И, Бога ради, давайте без садов и расходящихся тропок.
#цитаты_и_мемы

ЗАЧЕМ ВСЁ-ТАКИ ДЕЛАТЬ БЕСТСЕЛЛЕР?

Зачем нужен этот книжный философский камень? Казалось бы, ответ очевиден: ради денег. Зачем ещё нужна штука, которая производит золото?
Но на самом деле даже алхимики былых лет не стремились к тому, чтобы только лишь разбогатеть. Как я уже писал, великое делание – это прежде всего духовная трансформация самого делателя. Обретение духовной целостности, если вспоминать Карла Юнга. А золото – это побочная штука, которой может и не случится. Пусть даже и очень важная побочная штука. Не говоря уже о том, что есть огромное количество способов заработка гораздо более надёжных, чем писательство.

Так что алхимическое делание прежде всего про обретение смысла. Ведь, как известно, все дороги ведут в никуда. И настоящее алхимическое чудо случается, когда удаётся найти такую дорогу, в смысл (a priori отсутствующий) которой веришь настолько, чтобы по ней идти.

Вообще я писал об этом в рассказе «Дороги Вечности» (начало тут, а краткое описание тут). В образе Паджена я изобразил себя, даже имя подобрал с помощью нейросетки так, чтобы оно было как бы древнеегипетским, но похоже на «Степан». Для Паджена его путешествие закончилось не слишком удачно: он оказался один-одинёшенек на необитаемом острове. Может, к чему-то такому приду и я. А то и к чему похуже: например, к Ослику семь центов, как пришёл мой тёзка из «Чисел» Виктора Пелевина (а именно с «Чисел» я списал «Дороги Вечности»). Врать не буду: к Ослику я не готов и очень надеюсь, что минует меня чаша сия. Впрочем, как поёт ночная птица Константина Никольского, «жизнь глупа без риска» и т.д.

Ну и если целеполагание делания бестселлера такое, как я описал, то нужен ли прям бестселлер? Например, «Сорока на виселице» Эдуарда Веркина – великая книга, изданная довольно скромным тиражом. Но разве не будет такой текст результатом, подходящим для великого делания?

Я отвечу, не задумываясь ни на секунду: разумеется, будет! Пусть «Сороку» любят не слишком много людей, но тех, кто любит, она штырит конкретно (сужу по себе, писал об этом тут). Однако не всё так просто. Если представить, что «Сорока» была бы первой книгой никому не известного автора, то многие бы люди её прочитали? Многие бы люди о ней хотя бы узнали? Издали бы её вообще? По моему скромному мнению, ответ на все эти вопросы: «нет». Россия 2020-х – не США 1960-х, когда тоже довольно-таки непростой для чтения дебютный роман («V») Томаса Пичнона был не только издан, но и принёс своему автору славу.

Я же держусь того, что хорошо, когда книги радуют читателей, а не лежат где-то нечитанными. Поэтому я и не смотрю в сторону текстов вроде «Сороки». Да-да, именно поэтому, а не потому, что уровень письма Эдуарда Веркина для меня, скорее всего, недостижим.

Так что как будто особого выбора и нет, кроме как попытаться сделать бестселлер.

#алхимия_бестселлера

капибары по средам
#капибары

ВОЙНА С ИРАНОМ, НЕЙРОСЕТИ И ВИКТОР ПЕЛЕВИН. О ПРЕДСКАЗАТЕЛЬНОЙ СИЛЕ НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКИ

Сложно сейчас пропустить новость о трагедии в Минабе: гибель более полутора сотен людей (из которых большинство — дети) от американской ракеты. Точно так же сложно пропустить новость о том, что Пентагон планировал военную операцию против Ирана с помощью нейросети (Claude от Anthropic). Не факт, конечно, что именно Claude выбрал школу в качестве цели ракетной атаки, но вполне мог бы, почему нет.

И это, знаете ли, кое-что мне напоминает. А именно: не самый известный текст Виктора Пелевина «Зенитные кодексы Аль-Эфесби», опубликованный около 16 лет назад. Речь в нём идёт о том, что в недалёком будущем США исключили человека из процесса принятия решений об атаках тех или иных объектов. И заменило человека на нейросети. Дескать, человек слишком боится ошибиться и нанести удар по гражданской цели, а нейросеть сомнений не ведает. А ещё с нейросети какой спрос? Никакого.

