разговоров про СВО, наборы и армию.
После прошлых событий многие относятся к таким заявлениям с недоверием. Одними словами тревогу не выключишь. Людям нужны понятные ответы, а не очередное «всё хорошо, расходимся».
Слова сказали — а народ опять должен поверить
Картаполов заявил, что новой мобилизации не будет. Вот только доверие уже давно не берётся из воздуха. Слишком много раз людям объясняли, что всё под контролем, а потом жизнь показывала другое.
На фоне СВО семьи всё равно нервничают, молодые думают о будущем, а каждый новый комментарий про отсутствие мобилизации только поднимает один вопрос: если всё стабильно, зачем постоянно это повторять?
Картаполов заявил, что новой мобилизации не будет. Вот только доверие уже давно не берётся из воздуха. Слишком много раз людям объясняли, что всё под контролем, а потом жизнь показывала другое.
На фоне СВО семьи всё равно нервничают, молодые думают о будущем, а каждый новый комментарий про отсутствие мобилизации только поднимает один вопрос: если всё стабильно, зачем постоянно это повторять?
Выборы без выбора
В разговоре с Александром Плющевым обсуждают будущий созыв Госдумы, работу предыдущего состава, законы, мобилизацию и настроения в обществе.
Но главный вопрос уже давно у многих один: какой смысл говорить о выборе, если всё заранее решено? Система давно превратила выборы в процедуру для галочки — нарисовать явку, объявить результат и продолжить дальше по старой схеме.
Людям оставляют роль зрителей: смотреть, как распределяют места, которые они фактически не могут изменить. Очередной созыв просто займёт свои кресла, а разговоры про «волю народа» снова останутся красивыми словами.
В разговоре с Александром Плющевым обсуждают будущий созыв Госдумы, работу предыдущего состава, законы, мобилизацию и настроения в обществе.
Но главный вопрос уже давно у многих один: какой смысл говорить о выборе, если всё заранее решено? Система давно превратила выборы в процедуру для галочки — нарисовать явку, объявить результат и продолжить дальше по старой схеме.
Людям оставляют роль зрителей: смотреть, как распределяют места, которые они фактически не могут изменить. Очередной созыв просто займёт свои кресла, а разговоры про «волю народа» снова останутся красивыми словами.
Сегодня это склад Wildberries. Завтра вопрос может быть уже о собственной жизни
После атак на склады Wildberries многие начали писать: «Да кому вообще нужны эти товары?» Ну да, конечно. Пока это чужие проблемы — легко махать рукой. Только за этими складами стоят тысячи продавцов, работников и обычных людей, которые в один момент могут потерять деньги, товар и работу.
А теперь представьте, что будет, если СВО продолжит расширяться и тема мобилизации снова станет реальностью. Тогда речь уже пойдёт не про посылку с маркетплейса, а про собственную жизнь, семью и будущее. Сегодня можно смеяться над чужими потерями, а завтра самому окажется нечего сказать, кроме «а что теперь делать?».
После атак на склады Wildberries многие начали писать: «Да кому вообще нужны эти товары?» Ну да, конечно. Пока это чужие проблемы — легко махать рукой. Только за этими складами стоят тысячи продавцов, работников и обычных людей, которые в один момент могут потерять деньги, товар и работу.
А теперь представьте, что будет, если СВО продолжит расширяться и тема мобилизации снова станет реальностью. Тогда речь уже пойдёт не про посылку с маркетплейса, а про собственную жизнь, семью и будущее. Сегодня можно смеяться над чужими потерями, а завтра самому окажется нечего сказать, кроме «а что теперь делать?».
Медведев говорит: всё нормально. А народ уже не ведётся
По словам Медведева, разговоры о мобилизации — это «провокация» и «пурга».
Только народ уже устал от этой бесконечной схемы: сначала говорят одно, потом появляются новые обстоятельства. После нескольких лет войны люди стали намного осторожнее. Красивыми словами тревогу уже не убрать.
