10 мая 1831 года родилась Елена Ивановна Молоховец — русская писательница в области кулинарной, домоводчевской и оккультно-мистической литературы, автор очень популярной в своё время книги «Подарок молодым хозяйкам, или Средство к уменьшению расходов в домашнем хозяйстве». Книга эта впервые вышла в 1861 году, стала бестселлером и выдержала при жизни автора 29 переизданий.
Книга Елены Молоховец рассчитана не на барыню, живущую в усадьбе, где к её услугам многочисленная дворня, а, скорее, на жительницу городской или даже арендованной квартиры, которой помогает одна кухарка.
Но для сегодняшней средней горожанки «экономная жизнь» по Молоховец выглядит забавно роскошной: кухарка с проживанием? Усадьба с балконом и роялем? Погреб для вин? А обеды — какие у неё описаны обеды из четырёх блюд!
Да, для устроенного по Молоховец быта одной кухарки не хватит: нужен целый штат прислуги, чтобы уследить за винными и капустными подвалами, кладовыми, чтобы набивать их рябчиками и сушёными лепестками васильков, чтобы с утра до вечера готовить, накрывать на стол, мыть посуду. В этом смысле «Подарок молодым хозяйкам» — памятник ушедшей эпохе дворянских усадеб, дань памяти их щедрому гостеприимству.
Молоховец не столько обучает молодых хозяек экономии, сколько рисует для них вековечную мечту об уютной, неспешной семейной жизни, идеально сервированных столах, украшенных сиренью и гирляндами фуксий, разговорах с друзьями за бесконечным чаем, который переходит в ужин, а потом уже и в ночь, — вечную мечту о заветной русской Обломовке, где царит вечное лето, вечное изобилие, счастье и покой, где в семье есть заботливый хозяин и рачительная хозяйка, в государстве — мудрый царь, а в мироздании — добрый Бог, где всё делается хорошо и правильно, и будет так вечно.
#персонадня #Молоховец
Книга Елены Молоховец рассчитана не на барыню, живущую в усадьбе, где к её услугам многочисленная дворня, а, скорее, на жительницу городской или даже арендованной квартиры, которой помогает одна кухарка.
«Я могу сказать без хвастовства, что моя книга о домашнем хозяйстве избавила от больших трудностей многих землевладельцев, когда они оказались внезапно без слуг, поваров, абсолютно не владея кулинарным искусством, — писала Молоховец. — Благодаря моей книге наши русские дамы прекратили смущаться вести своё домашнее хозяйство и показываться у себя на кухне».
Но для сегодняшней средней горожанки «экономная жизнь» по Молоховец выглядит забавно роскошной: кухарка с проживанием? Усадьба с балконом и роялем? Погреб для вин? А обеды — какие у неё описаны обеды из четырёх блюд!
«Книгу Молоховец раскрывают, чтобы всласть посмеяться, чтобы со священным ужасом и трепетом погрузиться в это навсегда отошедшее время пищевых титанов, маньяков с лужёным кишечником длиной с пожарный шланг, с желудками слоновьих размеров, с пастью античной Харибды, заглатывавшей целые корабли вместе с гребцами за один присест», — пишет Татьяна Толстая в предисловии к переизданию «Подарка» 1992 года.
Да, для устроенного по Молоховец быта одной кухарки не хватит: нужен целый штат прислуги, чтобы уследить за винными и капустными подвалами, кладовыми, чтобы набивать их рябчиками и сушёными лепестками васильков, чтобы с утра до вечера готовить, накрывать на стол, мыть посуду. В этом смысле «Подарок молодым хозяйкам» — памятник ушедшей эпохе дворянских усадеб, дань памяти их щедрому гостеприимству.
Молоховец не столько обучает молодых хозяек экономии, сколько рисует для них вековечную мечту об уютной, неспешной семейной жизни, идеально сервированных столах, украшенных сиренью и гирляндами фуксий, разговорах с друзьями за бесконечным чаем, который переходит в ужин, а потом уже и в ночь, — вечную мечту о заветной русской Обломовке, где царит вечное лето, вечное изобилие, счастье и покой, где в семье есть заботливый хозяин и рачительная хозяйка, в государстве — мудрый царь, а в мироздании — добрый Бог, где всё делается хорошо и правильно, и будет так вечно.