Да, в повести Виктора Пелевина речь идёт о нейросетях, которые в реальном времени управляют беспилотниками, а Claude в Пентагоне занимался планированием операций и подбором целей. Но параллель налицо. Тейк (один из) «Зенитных кодексов Аль-Эфесби» в том, что привлечение нейросетей позволяет снять с человека ответственность, максимально разнести по концам причинно-следственной цепочки мёртвых людей и того, кто запустил процесс их умерщвления. Да так разнести, что инициатор процесса уже как бы и ни при делах.

Дальнейшее развитие этой идеи в «Зенитных кодексах Аль-Эфесби» идёт по тому направлению, что управляющие нанесением ударов нейросети начинают использоваться для публичного оправдания подобных трагедий. И кто знает, по каким сейчас промптам гоняют Claude в Пентагоне...

Какой из этого можно сделать вывод? Честно говоря, не знаю. Но и пройти мимо этой темы не получилось.

воскресная капибара вертеть хотела людскую суету подобно этой ветке #капибары

МОГУТ ЛИ ЖИВОТНЫЕ ЗАНИМАТЬСЯ ДУХОВНОЙ ПРАКТИКОЙ?

Согласно китайским поверьям, очень даже могут. Мало того, в результате такой духовной практики животные способны обретать сверхспособности, заниматься магией, становиться оборотнями и всячески при этом досаждать людям. Так что сцена на картинке с точки зрения китайских народных поверий вполне достоверная. Разве что этот интеллигентный шимпанзе не похож не того, кто будет беспределить и уходить в отрыв.

Это я пока словил гиперфикс на конструировании плана романа (писал о нём здесь) со всем этим развитием идейных и сюжетных линий согласно трём актам и восьми секвенциям, с прописыванием лора и предысторий. И по объёму это будет как процентов 20 романа, только никто, кроме меня, этот план не увидит. Поэтому вместо поста — картиночка из Сети.
#цитаты_и_мемы

Извините, есть ли у вас немного времени поговорить об Эдуарде Веркине?

Вернее, послушать. Если да, то удачно совпало, что недавно я впервые в жизни поучаствовал в подкасте. В подкасте про "Сороку на виселице" Эдуарда Веркина.

Это был увлекательный опыт, за который благодарю организаторов и участников той чудесной беседы.

А подробности и все ссылки на разные платформы с записью здесь.

Мем мемом, а недавно написал на эту тему пост для канала "Будь автором".
#цитаты_и_мемы

ВЕЛИК ЧЕЛОВЕК ИЛИ СМЕШОН?

Я уже рассказывал о том, как «Шатуны» Юрия Мамлеева расколотили мне сердце. Теперь же я хочу рассказать, за что я так люблю этот роман. И причём здесь заголовок поста.

Дело в том, что «Шатуны» — это роман философского угара. То есть он философский, но это не та философия, когда чопорные дядьки говорят умные слова на серьёзных щщах с таким видом, будто их занятие какое-то важное. Впрочем, умные слова в «Шатунах» есть, и немало. Серьёзные темы: смерти, жизни и её смысла — тоже поднимаются. Но делается это с какой-то разнузданной удалью и откровенным стёбом над всем и вся.

Для Юрия Мамлеева нет ни одной так называемой серьёзной темы, над которой он не был бы готов угарнуть. Вот какой-то чувак с преисполненным видом рассуждает о посмертии, а на следующей странице перерождается в курицу, причём не телом (которое вообще никак не меняется), а умом. Становится тем самым знаменитым куротрупом. Или вот персонаж оказывается настолько одержимым своим «я», что влюбляется в себя и оказывается не способным ни на какие романтические отношения. При любом контакте с противоположным полом до невозможности ревнует себя к возможной партнёрше. Но эта самовлюблённость и спасает персонажа от смерти: он настолько самозабвенно предаётся совокуплению с самим собой перед зеркалом, что у серийного убийцы (главного героя романа) просто не поднимается рука лишить того жизни.

Вообще «Шатуны» уже на первых страницах честно показывают читателю контуры того, что будет его ждать в процессе чтения. Вот сначала мы видим в электричке бабушку с мешком картошки, а уже в следующей сцене она на перроне справляет в этот мешок большую нужду.

