💜: Привеет, коотик!! Ты не чувствуешь себя одиноко?- Часто ты один?

Сегодня было слишком светло для ночи, хотя жаловаться на это сейчас совершенно не хотелось. Относительно недавно у кэтнапа возникло желание выйти на улицу, и вот, сидел он посреди большой поляны, даже не помня, как дошел, а свет луны освещал почти всю местность вокруг. Каждую травинку и листочек с деревьями вдалеке. Холодный, но приятный свет падал прямо на него, освещая бликами его фиолетовую шёрстку. Он лениво вытянул ноги вперёд и откинулся немного назад, опершись руками в мягкую траву позади него.

Ночное небо было до одури чистым. Ни единого облачка, за которое мог бы зацепиться взгляд, лишь множество мелких звёзд и она, полная луна, которой котенок очень любил любоваться в те ночи, в которые подолгу не мог уснуть. Сейчас же он прищуривался, вглядываясь в серые пятна на ее поверхности, и параллельно думая, почему же на луне возникают эти кратеры?

Вдалеке тихо шуршали ветки деревьев, и этот звук только подчёркивал, какая вокруг тишина ночью. Здесь, вдали от других, ему было спокойно. Ему до дрожи нравились такие моменты полного одиночества, где никто не сможет его потревожить, ни вломится без стука и не попытается втянуть в очередную авантюрин.

Очередной легкий порыв теплого ветра немного взьерошил шерсть на его затылке, а кэтнап в ответ на это лишь медленно выдохнул, не отрывая взгляда от ярко-беллй луны над головой. Настроение было на удивление хорошим. Его губы, которые обычно были застывшими в привычной сонной полуулыбке, сами по себе немного дрогнули. Личико его полностью расслабилось, и под лунным светом появилась улыбка. Редкое зрелище... Но ведь сейчас его никто не видел. 🌟

"И всё же, зачем я сюда пришел так поздно ночью?" - единственный вопрос, который сейчас звучал у кота в голове, хотя сам он продолжал сидеть на прогретой за день траве, любуясь огромной луной в небе. Обычно в такое время он уже давно лежал бы у себя дома, зарылся бы с головой в мягкое одеяло, свернувшись клубкочком. Желательно после кружки тёплого молока, после которого его постоянно начинало клонить в сон.

Вылезать наружу посреди ночи ради того, чтобы просто посидеть на земле и посмотреть на луну? Нет-нет-нет, это было совершенно на него не похоже, но сегодня ночью всё шло как-то не так. Было какое-то странное предчувствие, которое вытащило его из кровати и заставило пойти на улицу.

Это предчувствие было каким-то очень двояким, ведь с одной стороны от него было чувство тревожности, но с другой оно давало некое расслабление, что было явно лучше, чем первое. Чувство, что вот-вот должно было случиться что-то такое, что откладывалось на потом уже длительное время, не покидало Кэтнапа. Он несколько раз моргнул, пытаясь отогнать эти странные мысли.

Взгляд фиолетового медленно отцепился от луны и ушел куда-то в бок. Теперь же, смотря на темный лес вдали, куда лунный свет почти не доставал, ему казалось, что деревья превратились в одну большую чёрную кляксу. И вот тут внезапно накатило... Знакомое, но от того не менее противное чувство дереализации. Нап чуть нахмурился, сильнее опираясь лапами о землю за спиной. Лес вдалеке вдруг показался ему каким-то ненастоящим. Силуэты деревьев словно начали медленно наклоняться в сторону, принимая странные формы искажения. Кот даже зажмурился на несколько секунд, пытаясь отгнать это странное видение.

Проще всего было списать эти визуальные глюки на недосып, ведь его организм привык отключаться гораздо раньше, и сейчас мозг от недопонимания показывал такие вот бредовые картинки. Подтверждая эту теорию, челюсть свело от широкого зевка. Кэтнап прикрыл рот одной лапой, жмурясь так сильно, что перед глазами появились цветные расплывчатые кружочки.

"Хорошо хоть на улице было комфортно" - подумал кот, в то время как тёплый летний ветерок мягко веял шерсть туда-сюда, а земля под лапами всё ещё отдавала дневное тепло. От этих ощущений стало так спокойно, что появилось желание даже улечься прямо тут, но почему-то оно очень быстро исчезло. Забавно было осознавать, что все криттеры сейчас наверняка видят уже десятый по счёту сон. Догдэй, наверное, даже во сне дрыгает лапами, играясь с кем-то в мячик. Почему он подумал про Д...

... Шурх. Шурх.

