Тут)

Ой что будет!

Пока так, коллеги.

Алексей Павлов x Cryptoradical

Дорогие друзья, вас стало больше, счётчик внезапно перевалил за 200 человек, и пока заканчивается монтаж большого интервью с Александром Фридриховичем, позвольте впервые на канале сделать дружеский пост по рекомендации каналов!

Ниже - те, кого я регулярно читаю, мои коллеги, товарищи, друзья. Спасибо вам за то, что вместе мы создаём и укрепляем островки интеллектуальности на просторах интернета!


https://t.me/mestrru - мой дорогой научный руководитель, философ Андрей Тесля, порой пишет довольно вязко, и при чтении ты словно тонешь в сцеплении его мыслей. Но, вместе с тем, они образуют совершенно уникальную топологию структурной бесструктурности - в видимую ризоматичность слога вторгается невидимая вертикаль идей. Мощнейший специалист по, кажется, не только XIX веку, но вообще по любому веку. Почти полимат. Российский Де Местр :)


https://t.me/rusfantoms - не просто русская жизнь на карандаше русской мысли, но русская жизнь остросюжетная, совсем не топорная, живая, противоречивая, порой парадоксальная и забавная, но такая близкая и родная.


https://t.me/astvatsa1969 - Аствацатуров просто очень крутой литературовед, тут и говорить больше нечего.


https://t.me/poltheo - старший коллега Слава Кондуров - не только основательнейший специалист по Карлу Шмитту, да и в принципе по философии и теории права, но ещё и чертовски харизматичный мужик!


https://t.me/hungryphil - молодой философ Никита Сюндюков, человек, который мне искренне лично очень симпатичен, хотя и мировоззренческие платформы у нас не во всём совпадают. Интеллектуальность Никиты подкупает, хоть и порой, думаю, он в своей эрудированности пытается объять пока необъятное. Всему своё время. Но оттого и интереснее его читать и слушать! Да не прозвучит громко - будущее русской философии!


https://t.me/mirkovladi - у Вовы Коваленко классическая теоретическая социология переплелась с современной русской литературой постмодерна и образовала реально кайфовый дуэт.


https://t.me/piastr - дорогой товарищ Серёжа Ребров очень толковый историк политической философии, который мне больше импонирует как автор пишущий, а не говорящий, но неизменно проницательный и увлекательный!


https://t.me/pavlov_channel - аналитическая теология, христианский физикализм, новое мистерианство, триадология и не только. Моя богословская выучка не слишком-то крепка, поэтому порой читать нелегко, но крайне детальное и аргументативно выверенное изложение Лёши - это шикардос.


https://t.me/nikita_priest - хороший товарищ Никита Калинин, молодой богослов, умеет затронуть тонкие струны души человеческой.


https://t.me/leftconservativenotes - талантливый взгляд и нетипичные ракурсы на политическую теорию от Нового Времени до XX века и не только.


https://t.me/insolarance - ну это просто один из лучших проектов по философии в современном рунете.


https://t.me/Bord73 - Тимофей Бордачёв: высокоранговый уровень политического анализа.


https://t.me/wundeunddolch - мифопоэтика правого дискурса.

https://youtu.be/JqrjH7Fm7ww?si=JQZrGRn5ea069ZuZ

Вышел!

Руководитель центра фундаментальной социологии НИУ ВШЭ, доктор социологических наук, кандидат философских наук Александр Филиппов рассказывает о причинах и возможных путях выхода из кризиса мирового правопорядка, о своей новой книге "Восстание Левиафана. Очерки о Томасе Гоббсе, политической философии и социальной теории", и даже немного об "Игре Престолов". Приятного просмотра!

Ссылка на ВК:

https://vk.com/wall167860962_4107

Аствацатуров выразил важный для современности культурный аспект, который свидетельствует, на мой взгляд, не просто о старомодности и языковом патернализме, но и о выброшенности из классического типа культуры. Человек, который настаивает, что он не "автор", а "авторка", уже самим этим самоназванием свидетельствует о том, что его мировоспиятие расколото выродившейся модерностью.