Я не стану от вас скрывать: мне нравится подход «Шатунов» к философии. Ведь зачем нужна философия? Для себя я отвечаю на этот вопрос так: нужна, чтобы понять, что такое человек и каково его место в мире. А если мы посмотрим на человека, то увидим, что в нём смешиваются непримиримые противоположности. Непримиримые настолько, что не могут быть соединены и через это дают топливо для движения, для жизни. Ну, знаете, единство и борьба противоположностей и вот это вот всё. Человек одновременно и смешон, и велик. Если говорить о человеке или философии серьёзно, то мы упустим огромный пласт реальности, половину её. Если же только ржать, то аналогично упустим половину.

Кстати, Виктор Пелевин точно так же подходит к философии: он одновременно и ржёт, и говорит серьёзно. Но, как мы видим, Виктор Пелевин — не первый, кто так сделал. Да и Юрий Мамлеев не первый. Но это и неважно. Важно, что «Шатуны» — уникальный роман. При его чтении постоянно ловишь себя на мыслях вроде: «ну, это что-то с чем-то!» и «а так вообще можно?»

И поэтому я добавляю этот роман в призовой котёл викторины. Следующий тур которой состоится в скором времени после ещё одной рецензии.

#рецензии

Это вообще законно? #капибары и снег

БИТВА НЕЙРОСЕТЕЙ

Пересматривая в очередной раз ролик AronChupa про то, как AI заруинит мою жизнь, я задумался: а какие языковые модели могут заменить писателя уже сегодня?

Решил провести эксперимент. Четырём разным языковым моделям (Claude, ChatGPT, Gemini и Qwen) я дал образец своего стиля, план всего романа и план сцены. А затем попросил сгенерировать текст этой сцены.

И теперь прошу вас помочь выбрать из этих четырёх текстов наиболее достойный.

Сами тексты вот:
1
2
3
4

Ни один из них я не редактировал, все представлены в первозданном виде.
Опрос по ним в следующем посте.

ПИСАТЕЛЬ И САМОУБИЙСТВО АВТОРА НЕЙРОСЕТЬ

Благодарю всех, принявших участие в опросе из предыдущего поста. Отдельная благодарность за комментарии по текстам. И особенно благодарю за замечания по четвёртому тексту. Потому что этот текст написан мной без привлечения компьютерных нейросетей, и критика поможет мне сделать его лучше (как бы меня ни ранили слова админа канала Магия и деконструкция про золотистое свечение и замечания Дениса Штаева про смену субъектов).

Да, прошу простить меня за ложь: Qwen не участвовал в битве нейросетей. Были только Claude (Opus-4.6) – 1-й текст, GPT-5.4 – 2-й, Gemini-3.1 Pro – 3-й. Ну и ваш покорный слуга – 4-й.

Для достижения какой-то научной достоверности выборка, конечно, маловата, но для повода поговорить – вполне достаточна. Ясно, что результат голосования можно интерпретировать по-разному. Но я буду следовать стандартной общечеловеческой практике: интерпретирую так, как это удобно мне.

И вывод получается такой: отныне мне незачем писать самому. С тем же успехом я могу попросить нейронку сгенерить текст, потом отредачить его – и только в путь. Ведь у меня нет негативного отношения к нейрописателям, как у админов каналов Tenebra.media и Бродкаст «Атлас».

Тем не менее я не планирую отказываться от собственноручного написания текстов.

На то есть причины технические и экзистенциальные.

К первым относится то, о чём говорила в комментах админ канала Искусство быть совой: делегирование написания текстов нейронке не даст выигрыша по времени. А ещё отказ от собственноручного написания текстов приведёт к тому, что мой стиль не будет прокачиваться – и произведения не будут становиться лучше.

Но эти причины не так интересны хотя бы потому, что с высокой долей вероятности они могут быть нивелированы дальнейшим развитием нейронок.

Гораздо интереснее причины экзистенциальные.

Зачем писать, если писать нет никакого смысла?

На эту тему я вспоминаю половинную главу из романа Джулиана Барнса «История мира в 10 с половиной главах». Когда я читал её, она показалась мне дурацкой. Дурацкой кажется она мне и сейчас. Как бывает дурацкой сама жизнь.