Левое ухо дёрнулось само по себе, развернувшись на звук быстрее, чем Кэтнап вообще успел об этом подумать. Тихий шелест травы где-то за спиной, в паре метров от неоо. Кто-то явно очень старался идти тихо, но получалось у этого "кого-то" откровенно так себе. Грация картошки. Кот даже не шелохнулся, чтобы проверить, ведь ему не нужно было оборачиваться назад, чтобы понять, кого именно принесло на эту поляну в такое позднее время.

"Ну конечно. Только один зверёк способен не спать в это время" - усмехнулся про себя Нап. Вспомни солнце, вот и лучик, да? Естественно, это был Догдэй. Лишь он способен не спать такой глубокой ночью из-за своего ночного прилива энергии, с которым хочется переделать все дела не только у себя дома, но и дома у каждого из его друзей. Кэтнап очень хорошо знал этот график, ведь сколько раз ему приходилось усыплять его своим красным газом просто ради того, чтобы тот не загнал себя до полусмерти своими же идеями? Десятки раз... А может и сотни.

Дрёма лишь тихонько выдохнул, не меняя своей позы. Он прикрыл свои глаза, позволяя лунному свету и дальше освещать его мордашку. Голова осталась всё в том же положении, устремлённая прямо к небу и, дождавшись, пока шаги сзади станут чуть громче, спокойно сказал:

Вопрос щенка вызвал странное ощущение в теле Кэнтэпа, и из горла вырвался смешок, который тут же и оборвался. Кот нахмурился, чувствуя недопонимание, ведь он даже не собирался смеяться вслух. Да и вообще не собирался смеяться, чего смешного-то тут? Тело словно само решило выдать реакцию раньше того, как он успел подумать о словах, сказанных щенком. Ещё одна странность за эту ночь...

Как только Дэй плюхнулся на траву рядом с котом, произошла ещё одна странность. То самое предчувствие, которое не давало коту покоя всю ночь.. исчезло?

Стоило об этом задуматься, как в голове сразу же начала выстраиваться параллель, ведь каждое такое предчувствие почему-то всегда заканчивалось появлением пса. Взять хотя бы недавний случай, когда Дэй повредил себе лапу. Кот отчётливо помнил, как ночью перед этим ни с того ни с сего учуял запах сухой древесины в комнате, а на следующий день тот же самый запах привёл его прямиком к лидеру. Совпадение? Он не знал.

Тихое жужжание прямо возле него прервало его размышления. Он полностью открыл глаза, медленно моргая, и заметил, что вокруг них в воздухе летали несколько светлячков, делая их место ещё красивее.

Только для них.

Увидев светлячков, он решил оглядеться по сторонам. Большой круг лунного света, который до этого освещал почти всю поляну, сузился. Теперь весь свет концентрировался исключительно на них двоих, словно специально выставленный прожектор. Взгляд фиолетового прошёлся по телу друга, мельком задержавшись на его ноге.

Кэтнап тяжко вздохнул, услышав ответ догдэя. В этом не было ничего необычного, Дэй всегда ценил каждую мелочь, если она связана хоть с кем-то из его друзей. Он любил хранить выцветшие рисунки или сломанные вещицы... Ладно, это ещё можно было понять. Но кусок ткани на здоровой ноге?

Это ведь просто грязная повязка. Рана уже затянулась, и под ней осталась только шерсть, а он всё равно упорно носил её на себе. Какой смысл беречь то, что каждый день напоминает о его падении и боли, которую он тогда пережил? Глупая собачья сентиментальность.

"Солнце"... Он использовал это прозвище так редко, что оно само по себе казалось уже чем-то странным. Но сейчас его голос прозвучал на удивление тихо и.. заботливо?

Дрёма дёрнул ухом, слегка озадаченный собственной интонацией. Совсем на него не похоже. Обычно он не использует такие ласковые выражение по отношению к кому-то, предпочитая прятаться за пофигизмом. Но глядя на эту перевязанную ногу, которую так настойчиво освещал лунный свет, ему вдруг захотелось от неё избавиться. Развязать узел, выбросить ткань в траву, чтобы она больше не напоминала

никому из них

о том дне, когда Дэй упал с крыши.

И раз уж именно он тогда своими же когтями затягивал этот узел, делая красивый бантик на ноге, значит, ему его и распускать. Логично. Он немного подвинулся к своему рыжему другу и похлопал по своим ногам, чтобы тот поставил свою ногу на них.

Кэтнап никогда не понимал понятие "сентиментальность к вещам". Любым. Думал, что, наверное, раз вещь от близкого человека, она должна сразу вызвать чувство важности? Ему казалось так со стороны.

Он даже толком не успел понять, что именно он сейчас брякнул, как щенок уже послушно устроил свою ногу прямо на его коленях. Кот посмотрел вниз, рассматривая повязку, на которой всё ещё виднелись засохшие капельки крови.

