Телефоноскоп: видеозвонок из XIX века

Иногда будущее появляется не в лабораториях, а на страницах юмористического журнала.

В 1879 году в британском альманахе Punch была опубликована карикатура художника Джорджа дю Морье под названием «Телефоноскоп Эдисона». На рисунке супружеская пара, уютно устроившись дома у камина, через большой экран беседует со своими детьми, играющими… на другом конце света.

Сцена выглядит почти современной: родители разговаривают с дочерью, видят её в реальном времени и даже пытаются разглядеть, с кем она играет. В подписи поясняется, что перед сном отец и мать семейства устанавливают над каминной полкой «электрическую камеру обскура», чтобы любоваться детьми на Антиподах и вести с ними беседу по проводу.

По сути, эта викторианская версия видеозвонка — нечто очень напоминающее сегодняшний Zoom.

Любопытно, что сам Томас Эдисон никакого «телефоноскопа» не создавал. Карикатура была чистой фантазией художника: попыткой представить, какое удивительное устройство великий изобретатель мог бы придумать следующим.

Однако идея витала в воздухе. После изобретения телефона в 1876 году инженеры и журналисты всё чаще размышляли о приборе, который позволил бы передавать не только звук, но и изображение. В газетах появлялись описания загадочного «telectroscope» — устройства, которое должно было «сделать для глаза то же, что телефон сделал для уха».

Подобные фантазии возникали и раньше. Французский художник Альбер Робида ещё в 1860-е годы изображал человека, смотрящего театральное представление, не выходя из собственного дома. Но именно рисунок дю Морье стал одним из первых образов двусторонней связи — возможности не только видеть, но и разговаривать на расстоянии.

Футурологические картинки продолжали появляться и позже. На Парижской выставке 1900 года продавались открытки из серии «В 2000 году», где люди общаются через устройства, удивительно напоминающие современные экраны связи.

И почти одновременно с этими фантазиями возникло слово, которое мы используем сегодня. На Международном конгрессе по электричеству русский учёный Константин Перский впервые употребил термин «телевидение».

Получается любопытная цепочка: карикатура — мечта — техническая идея — реальность.

И теперь, открывая видеозвонок на телефоне, мы невольно повторяем сцену, которую художник XIX века однажды придумал ради шутки.

И, пожалуй, самое удивительное в этой истории — не то, что викторианский художник смог представить видеосвязь задолго до её появления. А то, что сегодня, когда технологии наконец позволяют видеть и слышать друг друга на любом расстоянии, мы вдруг начинаем особенно остро понимать ценность этой простой возможности — быть на связи.

#насвязи

20 марта в Омской крепости — месте, где когда-то отбывал каторгу Достоевский, — открывается новое выставочное пространство «Кирпич Достоевского».

В основе экспозиции, идея которой — «кирпич как феномен цивилизации», — коллекция кирпичей краеведа Владимира Селюка. Эти искусственные камни правильной формы, предназначенные для строительства, были произведены на омских фабриках в XVIII–XX веках.

Фёдор Михайлович Достоевский отбывал в Омской крепости каторгу по делу петрашевцев в 1850–1854 годах.

Каждый день закованные в кандалы арестанты — и среди них Достоевский — шли на берег Иртыша: разгребали снег, обжигали и дробили алебастр, месили глину. Затем в инженерной мастерской с помощью большого точильного колеса и других инструментов каторжники создавали готовую продукцию. Каждому арестанту полагался «урок» — изготовить 250 кирпичей, причём пройти весь подготовительный цикл самостоятельно. Писатель был определён в чернорабочие, трудился на обжиге и переноске кирпичей — об этом он позже напишет в «Записки из мёртвого дома».

Достоевский прибыл в Омск 23 января 1850 года — после нескольких месяцев в сырой одиночке Петропавловской крепости, военного суда и приговора, гласившего: «… отставного инженер-поручика Достоевского, за недонесение о распространении преступного о религии и правительстве письма литератора Белинского и злоумышленного сочинения поручика Григорьева, лишить чинов, всех прав состояния и подвергнуть смертной казни расстрелянием».

Как вспоминал потом писатель, «приговор прочтён был вовсе не в шутку…» — почти все осуждённые, стоя на эшафоте, были уверены, что он будет приведён в исполнение, и пережили «десять ужасных, безмерно страшных минут ожидания смерти». По резолюции Николая I казнь была заменена четырьмя годами каторги и последующей службой в солдатах.

«И никогда ещё человек, более преисполненный надежд, жажды жизни и веры, не входил в тюрьму», — записал Достоевский спустя тридцать лет, вспоминая эту минуту.

По прибытии в Омскую крепость его отвели в кордегардию, где придали облик арестанта: обрили голову, надели двухцветную куртку с жёлтым тузом на спине, выдали мягкую бескозырку. В таком виде он вошёл в каторжный каземат. Это было ветхое деревянное здание с прогнившим полом, протекающей крышей и угарными печами. Голые нары, общий ушат с сумерек до рассвета, нестерпимая духота. Вокруг — крик, шум, ругань, бряцание цепей.
«Это был ад, тьма кромешная», — вспоминал писатель. Здесь в полной мере действовал древний устав о наказаниях: клеймёные лица «для вечного свидетельства об их отвержении», истерзанные спины наказанных шпицрутенами, распухшие, багрово синего цвета, с застрявшими в них занозами. Люди были неразлучны с железом: в оковах люди мылись в бане, в кандалах играли комедию, в цепях лежали больными в госпитале. Днём и ночью — драки, обыски, побудки. Всё было устроено так, чтобы человек забыл, что он человек.

Выставка «Кирпич Достоевского» приурочена к 205-летию со дня рождения писателя. И эта выставка о материале, из которого строят стены, неожиданно оказывается разговором о человеке — его опыте, памяти, тяжёлом труде, боли и выносливости. О той внутренней работе, из которой, вопреки всему, вырастает нечто большее, чем просто стена.

#Достоевский #Омск #кирпичДостоевского