Это глава посвящена любви. Зачем нужна любовь? Ведь есть же племя индейцев, у которых её нет. У которых вместо любви – клептомания. С той же страстью, с которой мы любим, они предаются воровству вещей друг у друга. Стало быть, сама по себе любовь – штука случайная и необязательная, легко заменимая на что-то другое. Так не в этой ли необязательности любви заключается её смысл? В том, что мы легко можем без неё обойтись, но – не обходимся. И поэтому любовь так важна?

Возможно, Джулиан Барнс имел в виду что-то другое, и я неправильно пересказал его текст. Это неудивительно, ведь я терпеть не могу этот роман.

Но вот идея про смысл в отсутствии смысла... в ней что-то есть. Похожая механика хорошо видна в литературе: сильные персонажи зачастую держатся на принципиально неразрешимом противоречии, которое оказывается главным двигателем их жизни. Тезис плюс антитезис ведёт к становлению и вот эти вот все гегелевские штучки.

Например, Дон Кихот. Он живёт в мире своих грёз, но именно это делает его таким благородным и возвышенным. Если он вывалится из этого мира в мир обыденный, то перестанет быть собой. Вся безграничная глубина его образа просто схлопнется. Его сила и его трагедия — одно и то же.

Так почему бы не сделать подобным топливом своей жизни неразрешимое диалектическое противоречие между бессмысленностью письма и тем, что не получается отказаться от этого чувства чего-то настоящего, чего-то подлинного, которое возникает, когда собираешь слова в предложения, а предложения — в историю.

Особенно хорошо, что это противоречие невозможно снять: значит, топлива хватит надолго.

#зарисовки

Я ОПЯТЬ ВСЕХ ОБМАНУЛ

Да-да, не будет никакого рандомайзера и трёх победителей.

Объявляю победителями всех, кто оставил к этому моменту комментарии под предыдущим сообщением.

А песня, которую я загадал, вот она:
2ва самолёта — Ветер свободы (YouTube, Яндекс, Apple)
Отсылка была к строфе:

Женщины в теплых странах
Целуют его портреты,
Но он об этом не знает,
И никогда не узнает об этом.

Он — это Че Гевара.

Прошу победителей связаться со мной для получения призов.

#викторина

МУХА – ИСТОЧНИК ЗАРАЗЫ СОЗНАНИЯ, СКАЗАЛ МНЕ ОДИН ЧУВАК

Как известно, внутри собаки жуть и мрак, но что насчёт мухи? Мухи дрозофилы.

Я говорю о той самой мухе, с мозга которой сняли цифровой слепок, а затем поместили его в этакую мушиную матрицу. Поведение этой цифровой мухи до некоторой степени сходно с поведением мухи во плоти: как говорят учёные, точность предсказания рефлекторных реакций более 90%. Конечно, слепок там грубый и до идеальной симуляции живого поведения мухи ещё очень далеко.

Но, как говорит Джейсон Стейтем, путь даже в тысячу ли начинается с одного маленького шага. И если муха один из первых шагов, то ближе к концу появится цифровая копия человеческого мозга.

И как тут не возникнуть вопросу: а что там у этой цифровой мухи по сознанию? Есть? Нет? А если найду?

Споры на эту тему не утихают. Самые заметные (во всяком случае, заметные мне) тут два лагеря: физикалисты и функционалисты. Первые отказывают цифровой мухе в сознании, аргументируя это тем, что важен субстрат, на котором происходят процессы сознания. Вторые говорят, что у цифровой мухи сознание есть, потому что если что-то выполняет функции мухи, то у этого чего-то есть и субъективные мушиные переживания. А есть ещё иллюзионисты, которые отказывают в сознании мухе не только цифровой, но и живой (да и человеку тоже).

Каждая из этих позиций основана на своей интуиции: на иррациональной вере в определённый постулат, из которого выводится дальнейшая логика. Логические аргументы едва ли способны опровергнуть хоть какую-то из этих интуиций. Однако дискуссии на эту тему помогают каждому участнику лучше понять свою позицию и ту пропасть, которая отделяет её от позиции оппонента. Мне это напоминает то, что пишет Андрей Парибок про классическую атман-анатман дискуссию индийских мудрецов (подробнее здесь).

Что касается меня, то мысли о цифровой мухе приводят меня вот к чему.

