Новое интервью Дудя с "Народным губернатором Донбасса" Губаревым - просто на одном дыхании. Все 4 часа. Давно такого не испытывал. Рубяще-откровенно, пусть местами и одиозно. Но точно заслуживающе быть услышанным.

На прошлое мы неизбежно смотрим глазами настоящего. Например, учитывая почти непрерывный имперский историко-политический контекст развития русского государства, у отечественных интеллектуалов совершенно естественен несоизмеримо больший интерес к "Государю" Макиавелли, чем к "Размышлениям о первой декаде Тита Ливия", республиканские принципы которой едва ли соприкасаются с этим самым контекстом. И совершенно обратная ситуация в США, где magnum opus'ом Макиавелли считаются именно "Размышления...". По крайней мере об этом пишет Штраус.

Больше всего уважения в текущем мировом раскладе у меня вызывает не США, очевидно не Европа, но даже не Россия. А Китай. Вот какая цивилизация действительно заботится о своём процветании, а не создаёт видимость.

Не думал, что буду цитировать Махатму Ганди, но именно к Китаю применимы следующие слова: "Сначала они тебя не замечают, потом смеются над тобой, затем борются с тобой. А потом ты побеждаешь". Мы прекрасно помним, как к Китаю долгие годы относились снисходительно, с высокомерием. Но вековая конфуцианская мудрость оказалась не так проста, как могло казаться Западу. Сейчас с Китаем интенсивно борются. Есть предпосылки, что его длинная воля одержит верх. И я буду этому рад.

Думаю, что Китай России не столько реальный друг, сколько прагматичный союзник. На этот счёт не стоит обольщаться. Но он по крайней мере демонстрирует политическую стабильность. Пусть он и более чужд нам культурно, зато прямо сейчас это главный противовес в оформлении полноценной многополярности. А это и есть одна из целей глобального прекроя миропорядка.

Запад нестабилен. То, как он в новейшей истории кидал Россию, уже стало притчей во языцех. А как Россию в новейшей истории кидал Китай? Я не знаю. Эта цивилизация знает цену politica arcana. В отношении создания внутреннего благополучия России есть, чему у неё поучиться.

https://youtu.be/kqqXw28Q8OY?si=Ue6kx4W4gcb56ftQ

Профессор, заведующий кафедрой богословия и церковной истории СПбГУ Роман Светлов рассуждает о том, как война меняет наше мировоспиятие, что такое справедливость и почему наследие Античной культурной традиции живо в каждом из нас прямо сейчас.

Айда смотреть!

25 апреля в субботу в 19:00 лекция «Почему авторитет, а не истина, создаёт закон: политическая философия Томаса Гоббса» #лекция

→ зарегистрироваться

Аннотация от автора
На страницах его сочинений образность мифа переплетается со строгостью теории. Мыслитель, который для одних предстаёт как апологет всесильной государственной власти, а для других — как первый теоретик индивидуальных свобод в модерновом смысле. Фигура, которую в истории политической философии невозможно обойти стороной.

Мы поговорим о возможностях понимания политической философии Томаса Гоббса. О том, действительно ли его Суверен принципиально ничем не ограничен, почему Гоббсу потребовался загадочный ветхозаветный символ Левиафана, как он на самом деле воспринимал человеческую природу, может ли страх иметь конструктивное значение, и главное — что всё это может дать нам, исследователям, для лучшего понимания политико-правового состояния современности.

Кто ведёт
Кирилл Смирнов — магистр философии БФУ им. Иммануила Канта, репортёр в структуре ВГТРК, автор тг-канала «Cryptoradical».

→ Вход свободный, но надо зарегистрироваться: filosofskiy-knizhny-dal.timepad.ru/event/3939064/

Петербург! Приходите!

Дорогой Вячеслав Евгеньевич прекрасно раскрыл известную формулу Гоббса!

АВТОРИТЕТ И ИСТИНА

Уже совсем скоро (в субботу) в прекрасном магазине Даль магистр философии БФУ и сотрудник ВГТРК Кирилл Смирнов будет читать лекцию про Гоббса. Ее надо посетить!

При этом я, воспользуясь случаем, хотел бы дать небольшой комментарий к известной формуле Гоббса Auctoritas non veritas facit legеm (авторитет, а не истина создает закон).

Дело вот в чем (и это не моя идея, это Бекенфёрде пишет, хотя и не прямо про Гоббса).

Вот эта формула, которая выше, она Шмиттом обыгрывается в "Политической теологии" в децизионистком духе, в контексте противопоставления нормы (истина) и решения (авторитет).
И это нормально. Но есть и другой контекст - контекст религиозной распри и становления светского государства.

Что означает формула Гоббса в этом контексте? Разрыв между действительностью / значимостью права и истиной, в особенности религиозной истиной, то есть и истинной религией. Религиозная война в европе - это конфликт об истинной вере, о чистом Евангелии. Такая борьба не терпит компромиссов и требует от светской власти подавить еретиков, не-истинных и прочее.

Своей формулой Гоббс, а впоследствии и французские "политики" (среди которых и Боден) отрывают публичный порядок от истинной веры, от самой постановки этого вопроса. Они ставят внутренний мир и безопасность выше религиозной истины. Соответственно, выше становится и авторитет, который гарантирует этот порядок. Таков этап становления светского государства. И государства модерна.

С Никитой Сюндюковым образовали европейскую семью 😂

А вот это должно быть любопытно, друзья!

Неожиданные авторы. Совсем недавно в одном из книжных магазинов Москвы мне попалась на глаза одна монография, посвящённая творчеству Мирчи Элиаде. О существовании данного мыслителя я узнал совсем недавно, но каким-то образом совершенно случайно я сам того не заметил, как начал пробовать читать его работы. В контексте политической теологии Элиаде может стать неожиданно мощным союзником, особенно если вы работаете со шмиттианской оптикой (политическая теология как структурный перенос теологических понятий в секулярную теорию). По сути его категориальный аппарат идеально заточен для деконструкции секулярных мессианизмов, чем, по сути, и занимался Шмитт. Элиаде критикует дискурс Нового времени за то, что он «обесценивает» историю, делая ее линейной, но бессмысленной (чистое становление без возвращения к архетипам). В то же время невооружённым глазом можно заметить и серьёзные проблемы, связанные с попыткой вписать Элиаде в дискурс политической теологии. Стоит начать с того, что Шмитт настаивал на специфике теологического (особенно христианского). Не любая религия, а именно монотеизм с его идеей личного Бога-творца и воплощения (Христос) порождает политическую теологию. Языческие политеизмы для Шмитта слишком имманентны. Элиаде (как историк религий) же, напротив, показывает универсальные структуры сакрального в архаических, языческих, восточных религиях. Для него христианство — лишь один из вариантов иерофании (хотя и особо значимый). Шмитт вероятнее всего сказал бы, что Элиаде смешивает всё в единую морфологию, стирая решающее различие — христианское понимание истории как воплощения и эсхатологии. Элиаде парировал бы тем, что Шмитт выдает за христианскую уникальность то, что на самом деле является общей структурой сакрального — разрыв, исключение, архетип. Так или иначе, новые авторы проникают в мои около дилетантские занятия политической теологией как-то уж слишком стремительно. Нужно держать себя в руках.

Серёжа Ребров про Мирчу Элиаде.

Я, к слову, в бытность серьёзного увлечения традиционализмом, даже лекцию читал в Калининградской областной научной библиотеке. Не стыдно смотрится и сейчас. Велкам)

https://youtu.be/oKyi5DSIhKk?si=NeRDUCCh178p2CjG