— Как ваш терапевт не могу не сказать… Вы мне нравитесь, поэтому я не могу не испытывать чувство вины за то, что перебивала вас.
— Объективно: мы целый час просто орали друг на друга об ответственности, смерти и счастье. Учитывая, что мы не виделись больше года, мы это заслужили.
— И то верно.

Дети охуели друг от друга, собаки охуели от детей и друг от друга, кот охуел ото всех

(с наступающим)

Зачем мне хотеть купить время, если у меня нет сил, чтобы его проводить?
Встала бы я с кровати, если бы знала, что бессмертна?
Сколько бы заняло восстановление, если мне не было бы нужды вставать с кровати?

Такое чувство, что мой человеческий аккумулятор настолько износился, что ортопедический матрас и тяжелое одеяло не успевают его заряжать
Это депрессия? Christmas blues? Интоксикация? Авитаминоз?
Мне лень это знать
Избаловалась совсем — возможностью получить помощь (со всеми этими «не будьте строги к себе»), когда надо просто встать и идти; или это ок — полагаться на своего психотерапевта? Терять контроль? Отдавать часть ответственности? Звучит тупо совершенно незнакомо

С новым годом, доброе утро, все хорошо💙 (правда)

Снова в эндрильном болоте (3млн слов за две недели, господь)
Параллельно пересматриваю бнха
Хорошо смешивается
Паранойи еще нет, но ножи уже метаю (и всем советую)

Отказ от сна не может быть здоровым механизмом преодоления, но как же хорошо замедляет

2025

Пока можно швырять довольных детей в сугробы, жизнь кажется более или менее сносной

Вся эта история с копированием работ — помойка ебаная, небогоугодная, сказать нечего, хочется мир, в котором этого не существует
Смутно тревожит, что целью этой авантюры является не столько монетизация, а сбор данных тех, кто заявляет об авторских правах по предложенной инструкции
Но если на секунду отбросить раздражение и паранойю, то, честно, я была бы рада узнать, какой ловкой прогой этот "анон" пользуется, чтобы скачивать тексты

(для тех, кто не в курсе, что происходит и что с этим можно сделать, оставляю штуку в комментах; на забывайте о безопасности, входите с черного хода)

восход, Абрам, смерть

Эндрю соврал.

Мгновение влюбленности приходит раньше, чем успеваешь сказать «о, нет». А потом это уже не имеет значения.

Кое-что еще обладает теми же исключительными свойствами. И со злостью, которую вызывает эта очевидная аналогия, уже можно работать. Это угроза. Война. Уродливое предательство. И протест целиком оправдан.

Влюбленность тоже обжалованию не подлежит. Но она — никогда не выбор и совсем не конец. Ее так много, что просто умереть уже недостаточно.

Поэтому, да, Эндрю соврал. Продешевил.

В голове продолжают вертеться слова: мука, ужас, коллапс. Не то. Сплошные обрывки: утекающие ощущения, мимолетные мысли. Другие слова: протяженность, эфемерность и смехотворная узнаваемость.

Эндрю не знает такой истины. И хотя бы это можно без сомнений назвать предательством.

К влюбленности невозможно подготовиться. Но когда она наступает, ты уже готов. За исключением того, что это совершенно не так — в каждой клеточке, в каждой крупице, во всей своей всеобъемлющей, подавляющей мощи.

Разве это вина Эндрю, что он предан?

Что он врет лишь по незнанию.

О, Эндрю ненавидит врать.


#эндрилы
#альтернатива

иногда мне нужен кто-то, кто скажет, что кое-что не стоит моего времени, если это и правда так

когда ухо болит, волосы вьются, а сон не идет, чертовски трудно помнить обо всех приоритетах

думаю о футболках с надписями «я ненавижу тебя» и «всем насрать»

Если существо Posche уже нашло место в моем сердце, то Aston Martin все еще вызывает у меня обильное слюноотделение и жгучее, ревностное томление

— Ты хочешь, чтобы я остался?

— А ты можешь?

Сколько в этом вопросе надежды, сколько риторической издевки, Нил предпочитает не уточнять, не готовый к ответу. Так или иначе, собственный ответ у него есть.

— Я не знаю.

Взгляд Эндрю пустеет. Это буквально секундная уязвимость, но Нилу ее достаточно, чтобы сжаться внутри под гнетом стыда и праведной ярости. Мгновение спустя Эндрю уже возвращается, но слабее, чем Нил в состоянии вынести.