Желание поскрее избавиться от нее никуда не пропало, а только усилилось, поэтому, не желая медлить, фиолетовый аккуратно поддел узел когтем и одним движением просто срезал его. Ткань поддалась с первого раза, а он задумался о том, что стоило бы подстричь свои когти, ведь так и до случайного пореза кому-то недалеко, но, одумавшись, он вернулся к повязке. Взяв испачканную ткань в лапу, он отбросил её куда-то в сторону, на траву. Всё, с этим покончено.

Теперь же все внимание было сосредоточено лишь на чужой ноге. Когти спрятались обратно, чтобы случаем не поцарапать песика. Кэтнап бережно отогнул густую шерсть на месте бывшей раны, стараясь не делать резких движений, а под ней показался лишь аккуратный, уже полностью затянувшийся шрам. Никакого воспаления, всё отлично зажило. Кот был очень рад этому.

Убедившись в том, что все хорошо, он неосознанно начал нежно поглаживать чужую ногу, успокаивающе гладя растрёпанную шерсть подушечками своих лап. Но после того, как он поднял глаза, он остановился.

Дэй смотрел прямиком в его глаза. Все бы ничего, но он смотрел настлко пристально, что возникло ощущение, будто он пытается что-то высмотреть в них. Это и заставило кота в замешательстве склонить голову набок.

Да, всего лишь одно короткое слово, но в нем уместилось сразу несколько вопросов. Почему он так смотрит? Может он недоволенн, что я снял повязку? Но он ведь сам согласился, раз поставил свою ногу.

Как ни крути, несмотря на этот странный взгляд, лапы Напа жили своей отдельной жизнью. Он даже не подумал убрать лапу, продолжая всё так же нежно поглаживать место зажившей раны.

С уважением, саппорт Кэтнапа. 🌟

Услышав вопрос Догдэя, он удивился, так как думал, что он уже забыл об этом. Но.. да, глупо было полагаться, что Дэй забыл об этом разговоре. Кэтнэп отвёл взгляд от то ли напряжённого, то ли растерянного лица друга и снова уставился на большую луну, возвышающуюся над ними. Прошло уже несколько дней с того странного разговора, и до этого кот был абсолютно уверен, что вся эта тема давно выветрилась из головы щенка, ведь он долго не зацикливался на таких вещах, предпочитая переключаться на что-то более весёлое и простое, как знал Нэп, но нет... Он всё ещё хотел знать ответы.

Он снова замолчал, не желая спешить. Нужно было правильно сформулировать следующую фразу, чтобы не сделать ещё хуже. "Что же ему такого приснилось, что он сидит сейчас словно перепуганный?.." - пронеслось в мыслях кота. Дэй всегда был самым смелым из них, всегда рвался вперёд, но сейчас выглядел так, будто сам запутался в собственных мыслях.

Хотя, знаете ли, это было характерно для него. Он всегда пытался казаться сильнее и смелее, чем есть на самом деле. Всегда горел желанием сделать каждый день для всех друзей ярким и незабываемым, всегда хотел натянуть на их лицо улыбку, даже если криттер и был чем-то расстроен. И у него это удавалось.

Только вот, в конце концов, он постоянно устает за день и никому не показывает себя уставшим. Никому, кроме нэпа. Вот поэтому он и знал так хорошо, что для него это характерно.

Кэтнэп пытался в уме совместить все кусочки этого пазла, но нужных деталей откровенно не хватало. Логика подсказывала только то, что если граница действительно стёрлась, значит там, во сне, произошло что-то настолько ... что это напрямую ударило по его психическому состоянию в реальности. Кот тяжело вздохнул и продолжил фразу.

Уж кто-кто, а он точно знал, о чём говорит. Коты проводят во сне целых семьдесят процентов своей жизни и он прекрасно понимал, насколько реальными могут казаться сновидения.

Но за те годы, которые прожил и проспал, он научился цепляться за едва заметные детали, чтобы в любой момент понимать, спит он или бодрствует. Но, честно говоря, даже он не всегда мог различать, настолько уж сны бывали обманчивыми. Вот только передать этот полезный навык через обычные слова было невозможно. К этому можно было только дойти самому. Кот открыл рот, собираясь сказать что-то ещё, но слова вдруг застряли в горле.

Фраза прозвучала довольно скомкано. Нэп даже сам не понял, почему он вдруг решил назвать это именно кошмаром. Скорее всего, он догадывался о чем-то на подсознательном уровне. По-хорошему, надо было сначала осторожно расспросить, вытянуть из него подробности, а уже потом раздавать советы. Обычно он бы именно так и поступил... Но явно не сегодня. Сегодня было что-то не так. С ним было что-то не так. С окружением было что-то не так.