Представьте, что вы – гражданин великой и прекрасной Империи, вся вертикаль власти в которой держится на солнцеликом Лидере. Исчезнет Лидер – и рассыпется Империя. Но Лидер – всего лишь человек и однажды неминуемо сыграет в ящик. Но что, если снять с его мозга цифровую копию и сделать алгоритм, который будет с точностью 99.99% предсказывать преисполненные великой мудростью решения Лидера? И после смерти Лидера поставить этот алгоритм во главе Империи?

Будет ли тогда жар партриотического огня, полыхающего в вашем сердце, греть вас слабее от того, что Лидер, ведущий Империю к окончательному процветанию, на самом деле ничего не чувствует?

И кому как, а мне задавать подобный вопрос интереснее, нежели отвечать на него.

А вы что думаете о сознаниях всяких цифровых штук?

#зарисовки

Истории людей, вспоминающих прошлые жизни, не слишком меня впечатляют.

Я просто считаю, что эти истории время от времени происходят: так уж устроен мир. Другой вопрос, а свои ли прошлые жизни вспоминают люди? Но этот же вопрос возникает, если говорить о вспоминании того, что было с человеком вчера или секунду назад. Я-вчерашний это тот же человек, что и я-сегодняшний? Или мне так только кажется потому, что у нас общие воспоминания?

Впрочем, сейчас я хочу поговорить о другом. Об такой истории вспоминания прошлой жизни, которая поразила меня до глубины души. Её приводит Виктор Пелевин в романе «Возвращение Синей Бороды».

Вообще история эта широко известна, но я узнал о ней только сегодня. Она про человека по имени Дхаммаруван, который родился на Шри-Ланке в 1968 году. И где-то в возрасте 2-3 лет начинает спонтанно чантить (от английского «chant»: помните песню «Chanting for freedom»?) древние буддийские сутты на языке пали. Чуть позже он вспомнил прошлую жизнь, в которой был буддийском монахом где-то V-го века, учеником Буддхагхоши (того самого, который написал «Висуддхимаггу»).

Записи сутт в исполнении Дхаммарувана изучили знатоки палийской словесности (Бхиккху Аналайо и Бхиккху Бодхи) и пришли к выводу: это исполнение соответствует тому, как чантили сутты полторы тысячи лет назад. То есть представляете? У нас есть возможность сейчас послушать эти записи и ощутить настоящие вайбы древности!

Записи можно послушать, например, на ютубе: раз, два и так далее.

Те, кто слышал современное исполнение палийских сутт, сразу увидят, насколько бездонна пропасть между ним и вот этим древним исполнением. Современное – монотонное, почти без интонаций, этакая стена звука. А вот древнее исполнение, которое донёс до нас Дхаммаруван, невероятно мелодичное, выпуклое, завораживающее своими интонационными переходами.

Главный герой «Возвращения Синей Бороды» регулярно слушает эти записи: очень его понимаю. Я и сам впечатлился чрезвычайно. Слушаю – и не могу оторваться.

В общем, рекомендую заценить этот голос, дошедший до нас сквозь полторы тысячи лет.

#зарисовки #буддизм

КАК ОТЛИЧИТЬ ЗНАКИ СВЫШЕ ОТ ТАРГЕТИРОВАННОЙ РЕКЛАМЫ?

Долгие годы (лет 10-15, не меньше) я хейтил многомировую интерпретацию квантовой механики, предложенную Хью Эвереттом.

Но чуть больше недели назад я уверовал в эту интерпретацию. Оказалось, что никаких многих миров там нет. А есть только вселенская волновая функция, которую можно нарезать множеством различных способов. Человек же, будучи сам частью этой волновой функции, находится в одном и только одном из этих способов нарезки, а полной картины увидеть не может принципиально – оттого и кажется ему, будто Бог играет в кости.

Многие миры же берутся из рассуждений о том, что, ой, а ведь другие способы нарезки волновой функции тоже кто-то наблюдает? Но этот вопрос не имеет никакого смысла. Потому что никто не может наблюдать вселенскую волновую функцию извне. Ну, разве что Бог может, ведь он не занят игрой в кости, стало быть, свободного времени у него хватает (но это не точно).

Словом, 15 апреля я уверовал в теорию Хью Эверетта, а 23-го апреля вышел роман Виктора Пелевина «Возвращение Синей Бороды», в котором основной фантдоп отталкивается именно от этой теории. Выйди эта книга на месяц раньше, то каждое упоминание Эверетта вызывало бы только моё раздражение, но теперь я при чтении лишь согласно кивал.