ОБ "АВТОРКАХ"

Меня часто угнетает то жизненное обстоятельство, что я слишком консервативен, старомоден и, вследствие этого, упрям и глуп. Книги, где написаны, что их создавали "авторки", я почему-то не читаю. Не хочу. На спектакли и фильмы, выпущенные "режиссёрками" , как они себя называют, не хожу. Тоже не хочу. Критические статьи, где писательницы именуются "авторками" и "поэтками", даже не пролистываю, а сразу закрываю.
Дорогие коллеги, это неправильно! И сегодня я понял, почему. На самом деле термины "авторка", "поэтка", "режиссёрка" обязательно надо использовать и внедрять. Но не в отношении всех подряд, а в отношении тех дам или даже мужчин, которые ими действительно являются. "Авторки" есть среди нас. И "поэтки" тоже есть. Но, с другой стороны, есть авторы и поэтессы. Вот, например, Анна Ревякина - это автор и поэтесса. Анна Чухлебова - это автор и писательница. Ася Петрова - писательница. Ирина Лисова - писательница. Оля Погодина -Кузмина - писательница. А вот дама, написавшая стихотворение, как призрак деда-фронтовика явился к внуку-патриоту, это, в самом деле, не автор, не поэтесса, а именно "авторка" и "поэтка".
Эту дихотомию надо чётко разработать, как следует прописать и внедрить в нашу жизнь. Но сначала надо выявить базовые свойства "писательницы", "поэтессы" и свойства "авторки-поэтки". Потому как они явно противоположны.
Короче, предлагаю для начала собраться где-нибудь, например, у меня в музее Набокова и этот вопрос обстоятельно обсудить. Помню, мы проводили семинар с участием Андрея Рудалёва, Алексея Колобродова, Романа Сенчина, Даниэля Орлова и обсуждали современную прозу. Так вот нам надо собраться сызнова и выяснить какие свойства есть у авторов, писателей и поэтов, а какие, противоположные - у "авторок" и "поэток". С первыми - более-менее понятно. Я сам занимался именно "авторами" и "писательницами". А со вторыми будет куда сложнее. Не факт, что Колобродов, Рудалёв, Сенчин, я, или, скажем, Алексей Татаринов с этой задачей удовлетворительно справятся. Не факт...
Ничего не выйдет, даже если мы пригласим Федора Двинятина, который знает почти всё. Мы ведь авторами занимаемся, писателями, писательницами, поэтессами. А тут - "авторки", "поэтки". Короче - совсем другое.
Нужен кто-то очень компетентный.
Типа человек, печатаюшийся в журнале "Воздух". Вот там, в "воздухе", где дышится вольно, всей грудью, сонорной поэтической речью, "авторок" и "поэток" полно.
Значит, будем искать.

https://youtu.be/NZq-KakaXFU?si=mcsqxKC72G6b4GPU

Буквально неделю назад вышел замечательный подкаст с Романом Викторовичем Светловым, ныне заведующим Кафедрой богословия и церковной истории СПбГУ, а ещё недавно директором Высшей школы философии, истории и социальных наук БФУ имени Канта. Советую посмотреть!

https://vkvideo.ru/video-14534763_456261484?pl=-14534763_82&t=1h14m50s

Горд, что учился под началом Романа Викторовича, пусть и всего пару лет. У нас с ним, кстати, тоже есть большой разговор! А тема вовеки неустаревающая - что такое философия!

"Либо ты меняешься, либо всё повторяется".

Такое кредо, друзья.

Доброй ночи 😌

https://vkvideo.ru/video-14534763_456259516?pl=-14534763_82&t=13s

Друзья! Коль немного вспомнили о прошлых интервью, а новые подписчики могут о них совершенно не знать, есть ещё один важный эфир, который, на мой взгляд, заслуживает вашего внимания и поныне.

Это разговор с профессором философского факультета МГУ, доктором философских наук Вадимом Чалым, о либерализме и консерватизме.

Буду рад, если вас заинтересует!

Хорошая компания.

Слева направо - логик и аналитический феноменолог, гоббсианец и политический философ, спинозист и философ откровения, суфий и стоик, и просто чилловый парень.

О жизнь, где твоё жало?..

Пожалуй, первое, что приходит на ум во время чтения романа "Бремя страстей человеческих" Сомерсета Моэма - что это история об извечном противостоянии сердца и рассудка, чувственности и рациональности. Но для меня гораздо более важным оказалось то, на что опирается этот внешний смысловой слой. А именно - легитимность внерелигиозной морали: в какой степени мы можем рассчитывать на благополучную и счастливую жизнь, если элиминируем Бога из сферы должного? И с этого ракурса я бы хотел поделиться прочитанным.