— Что нужно, чтобы ты смог?

— Я не знаю.

Эндрю сжимает губы в тонкую полоску.

— Ту ебанутый.

— И что?

— Что нужно, чтобы ты остался?

— Я не знаю.

Нил всегда был и будет никем. Нил не контролирует свою жизнь, ничего не имеет, не думает о будущем дальше стометровки на предельной скорости. Нил без своей полупустой спортивной сумки, должно быть, мог бы рассеяться следующим порывом ветра, как придорожная пыль.

Это то, что он знает о себе.

Еще он знает — и это ново и не укладывается в голове —, что он не хочет испытывать этого с Эндрю. Что впервые чувствует себя больным оттого, что ему нечего предложить.

— Подумай.

Упрямство Эндрю забирает у Нила последний кислород. Верность, желание, отчаянная решимость — Нил не имеет права ни на что из этого.

Но все-таки, скрывшись за упавшей на глаза челкой, говорит:

— Помоги мне.

И уже знает, что сделает все сам.


#эндрилы
#альтернатива

Прочитала работу с так хорошо прописанной асексуальностью Нила, кайф
Я думала о том, что хочу этого, но даже не надеялась найти, потому что никогда по-настоящему не давала мыслям зайти дальше того, что Нил деми

— Извини.

— Мне плевать.

Как ушат ледяной воды.

Голос Эндрю мертвый. Ему плевать и на сами извинения, и на то, что Нил может сделать или не сделать в будущем. Это отвержение, навечно запертая дверь. Этот шанс был последним.

Пузырь лопается, и весь мир, громкий и безразличный, взваливается на плечи непомерной тяжестью. Паника тянет жилы, но Нил больше не имеет на нее права и заталкивает ее поглубже во внутренности.

— Ладно.

Машина резко тормозит, ремень безопасности впивается в шею. Колеса скользят по залитому ливнем шоссе, как по маслу, капот виляет, проходит по касательной вдоль дорожного ограждения. В свете фар мечутся крупные капли, бампер скрежещет о металл — и наконец все останавливается.

Мимо проносятся гудки, но Эндрю говорит громче:

— Не смей!

Не принимай это, не отказывайся так легко. Не бросай меня.

Нил не знает, что с этим делать, и просто пялится на Эндрю, вцепившегося в руль с ужасающей силой.

Внезапно все напряжение покидает его тело. Глаза закрываются, и он медленно опускается лбом на руль.

Молчание тянется, словно патока. Посторонние шумы глохнут, удаляются, пока не остается та тишина, которая бывает сразу после взрыва: когда он уже виден на горизонте, но звук еще не долетел.

— Я доверяю тебе.

Это не взрыв, это хуже.

Эндрю готовится платить.

— Нет.

— Заткнись, — Эндрю длинно выдыхает, — не тебе решать.

Дай мне победить в собственной битве.

— Сейчас не тот случай, — непонимающе хмурится Нил.

— Ошибки неизбежны.

И, о. Это не его слова. Вероятно, Добсон.

Нил морщится.

— Не позволяй мне их.

— Заткнись.

Эндрю снова напряжен, но не поднимает голову. Сражается, и Нил не должен вмешиваться, но его все еще крутит от бешеного отвращения:

— Никогда.

Эндрю бьет ребром ладони по рулю, то ли от злости на непрошеное обещание, то ли в попытке вернуть себе контроль.

Так или иначе, ни один из них не верит в возмездие и искупление. Так что.

Эндрю поднимает голову, глаза у него темные, уставшие. Он выкручивает руль и въезжает в неплотный поток медленно ползущих из-за непогоды машин.

Проходят минуты, прежде чем он заговаривает:

— Ты остаешься.

И на этот раз Нил ему верит. Но не спешит верить себе.

— Почему?

— Потому что мне плевать.

— Но…

— Когда ты сделаешь что-то не так, я скажу. Просто. Заткнись. Сейчас.

Право на ошибку.

Это. Точно слишком много.

Весь оставшийся путь Нил пялится на Эндрю, а Эндрю не говорит ему ни слова.


#эндрилы
#альтернатива

Стоны это выдумка

Уже не то чтобы вопрос, но пока еще провокация
Смакую, пока не понимаю (и не должна, вероятно)