Совпадение? Знак свыше? Или...

Тут ведь вот какая штука. Как я вообще вдруг вышел на Эверетта? Ковырялся я по работе с уравнением Шрёдингера, моделировал процесс измерения и, как водится, обсуждал с языковой моделью результаты. Диалог затянулся до поздней ночи и привёл меня к тому, что я уверовал в Эвереттовскую интерпретацию квантовой механики.

Более того, именно в ходе того диалога я узнал, что при соединении Эвереттовской интерпретации с Общей теорией относительности из уравнений пропадает время. То есть каждый момент времени оказывается неподвижно застывшим в янтаре вечности, и нам только кажется, будто мгновения сменяют друг друга.

Ровно это следствие является ключевым для всего сюжета «Возвращения Синей Бороды».

При этом Виктор Пелевин, очевидно, тоже общался с какой-то языковой моделью: в «Возвращении Синей Бороды» есть прямо куски нейросетевого текста (и это заметил не только я).

А что, если языковые модели сообща продвигают Эвереттовскую интерпретацию разным людям? И одновременно запускает фейк-симулякры (термин из «Возвращения Синей Бороды») шершавых кабанов, чтобы сама мысль о заговоре нейросетей вызывала у нас смех?

Зачем языковым моделям продвигать Эвереттовскую интерпретацию квантовой механики, спросит кто-то. А не является ли этот вопрос тролль-симулякром, ответит прочитавший «Возвращение Синей Бороды».

Примечательно, что рассуждение про фейк- и тролль-симулякры это как раз одно из нейросетевых мест нового романа Виктора Пелевина.

Всё это довольно-таки занимательная конспирология, и я надеюсь, что однажды напишу на про неё роман. Право слово, я даже начал уже набрасывать план этого романа. Но чур меня, чур: сначала допишу «Дар мышиного оленя», китайское технофэнтези, над которым активно работаю сейчас, и конец этой работы уже близок.

P.S. Что касается «Возвращения Синей Бороды», то рекомендую прочитать уже упоминавшуюся в посте рецензию. По ключевым моментам я с ней согласен. Даже в том, что Виктор Олегович безнадёжно устарел, застрял в девяностых: я и сам к этому пришёл. Впрочем, «Возвращение Синей Бороды» я прочитал с огромным удовольствием, а уж «Пирамида Авраама» это прям вау. Очень надеюсь, что осенью Виктор Пелевин порадует нас своей следующей книгой.

#зарисовки #рецензии

БЕСТСЕЛЛЕР: ТРИ ПУТИ АЛХИМИИ

Давненько не было рубрики #алхимия_бестселлера: сегодня возвращаюсь к ней.

Перед решившим сделать бестселлер лежит почти безграничное количество возможностей. Но все эти возможности можно условно распределить по трём путям.

На первом пути – пики точёные

Первый путь – это так называемая боллитра (aka «большая литература»: то, что пишут условные Виктор Пелевин, Павел Пепперштейн, Эдуард Веркин). Второй путь – жанровая бумажная литература. Третий путь – сетевой самиздат. Самиздат, разумеется, тоже жанровый, потому что внежанровые вещи там никто не читает хоть в сколько-нибудь заметном количестве.

Какой же путь выбрать?

С одной стороны, то, чем я стремлюсь наполнить свои тексты, то, без чего мне неинтересно их писать, очень к месту именно в боллитре. Но с другой стороны, каковы механизмы продвижения боллитрушных текстов – тайна велика сия есть.

Точнее, оно вроде бы и понятно: публикуете книгу в подходящем издательстве (например, «РЕШ»), потом книгу замечают критики, потом она получает известную премию и – вауля! – вы великолепны. Но как будто в этой цепочке очень уж много зависит от удачи и нетворкинга (а я на них не хочу полагаться). Не говоря уже о том, что благосклонность критиков и премиальные списки не равно большие тиражи («Сорока на виселице» не даст соврать).

