Коррозия в головах

🗼 Долгожданные новости о Шуховской башне, объекте нашей Красной книги, оказались безотрадными.

Книга сейчас недоступна (технические работы на сайте), так что напомним подробности здесь:

📡 Почти единственный памятник Москвы периода Гражданской войны и "военного коммунизма", башня служила главным трансляционным узлом всех радио- и телепередач до 1967 года, когда передала эту техническую, да и символическую роль Останкинской башне. С тех пор она ветшала, выгороженная из территории старого телецентра на Шаболовке, 37.

🔹В 2014 году Министерство связи и "Российская телевизионная радиовещательная сеть» (РТРС) предложили демонтировать памятник («реставрировать на земле») и даже перенести его на новое место. Фактически речь шла о сносе и новом строительстве. Предлог или причина - коррозия металла.

🔹 В результате многомесячных усилий градозащитного, архитектурного и экспертного сообщества (пикеты у метро "Шаболовская", публичные слушания, переговоры с пользователем, открытые письма, большая пресса) угроза была отведена. Правительство России обязало РТРС провести противоаварийные работы, а в предмет охраны вошли местоположение и материал памятника.

🔹В 2016 году внутри башни была установлена поддерживающая конструкция, после чего ее опять забросили. В январе 2017 года РТРС заказала разработку проекта реставрации, которая так и не началась.
В 2018 или 2019 году земельный участок башни (с адресом по улице Шухова, 10) получил выход в уличную сеть.

🔹В 2022 году Министерство культуры присвоило башне федеральный охранный статус. После чего предмет охраны был переутвержден. В нем сохранились местоположение и конструктивное решение, но вместо стандартных слов "материал конструкций" сказано: "материал - металл". Уже эта формулировка предвещала замену подлинного материала.

Заметим, что коррозия металла, в кавычках или без, продолжалась все 10 лет после начала "первоочередных работ" и выполнения проекта реставрации. Все эти годы памятник оставался в федеральной собственности, у прежнего пользователя - РТРС - на праве хозяйственного ведения.

Коррозия - она не только в металле, но и в головах.
Теперь этот же пользователь заказал новый проект, с полной заменой материала подлинника. Историко-культурная экспертиза проекта прошла в прошлом году, а государственная - только что. Эксперты пишут, что ни одна из секций и деталей не является «ремонтопригодной».

Первые отклики:

🗣 Комментарий историка архитектуры, основателя проекта «Москва глазами инженера», председателя Союза экскурсоводов Айрата Багаутдинова. В 2014 году он был одним из организаторов кампании спасения Шуховской башни.

🗣 Комментарии координатора Архнадзора Константина Михайлова и профессора МАрхИ Наталии Душкиной.

Станислав Жуковский. "Пасхальный натюрморт". 1915г.

Из воспоминаний художника Сергея Виноградова:

«Пасха в Москве!…
Суббота — последний день Страстной. Все ожило, последние приготовления, носятся москвички по магазинам, закупают к празднику последние покупки, все громче стали, спешат, суета. Москва живет до закрытия магазинов перед вечером. И когда замрет жизнь, все стихнет, как будто и нет двух миллионов-то людей, часто в эту затихшую темную ночь послышаться какие-то шорохи, потрескивания, отдаленные глухие гулы, точно вздохи — это вскрывается Москва-река! И тогда в этой слитности, одновременности великой радости людской и воскрешающейся природы — такая полнота, такая слава Творцу!…

Часов в 11 ночи отовсюду течет людской поток в Кремль. Наполняется Кремль. Напряженное ожидание. В толпе, в Кремле часто слышна иностранная речь, оказывается, много приезжало иностранцев в Москву на Пасхальную ночь. Мы стоим у парапета перед соборами, ждем, все тихо и темно. Часто все глядят на свои часы…
И, наконец, ровно в двенадцать высоко-высоко взвивается ракета, с треском лопается в выси, рассыпается огненным дождем и тотчас же изумительный, бархатный с Ивана Великого удар его огромного колокола. Только и ждали этого. Нестеров восклицает восторженно: «О, ведь это Бетховен!» Сейчас вся Москва загудела звонами. со всех сорока-сороков…зажглась иллюминация в Кремле и всюду стало светлее, и из Успенского собора выходит Крестный ход. Вся толпа со свечами, стало еще светлее. Несется песнь синодального хора: «Христос Воскресе».
Светлая, волнительная радость! Тут начинается христосование, а потом и после заутрени разговляются. Ну, а уж разговенье, каково оно, понятно само собой — ведь московское!

…С утра до вечерен всю Святую неделю звонит Москва златоглавая веселым звоном. А весна-то, весна тоже звенит, ликует, ну, что за пора, что за чудо! Да разве расскажешь! И слов-то нет у меня…И в душе весенние звоны, до сих пор чувствую их я.
Звонят у Николая Мокрого, у Покрова в Голиках, у Троицы на Листах, у Николы на Капельках, у Николы в Толмачах, у Николы на Курьих Ножках, у Николы в Пыжах, у Успения на Могильцах, у Николы на Плотниках, у Николы на Болвановке, у Воскресения в Кадашах, у Николы на Дербенёвке, у Спаса на Бору.
И везде, везде, со всех сорока-сороков веселый звон.
И чудесный художник, милый Апполинарий Васнецов звонит в своем приходе у Харитона-огородника».