#персонадня #Молоховец
👍3🕊3
#достоевскийпопонедельникам
Дождь продолжал идти, но мы решились выйти, чтобы посмотреть город [ Берлин ]. Вышли на Unter Linden, зашли к меняле разменять наши полуимпериалы. На дороге Федя заметил мне, что я по-зимнему одета, и что у меня дурные перчатки. Я очень обиделась и ответила, что если он думает, что я дурно одета, то нам лучше не ходить вместе, сказав это, я повернулась и быстро пошла в противоположную сторону. Федя несколько раз окликнул меня, хотел за мною бежать, но одумался и пошёл прежнею дорогою. Я была чрезвычайно обижена; мне показалось замечание Ф. М. ужасно неделикатным. Дождик всё ещё шёл, немцы с удивлением смотрели на меня, девушку, которая, не обращая ни малейшего внимания, без зонтика шла по дождю. Но мало-помалу я успокоилась и поняла, что Федя своим замечанием вовсе не хотел меня обидеть, и что я напрасно погорячилась.
Меня сильно беспокоила моя ссора с Федей. Я бог знает, что вообразила себе, различные глупости и потому раньше пришла домой. Там мне сказали, что Федя заходил уже домой, пробыл несколько минут в комнате и опять ушёл. Боже мой, что я только перечувствовала! Мне представилось, что он меня разлюбил и уверившись, что я такая дурная и капризная, нашёл, что он слишком несчастлив и бросился в Шпрее [ Река в Германии ]. Затем мне представилось, что он пошёл в наше посольство, чтоб развестись со мной, выдать мне отдельный вид и отправить меня обратно в Россию.
Эта мысль тем более укрепилась во мне, что я заметила, что Федя отпирал чемодан (он оказался не на том месте, и ремни были развязаны). Очевидно, Федя доставал наши бумаги, чтоб идти в посольство. Все эти несчастные мысли до того меня измучили, что я начала горько плакать, упрекать себя в капризах и дурном сердце. Я дала себе слово, если Федя меня бросит, ни за что не вернуться в Россию, а спрятаться где-нибудь в деревушке за границей, чтоб оплакивать мою потерю. Так прошло два часа. Я поминутно вскакивала с моего места и подходила к окну (окна здесь отворены, несмотря на раннюю весну) посмотреть не идёт ли Федя.
И вот, когда мое отчаяние дошло до последних пределов, я, выглянув в окно, увидела, что Федя с самым независимым видом, положив руки в карманы, идёт домой. Я очень обрадовалась и когда он пришёл, я с плачем и рыданиями бросилась к нему на шею. Он очень испугался, увидев мои заплаканные глаза, и спросил, что со мною случилось. Когда я рассказала ему все мои страхи, он страшно смеялся и сказал, что надо иметь очень мало самолюбия, чтобы броситься и утонуть в Шпрее, в этой маленькой, ничтожной речонке. Очень смеялся и моей мысли о разводе и говорил, что «я ещё не знаю, как он любит свою милую жёночку». Заходил же он и отворил чемодан, чтоб вынуть деньги для заказа пальто. Таким образом всё объяснилось, и мы помирились. И я была страшно счастлива.
(Из дневника Анны Достоевской. Берлин, апрель 1867 г.)
Дождь продолжал идти, но мы решились выйти, чтобы посмотреть город [ Берлин ]. Вышли на Unter Linden, зашли к меняле разменять наши полуимпериалы. На дороге Федя заметил мне, что я по-зимнему одета, и что у меня дурные перчатки. Я очень обиделась и ответила, что если он думает, что я дурно одета, то нам лучше не ходить вместе, сказав это, я повернулась и быстро пошла в противоположную сторону. Федя несколько раз окликнул меня, хотел за мною бежать, но одумался и пошёл прежнею дорогою. Я была чрезвычайно обижена; мне показалось замечание Ф. М. ужасно неделикатным. Дождик всё ещё шёл, немцы с удивлением смотрели на меня, девушку, которая, не обращая ни малейшего внимания, без зонтика шла по дождю. Но мало-помалу я успокоилась и поняла, что Федя своим замечанием вовсе не хотел меня обидеть, и что я напрасно погорячилась.
Меня сильно беспокоила моя ссора с Федей. Я бог знает, что вообразила себе, различные глупости и потому раньше пришла домой. Там мне сказали, что Федя заходил уже домой, пробыл несколько минут в комнате и опять ушёл. Боже мой, что я только перечувствовала! Мне представилось, что он меня разлюбил и уверившись, что я такая дурная и капризная, нашёл, что он слишком несчастлив и бросился в Шпрее [ Река в Германии ]. Затем мне представилось, что он пошёл в наше посольство, чтоб развестись со мной, выдать мне отдельный вид и отправить меня обратно в Россию.