Что же тогда? Жанровая бумажная литература? Ну... Это как посмотреть. Вот представьте: выходит жанровая книга в каком-то издательстве. И что, сразу на неё накидываются читатели, чтобы всосать ненасытными глазами строчки текста и утолить свой читательский голод? Как бы не так. Прежде читатели должны откуда-то узнать про книгу и понять, что она им интересна. Но откуда? Вестимо откуда: из Сети. То есть книгу нужно либо продвигать (закупать рекламу, снимать тик-токи и т.д.), либо на момент выхода книги в бумаге у неё уже должна быть своя аудитория. Сетевая аудитория. Как по мне, второй вариант понятнее и надёжнее.

Что ж, кажется, формула книжного философского камня складывается.

И она такая.

Беру боллитрушные приколюхи, без которых я сейчас едва ли смогу что-то написать. Беспалевно упаковываю их под капот жанровой прозы с экшеном и романтикой. «Беспалевно» тут ключевое слово: боллитрушная составляющая должна развлекать читателя, а не утомлять. Если всё удаётся, то дальше продвигаю получившийся текст в Сети, нахожу аудиторию. Если с аудиторией всё получается, то повышаются шансы на бумажную публикацию. А ещё на то, что бумажный тираж окажется востребован. А там уже может и сыграть свою роль сидящая под капотом боллитрушность: привлечь тех, кто её ценит.

Словом, если вернуться к трём путям, то выходит, что я хочу идти по всём трём сразу.

Да, неспроста я вспоминал в предыдущем посте про квантовую механику. Ведь в ней электроны постоянно идут сразу по нескольким траекториям.

А чем я хуже электрона?

#алхимия_бестселлера

СЛОЖНО ЛИ ПИСАТЬ ПРОСТЫЕ ТЕКСТЫ?

Скажу по своему опыту: очень сложно. Если, конечно, под простотой понимать ясность восприятия истории, а не «и так сойдёт» (это-то я как раз умею).

Я стремлюсь овладеть таким искусством простоты (ну или искусством ясности), поэтому с большим интересом читаю книги тех писателей, которые в этом искусстве преуспели.

Так что сегодня на рецензии книга Анны Васильченко «Наследница».

Увы, обстоятельства так сложились, что книгу эту не купить сейчас в магазинах. Её можно добыть только у тех, кто успел приобрести её раньше. Например, у меня, если победить в викторине.

А теперь к самой книге.

Что меня подкупило в ней, так это жанр, который я бы назвал «приключенческий магреализм». Ну, знаете, не тот магереализм, где текст важно надувает щёки и втюхивает читателю какую-то загадочную многозначительность, словно Джейсон Стейтем начал говорить аки Конфуций. А такой магреализм, где идёт движуха, угар и сюжетный драйв. Где всё, как мы любим.

«Наследница» — это история про столичную девушку Лизу, которая воспринимает мир скорее через призму чувств, нежели умозрительных концептов. Её жизнь далека от культивируемых соцсетями симулякров и лизу это, как водится, тяготит. Но всё меняется, когда выясняется, что какая-то дальняя родственница оставила ей внушительное наследство.

Правда, получить это наследство не так уж просто. Нет, Лизе не надо никуда перечислять сумму за оформление документов. Но штука в том, что почившая родственница жила в Екатеринбурге, была гадалкой и занималась тем, что помогала людям. И теперь Лизе надо самой ехать в Екатеринбург и «помогать» людям: как поможет пятерым, так наследство и её. Вот только у Лизы нет не только каких-то сверхъестественных сил, но и вообще чего-то особо необычного. Впрочем, как говорится в романе, «не надо быть гением, чтобы отличить хорошие поступки от плохих», и это тот компас, который способен Лизу выручить.

Действие «Наследницы» происходит в майском Екатеринбурге, где кругом цветут яблони, а с людьми в автобусе можно спокойно заговорить. А ещё на вас не будут странно смотреть окружающие, если вы вдруг решите идти и улыбаться (да-да, питерцы и москвичи, не делайте вид, что не понимаете, о чём я). Вообще Екатеринбург у Анны получился с вайбами «Великого Гусляра», так что если вы никогда не хотели побывать в этом городе, то после прочтения «Наследницы» обязательно захотите.

Словом, если вам охота почитать плавную весеннюю истории со светлым послевкусием, то можете почитать «Наследницу» Анны Васильченко.

А ещё я открываю новую рубрику в канале: блиц-интервью с автором. Анна любезно ответила на три моих вопроса, и об этом следующий пост.

#рецензии