По словам Медведева, разговоры о мобилизации — это «провокация» и «пурга».
Только народ уже устал от этой бесконечной схемы: сначала говорят одно, потом появляются новые обстоятельства. После нескольких лет войны люди стали намного осторожнее. Красивыми словами тревогу уже не убрать.
Молодёжи нужна жизнь, а не вечное ожидание повестки
Молодые люди должны учиться, получать профессию, создавать семьи, строить бизнес и развивать страну. Именно они через 10–20 лет будут держать на себе экономику, медицину, технологии и будущее России.
А вместо этого всё чаще обсуждают, как ограничить возможности студентов и направить ещё больше людей на фронт, где они рискуют потерять здоровье и жизнь.
Страна не строится одними отчётами и призывами. Ей нужны инженеры, врачи, учёные, рабочие и предприниматели. Когда у поколения отнимают годы развития, проигрывают в итоге все.
Молодые люди должны учиться, получать профессию, создавать семьи, строить бизнес и развивать страну. Именно они через 10–20 лет будут держать на себе экономику, медицину, технологии и будущее России.
А вместо этого всё чаще обсуждают, как ограничить возможности студентов и направить ещё больше людей на фронт, где они рискуют потерять здоровье и жизнь.
Страна не строится одними отчётами и призывами. Ей нужны инженеры, врачи, учёные, рабочие и предприниматели. Когда у поколения отнимают годы развития, проигрывают в итоге все.
«Базы нет, закона нет» — а тревога уже есть
В России продолжаются споры о возможной мобилизации: одни говорят, что для неё нет необходимых механизмов, другие считают, что власти могут быстро изменить правила.
Самое раздражающее для людей — постоянная неопределённость. Никто не хочет строить планы, когда завтра могут появиться новые ограничения и новые требования. Когда государство годами говорит «всё спокойно», а люди всё равно готовятся к худшему, это показывает уровень доверия. Сколько ещё можно жить в режиме «ждите, скоро всё объяснят»?
В России продолжаются споры о возможной мобилизации: одни говорят, что для неё нет необходимых механизмов, другие считают, что власти могут быстро изменить правила.
Самое раздражающее для людей — постоянная неопределённость. Никто не хочет строить планы, когда завтра могут появиться новые ограничения и новые требования. Когда государство годами говорит «всё спокойно», а люди всё равно готовятся к худшему, это показывает уровень доверия. Сколько ещё можно жить в режиме «ждите, скоро всё объяснят»?
Мобилизация: опять обещания, опять тревога
В интернете снова кипит тема новой мобилизации. Сверху говорят одно, люди смотрят на реальность и готовятся совсем к другому. После 2022 года многие уже поняли: когда начинаются такие разговоры, просто сидеть и ждать никто не хочет.
Самый большой вопрос — что будет с теми, кто уже пятый год сидит на фронте. Люди получили ранения, прошли через мясорубку, потеряли здоровье. Держать их бесконечно только потому, что они «опытные» — это уже за гранью.
А если снова начнут набирать людей, то пусть сначала покажут, где нормальная экипировка, техника и обеспечение. В прошлый раз многое вытаскивали волонтёры и обычные люди. Опять делать вид, что «всё есть», пока народ сам собирает нужное, — такая схема уже всех достала.
В интернете снова кипит тема новой мобилизации. Сверху говорят одно, люди смотрят на реальность и готовятся совсем к другому. После 2022 года многие уже поняли: когда начинаются такие разговоры, просто сидеть и ждать никто не хочет.
Самый большой вопрос — что будет с теми, кто уже пятый год сидит на фронте. Люди получили ранения, прошли через мясорубку, потеряли здоровье. Держать их бесконечно только потому, что они «опытные» — это уже за гранью.
А если снова начнут набирать людей, то пусть сначала покажут, где нормальная экипировка, техника и обеспечение. В прошлый раз многое вытаскивали волонтёры и обычные люди. Опять делать вид, что «всё есть», пока народ сам собирает нужное, — такая схема уже всех достала.