Эта мысль тем более укрепилась во мне, что я заметила, что Федя отпирал чемодан (он оказался не на том месте, и ремни были развязаны). Очевидно, Федя доставал наши бумаги, чтоб идти в посольство. Все эти несчастные мысли до того меня измучили, что я начала горько плакать, упрекать себя в капризах и дурном сердце. Я дала себе слово, если Федя меня бросит, ни за что не вернуться в Россию, а спрятаться где-нибудь в деревушке за границей, чтоб оплакивать мою потерю. Так прошло два часа. Я поминутно вскакивала с моего места и подходила к окну (окна здесь отворены, несмотря на раннюю весну) посмотреть не идёт ли Федя.
И вот, когда мое отчаяние дошло до последних пределов, я, выглянув в окно, увидела, что Федя с самым независимым видом, положив руки в карманы, идёт домой. Я очень обрадовалась и когда он пришёл, я с плачем и рыданиями бросилась к нему на шею. Он очень испугался, увидев мои заплаканные глаза, и спросил, что со мною случилось. Когда я рассказала ему все мои страхи, он страшно смеялся и сказал, что надо иметь очень мало самолюбия, чтобы броситься и утонуть в Шпрее, в этой маленькой, ничтожной речонке. Очень смеялся и моей мысли о разводе и говорил, что «я ещё не знаю, как он любит свою милую жёночку». Заходил же он и отворил чемодан, чтоб вынуть деньги для заказа пальто. Таким образом всё объяснилось, и мы помирились. И я была страшно счастлива.
(Из дневника Анны Достоевской. Берлин, апрель 1867 г.)
🔥4🤗1
14 мая, 17:30
Клубная встреча «Наследие в потешках» + круглый стол о геймификации наследия + историческая настолка «Петровские возвестники».
🌱 В первой части — разговор о том, как локальные истории и «гении места» становятся турпродуктами: квестами, аудиогидами, квизами. Как не уйти в выдуманный мир, оставаясь в рамках исторической достоверности.
🌱 Затем — игра «Петровские возвестники»: участники объединяются в гильдии, получают пакет исторических указов Петра I и объявляют их «от лица глашатаев». Задача — не просто зачитать, а донести суть и год так, чтобы другие запомнили. Игру проводит разработчик — участник проекта «Московские игры Петра I».
Участие бесплатное. Регистрация по ссылке
📇 Коворкинг-центр НКО ЮЗАО (ул. Винокурова, д. 2)
#НаследиевПотешках #Петровскиевозвестники
Клубная встреча «Наследие в потешках» + круглый стол о геймификации наследия + историческая настолка «Петровские возвестники».
«Это был железный человек. На троне — вечный работник»
(Ф. М. Достоевский о Петре I)
Участие бесплатное. Регистрация по ссылке
#НаследиевПотешках #Петровскиевозвестники
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥2
#персонадня #литературныйкалендарь #Булгаков
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥3❤2
16 мая — день рождения Ольги Берггольц.
В 2010 году, к столетию поэтессы, издательство «Азбука» выпустило книгу «Ольга. Запретный дневник» — один из самых пронзительных документов эпохи. В неё вошли стихи, письма, проза и дневники 1939–1942 годов, долгие десятилетия остававшиеся неопубликованными.
Эти записи страшно читать не из-за количества громких исторических событий. Страшно другое: перед читателем возникает живая человеческая душа — растерянная, любящая, уязвимая, пытающаяся сохранить достоинство среди времени, которое словно было создано для уничтожения всего человеческого.
Евгений Шварц говорил, что судьбу Берггольц могло бы описать только перо Достоевского. И это не кажется преувеличением. За официальным образом «голоса блокадного Ленинграда» в этих дневниках открывается совсем другая Ольга Берггольц — тонкая, ранимая, живая женщина, мучительно нуждавшаяся в любви, тепле, близости и продолжавшая сопротивляться судьбе изо всех сил.
Особенно потрясает то, как среди войны, голода, страха и катастрофы она продолжает говорить о любви как о главной человеческой ценности:
Наверное, именно это и делает её дневники такими современными — они рассказывают о человеке, который до последнего пытается сохранить внутреннюю жизнь, память, нежность, право чувствовать и любить.
