Психолог - это не сборник ответов с решением на все случаи жизни.
Это проводник.
Блять, да. Очень хочется у кому-то прийти, сказать: «вот я, вот моя проблема, скажи, как исправить, чтобы работала нормально».
И да. Очень хочется иметь ответ на этот вопрос.
И нет. Его нет.
Я могу быть проводником. Могу задавать хорошие вопросы. Но ответы в клиенте. В нем самом.
Это проводник.
Блять, да. Очень хочется у кому-то прийти, сказать: «вот я, вот моя проблема, скажи, как исправить, чтобы работала нормально».
И да. Очень хочется иметь ответ на этот вопрос.
И нет. Его нет.
Я могу быть проводником. Могу задавать хорошие вопросы. Но ответы в клиенте. В нем самом.
Особый вид моего раздражения: люди недовольные формулировками.
Так и хочется сказать: «простите, что не оправдала ваших ожиданий»
🖕🏻
Так и хочется сказать: «простите, что не оправдала ваших ожиданий»
🖕🏻
В продолжении моего поста в Инстаграм о границах о терапевте и клиенте.
Я понимаю, что выкладываю в Иг очень четко-ограниченную часть своей жизни.
Искреннюю, честную, но ограниченную. 70% моих клиентов следят за мной там.
Какие-то вещи мне не позволяет раскрывать этика. Какие-то - мои уже трансформированные мысли об этике.
Мне это важно. Я не готова быть для своего клиента другом. Я готова оставаться для него терапевтом. А большое раскрытие вынуждает клиента запускать у себя большое количество фантазий о своём терапевте. Часто, очень болезненных.
Одно дело - это фантазии-проекции, которые точно будут и которые имеют значение для терапевтического процесса и для исцеления клиента. Другое - это фантазии об очень реальном человеке, которые уже проходят по границе между фантазией и реальностью. И могут никак не относится к, собственно, терапевтическому процессу.
Я понимаю, что выкладываю в Иг очень четко-ограниченную часть своей жизни.
Искреннюю, честную, но ограниченную. 70% моих клиентов следят за мной там.
Какие-то вещи мне не позволяет раскрывать этика. Какие-то - мои уже трансформированные мысли об этике.
Мне это важно. Я не готова быть для своего клиента другом. Я готова оставаться для него терапевтом. А большое раскрытие вынуждает клиента запускать у себя большое количество фантазий о своём терапевте. Часто, очень болезненных.
Одно дело - это фантазии-проекции, которые точно будут и которые имеют значение для терапевтического процесса и для исцеления клиента. Другое - это фантазии об очень реальном человеке, которые уже проходят по границе между фантазией и реальностью. И могут никак не относится к, собственно, терапевтическому процессу.
Странное про «уступать место в общественном транспорте».
Я вот подумала: зачем кто-то садиться, а кто-то стоит в метро?
Потому что так удобнее? Потому что усталость? Самочувствие?
Усталость - это очень субъективное ощущение. Очевидно, что нельзя прочувствовать насколько сильно устал другой.
Если я пользуюсь конструктом, что беременные и пожилые априори сильнее устают, чем любой другой человек, то тогда я могу довести себя до обморока, например (если мне нехорошо, но вижу беременную и должна ей уступить, ведь ей априори тяжелее меня).
И это не абстрактная история про обморок, а вполне реальная.
По ощущениям, было бы круто, если было бы социально одобряемо не уступить место, а попросить, если оно нужно.
По-сути, это избавляло бы нас от ряда проблем. Например, нам не надо было бы тревожно думать или даже оскорблять: она полная или беременная?
Но это все вилами по воде. Для этого ж надо учиться говорить с другими - раз. Просить о чем-то - два. «Доставлять неудобство собой» - три. В конце концов, нужно (о какой кошмар) разрешить себе чувствовать себя плохо. И признаться себе в этом.
Я вот подумала: зачем кто-то садиться, а кто-то стоит в метро?
Потому что так удобнее? Потому что усталость? Самочувствие?
Усталость - это очень субъективное ощущение. Очевидно, что нельзя прочувствовать насколько сильно устал другой.
Если я пользуюсь конструктом, что беременные и пожилые априори сильнее устают, чем любой другой человек, то тогда я могу довести себя до обморока, например (если мне нехорошо, но вижу беременную и должна ей уступить, ведь ей априори тяжелее меня).
И это не абстрактная история про обморок, а вполне реальная.
По ощущениям, было бы круто, если было бы социально одобряемо не уступить место, а попросить, если оно нужно.
По-сути, это избавляло бы нас от ряда проблем. Например, нам не надо было бы тревожно думать или даже оскорблять: она полная или беременная?
Но это все вилами по воде. Для этого ж надо учиться говорить с другими - раз. Просить о чем-то - два. «Доставлять неудобство собой» - три. В конце концов, нужно (о какой кошмар) разрешить себе чувствовать себя плохо. И признаться себе в этом.
Как бы, с одной стороны такие вот поездки, как эта в Питер, прекрасны. Я действительно душевно отдохнула и переключалась.
Но они пиздец как отнимают физические силы. Я была бодрячком до 18.00. Потом очевидно стала умирать. И когда начала супервизорская Группа - прям умерла.
Старые привычки «не заебался - не поработал» ещё сильно дают о себе знать. Мне приходится делать усилие и распознавать в себе усталость. И договариваться с собой, что я могу спокойно идти отдыхать. Что мне не нужно оправдание для отдыха. Я могу устать без причины.
Год терапии, говорили они.
Год - это идеально.
Ага, в общей сложности уже 10 лет. И новые грани все открываются.
Но они пиздец как отнимают физические силы. Я была бодрячком до 18.00. Потом очевидно стала умирать. И когда начала супервизорская Группа - прям умерла.
Старые привычки «не заебался - не поработал» ещё сильно дают о себе знать. Мне приходится делать усилие и распознавать в себе усталость. И договариваться с собой, что я могу спокойно идти отдыхать. Что мне не нужно оправдание для отдыха. Я могу устать без причины.
Год терапии, говорили они.
Год - это идеально.
Ага, в общей сложности уже 10 лет. И новые грани все открываются.