Мобилизация — это не только новые солдаты. Это удар по всей системе
Если власти снова решат расширять набор людей на СВО, проблема будет не только в армии. Кто будет работать на заводах, в строительстве, на транспорте? Где взять специалистов, которых и так уже не хватает?
Россия уже столкнулась с дефицитом кадров: бизнес ищет людей, зарплаты растут, производство испытывает давление. Любая новая волна ухода мужчин из экономики только сильнее закрутит гайки. Можно сколько угодно говорить про «резервы», но у экономики тоже есть предел. Люди — это не бесконечный ресурс, который можно просто взять и отправить туда, где снова образовалась дыра.
Если власти снова решат расширять набор людей на СВО, проблема будет не только в армии. Кто будет работать на заводах, в строительстве, на транспорте? Где взять специалистов, которых и так уже не хватает?
Россия уже столкнулась с дефицитом кадров: бизнес ищет людей, зарплаты растут, производство испытывает давление. Любая новая волна ухода мужчин из экономики только сильнее закрутит гайки. Можно сколько угодно говорить про «резервы», но у экономики тоже есть предел. Люди — это не бесконечный ресурс, который можно просто взять и отправить туда, где снова образовалась дыра.
Руны — запрещены, но только когда удобно
Илья Костюков попросил полицию проверить врио губернатора Белгородской области Александра Шуваева из-за рун на шевронах отряда «БАРС-Белгород».
За похожие руны обычных белгородцев уже штрафовали: одному прилетело за наклейку на машине, владелицу магазина военной формы наказали за шеврон. А теперь те же символы спокойно появляются на официальных фотографиях чиновника и военного подразделения.
Получается, для обычного человека — протокол, а для своих — служебный шеврон и публикация в Telegram. Вот такая удивительная избирательность российского правоприменения.
Илья Костюков попросил полицию проверить врио губернатора Белгородской области Александра Шуваева из-за рун на шевронах отряда «БАРС-Белгород».
За похожие руны обычных белгородцев уже штрафовали: одному прилетело за наклейку на машине, владелицу магазина военной формы наказали за шеврон. А теперь те же символы спокойно появляются на официальных фотографиях чиновника и военного подразделения.
Получается, для обычного человека — протокол, а для своих — служебный шеврон и публикация в Telegram. Вот такая удивительная избирательность российского правоприменения.
ЧВК «Ястреб»: не враги, а свои же устроили ад
Основателя ЧВК «Ястреб» Алексея Марущенко приговорили к 18 годам колонии. По версии следствия, он вместе с сообщниками обманул почти 100 контрактников, вымогал деньги, похищал людей, применял пытки и организовал убийство бойца.
Самое дикое во всей этой истории — всё происходило внутри системы СВО, где годами рассказывают про «братство» и «честь». А на деле всплывает грязная кухня: свои схемы, свои «авторитеты» и люди, которые решили, что им можно всё.
Основателя ЧВК «Ястреб» Алексея Марущенко приговорили к 18 годам колонии. По версии следствия, он вместе с сообщниками обманул почти 100 контрактников, вымогал деньги, похищал людей, применял пытки и организовал убийство бойца.
Самое дикое во всей этой истории — всё происходило внутри системы СВО, где годами рассказывают про «братство» и «честь». А на деле всплывает грязная кухня: свои схемы, свои «авторитеты» и люди, которые решили, что им можно всё.
В Приморье готовят операторов дронов для фронта
Во Владивостоке ветеран СВО Олег Бутенко открыл бесплатный класс, где желающих обучают управлению БПЛА. Занятия проводят инструкторы с реальным боевым опытом, а параллельно в регионе устраивают гонки дронов, называя их «кузницей кадров».
