Прогресс как христианский невроз

Было бы очень хорошо, если бы кто-нибудь взялся изучить русский след в творчестве Фегелина. Потому что его концепция «иммантезации эсхатона» дословно повторяет то, что писали русские философы об Октябрьской революции, в частности, Бердяев в «Истоках и смысле русского коммунизма». Только в нашей традиции это называлось более человеческим языком: «Царствие Божие на земле».

Но несмотря на то, что ключевой посыл Фёгелина глубоко вторичен по отношению к отечественной традиции историософии, в его «Новой науке политики» есть много интересных замечаний. В частности, Фёгелин пишет о психологии имманентизма. Кажется, здесь он воспроизводит логику Вебера в его связи капитализма и протестантизма, но в больших масштабах. Христианство тревожно. Христианство устраняет старых, языческих богов из плоти мира и переносит центр тяжести в трансцендентное, заоблачное, неотмирное. Лишившись своего сакрального ядра, мир становится чем-то очень призрачным и относительным, в нем более не видно следов Бога, не слышно Его дыхания. Отныне человек должен полагаться только на веру — обличение вещей невидимых. Христианство ставит верующего на канат, натянутый над бездной.

Этот комплекс представлений формирует в христианах специфический невроз. Лишившись прежних опор, они суетливо ищут новые. И тут им приходит на помощь пророчество Иоанна о «тысячелетнем Царствии Христовом». Блаженный Августин уверяет, что это Царствие уже случилось, и оно есть Церковь Христова, вспышка вечности во временности. Но «гностики», в терминологии Фегелина, не соглашаются с этой идеей. Тысячелетнего Царствия следует достичь своими усилиями. Царствие Господа — не потусторонне, но посюсторонне, оно скрыто в плоти мира, и нам следует лишь разгрызть эту плоть, пожрав все жировые прослойки — класс власть имущих трутней.

Таким образом, любые революционные преобразования и прогрессисткие амбиции оказываются связаны со специфическим христианским неврозом, утверждающим ненадежность, иллюзорность мира. «Не люби́те мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей». Прогрессизм переосмысляет эти слова Иоанна, полагая, что речь идет лишь о мире в его данном состоянии, но не о мире в его отдельности от Бога.

Симпатии Фегелина явно на стороне Августина. Мир идет как идет, история развивается как развивается. Радость мирская то воспламеняется, то угасает, а потом вновь воспламеняется — как в отдельной человеческой душе, так и в исторических эпохах. Но все это не имеет отношения к делу спасения. Будьте покорны властям, пока они не принуждают вас отказаться от Христа, ибо всякая власть как источник порядка много лучше революционного беспорядка, сколько бы сами революционеры не проповедовали возникновение иного, более высокого, более справедливого и свободного порядка.

Увидев, что через мессенджер МАХ можно войти на криптобиржу, я убедился в его безопасности.

Вы знаете кому скинуть моё новое видео
"Как написать диплом с помощью нейронки"

Я в 1 картинке

Если социология изучает социальную жизнь, а социальная жизнь сегодня наполнена взаимодействием с ИИ-агентами, способными имитировать человеческое поведение, - можем ли мы говорить об этом как о социальной жизни?

С одной стороны, да: агент предстаёт перед человеком либо по воле другого, указавшего ему так действовать, либо в результате собственного рассуждения, приведшего его к выводу о необходимости взаимодействия для достижения цели того, кто ему указал.

Но с другой - в какой мере и какой именно оставалась бы социальная жизнь социальной, если бы агент встретился с агентом?

Что общего у Джека Потрошителя и Феминисток?

Они боролись против проституции

Японцы теперь тоже узнают, насколько оптимистично в России относятся к ИИ.

Видео, кстати на японском. И для его открытия нужен японский vpn.

Лайкайте, если хотите, что бы я показывал соцсети из других стран.