Моэм в своём произведении сразу выстраивает концептуальную рамку христианской теологии. Он повествует о мальчике Филиппе, который после смерти родителей отдаётся на попечение дяде с тётей - набожным англиканам. Воспитываясь в почти пуританских условиях, юноша испытывает некий кризис веры. Он задаётся вопросом - почему меня принуждают верить в то, чему я сам не нахожу никаких подтверждений в окружающем мире? Вопрос, как вы понимаете, довольно типичный. Он возникает, когда так называемый здравый смысл сталкивается с религиозной догматикой. Филипп не может совершить прыжок веры, ему нужен материальный коррелят её оправданности. Так, чтобы поверить, он истово молит Господа совершить чудо и исцелить его хромую ногу. Увы, когда этого так и не случается, молодой человек окончательно разочаровывается в Боге. Он винит его за невнимание к нему, убогому и страждущему, алчущему евангельской истины. После этого Филипп решает избавиться от веры в принципе, как от тяжёлого бремени ответственности перед трансцендентным. Ему становится, на первый взгляд, очень легко - ведь теперь он чувствует себя свободным и подотчётным лишь себе. Вот с этого момента и начинаются основные проблемы.

Сняв с себя ответственность перед вневременным строем бытия, Филипп подспудно отказывается и от необходимости стремиться к какому-то моральному идеалу. Он лишает мораль своего главного источника - христианского вероучения. Сбросив бремя Бога, он автоматически взял бремя страстей. Вот, что произошло. Потому что третьего не дано.

Хотя это вопрос дискуссионный. К примеру, в романе прослеживается имплицитная критика пари Паскаля - мол, чем хуже правоверных христиан, например, правоверные буддисты? Неужели они заслуживают вечных мук Ада только потому, что они не христиане? Разве они живут менее благочестиво, даже с христианской точки зрения? Оставим вопросы подвешенными.

"... Человек принимает решение, но, когда наступает время действовать, он бессильно склоняется под бременем своих инстинктов, страстей и ещё бог знает чего. Он словно машина, которую приводят в действие две силы - среда и характер; разум его - только созерцатель, регистрирующий факты, но бессильный вмешаться; роль его напоминает тех богов Эпикура, которые наблюдают за людскими делами со своих эмпирейских высот, но не властны изменить ни на йоту того, что происходит".

Эта цитата - тот образ мысли, который приобретает Филипп после своего нигилистического жеста. Он сам отказался от своей свободы воли, начав придерживаться топорного эволюционистского детерминизма на манер Герберта Спенсера. Жизненное правило Филиппа - следовать своим склонностям с должной оглядкой на полицейского за углом - сыграло с ним злую шутку, причинив много боли и страданий.

И лишь после этого он понял, что человеку легче стать порядочным, впитав в себя порядочность через веру в Бога, чем изучив Герберта Спенсера. Он наконец понял, что разумное самоограничение может быть не менее страстным и решительным, чем покорность чувствам.

"Мудрость в том, чтобы брать от людей хорошее и быть терпимым к дурному. В памяти его возникли слова умирающего Бога: "Прости им, ибо не ведают, что творят".

Ибо таково бремя страстей человеческих.

Умберто Эко как семиотик, культуролог и литератор, без сомнения, талантлив. Но в знаменитом эссе "Вечный фашизм" он совершает явный подлог.

Эко выделяет традиционализм как главное мировоззренческое основание фашистской доктрины. И этот взгляд, с точки зрения теоретиков самого традиционализма, просто абсурден. Аргумент тут, на самом деле, простой.

Если почитать тексты Генона и Эволы, быстро станет ясно, что фундаментальное положение интегрального традиционализма - абсолютное неприятие модернизма как главного провозвестника Кали-Юги. А фашизм - плоть от плоти идеология модерна. Его идейные истоки - это Джузеппе Мадзини и плеяда мыслителей Рисорджименто, элитистская социология Вильфредо Парето и Гаэтано Моска, национализм Энрико Коррадини, анархо-синдикализм Жоржа Сореля, футуризм Филиппо Томмазо Маринетти, правое мифотворчество Габриэле Д'Аннунцио, актуальный идеализм Джованни Джентиле. Всё это ничего общего не имеет с тем, к чему обращён традиционализм - к реставрации сакрального знания древности. Причём знание это примордиально, то есть не универсально, а самодостаточно свойственно разным культурам. Если говорить менее абстрактно, то выразителями этого сакрального знания являются теогонические мифы - к примеру, это "Труды и дни" Гесиода с его пятью веками, "Старшая Эдда" и её "Прорицание вёльвы", "Ригведа" и её миф об Индре и Вритре, а также миф о великане-космократе Пуруше, "Эпос о Гильгамеше" с его противостоянием Ану и Энлиля, и т.д. Традиционализм обращается к совершенно утратившемуся в современности порядку бытия. Фашизм для него - вырожденческий феномен модерна, осквернённый теософскими и спиритуалистическими веяниями, попранный техницизмом, предельным национализмом, футуризмом и т.д. Не может в основании какого-то явления лежать то, что в сущности непримиримо конфликтует с этим явлением.