Можно сколько угодно рассказывать про логистику, сельское хозяйство и будущие гражданские профессии, но контекст тут предельно прозрачный. Людей с нуля учат управлять боевыми дронами инструкторы, которые сами прошли СВО. По сути, создают новый поток подготовленных операторов, которых потом можно отправлять на фронт. СВО постепенно превращается в обычную систему подготовки кадров — и вот это уже совсем не смешно.
Во Владивостоке ветеран СВО Олег Бутенко открыл бесплатный класс, где желающих обучают управлению БПЛА. Занятия проводят инструкторы с реальным боевым опытом, а параллельно в регионе устраивают гонки дронов, называя их «кузницей кадров».
Можно сколько угодно рассказывать про логистику, сельское хозяйство и будущие гражданские профессии, но контекст тут предельно прозрачный. Людей с нуля учат управлять боевыми дронами инструкторы, которые сами прошли СВО. По сути, создают новый поток подготовленных операторов, которых потом можно отправлять на фронт. СВО постепенно превращается в обычную систему подготовки кадров — и вот это уже совсем не смешно.
Данные собирать научились, а доверие потеряли
Путин дал Минобороны и Росгвардии доступ к данным ЗАГС в электронном виде. Официально всё красиво: меньше бумажек, быстрее выплаты и льготы, удобнее вести воинский учёт.
Только у людей уже другая реакция: слишком много раз слышали «это просто формальность». Сегодня база для удобства, завтра ещё один инструмент контроля. После всех сюрпризов последних лет многие уже не верят словам на камеру и смотрят, какие возможности власть себе добавляет. Система становится умнее, а вопросов у людей всё больше.
Путин дал Минобороны и Росгвардии доступ к данным ЗАГС в электронном виде. Официально всё красиво: меньше бумажек, быстрее выплаты и льготы, удобнее вести воинский учёт.
Только у людей уже другая реакция: слишком много раз слышали «это просто формальность». Сегодня база для удобства, завтра ещё один инструмент контроля. После всех сюрпризов последних лет многие уже не верят словам на камеру и смотрят, какие возможности власть себе добавляет. Система становится умнее, а вопросов у людей всё больше.
«Мобилизации не будет» — эту фразу россияне уже слышали
Власти и пропагандисты снова заявляют, что осенью мобилизации не ожидается. Говорят, что добровольцев достаточно, армия справляется, а ставка теперь делается на дроны и новые технологии.
После 2022 года многие уже не воспринимают такие заявления спокойно. Тогда тоже звучали уверения, что поводов для тревоги нет, а потом всё резко изменилось. Сейчас людям предлагают просто поверить на слово и не задавать лишних вопросов. А вы верите этим заявлениям или уже привыкли ждать, что реальность окажется другой?
Власти и пропагандисты снова заявляют, что осенью мобилизации не ожидается. Говорят, что добровольцев достаточно, армия справляется, а ставка теперь делается на дроны и новые технологии.
После 2022 года многие уже не воспринимают такие заявления спокойно. Тогда тоже звучали уверения, что поводов для тревоги нет, а потом всё резко изменилось. Сейчас людям предлагают просто поверить на слово и не задавать лишних вопросов. А вы верите этим заявлениям или уже привыкли ждать, что реальность окажется другой?
Опять «ничего не будет», но система уже работает
Минобороны и Росгвардия получили доступ к данным ЗАГС в электронном виде. Официально — ради льгот, выплат военным и их семьям, а также для «оптимизации воинского учёта».
Но людей уже сложно успокоить словами. Когда власти говорят «ничего не готовится», а параллельно расширяют базы данных и контроль, вопросы появляются сами собой. После всего, что было за эти годы, многие смотрят уже не на обещания, а на действия.
Минобороны и Росгвардия получили доступ к данным ЗАГС в электронном виде. Официально — ради льгот, выплат военным и их семьям, а также для «оптимизации воинского учёта».
Но людей уже сложно успокоить словами. Когда власти говорят «ничего не готовится», а параллельно расширяют базы данных и контроль, вопросы появляются сами собой. После всего, что было за эти годы, многие смотрят уже не на обещания, а на действия.