Если вы ещё не читали «Запретный дневник» — очень советуем. Это одна из тех книг, после которых история перестаёт быть набором дат и событий и становится личной болью, личной памятью и очень трудным разговором о цене человеческой стойкости.
#персонадня #литературныйкалендарь #Берггольц
В 2010 году, к столетию поэтессы, издательство «Азбука» выпустило книгу «Ольга. Запретный дневник» — один из самых пронзительных документов эпохи. В неё вошли стихи, письма, проза и дневники 1939–1942 годов, долгие десятилетия остававшиеся неопубликованными.
Эти записи страшно читать не из-за количества громких исторических событий. Страшно другое: перед читателем возникает живая человеческая душа — растерянная, любящая, уязвимая, пытающаяся сохранить достоинство среди времени, которое словно было создано для уничтожения всего человеческого.
Евгений Шварц говорил, что судьбу Берггольц могло бы описать только перо Достоевского. И это не кажется преувеличением. За официальным образом «голоса блокадного Ленинграда» в этих дневниках открывается совсем другая Ольга Берггольц — тонкая, ранимая, живая женщина, мучительно нуждавшаяся в любви, тепле, близости и продолжавшая сопротивляться судьбе изо всех сил.
Особенно потрясает то, как среди войны, голода, страха и катастрофы она продолжает говорить о любви как о главной человеческой ценности:
«Будущий читатель моих дневников почувствует в этом месте презрение: «героическая оборона Ленинграда, а она думает и пишет о том, скоро или не скоро человек признается в любви или в чём-то в этом роде». (Хуже всего, если я смотрю выжидающими глазами.) Да, да, да! Неужели и ты, потомок, будешь так несчастен, что будешь считать, будто бы для человека есть что-то важнее любви, игры чувств, желаний друг друга? Я уже поняла, что это — самое правильное, единственно нужное, единственно осмысленное для людей. Верно, война вмешивается во всё это, будь она трижды проклята, трижды, трижды!! Времени не стало — оно рассчитывается на часы и минуты. Я хочу, хочу ещё иметь минуту вневременной, ни от чего не зависящей, чистой радости с Юрой. Я хочу, чтоб он сказал, что любит меня, жаждет, что я ему действительно дороже всего на свете».
Наверное, именно это и делает её дневники такими современными — они рассказывают о человеке, который до последнего пытается сохранить внутреннюю жизнь, память, нежность, право чувствовать и любить.
Если вы ещё не читали «Запретный дневник» — очень советуем. Это одна из тех книг, после которых история перестаёт быть набором дат и событий и становится личной болью, личной памятью и очень трудным разговором о цене человеческой стойкости.
#персонадня #литературныйкалендарь #Берггольц
💔2❤1🕊1
«Ночь музеев» — уже сегодня вечером.
Вы уже наметили маршрут?
Программа в этом году огромная — легко растеряться. Полный список, как всегда, на мос.ру
Мы же решили отправиться в новое здание Галереи Василия Нестеренко: в 21:00 там начнётся концерт любимого ансамбля старинной музыки «Monte Verde». В программе — европейская и русская вокальная музыка XVI–XVIII веков.
📇 Концертный зал Картинной галереи Василия Нестеренко (ул. Бутырская, д. 1А, метро «Савёловская»)
📌 Вход бесплатный, по регистрации
И в целом программа «Музыкальное путешествие» выглядит очень заманчиво:
🎶 Александра Конева и Ольга Воробьёва исполнят русские романсы XIX века
🎶 Екатерина Анохина (цимбалы), Светлана Ярцева (виолончель) и Маргарита Рыбина (флейта) представят инструментальную музыку начала XX века
А вы куда планируете? Делитесь в комментариях — до вечера ещё есть время!
#ночьмузеев2026
Вы уже наметили маршрут?
Программа в этом году огромная — легко растеряться. Полный список, как всегда, на мос.ру
Мы же решили отправиться в новое здание Галереи Василия Нестеренко: в 21:00 там начнётся концерт любимого ансамбля старинной музыки «Monte Verde». В программе — европейская и русская вокальная музыка XVI–XVIII веков.
И в целом программа «Музыкальное путешествие» выглядит очень заманчиво:
А вы куда планируете? Делитесь в комментариях — до вечера ещё есть время!
#ночьмузеев2026
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥1