“Хочешь, не хочешь, а время и болезнь не способны отобрать у тебя то, чему ты посвящал всего себя без остатка, будучи еще в здравом уме.”

“Он готов для Тома на все, вот только тот не был готов это принять.”

“Нет, Гарри не следил — лишь для личного спокойствия и неумолимого сердца иногда, иногда звонил Абре и спрашивал, в какой клинике и в какой стране Том на этот раз.”

“Что он против Тома и его холодной интонации?”

“Гарри стал слишком труслив. Раньше он был смелым, раньше он расплавлял широко плечи, чтобы показать Тому — я здесь. Я всегда буду здесь, ты можешь на меня положиться. Но сейчас, с непривычки, видя Тома перед собой здоровым, дышащим, с хорошим цветом кожи, с густыми волосами, Гарри боится к нему прикоснуться.”

"No, I’m fine," said Harry, wondering why he kept telling people this, and wondering whether he had ever been less fine.