В голове был поток мыслей, за которые не удавалось зацепиться и понять, о чем они. Ощущалось это так, словно он смотрел телевизор, на экране которого был белый шум, и пытался распознать, каким был на вкус бургер из закусочной старины Билла, где поваром была его дочь Сьюзан. Кошачья голова немного начала побаливать от этого, поэтому он решил сделать глубокий вдох и выдох.

С этими словами кот медленно поднял свою лапу, потянувшись вперёд и коснувшись подушечками рыжего лба. Это был простой, но понятный намек на здравый рассудок, который всегда нужно слушать и трезво смотреть на вещи.

Он убрал лапу со лба друга и опустил её ниже, пока мягкие подушечки не легли на грудную клетку пса. Как раз на то самое место, где под слоем рыжей шерсти и кожи было сердце. Наконец-то он поднял голову, смотря Дэю прямо в глаза.

Лапа медленно сползла с рыжей груди, а кэтнэп с недопрнианием посмотрел на друга. В голове осталась только одна мысль, которая теперь не давала ему покоя: "что он вообще несёт?". Кот отодвинулся назад, окончательно убирая лапу, и опустил свой взгляд в землю между ними. Мозг пытался переварить услышанное, пытался понять, что за бред сейчас городит этот пёс. Какая ещё кухня... Какой поц...

До него дошло.

Кухня, панкейки. Тот ублюдский случайный поцелуй. Тот день, когда он сам споткнулся о свой же хвост и упал на щенка. Ох, боже...

Воспоминание, которое он давил в себе целых два года, вырвалось наружу. Оно ударило не только по его физическому состоянию, а и по психическому.

Появилось тошное ощущение, словно ему с размаху всадили нож прямо в спину. Всадили прямо в мышцы возле самого позвоночника, а лезвие начало медленно двигаться вниз. Нэп наяву почувствовал, как под этим фантомным ножом рвутся натянутые сухожилия, как расходится и разрывается кожа, оставляя после себя только боль. Он ведь так старался забыть это. Ему не нужно было это воспоминание. Два года прошло, а этот пес все помнил. Кот бы врал. Он готов был врать, лишь бы не вспоминать этот позор, а теперь оно стояло прямо перед глазами.

"Значит, всё, что тебя беспокоит - это наш поцелуй, псина?" - мерзко проговорил его собственный внутренний голос в голове. "Во снах, наверное, тоже он мучает тебя?". Дэй был неправильным. Он был сломанным. Его заклинило на какой-то грязи. Но ничего, нэп его починит. Минус на минус всегда даёт плюс, а если кость срослась криво, её нужно сломать заново.

Голос прозвучал тиховато, а сам же он побледнел. Только этого ему сейчас не хватало. Его затошнило, а к горлу подкатил ком. Он сделал глубокий вдох, пытаясь набрать в лёгкие как можно больше воздуха, чтобы успокоить тремор, который начался на его лапах, но становилось ему только хуже.

Он раньше почти никогда не испытывал таких эмоций, чтобы они напрямую отражались на его физическом состоянии. Оперевшись дрожащей лапой о землю, кот заставил себя подняться. Ноги слабо держали вес, а тремор в лапах так и не думал проходить. Его тело сдавалась под натиском стольких эмоций сразу. Грязное воспоминание ощущалось как настоящий гной, который теперь отравлял его изнутри.

Кэтнэп медленно опустил голову и обернулся к этой жалкой псине. От ленивого кота не осталось ни-че-го. Его белые зрачки сузились до состояния двух маленьких точек, которые нервно бегали из стороны в сторону, никак не в силах сфокусироваться на рыжей морде.

Он наклонился и протянул свою дрожащую лапу,

хватая со всей силы Догдэя за морду. Его пальцы сжимали щёки, сдавливая челюсть и полностью закрывая рот ладонью, чтобы тот не мог сказать ни слова.

Взгляд наконец-то сфокусировался, и он смотрел щенку прямо в глаза.

Нэп сжал его морду сильнее, наклоняясь к нему вплотную, пока подушечка его пальца смещалась немного выше, к месту под глазом дэя. Как только она достигла места назначения, из неё медленно вылез острый коготь. Он тут же коснулся шерсти, легко пройдя её насквозь и уперся в кожу. Нэп не отводил взгляда, с силой нажимая пальцем внутрь. Коготь проткнул кожу, уходя глубже в мясо, касаясь кости. Затем он потянул палец вбок, начиная медленно разрывать кожу на этом месте. Он продолжал тянуть, чувствуя, как ткани сопротивляются и расходятся под его когтем, оставляя за собой неровный шрам, из которого тут же начала идти темная кровь.